Два мира,две души...

*** – Полина, нам нужно поговорить… – О, Макс, привет. – с улыбкой встретила гостя девушка и поставила тарелки на стол. – И о чем же? Только говори быстрее, мне нужно всем сказать, чтобы спускались. – Лин, Браун… Он мертв. – А?.. *** *** Тарелка, что держала в руке русская, полетела вниз и звон разбившейся об кафель посуды эхом раздался в ушах рейнджеров. Тело феи дрожало. Воздух стал тяжелым и вязким. Ей стало тяжело дышать. Ноги вдруг стали ватными и девушка быстро схватилась за стол, чтобы не упасть. Макс хотел было подскочить и помочь, но фея выставила руку перед ним и упала на ближайший стул. «Нет, нет, нет! Не верю! Не верю!» – мысли одна за другой вихрем кружились в голове русоволосой. Почему-то было сложно поверить в то, что близкий человек, друг, товарищ по оружию и ее несостоявшийся парень уже не жилец. Не хотелось верить, что этого задорного и неунывающего паренька нет. И тем не менее, чувство освобождения и облегчения начали брать свое. Осознание того, что больше нет того груза ответственности, нет больше нужды в очередной раз врать себе и всем вокруг приятно радовали. И ужасали владелицу Сениолиса. Сжала кулаки. Стало противно. Противно от самой себя и своих чувств. – Ты уверен? – прохрипела она. И так мрачный парень отвел глаза в сторону, боясь смотреть на убитый вид подруги. – Да, лично убедился, когда отвели на опознание. – вдруг на колени девушки прилетело что-то длинное и прохладное. – Чтобы не было сомнений. Русская взяла в руки брошенный медальон на цепочке. На нем были цифры. Последнее цифра шестнадцать. Любимое и счастливое Бейли. Она сглотнула. Узнала этот знакомый до щемящей боли блеск – медальон смерти* Брауна. Вся надежда на ошибку испарилась. Рука невольно сжала медальон. Не было больше ничего. Лишь осознание неизбежного. – Это его номер… Макс кивнул. – Мне жаль. Сразу за этим парень скрылся за дверью, оставляя девушку наедине с собой. Он понимал, что сейчас она чувствует себя двояко. И что лучше сейчас ее не трогать. – Я ведь предупреждал: не лги ни себе, ни ему. – еле слышный шепот рейнджера ушел в пустоту коридора. *** *** POV Лина После балагана, который свалился на меня в один момент в лицах обеспокоенных ботов, опасной Арси и подозрительно доброго Джеки, меня атаковал сон. Приснились события последней вечеринки и Брауна. Мозг, не мог бы лучше какой-нибудь другой сон подкинуть? Потому что я хотела отдохнуть, а не в лишний раз вспоминать всю хуйню и есть стекло. Можно сказать, что и вовсе не спала. И вот, я проснулась только на следующий день, то бишь сегодня. Или сейчас ночь и этот дерьмовый день еще не закончился? Хреново, когда безвылазно лежишь в бункере. А тот находится в скале. Черт! И как только ребята здесь живут и определяют время из вне? Потому что лично я вообще не ебу, что, где, как и почему. Лады, забили на это. Это не самое важное сейчас, Полин. Лучше займись этим обмякшим, ставшее за эти две недели тряпичной куклой телом. Вдох-выдох и резкий выпад вверх. О да, детка, я красава! Бля, в горле такой сушняк, будто я неделю подряд бухала и не просыхала и теперь меня настигло похмелье! Пиздец! Чую, если бы меня отвели к какой-нибудь речушке или озерцу, то можно было бы сразу стирать их местоположение с карт. И попрощаться со всей жидкостью в них, ибо я пила бы, как хрен знает кто. И так до тех пор, пока не сдохла б от переизбытка жидкости в ахуевшем от такого внепланового повторения сценария великого потопа организме. Интересно, я смогу встать? Сколько вообще времени? Дока не вижу, других тоже. Тишь да гладь. Ощущение, что все подохли, или начался как минимум апокалипсис. Твою мать, док, где твой бампер таскают шарки, когда твоя мечта ожила на глазах?! Черт, темно, как в жопе негра! Ясень хуй, так тихо, потому что дрыхнут! И как я раньше не заметила, что сижу в полной темноте, гробовой тишине и в гордом одиночестве?! Епт, Жукова, дожила называется! Теперь мы заторможены не только физически, но и умственно! Молодцы! Вместо того, чтобы развиваться – деградируем! Хотя, я же спала аж две недели. Неудивительно, что я заторможена во всех смыслах. Так, ладно. Потихоньку, полегоньку, будем восстанавливаться. По крайней мере, будем пытаться включить давно не работавший мозг. Все-таки без этого товарища я ничего сделать не смогу. И буду как черепаха, которая лежит на панцире и медленно подыхает от мысли, что она сделать нихрена ничего не может. Ну как ничего. Лапками вверх