За кадром

      Солнце приветливо освещало высокие розовые стены Алфеи, вечное лето радовало собравшихся на площади учениц, директрису и самих виновниц торжества. Сегодня был знаменательный день: Блум сумела победить Трикс, кажется, окончательно от них избавившись. В центре толпы стояла она — возникшая ниоткуда, со счастливой улыбкой на лице и торжеством в глазах — Блум-победительница зла и спасительница мира. Обступившие ее девушки счастливо улыбались и чуть ли не прыгали от восторга. Поводов радоваться было валом: они почти не пострадали, их лидер, как обычно, вернулась живой и невредимой в самый последний момент, при этом изрядно потрепав всем нервы, что, впрочем, тоже как обычно. Вдобавок, они уничтожили Легендариум — книгу-убийцу-энциклопедию. Три в одном же.        — Селина, не волнуйся! Теперь все будет в порядке, и Трикс никогда больше не смогут вырваться из мира Легендариума! — приятный голос длинноволосой рыжей девушки разносился по затихшей площади, ударяясь о каменные опоры волшебной академии и отдаваясь эхом в сердцах ее слушателей, в этом голосе терялись облегченные вздохи и невыраженное восхищение храбростью девушки, и Блум, повинуясь внезапному нежному порыву чувств, распахнула свои объятия Селине.        — Спасибо, Блум! И вам, Винкс, большое спасибо! — Селина смахнула навернувшиеся слёзы с ресниц, освещая собравшихся улыбкой-прожектором и подошла к Блум, которая с чувством ее обняла. Остальные Винкс, которые до этого стояли немного в стороне, не претендуя на внимание толпы и умильно смотря на столь трогательную сцену, под влиянием сентиментальности, тоже обняли Селину со всех сторон. Овации, счастливый смех, и неконтролируемое общее желание немедленно пуститься в пляс.        — И-и стоп! Снято! — раздался вдруг голос режиссёра, перекрыв собой даже заигравшую фоновую музыку. Смех и радость, оживление и танцы на площадке, все резко стихло и замерло в напряжении. Иджинио вытер взмокший лоб рукавом рубашки, и, просмотрев только что записанный дубль, удовлетворённо улыбнулся. Для девушек, все ещё стоявших на съёмочной площадке, это могло означать только одно — раз сцена свадьбы Дафны давно отснята, то это было финальным дублем. А раз финальный дубль одобрен, то шестой сезон наконец-то официально закончен! Теперь уже радостный визг заглушал финальные аккорды музыки.

***

      Шестой сезон окончен, за плечами уже горы кадров, пленки, и нервов. Съёмки документального сериала «Клуб Винкс: Школа волшебниц» длятся уже около семи лет. Это их сериал. И не только потому, что они в нем снимаются, нет. Этот сериал о них. Об их молодости, о войне между феями и ведьмами, о разных этапах их жизни.        После выпуска из Алфеи, Облачной башни и Красного фонтана прошло уже более десяти лет. Дружба была почти разрушена, ведь у всех началась другая жизнь. Размеренная, спокойная, и до невозможности скучная жизнь. Они может и никогда больше не встретились бы, но появился Иджинио, и все пришло в движение.        Оказалось, что почти весь волшебный мир лишь немногое знает о тех событиях и распрях между феями и ведьмами, и о том, как заключалось перемирие. Но, после пары проведенных опросов, подтвердилось, что молодежь интересуется прошлым своего мира, и были бы не против узнать версию, отличную от их учебников по магической истории. Прикинув, что мог бы выйти нереально прибыльный историко-познавательный проект, люди начали действовать. «Мир должен знать своих героев!» — руководствуясь именно этим слоганом предводитель историков и начинающий режиссер — Иджинио Страффи, решительно взял дело в свои руки, и отправился к непосредственным участникам тех событий — директорам магических школ. А уже оттуда, собирая по крупицам информацию, он вновь восстановил распавшиеся когда-то коллективы: Винкс, Трикс и Специалистов.        Дальше все просто — договор, гонорар, съёмки. И, спустя полгода после старта проекта, на все магическое сообщество прогремела премьера: Встречайте! То, чего вы не знали, и то, что так хотели бы узнать. Новый документальный сериал с участием звёзд мирового масштаба! Пора узнать, как это было на самом деле. На всех экранах волшебного мира!       Под таким интригующим слоганом прожило целых пять сезонов популярного сериала, и вот, был готов шестой. А раз он был готов, то столь желанный отпуск у актёров очень даже не за горами, и пора бы выплатить справедливо заработанный ими гонорар. Именно эту мысль сейчас и обсуждали девчонки, тщательно и со всех сторон.

