За кадром

      В тот вечер произошло еще одно знаменательное событие, о котором герои узнают гораздо позже…        Здание, бросавшее мрачную тень на всю съемочную площадку заграждало своими стенами последние косые лучи закатного солнца. На первом этаже, с видом на трейлеры и декорации, в кресле напротив окна, сидел основатель всей этой суматохи. Большой Босс, режиссер, хитрожопый итальянец или просто сеньор Страффи. Его личный помощник, по совместительству секретарь и главный заведующий костюмерной — Эвелин, только что принесла его любимый кофе и документы на подпись, которые он попросил оформить всего пару часов назад. Проделав титаническую работу по сбору данных и их оформлению, всегда безукоризненно-исполнительная Эвелин сдала работу в срок. У Эви были средней длины черные, волнистые, мягкие волосы и темные, глубокие глаза. Истинно итальянская внешность играла колоритом, по сравнению с обычным внешним видом здешних красавиц. Она изначально прибыла из Италии вместе с Иджинио, помогала ему организовывать все и вся. Начиная стажером, за несколько лет она продвинулась вверх по карьерной лестнице аж до правой руки босса. Педантичность, пунктуальность и ответственность сделали свое дело — теперь без личного руководства Эви на площадке даже птичка мимо не пролетала.       — Сеньор Страффи, вы в этом уверены? — миниатюрная брюнетка дрожащими руками собирала только что подписанные документы. Ей изначально не понравилась эта идея, и сейчас, видя как Иджинио поставил окончательную подпись, ее начало мелко трясти.       — Эвелин, душа моя, конечно уверен. Это пойдет им на пользу, вот увидишь. Просто как не посмотришь на них — вроде взрослые люди, а узнаешь их лучше — так дети детьми. Вот и устроим им экспресс тур во взрослую жизнь, — босс довольно потягивал кофе и прищуренным взглядом следил за своим секретарем.       — Но, сеньор, а если они откажутся? Или все пойдет не по плану? — она переживала за исход этой махонькой интрижки, затеянной боссом. Эви всей душой любила Винкс, и знала все их секреты, и если вдруг они докопаются до правды, то… Эви боялась даже представить себе, что будет тогда.       — Милая, добрая, маленькая Эви, перестань беспокоиться об этом и просто поверь мне, — режиссер перехватил тонкое запястье девушки в попытке остановить ее нервозность, но Эвелин быстро тряхнула рукой, отводя взгляд и скрывая вмиг вспыхнувшие щеки в ворохе своих распущенных волос. Иджинио расслабил пальцы, и рука девушки быстро скользнула в кучу документов, лихорадочно приводя их в приличного вида стопки. — Невозможно работать, когда в тебе укоризненным взглядом прожигают дыру, — доверительным тоном сообщил режиссер. Девушка дернулась, пробормотала какие-то сбивчивые извинения, и, схватив нужные папки, выпорхнула из его кабинета. Босс видел, как она стремительно направляется к парковке, в свете фонарей отбрасывая длинную тень, крепко прижимая к себе папку с договором. Легким усилием воли он подавил в себе сомнения, и был абсолютно уверен в конечном исходе событий: никто не пострадает, и более того — все устроится лучше, чем есть. Тишину кабинета нарушила звонкая трель мобильника: на экране высветилось имя Джоан — его любимой жены. Беспокойные мысли об авантюре сменились более приятными и спокойными помыслами.