подергать или пошевелить может. Представила себе эту картину. Ебать, хуевая ситуация. Хотя нет, это еще меня не кому есть. Ладно, все не так хуево. Так-с, будем рассуждать логически, ну или хотя бы пытаться: если сейчас ночь, то бишь один из команды точно не оффит, так как находится на дежурстве. Зачем мне сейчас это? А хрен его знает! Походу, мыслить логически не мой конек. Твою мать, какое же неудобное и ужасное одеяло! Из-за него не могу сделать то, что полагается! А как говорил Джон, от раздражителя нужно избавляться. А это значит – долой эту гребаную тряпку! Уф! Вот это я понимаю – счастье! Какой же кайф, когда твоим прекрасным ножкам ничего не мешает и тело не задыхается! Теперь намного легче. Ну-у-у, попробуем теперь встать. Эм... Да твою дивизию! Ноги атрофировались! Серьезно! Вот блядство! Лады, на счет три и пытаемся пошевелить пальцами, а потом и остальной частью. Регенерация должна уже была подействовать за эти дни... Да? Верно же? Раз, два... ТРИ! И НИХУЯ! Хуй там плавал. Соси называется! И так я мучилась минут, наверное, восемь. Пока не знаю на какой попытке мои пальцы начали шевелиться! А потом через еще минуты две наконец случилось самое главное... Аллилуйя! Е-е-е-е-е! Я и мои ножки смогли это! Я начала их чувствовать! Просто балдеж! О'кей, раз уж я теперь могу ими двигать, значит пора браться за то, чтобы снова начать ходить... Ну что ж… с Богом! Опустила ноги на пол. Холодный. Не суть! Главное встать! Слава яйцам! Хотя бы могу стоять! Но вот идти – это уже другой вопрос... Ну что, ноженьки, сможете? Не? Давайте, родненькие, не подведите! Не успевая сделать свои первые победные шаги, как мой мизинец вышел на встречную с чем-то железным. – Ебать Ту-Люсю, откуда ты только, блядь, взялась, хрень ебучая?! - начала скакать на одной ноге, пока в руках держала другую. – Прости-и-и-и, – со всей жалостью и виной, которая у меня могла только быть, обратилась к покрасневшему мизинчику. Дружище, звиняй! Ты пал смертью храбрых! – Ну почему моя задница никак не может обойтись без всей этой хренотени?! – довольно громко причитала я на великом и могучем русском, все также отплясывая на одной ноге странный танец. И плевала я с высокой колокольни, если кого-то разбудила! – Вот обязательно должно что-нибудь да случится! Обязательно моя прекрасная задница должна во что-нибудь, да вляпаться!.. Прям по мизинчику, по такому чувствительному, сука, мизинчику! В тот момент, когда уже со слезами на глазах потянулась поцеловать свой пальчик, периферийным зрением уцепила шевеление со стороны, где должна находиться дверь. Слышу смех. Что за нах, нежданный негаданный? Привыкшие к темноте глаза уже видят лучше. Вместо железяки вижу другую. Живую. Ушастую. С самодовольной ухмылкой и смеющейся оптикой. Облокотившись на дверной проем плечевым сегментом, со сложенными на грудном отсеке манипуляторами, едва сдерживаясь от очередной волны смеха, стоял Уилджек... Ебаться-сраться! Сам Уилджек собственной персоной! – Отлично пляшешь, куколка! С каждой секундой осознания своего дерьмового положения мои щеки невольно алели, а уши так вообще полностью в пожаре и беспощадно горели от стыда. – Много видел и слышал? Ебанушка, что за тупые вопросы?! И к гадалке не ходи, все по его довольной роже понятно! – Не боись, все самое интересное застал! Синдром рыбки, выброшенной на берег, одолел меня – я открывала и закрывала рот, намереваясь оправдываться, будто это спасло меня от этого. Внутри меня коктейль из беспокойства и позора, вперемешку с гневом на весь мир и на кой-то черт на саму себя и свою неуклюжесть! Чувство, будто меня раздели и выставили всем на обозрение. Или если бы раскрыли шкаф в поисках легендарной Нарнии, но вместо нее нашли меня и мой склеп, чьи жители-скелетоны, рубившиеся в покер и попивая пивасик (не знаю, конечно, каким способом они им наслаждались, но факт остается фактом), небось были в ахуе от внезапного покушения в наши покои. Ребятушки, не волнуйтесь, я от вас недалеко ушла. Я тоже, как и вы все в «культурном шоке»! – Ты вообще какого хрена ночью тут щеголяешь? – это не я тут устроила цирк, это не я тут обласкала всех и вся, это не я сейчас сижу краснущая! Это все не я! Оптика разрушителя особо отчетливо в нынешней темноте сверкнула недобрым огоньком. Пизда мне. – Ну, в отличии от некоторых прекрасных особ, я был на ночном дежурстве. А теперь встречный вопрос, маленькая: какого шлака ты не оффишь и устраиваешь внеплановые