***

      В наступающих сумерках, между рядами трейлеров, зеленоволосая девушка тихо пробиралась в лабиринте декораций, освещая себе дорогу пылающим энергетическим шаром. Она шла к самому большому и самому значимому трейлеру здесь — к гримерке, и по совместительству, передвижному дому Винкс. Он стоял чуть в стороне от остальных, окруженный защитным барьером, выставленном на всякий случай, но по большей части от нежелательных репортеров. Из окон лился мягкий свет, и Селина погасила свой «фонарик». Из трейлера доносился чрезвычайно громкий шум, который тут же встревожил девушку, и она, здорово разбежавшись, богатырским пинком распахнула дверь.

***

      Проводить вечера тесной компанией подруг в уютной и родной гримерке, давно уже стало их своеобразной традицией. Но сегодня был особенный вечер, а значит, и особенная атмосфера:        — То есть, договариваться снова иду я?! — русоволосая девушка держала в руках горшок с каким-то уродливым на вид ростком, и напряженно сжимала пальцы так сильно, что горшок грозился лопнуть прямо у неё в руках. — Я, если вы не забыли, вашу чёртову мать, всегда хожу к нему! Какого хрена, я спрашиваю вас, это снова должна делать я?! — обычно тихий голос Флоры теперь был на несколько октав выше, а бедный росток заметно нервничал, находясь во власти столь напряженной дамы.        — Нет, ну что ты, дорогая, — почти пропела обманчиво-спокойным голосом Текна, слегка поправив свою розовую челку, — мы пошлем туда Стеллу, да… А потом весь месяц будем жить на складе, укрываясь прошлогодней коллекцией шмоток!!! — вскочила девушка, бурно и бессмысленно взмахивая руками в такт повышению своего голоса.        — Сто-о-оп, — громко отозвалась выше названная блондинка, — я сейчас не поняла, кому-то не понравилась моя идея с Миланом, или как?.. — злобно прошипела она конец фразы, и вперилась злобным взглядом прямо в спину розоволосой, которая теперь стояла на диванчике посредине комнаты, и все ещё переругивалась с Флорой.        — Остынь, блонди, — осадила подругу Муза, — моё предложение пойти на 20 рок-концертов подряд они приняли ещё хуже. — Её приглушенный, но все равно высокий голос доносился из-под груды подушек, под которыми она лежала, раскинувшись на подобии громадной морской звезды. Своими растрепанными иссиня-черными волосами она случайно собрала пыль из-под кровати, рядом с которой валялась, и теперь пыталась вытряхнуть всю пыль обратно, дергая волосы одной рукой. Вторая рука была придавлена подушками. Стелла осаждением была недовольна, и девушки принялись рьяно обсуждать, чья идея была лучше и кому отказали в более обидной форме.        В кресле около окна, выходившего на кучу бесформенных в темноте декораций, сладко дремала Лейла, будто это не у неё над головой две подруги перекидывали друг на друга должность «попрошайки отпусков». Её каштановые кудрявые волосы свесились по спинке кресла почти до пола, скрыв лицо спящей от всего остального мира.        Возле миниатюрной барной стойки, в противоположной стороне от разыгравшейся сцены, стояла Блум, тихонько отбивая ногой ритм играющей в наушниках песни. Она наливала себе вот уже третий подряд бокал красного вина, и была вполне довольна своей позицией нейтралитета. Она сразу заявила, что ей без разницы куда и когда, главное было просто свалить. Хоть в Милан, хоть на рок-концерт. Вообще, она была очень занята. Ей надо было выпить, привести себя в порядок, позвонить домой на Землю, позвонить родителям на Домино, отзвониться Скаю, успокоить девчонок и ещё много всего прочего. Начать она решила с самого главного, поэтому наливала себе уже третий бокал вина.        Внезапно дверь распахнулась и с громким треском впечаталась в стену. Селина, немного не рассчитавшая силу пинка, застыла на пороге, взглядом оценила обстановку в помещении, и, слегка покраснев, уверенно прошла внутрь гримерки. Громкий звук повлек за собой сразу несколько вещей: Блум не успела выпить свой бокал и, уронив его, залила вином новые туфли; Текна заткнулась на середине какой-то тирады о пользе технологий для общества; горшок Флоры пошёл трещинами, но все ещё держался молодцом; Стелла, почти убедив Музу, что мода важнее музыки, вдруг запнулась и так исковеркала названия известных брендов, что прикусила себе язык от таких богохульств, чем повлекла за собой громкий смех собеседницы, и та, приподнявшись, впечаталась лбом в нависшую над ней кровать; Лейла так сильно вздрогнула, что только вцепившись в подлокотник кресла не свалилась на пол.        