***

      К девяти часам утра в трейлере Винкс стояла тишина: кто-то уже ушел, а кто-то еще спал. А спали в частности двое: Флора, вернувшаяся в гримерку около четырех часов утра, и Блум, которая вчера вела задушевные разговоры сначала с бутылью вина, но потом отыскала еще и коньяк. Так что, когда с утра пораньше раздался настойчивый стук в дверь, обе и не подумали вставать. Правда, настойчивый посетитель спустя пять минут безуспешных попыток достучаться до совести девчонок, открыл дверь своим ключом. В комнату вошел Скай. Сквозь плотно задернутые занавески в комнату с трудом проникал солнечный свет, и вокруг царил легкий полумрак. Парень слишком часто бывал здесь, чтобы запутаться теперь — уверенным шагом он направился к заветной кровати. Там, в виде огромного лаваша, лежал смысл его жизни. Смысл, который он неумолимо и беспомощно терял. И еще от него тащило перегаром. Опять.       Резко распахнув занавески, парень случайно разбудил Флору. Она разлепила глаза, нашла причину своего пробуждения и, мученически застонав, залезла под одеяло с головой, оставив наружу только небольшую копну русых волос. Скай мысленно извинился перед ней, и принялся расталкивать Блум. На легкий толчок по спине она не отреагировала, и он стал медленно разворачивать лежачий лаваш. Лаваш категорически не хотел разворачиваться, и даже, в виде молчаливого протеста, пихнул ногой Ская. Потом послышалось кряхтение, а уже после и лохматая куча рыжих волос показалась из-под подушки:       — Ну, и кто здесь самоубийца? — хрипло вопросила рыжая куча, отчаянно шаря по прикроватной тумбочке в поиске чего-нибудь выпить. Блондин молча сунул ей в руку принесенную с собой бутылку минералки. — Ан нет, живи пока, — смягчилась рыжая, довольно булькая. Через пару минут полторашка минералки безошибочно полетела в мусорное ведро.       — Какой повод в этот раз? Отмечала затмение? — Скай хмуро смотрел, как рыжая куча постепенно становится похожей на человека, но все еще не совсем.       — Лучше, милый! Я отмечала окончание наших мучений, вот, — поучительно прокряхтела девушка, назидательно ткнув указательным пальцем в воздух. Мол, вот балда, элементарного не понимает.       — Напомни мне, дорогуша, с какой такой радости ты отмечаешь уже третье по счету «окончание» мучений?       — Ну, как же! — девушка приняла вертикальное положение, стряхивая одеяло, и принялась загибать пальцы в соответствии счету, — В первый раз была суббота. Окончание? Окончание. Едем дальше…       — Таким темпом пальцев не хватит, горе ты мое, — со вздохом прервал перечень «праздников» Скай, ласково взял ее руки в свои, и легонько встряхнул хрупкое полупьяное тело.       — Цыц, у меня подсчет! — Блум старательно пыталась отсрочить грядущий выговор, и отчаянно стремилась сменить тему.       — Даже не пытайся. Нет, — иногда в голосе блондина проскальзывала такая властность, что Блум незамедлительно подчинялась. Прямо как сейчас, до мурашек по телу. Недаром, что он король.       — Сдаюсь, начинай, — понуро опустив больную голову, рыжая настроилась на получасовые разносы в стиле а-ля «Ты пошто бухаешь, как старый пират, женщина?!» И что ей отвечать? Что она запуталась? Что безумно устала от своих собственных эмоций? Что не хочет его видеть никогда больше в жизни, но в то же время ей необходимо чувствовать, что он рядом? Что она порой ненавидит его всеми фибрами своей души, и что эту же душу отдаст ради него? Это же бред, рыжая, просто бред. Он не поймет, не дано. Но где нотации?       Девушка так глубоко задумалась, что не сразу заметила тишину вокруг нее. И легкие прикосновения к растрепанным волосам. Удивленно поднять взгляд и провалиться в бездну его глаз. Понимающих, родных. Заметить легкую улыбку, усталую, красивую. И увидеть это — он понимает. Без слов, лишних и нудных объяснений. Просто тянет ее на себя, просто обнимает. Когда девушка утыкается носом в его рубашку, блаженно прикрыв глаза, то почти готова послать в известное место все свои заскоки, треволнения, и рассказать как есть, признаться, успокоиться, и…:       — Знаешь, нам лучше отдохнуть друг от друга, — столь внезапно, что рыжая вздрагивает, судорожно вдыхая вдруг ставший спертым воздух. Вдыхает, и не замечает легкой дрожи в его голосе. Отстраняется, смотрит.       Не смотри на меня, девочка. Я просто облегчаю тебе задачу. Лежать у твоих ног и просить остаться я буду только в крайнем случае. Хочешь свободы — держи, получай. И дай мне уйти, иначе мой крайний случай настанет гораздо раньше. Вот прямо сейчас.       Парень молча поднимется с кровати, легонько чмокнув в лоб свою вроде как невесту. Видит немую благодарность в ее глазах, и отворачивается. Она рада. А ты ведь желаешь ей счастья, верно? Тогда выметайся, сейчас же.       — Постарайся не опоздать на общий сбор, ладно? Мне нужно собрать вещи, — не прощаясь, спокойным шагом выйти из трейлера. Сесть на рядом стоящий мотоцикл. И спокойно улететь на невообразимой скорости. Выдуть из головы мысли. Забыть ее взгляд.