концерты, – рэкер немного скосил оптику в правый верхний угол. На часы смотрит что ли? – в три часа ночи? О’кей, комплимент засчитан, дорогой. И сколько он сказал? Всего лишь три часа ночи? – Дорогуша, какое оффить в бетское время? Самое время для концерта! Бля, как же стыдно… Рэкер многозначительно хмыкнул. И улыбнулся своей чертовски соблазнительной ухмылкой. И на этом все, Жукова – закатывай мокрую от слюнок губу обратно, ибо ты начинаешь думать не о том, о чем надо. – Нисколько не сомневаюсь. – наконец прервал он молчание, подошел ко мне и аккуратно взял пострадавшую меня в неравной схватке в свою ладонь. Мило. – Пойдем, а то я смотрю тебя одну оставлять нельзя. Мало того, что ты походу заразилась неуклюжестью Балкхеда, так еще и превратилась в живое ультразвуковое оружие массового поражения. Не хватало, чтобы еще всю базу перебудила. Ахуел?! Ты у нас отчаянный, раз смеешь позволять себе говорить подобное мне? – Не переживай, в кабинете дока установлена звукоизоляция. – пробурчала я, скрестив руки на груди. Хм, для того, кто никогда не контактировал так близко с людьми, да и вообще для рэкера, он довольно осторожно и бережно меня несет. Неужели все это время с кем-то из наших тренировался? – И для чего же такие меры, если не секрет? – Чтобы не было лишних вопросов, когда мы с доком прибавим плюс один труп в общий счет. Негромкий смех разнесся по коридору. – Какие вы с доком добрые. – Ага. Самые добрые и пушистые. – По вам видно. Мы прошли в главный зал. В отличии от медотсека, свет здесь горел. Из-за чего мои глазки, только привыкшие к темноте, взбунтовались и начали болеть. Пока потирала глазки, почувствовала под жопой мягкую поверхность. Открыла глаза и лицезрела уже спину белого бота, который отошел к компьютерам, смотря на экраны. – А почему ты на дежурстве? Ты же не член команды «Прайм». Ну а что? И впрямь интересно. – Все равно ночью не оффлю. А сегодня смена Балка. Уломал его на этот раз мне уступить. – М-м-м, вот оно как… На мгновенье образовалась тишина, нарушаемая работой компьютеров и удаляющимися шагами ушастого. Куда это он? Бот вернулся спустя несколько минут с кубом энергона. – Решил заправиться? – спрашиваю я. Уилджек сел на контейнер, который стоял рядом с нашим с ребятами уголком. – Ага. И тут мой желудок решил вставить свое слово, а точнее отчаянный крик умирающего тюленя. Да ебанаврот, что за напасть-то?! Ты бы еще по громче что ли пел, а то слишком тихо, мой дорогой! – А это что было? – не понял бот и посмотрел на меня. Че зыришь, никогда не видел одичавшего от голода человека?! – О чем речь? – будем строить из себя дурочку, может прокатит. Лишь бы только… Бульк-бульк… Предатель хренов. Рэкер теперь уверенно смотрел на меня. Бля-я-я… – Провал, партизан. Ты спалился. И без тебя поняла! – А теперь поясни, что это ты за звуки издаешь? Какие-то они странные. Стыдоба. – Ам, ну, – пипец я смущена, конечно, хоть от меня подобное не зависит. – как бы те сказать? Вы же трансформеры употребляете энергон, чтобы были силы и типа того. Так вот, людям тоже нужно восполнять силы и есть, чтобы не сдохнуть. Только в отличии от вас, когда люди голодны или долго не ели, наш организм подобными звуками дает сигнал, что пора бы наполнить баки чем-нибудь… Объяснение 100 lvl. Полина Жукова к вашим услугам, обращайтесь. – Ну, энергон навряд ли ты заценишь, – Уилджек улыбнулся и отпил немного из куба. – А человеческой пищи у меня и подавно нет. Я негромко взвыла, как и мой желудок, скручиваясь от сказанного в очередной раз слова «пища». Неудивительно, две недели нежравши… Хотя стоп. – Ты сказал три часа ночи? Трансформер снова скосил оптику вбок. – Через несколько минут будет уже четыре утра. А что? Если мне не изменяет память, то после случая со скраплетами, мы с ребятами остались с ночевкой, после чего теперь даже оставили здесь сменную одежду и обувь. Средства личной гигиены тоже, ванную комнату Ретчет оборудовал. Моя карточка с денюжками привязана к телефону, сам прибор со мной, так что оплатить найду чем. Веном в моем теле наконец начал нормально работать и думаю, встать и идти я вполне смогу. Круглосуточный магазин точно должен работать. На то он и круглосуточный. Только проблема в том, что мне не на чем добраться. Крылья сразу отпадают, так как Веном только восполняется. Можно, конечно, воспользоваться мостом… –… Малышка! – А?! – ой, так он меня звал? – Так зачем тебе время-то? Ну, была не была. – Когда я буду готова, сможешь