Видя царившую в гримерке анархию, Селина залилась громким смехом, и плюхнулась в кресло-подушку, прямо напротив Лейлы:        — Вы чего тут устроили? Я ваши крики за километр услышала! — все ещё посмеиваясь, она обвела взглядом всех присутствующих, уже примерно догадываясь, что тут творилось.        — А че мы? А мы ниче! Козу отпущения ищем, вот! — слишком резко и подчеркнуто иронично высказалась Флора.        — У-у, ясненько. Ну и кто коза?        — А ты угадай! Флора то, Флора это, Флора милая-добрая-рас-по-ла-га-ю-ща-я!!! — передразнивала девушка Текну и всех остальных, обиженно отвернувшись к стене, бубня и поглаживая уродливый росточек словно собственное дитя.        Текна показала ей в спину средний палец, а Селина изобразила-таки стандарт фейспалма. Все дело было в том, что Винкс подписали магический контракт сразу на 12 лет с довольно реденькими отпусками в перерывах между съемками. Естественно, что сей факт обнаружился с большим опозданием и почти в разгар проекта. Мысленно Винкс называли съемки не иначе, как «12 лет рабства». Это вполне объясняет те препирательства, что происходили сейчас в гримерке. Во всех трех командах были принцессы, хранители планет, и просто короли, но по условиям договора, на время съемок они снимали с себя все полномочия, дабы актеров ничего не отвлекало. И не отвлекало же: ни тебе вип-карты постоянного посетителя балов, ни положенных привилегий, ни чая в постель. Только самообслуживание, только хардкор. Рабочий съемочный день с 10 утра и до 20:00, а дальше полная свобода действий. Действий, которые делать просто лень/не хочется/уже не надо. И в этом калейдоскопе камер и студий звукозаписи отпуск был просто запретным плодом. Плодом, по размерам не больше месяца. Таким желанным, таким недоступным, что снился им во снах чаще, чем опиум наркоману. Вполне закономерно, что после добросовестно отработанного сезона, отпуск им полагался. Но это еще не точно… Само собой, что такое дело, как выбивание отпусков обычно сопровождается потрепанными нервами, головной болью и валерианкой.        Селина уже научилась воспринимать вечный бубнеж девушек как фоновый звук, поэтому уйти в свои мысли ей не составило труда. Правда, пришлось из этих мыслей выйти: она все-таки вспомнила, зачем пришла к ним. Вечером девушка собиралась наведаться к Айси, чтобы схомячить ту кипу мороженного, что шлют ей фанаты, но перед самым выходом ее поймала ассистентка Иджинио, вручила ей листок, и, весело пританцовывая, свалила в закат. Видимо, ей отпуск уже дали. При слабом свете фонарей и закатного солнца, девушка смогла различить размашистый почерк режиссера и то, что он хотел ей передать. Постояв с минутку и осмысливая новость, Селина развернулась, и потопала аккурат в противоположную от трейлера Айси сторону — в сторону Винкс. И теперь, собираясь с мыслями, она закусила нижнюю губу, и снова внимательно осмотрела подруг: Блум витает в облаках, правда, с бутылкой вина под мышкой, но это ничего, оно не крепкое; Лейла уставилась пустым взглядом в карманное зеркальце и водит ладонью по спутанным волосам, все еще не до конца проснувшись; Флора так яростно мешает чайной ложечкой отвар из ромашки, что звон от чашки носится по всему трейлеру, действуя на расшатанные нервы Текны, которая взглядом почти прожгла дыру в соседнем кресле; Муза все же вылезла из-под кровати и пошла шарить по холодильнику, предварительно свалив все свои подушки на Стеллу, которая теперь барахталась, пытаясь из-под этих самых подушек вылезти. Вот он, подходящий момент:        — Эм, девоньки. Насчет отпуска… — и тишина. Селина смущенно заерзала на своем кресле, поймав на себе шесть пар озадаченных глаз.        — Дорогуша, будешь делать драматические паузы на сцене, или драматично огребешь вот прям сейчас? — дружески осведомилась Лейла, слегка наклонившись к Селине и хлопая ту по коленке. Как-то угрожающе хлопая. Селина тяжело сглотнула: вообще Лейла — белый и пушистый зайка. Если ее не злить, конечно. Поэтому Селина спешно протараторила:        — Дан вам отпуск, дан! — девушки разом выдохнули и сразу значительно подобрели. Все, кроме Блум — она итак уже была добренькая. — Но есть одно «но», — опечаленно закончила девушка, — едем все вместе. И парни. И даже ведьмы…