***

      В месте, напоминающем земной среднестатистический аэропорт, ожидала всемирно известная компания. Если точнее, то три компании. Но неполные, и вполне сходящие за одну большую, чем за три маленьких. Ведьмы отдельно, феи отдельно. Мальчики по серединке.       — Думаете, мы правильно поступили, не разбудив девчонок? — Стелла печально трясла небольшой стаканчик с остывшим кофе, и не отводила взгляда от горизонта. Она и в беседе-то принимала не очень активное участие, просто краем уха услышала, что тема как раз о Блум.       — Кого там будить? Гуляку, или почти-алкоголика? Сами виноваты, ибо нехрен так делать, — Муза, раскачиваясь на стуле, была категорична и строга. По сути, просто не выспалась, но все равно категорична и строга.       — Завидовать нужно молча, знаешь ли, — Текна иронично посмотрела на присутствующих, проигнорировала возмущения Музы и продолжила, — а вот с девчонками все же неправильно. Без них еще и не улететь.       — Пока линию не освободят, не полетим. Что так еще четыре часа, что так четыре. Разница-то? Зато они поспят, — украдкой зевнув, заметила Лейла. Она в последнее время плохо спала ночью, и успешно исправляла это днем. То есть, спала везде, где придется. Но сейчас нет, сейчас она просто дремала. Следила прищуренным взглядом за Нексом, мелькающим среди чемоданов специалистов, и дремала. А то мало ли, куда-нибудь рванет. И ищи его потом полдня.       — А может, домой пока? Или в ближайшую гостиницу? — прохныкала появившаяся из ниоткуда Дарси. Они все торчали здесь уже пару часов, и оставалось им еще вдвое большего прежнего.       — Поддерживаю, — вклинился в разговор Ривен. Муза резко и с грохотом поставила свой стул на кафельный пол. Присутствующие тактично не заметили этого. Но напряженную атмосферу нужно было разряжать. Текна открыла было рот, но ее грубо прервали:       — Че сидим, кого ждем? — Скай, примеривший на себя роль невольного спасителя ситуации, весело плюхнулся на свободное кресло в кругу парней, озираясь вокруг.       — Тебя, блонидистый ты кошмар. И подружку твою тоже, — обалденно тактично и как всегда вовремя, сидящий почти на столе ресепшена Брендон ответил сразу и за всех, — твою тоже, кстати. — Парень кивнул головой в сторону Гелии, который по всей видимости, не только не слушал, но и мыслями был довольно далеко отсюда, — Птичка, алло, спустись на землю, нам еще рано вылетать, — Брендон пощелкал пальцами у брюнета прямо перед носом, насильно возвращая того в реальность.       — Исчезни уже, а, — недовольно протянул Гелия, хватая руку товарища и сдергивая того с насиженного возвышения.       — Подружка твоя где, спрашиваю. Нехрен тут руки распускать, сечешь? Спросить у него ничего нельзя уже, совсем обалдел, — бухтя, Брендон, под дружный смех ребят, возгрузил свою тушку обратно на стол, сверля взглядом хмурого Гелию.       — Нехрен тут глупые вопросы задавать, сечешь? — в тон другу ответил брюнет, — отоспится и придет, никуда не денется, все под контролем.       — Ладно, поверим. Ну, а твоя где? Ветром с мотоцикла сдуло? — Брендон тут же переключился на лучшего друга, почему-то не замечая всей опасности затронутой темы.       — Похлопать тебе, чтобы заткнулся? А то остроумие, я смотрю, так и прет. Так где же выключатель? — угрожающе-вежливо осведомился Скай, вполне давая понять, что трогать его не стоит.       — Та ладно, ладно. Придет, значит. Будем тухнуть дальше, или замутим чего-нить? — неугомонно продолжил шатен. За сим последовал общий обреченный вздох.