открыть мне мост по кое-каким координатам и потом, когда я позвоню, снова открыть его? Рэкер нахмурился. Ой, что-то мне это не нравится. – Нет. – строгим голосом сказал он. – Почему?! – Я тебя не отправлю через место куда-то ни пойми зачем. Тем более одну. О боже, чувак, ты серьезно?! – Слушай, мне сейчас не до этого! Я хотела просто сходить в магазин, чтобы хоть что-то себе купить покушать! Рэкер все также продолжал смотреть на меня с подозрением. – Даже так, в таком состоянии я тебя никуда не пущу. – Хорошо. Если ты согласен утром обнаружить уже труп, то вперед! – Нет. Да ты издеваешься?! Я кушать хочу!! – Ты реально издеваешься? Я же сказала. Хочу. Кушать! Я конечно, выразилась бы на своем языке, но чет чует моя задница, меня нихрена бы не поняли. – Хорошо, так и быть, – он выдохнул и встал. Аллилуйя! – но только я тебя отвезу и верну обратно. Никакого моста. Чувак, веришь, но мне похрен! Главное есть шанс пожирать! – Как хочешь, мне все равно! – воскликнула я и вытащила из-под стола свой рюкзак, который узнала, как только увидела. Вещи внутри. О да, детка! – Ок, я в душ! Пошла потихоньку в сторону коридора, чтобы не рисковать. Все-таки раны еще не до конца зажили и лишних хлопот из-за резких движений мне не сдался. Мне вообще стоит радоваться, что я могу иметь возможность ходить и делать еще что-то, не смотря на двухнедельную отключку. Если бы не Веном и все, что к нему прилагается, пизда бы была мне. Быстро умывшись, оделась, сделала легкий макияж и хвост. Уилджек уже стоял и ждал меня у тоннеля. – Ну и куда путь держим? – спросил он, когда я села на водительское сиденье. – В Джаспер. А там уже скажу куда именно. Рэкер ехал на чуть превышенной скорости, из окон виднелся знакомый пейзаж, по которому я даже успела соскучиться. Полная тишина и умиротворение. Но тут вдруг меня кое-что осенило. – Слышь, а у тебя проблем не будет? – Из-за чего? – Так ты же пост оставил… Представляю, какая жопа будет, если об этом прознают док и Прайм. У-у-у-у-у, звиздюлей знатных отхватим. Он и я в придачу. Он за то, что оставил пост, а я за то, что посмела поднять свою задницу с койки, так еще и с баз свинтить… – Не пойман – не вор, вроде у вас людей так говорится? Не будешь работать глоссой, и док не прознает о данном нарушении. Это конечно, верно, но все равно не хочется, чтобы из-за меня его ругали. Блять. – Ну, как знаешь… Как только стали видны первые дома городка, я сказала Уилджеку, куда надо дальше. И вот он остановился на парковке перед магазином. – Я быстро! - я вылезла из машины и пошла быстрым шагом ко входу. Я сразу знала, что буду брать и особо не собиралась закупаться, так как на базе кухни не имелось, а из кухонной утвари были только чайник, ложки да вилки, ножи, чашки и пара тарелок. В итоге, половину пакета составляли не самые полезные продукты, но очень любимые. Чипсы, двухлитровые бутылки колы и обычной воды, чай, сахар, лапша быстрого приготовления, пару овощей и майонез для салата, яйца, масло, бекон и стейк, хлеб, салфетки. Да, я люблю плотно покушать, но не стоит забывать, что мне еще днем может приспичить перекусить. А, еще надо заглянуть домой за мини-плитой для походов, сковородкой и специями. – Отвези меня пожалуйста к дому. – положила пакет с едой на соседнее сиденье и пристегивалась. – Ты набрала полный пакет этой самой еды и тебе мало? – на панели рэкера появился недоумевающий смайл с вопросом наверху. Где он этого понабрался? – Отстань! Я одичавший от двухнедельного голода бедный подросток! Мне в моем возрасте нужно хорошо питаться. Лучший друг Балка ничего не ответил и развернулся в сторону моего дома. Спасибушки. Взяв все нужное, я вернулась обратно к боту. Так, вроде ничего не забыла. Все взяла, дом закрыла и проверила. Да, точно все. – Все? – Да, давай обратно. *** *** – Это просто божественно! – я чуть не умерла от блаженства, стоило жаренному куску мяса и салату оказаться во рту. Е-е-д-а-а-а! Рэкер с одновременно удивленной и смеющейся оптикой смотрел, как я уничтожаю содержимое тарелок. – Малышка, будешь так много есть и превратишься в такой же мячик, что и Балкхед. – Ну и плевать, хорошего человека должно быть много! Мечник рассмеялся. А у него красивый смех, стоит заметить. Было уже шесть утра, потихоньку один за другим появлялись автоботы. Первыми были док и Прайм. Они спят вообще? – Не понял, а это что такое?! – возмущенно крикнул Ретчет, чем заставил меня поперхнуться. Неожиданно блин. А вообще поаккуратнее надо быть, тут люди едят! – Почему ты не в медотсеке? Приплыли. Хорошо, что додумалась переодеться и спрятать остальные вещи. – Проснулась, стало скучно лежать и решила размяться. А еще покушать! – совершенно спокойно ответила я, отправляя новый сочный кусок в рот. – Для меня это сейчас самое то! – Ты должна была соблюдать постельный режим еще как минимум три дня! И откуда у тебя это все? – он окинул взглядом мои кулинарные творения и пакет. – Мико еще вчера любезно предоставила малышке провизию. – поддержал меня Джеки. Плюс в твою сторону, ушастик. Док все также продолжал хмуриться и прожигать убийственной оптикой, пока на его плечо не легла ладонь Оптимуса. – Спокойнее, старый друг. Думаю, ничего страшного нет в том, что Полина решила побыть с Уилджеком, если она чувствует себя лучше. Во-во, слушай лидера, доктор! Ретчет фыркнул и пошел в свою лабораторию, бубня о том, что никто его не слушает. Ничего не меняется… – И все же я хочу попросить тебя быть в следующий раз быть осторожнее, Полин, и не ездить одной никуда без предупреждения. М.Е.Х опасны, и они могут следить за нами через вас. Если они нашли тебя в том лесу, значит найдут и вас с ребятами в Джаспере. Чего? А как же вопросы по поводу моего свечения, Сениолиса и типа того? Где обещаный допрос?! – Х-хорошо. – промямлила я, все еще не понимая. – Днем я еще поговорю со всеми вами об этом. Как раз Фоулер прилетит вместе с тем доктором, и мы все обсудим с ним. Это он про Джона? После этого Оптимус покинул нас, оставив меня в недоумении. Неужели поверили? Или..? *** *** – О, уже здесь? – из лифта вышли Джон и Фоулер. Мой друг сразу направился ко мне и ребятам, которые успели приехать и проехаться по моим мозгам. – Как себя чувствуем, пациент? – Замечательно, доктор. Спасибо, что спасли мою жизнь. – Всегда пожалуйста. – сказал Джон, смотря в упор в мои глаза. Узнаю этот родной убийственный взгляд. Мой верный друг указал кивком головы на лабораторию дока, намекая направляться туда. Там он начал осматривать меня, не глядя доставая свои инструменты. – На что-нибудь жалуемся? – Неа. – Вот и отлично. С тобой теперь все в порядке, кости срослись, синяки уже все прошли, но продолжай мазать их этим кремом, – о, так вот что мне помогало все это время. – в школу пока не ходи, недельку эту отдохни. Периодически Джон кидал косые взгляды на ребят, которые стояли чуть дальше от нас, наблюдая за нами. – Довыебывалась? – прошептал он, когда встал напротив меня, чтобы послушать. – Не вели казнить, князь. Это вышло случайно! – оправдывалась я. – Вышло случайно. – передразнил док. – Стукнуть тебя разочек, может мозги начнут работать. Началось… – Это ведь вы прочистили им память? – спросила я после минутного молчания. Джон кивнул. – Эльза была здесь сегодня ночью. И заглянула к этим трем товарищам тоже. – Почему раньше этого не сделали? – Она отказывалась отходить от Лизы хоть на шаг. Точно ведь, Лизи… – Как она? – Думаю, это тупой вопрос, учитывая, что сегодня ночью Эльза как обычно спасала твою задницу! И впрямь… – Но ведь в три часа ночи я не спала и один из них дежурил… – Фоулер предоставил нам новые разработки ученых для скрытия. Так что никто не заметил, даже ты, когда мило ворковала с тем белым роботом. Мы вдвоем кинули косяка на Уилджека. Значит я верно поняла. Но как же Ретчет? – Однако Ретчета не тронули. – будто прочитав мои мысли ответил Джон. – О, смотрю вы нашли общий язык. – Ага, на почве того, что оба доктора и нам приходится иметь дело с долбанутыми. Вот она, докторская любовь... – А Браун?.. – интересно, его хоть похоронили? Джон опустил голову. – Я его видел, Полин. И хорошо, что его не видела ты... Значит, все-таки правда и это был не сон… – Его похоронили там же, где и всех. Медик похлопал меня по плечу. Ему тоже тяжко. Браун, как же ты так… – Еще долго?! – донесся нетерпеливый голос японки. – Спокойно. С пациентом все прекрасно. Всего лишь недельный отдых и можно будет возвращаться обратно в школу. Главное не искать никаких приключений на свою пятую точку. – на меня выразительно посмотрели. – Будьте в следующий раз очень осторожны, юная леди. Да поняла я, поняла! – Ага. Спасибо еще раз. Мы вернулись обратно в зал. Фоулер стоял и что-то обсуждал с Праймом. Агент заметил нас и спросил: – Ну что, доктор, как пациент? – Все хорошо, можно уже не волноваться. Все что нужно, ее друзьям уже рассказал. – Отлично. Благодарю за помощь. – Без проблем, агент. С вашего