***

      После того, как Скай покинул трейлер, рыжая еще долго сидела в прострации, тупо пялясь в точку на полу. Ведь именно это и нужно было, так? Тогда почему ты не радуешься, почему счастье не грозится разорвать тебя, аки воздушный шарик? Почему за захлопнувшейся дверью появилось желание вскочить и остановить его? Откуда возникла боль в грудной клетке, после того, как шум мотора затих вдали? Вопросы все рождались и рождались, словно их конвейером печатали, причем громадной партией и сразу. А вот ответов девушка найти не могла. Разумом понимала, что так правильнее. А сердцем — нет. А сердце, эта слабовольная дурацкая мышца, грозилось выпрыгнуть из грудной клетки вслед за ним. Осознание ошибки накрывало рыжую с головой. Захлестывало волной паники, предчувствием того, что точка невозврата только что была пройдена… Обхватив голову руками, Блум тихо раскачивалась на постели, напоминая сумасшедшую. Возможно, она и есть сумасшедшая. Своими же руками разрушила свою же жизнь…       Молчаливый свидетель всей этой сцены, беспалевно притаившийся под одеялом, был поражен до глубины души. Уж от кого, но не от них она ожидала такого… Такого. Флора аккуратно вылезла из-под одеяла, и проскользнула мимо Блум в ванную. Та, в свою очередь, вдруг принялась раскачиваться из стороны в сторону, не издавая ни звука. Было очевидно, что на Флору, да и на остальной мир ей глубоко наплевать. Скорее всего, рыжая и не заметила движения в комнате. А это вот было странно. И даже пугающе. Часы пропиликали десять утра. Нужно было собираться, или они просто-напросто опаздают в аэропорт, и будут куковать здесь вдвоем последующие месяцы. К чертям такой отдых! Флора задумалась, а потом резко направилась к Блум. Нужно что-то решать, поэтому она легонько тронула рыжую за плечо:       — Блум, с тобой все хорошо? — русоволосая чуть по лбу себе не заехала. Конечно же, все хорошо. А то не видно. Но ничего умнее на тот момент в голову не пришло.       Вместо ответа, Блум дернулась, и посмотрела на девушку бессознательным, растерянным взглядом. Флоре резко стало не по себе, но она продолжила:       — Нам пора собираться, слышишь? — еще одна попытка достучаться до сознания. Казалось, что Блум сейчас просто расплачется, будет рыдать навзрыд или хоть что-нибудь в таком роде. Но нет, вместо этого ее взгляд наконец сфокусировался на обеспокоенном лице Флоры, приобрел осмысленность, а выражение лица стало спокойно-отрешенным:       — Да, конечно. Пора собираться. Почему ты еще не одета? — удивленно оглядев розовую пижамку Флоры, Блум наконец полностью очнулась и, вскочив с кровати, принялась лихорадочно рыться в близстоящем шкафу. — Собирайся, копуша, будешь тормозить — не буду тебя ждать.       — Аллилуйя, она снова в своем репертуаре, — Флора даже не подумала обижаться на некоторую резкость подруги, вместо этого прищурено следила за ее движениями. Слишком уж она энергична для той, кого только что фактически бросили. Что-то здесь не то. Но собираться было и вправду нужно, поэтому она поспешила последовать примеру Блум, и тоже стала рыться в своем чемоданчике. Зарылась в ворох платьев, и не заметила одиноко мелькнувшую слезу, которая вопреки воли хозяйки, все же скатилась по щеке, оставив противно-мокрую дорожку за собой. Блум резко стиснула зубы, вытерла щеки и продолжила скидывать купальники в сумку. Плакать она не будет, не в этот раз. В этот раз она довольна. В этот раз она разберется. А Скай молодец, взял ситуацию в свои руки. Ее личный герой. Девушка усмехнулась, и закинула в сумку очередное парео.