позволения, я вернусь на базу. Уильям кивнул. – Да, минутку подождите, и мы отправимся. – рейнджер развернулся к автоботам. – я тебя понял, Прайм. Я могу считать, что мы договорились? – Да, агент Фоулер. – Вот и славно. После этого агент кивнул и скрылся вместе с Джоном в лифте. Прайм посмотрел на всех нас. – И так, думаю все поняли, что от вас требуется? – все согласно мотнули шлемами. – С этого дня вы должны быть начеку везде. Неизвестно, когда наши враги снова смогут напасть на наших маленьких друзей. Дети, теперь же вы обязаны всегда сообщать, если вы куда-то собираетесь отлучится и звонить при первой же необходимости нам. – Хорошо. – хором сказали мы. – Балкхед, на тебе весит двойная ответственность, помни об этом. – Да, Оптимус. Вдруг Уилджек выходит вперед. С чего бы это? – Командующий, можно вопрос? – Да, Уилджек, я тебя слушаю. – Вы не против, если я останусь здесь и возьму Полину под свое попечительство? Чего?! Я сейчас не поняла. Все смотрят на него с такими же ахуевшими глазами. Ебанаврот, вот это поворот! – Джеки, ты уверен? – неуверенно произнес Балк, смотря то на меня, то на него. Мечник в свою очередь оставался невозмутимым. Он что, реально не шутит?! – Да. А что? Арси скрестила манипуляторы, насмешливо фыркая. – Ты и взять под свою ответственность человека? Что-то сомневаюсь, что ты справишься. Я заметила, как Уилджек смотрит на меня. Уголки его губ поднялись вверх. – А вот у меня совершенно иные мысли на этот счет. Так что? – все посмотрели на Прайма. Тот немного поразмыслив, ответил: – Хорошо. Я доверюсь тебе, Уилджек. Тогда с этого дня, Полина, ты являешься подопечной Уилджека. Автоботы неуверенно смотрят на меня. Мальчики заинтересованно и только Мико довольно ухмыляется, а чуть позднее и Балкхед повторяет ее выражение лица. Я же в полном ахере таращусь на этого ушастого и, какого-то хрена, довольного мечника… Вдруг Ретчет произнес: – Оптимус, я помнится просил, чтобы ты больше не принимал детей в команду, а не нашел им соратника! По залу разнесся дружный смех. *** *** – Ура! Наконец-то теперь все как надо! – визжит от восторга Мико, пока наши бравые защитники в очередной раз отправились на задание. Прошло несколько дней с того дня, как Джеки примкнул к команде и стал моим опекуном. Выяснить причину данного поступка не вышло. Но меня напрягало то, как иногда Балк смотрит на нас, чуть ли, не сверкая как солнце от счастья. До сих пор не верится… – Смотрю, ты в полном восторге от расклада событий. – улыбнулась я. – Естественно! Теперь у каждого есть свой опекун – это раз. Два, Уилджек теперь останется с нами и человека не пришлось искать, так как он выбрал! Три, теперь мы вчетвером будем веселиться от души! Ага, уже весело пиздец как. Вы не подумаете, против этого засранца я ничего прям такого не имею. Просто до сих пор не могу понять его поступков. Но признаться, будь я такой же простой девчонкой, как Мико, то визжала бы от восторга не меньше нее, если не сильнее. – Открываю мост. – послышался голос Ретчета и звук открывающегося моста. Из него начали выходить команда с несколькими тележками, наполненными по края энергоном. А сегодня похоже отличный улов! – Ну что, вы показали десептиконам?! – Ха, еще как! – ответил Уилджек. – И сегодня я выиграл по счету! Балкхед возмущенно посмотрел на него. Оу, начинается обычная перебранка. И как всегда Арси и Би не остались в стороне. Мы с Мико переглянулись и рассмеялись. Хоть это и происходит каждый день, все равно менее смешно не становится. Пока автоботы разбирались с энергоном, я с ребятами успели сыграть в приставку. И когда я в очередной раз выиграла и кричала победный клич, они вернулись. Джек же откинулся на спинку дивана и огорчено вздохнул. – Серьезно, опять?! – Не расстраивайся, Джек. – Раф сочувственно похлопал по плечу Джека и взял у него джойстик. – В следующий раз повезет. – Ага, только такими темпами ему повезет разве что в следующей жизни! – съязвила я, довольствуясь мгновенной реакции моего лучшего друга. – Что ты там сказала?! Ну-ка повтори, я не расслышал! Под общий смех начала убегать от Дарби. Как же я люблю его дразнить! *** *** – Добро пожаловать в К.О Burger! Что будете заказывать? – Два больших гамбургера, большую порцию фри, колу, мороженное и «К.О Monster-combo» пожалуйста! – Ожидайте, – ответила девушка и начала выполнять заказ, пока мы с Уилджеком стояли у окна. Через пару минут мне было протянуто два пакета, от которых исходил ахуеный запах, от которого у меня рот наполнился слюной. Еда! – с Вас 50$. – сунула нужные купюры. Благо, у магазина был автомат, и я смогла снять деньги. – Благодарим за заказ, приходите еще. – Благодарствую и хорошей работы. Я успела лишь увидеть благодарную улыбку и кивок, когда Джеки стартанул. Он подкатил к столикам, остановившись у самого дальнего, так как он был ближе всего к стоянке, а значит и к нему. Я уже открывала первый гамбургер, когда Джеки спросил: – И какова эта еда на вкус? И тут я застыла с открытым ртом, недоуменно переводя глаза с еды на рэкера. Пиздец… И как мне ему объяснить? – Честно сказать, не знаю. Хм, даже не знаю, как это объяснить. У вас же этого нет… Или есть? – неуверенно посмотрела на машины. Судя по молчанию, он тоже задумался над объяснением. – Именно такой формы и содержания нет. Наша кухня не блещет разнообразием, особенно после войны. – ответил Джеки. – Есть конечно, крии например. Это можно сказать, наш аналог вашим так называемым «печеньям». И тут меня осенило! – Точно, я видела их у Арси! Они у нее в баночке такой лежат. Автобот весело хмыкнул. – Неудивительно, их легко сделать. – сказал Уилджек. – Ты сказал, что это аналог нашим печеньям. Значит, они сладкие? Ну а что? Это все-таки шанс узнать о их кухне, если ее так можно назвать. – Лично у нас они считаются сладостями. – Ясно. Я продолжила есть. Но мне опять помешали. Да вы стебетесь что ли?! У всех фетиш мешать мне нормально пожрать?! – Да ну, вы только посмотрите, кто тут у нас! Это же наш горячо любимый жучок! Этот писклявый, скрипучий и противный голос… Кривясь, поворачиваюсь в его сторону, тут же встречаясь с главной стервой нашей школы – Бриттани, вместе со всей своей свитой. Твою мать, а ведь день только хорошо начинался… – И тебе не хворать, Британни. – да я молодец, смогла практически выдавить из себя настоящую улыбку. Девушки с высокомерием смотрели на меня, мерзко похихикивая. Честно слово, словно стая гиен. Хотя почему «словно»? Они есть стая мерзко смеющихся гиен. – Сколько лет, сколько зим, Паулина! – мразота белобрысая, не смей коверкать мое имя! – А почему мы уже практически месяц не появляемся в школе? М? Ай-яй-яй, жучок, а прогуливать нехоро-ошо. – А что, успела соскучиться по моим восхищенным комплиментам к твоим кривым ногам и абсолютно плоскому, как самая гладкая доска, телу? – на моем лице заиграла ухмылка и я, как ни в чем не бывало, отпила немного колы. Реакция белобрысой не заставила себя ждать. Бриттани подлетела к моему столу, ладонью оперлась на него и наклонилась ко мне. Блять, от нее воняет самыми вонючими духами, которые только могут быть! Скройся! – В отличии от некоторых, у меня на бедрах не весит куча жира из-за количества поглощаемой жратвы. Сравни меня с собой, и ты сразу поймешь, какая пропасть между нами. Я лениво окинула взглядом этого скелетона, обтянутого кожей и хмыкнула. – И то верно. А то-то я думаю, что это от тебя и твоих подружек все кобели в округе шарахаются. – На что намек, русская?! – к Бриттани подошла ее правая рука и вторая по главенству после нее – Кристи. – Ты что, Крис, никаких намеков. – пропела я сладким голосом. – Лишь хочу сказать, что все нормальные представители мужского пола как псы – на кости не бросаются, тем более которые потом стоят поперек горла, всего-то. Все в полном ахуе посмотрели на меня и опасливо перевели взгляд на трясущуюся от гнева и ярости Бриттани. Хуя ее потрясывает! А ведь я даже еще не начинала. – Да я тебе все патлы выдру, сучка! – Может в больницу сходить, провериться на бешенство? А то того гляди и вовсе сейчас грохнешься, вон как трясешься, а агрессия и пена изо рта верные признаки бешенства. – да-да, у меня язык без костей, но блять, я не могу остановиться. Меня ее реакция только заводит! – Сама напросилась, дрянь русская! Бриттани хватает меня за косуху и направляет кулак на меня. Я уже приготовилась остановить атаку, как раздался звук открываемой двери и кулак белобрысой останавливается в сантиметрах от моего лица. Меня и Бри накрывает какая-то огромная и широкая тень. Че за хрень стоит позади меня? Все разворачиваются на звук, в то время, как мне остается двигать только головой. – Привет! – рявкнул кто-то сзади, чем заставил меня вздрогнуть. Опираясь локтем о водительскую дверь Джеки, во всей красе позади меня стоял… хера громадина?! Что за нахер творится?! Громила возвышался над всеми нами, и чтобы увидеть его лицо, мне пришлось запрокинуть голову, ибо