***

      Когда Брендон нашел Ская в месте для курения, он был удивлен. Когда Скай впервые за три года попросил у него сигарету, он уже слегка обалдел. Когда Скай поделился с другом подробностями утреннего инцидента, то Брендон попросту выпал в осадок и долго молчал, наблюдая за тлеющими сигаретами друга. А друг выкуривал одну за другой, сохраняя просто титаническое спокойствие. Когда пятый по счету окурок полетел в урну, Брендон выхватил у блондина остатки пачки:       — Все, харош. Много на первый раз нельзя, хреново будет.       — Разве есть куда хреновее? Серьезно, блять? Отдай сюда, и заткнись, будь добр, — безэмоционально потребовал Скай.       — Будешь подданным своим приказывать, понял? А еще раз к сигаретам потянешься — будешь лед к морде прикладывать. И без возражений мне, — спрятав пачку в карман джинс, Брендон внимательно всмотрелся в друга. По сути, все такой же. Только глаза пустые. И не ржет как три коня, что не удивительно. — Таки теперь вопрос дня, когда ты успел окончательно ебнуться, брат?       — Ты не мог бы завалиться, и свалить куда-нибудь к ебеням?       — Я жду, вообще-то. Мне повторить?       — Нет. А ебнулся я тогда, когда сразу не придумал нихуя хорошего. Чувствовал же, что она отдаляется. Но забил. Теперь вот, видишь ли, наслаждаюсь последствиями.       — Кайфуешь не по-детски, клево. И долго отдыхать будете? Пока не сдохнете в одиночестве?       — Выражения ты не выбираешь, друг. Может, и да. Может, и нет. Просто буду за ней присматривать. Временный перерыв, всего-то.       — Как бы он не затянулся и не стал окончательным, — веско заметил Брендон. Его реально тревожила эта ситуация, и он уже усиленно соображал план по примирению двух придурков.       — Еще раз подобную хрень сморозишь — и я тебе… Хотя, ты прав, — вместо угроз, Скай вяло усмехнулся, и направился ребятам, что сидели в зале. — Ты идешь? — обернулся, удивленный бездействием друга.       — Валяй, я скоро. Не покурил ведь, — отправив Ская к ребятам, шатен взлохматил свои волосы ладонью, и глубоко вздохнул. — Ну и придурки, ну отчебучили.                    Голос диктора объявил посадку. Их самолет вылетал через полчаса.

***

      Тем временем на Земле, где-то в гостинице на побережье Тихого океана, Эвелин отдавала документы организатору круиза. Паренек в клетчатой рубашке и потертых джинсах был удивлен, увидев здесь представителя сеньора Страффи, ведь по договору его актеры должны были прилететь только через пять часов. Он мельком просмотрел требования, удивленно почесал затылок и пожал плечами:       — Ну, раз начальство приказывает, то деваться некуда. Будет сделано, красавица, — парень очаровательно улыбнулся Эвелин, смутив девушку неожиданным комплиментом, — Вы сейчас обратно отправляетесь? Не хотите немного задержаться?       — Нет, простите. Долг завет, — с улыбкой ответила Эви, в глубине души недоумевая, что ему нужно от нее.       — Ну, хоть номер телефона оставите?       — По всем вопросам обращайтесь в наше официальное представительство, всего хорошего.       Тряхнув волосами, девушка легкой походкой направилась к выходу, радуясь, что отделалась от назойливого организатора. Ей некогда заводить романы, у нее работа. Работа, да.       А паренек еще долго смотрел то ей вслед, то на папочку документов в руках. Его заинтриговала и эта девушка, и эта новая поправка в заключенном договоре. А вот если бы сюда репортеров… Но, обязательным условием было полное отсутствие оных, о чем паренек сейчас очень жалел. Хотя, это, как ни крути, все равно будет очень интересно. Осталось только дождаться самих актеров.