любоваться на грудь, облаченную в черную футболку, хоть и заманчивая идея, особенно без футболки, но в данный момент как-то не ахти. Брюнет, я бы даже сказала очень симпатичный, лет где-то на двадцать пять, со знакомыми шрамами на ухмыляющихся губах и еще несколькими на шее. Голубые глаза отдавали холодом, насмешливо и угрожающе смотрели на ахеревшую белобрысую. Рост где-то с метр девяносто, а может и все два, широкие плечи и, наверняка, мускулистые руки, скрыты под белой курткой с красно-зелеными вставками, камуфляжные штаны и тяжелые армейские ботинки производили то еще впечатление. Особенно на меня. Блять, хотите верьте, хотите нет, но чет я очкую… – Какие-то проблемы с моей девушкой? – этот незнакомец сжимает руку на дверце и говорит голосом Джеки. Это он что ли?! Ебанаврот, да что тут происходит! Рука с моей косухи тут же пропадает. Ахереть, у этой суки оказывается все-таки есть инстинкт самосохранения! Блодинка начала мотать головой стороны, широко раскрыв глаза. – Н-н-никак нет, с-с-ссэр… - пискляво промямлила она, отойдя от нас на несколько шагов. Свита же вместе с Кристи жалась друг к другу. Тут он наклонился к нам, практически касаясь подбородком моей макушки и зарычал с тихой угрозой, после которой я еще больше испугалась того, кто стоит позади меня, а холодок, что пробежался по моей спине и тот страх, что испытываю сейчас, будет еще долго преследовать меня. И это Джеки?.. – Тогда предлагаю тебе заблудиться! – я сглотнула. Даже несмотря на то, что эта угроза была адресована не мне, она подействовала, из-за чего я еле сдерживала себя, чтобы не затрястись. Боже, не дай мне когда-нибудь в свой адрес услышать что-то подобное… Тем более от него. Группа стерв скрылась восвояси, провожаемая нашими взглядами. – Прости, сильно испугалась? – тот голос, что еще минуту назад пугал меня, уже говорил мягче и отдавал нежными и ласковыми нотками. Ничего себе он быстро переключается. Только уже после этого я осмеливаюсь полностью повернуться к… Уилджеку лицом, встречаясь с ним глазами. В них уже не было молчаливой опасности и холода, которые они отдавали. – Нет. – я одариваю его улыбкой и в моем ответе совсем нет лжи. Верно, я боюсь не самого Джеки. Я испугалась совсем не этого. Причиной моего страха стало… то отношение, что было проявлено к Бриттани. И аура убийцы, что он источал. Эта аура мне очень знакома. Я сама была в боях источником этого сгустка ауры. Но что самое страшное – в этот момент он был похож на моего отца. В таком состоянии я видела его лишь раз. Тогда, когда на наш особняк напали. Не выражающие ни одной эмоции, кроме ненависти и угрозы, уверенные и отточенные за годы вечной войны движения и надменная ухмылка – вот она, обратная сторона каждого. Пожалуй, до меня сейчас только дошло. Автоботы может и смеются, улыбаются, веселятся вместе с нами, показывают себя добрыми и хорошими, но это лишь одна сторона медали. Как и я, глубоко внутри они прячут вторую. Прячут большую часть настоящих себя. Ту страшную сторону себя, подвергшуюся войне и ее закалке. Ту, о существовании которой лучше ребятам не знать. Я с ними в одной лодке. У всех нас, руки по локоть в крови, на нашей совести куча смертей как товарищей, так и врагов. По сути, мы убийцы и вся наша дорога устлана трупами тех, кого мы знали и любили, кого мы ненавидели и призирали… – Уверена, малышка? – донесся до меня голос Джеки, вырывая из раздумий. – Да сколько можно тебе говорить! У меня есть имя! Меня зовут Полина! Он смеется. Тебе смешно, да?! Но именно это дает мне отвлечься от мыслей. – Ну, если ты возмущаешься, значит точно не испугалась! Делаю шаг назад, чтобы в этот раз рассмотреть его повнимательнее. Довольно своеобразный стиль, но почему-то мне очень даже нравится. Особенно штаны и ботинки. И только сейчас замечаю, что даже через рукава куртки сразу понятно, что руки у него мускулистые. Кстати говоря, из спины я также замечаю торчащие ручки катан и то с натяжкой. Для обычного человека он довольно крупный. – А это… – Голограмма. – отвечает он. Я восхищенно выдыхаю. – Прям как у Арси. Слух, то есть не только двухколесные так могут? – Все боты так могут. Скорее всего у всех, не считая Арси, не было особых причин делать ее. – Оно как… Смотря на него, в мою голову неожиданно закрадывается одно воспоминание и меня начинают переполнять негодование и обида. – Стоп! Так значит, в тот раз ты тоже мог вылезти с этой гребаной голограммой и вместо меня отдубасить тех гавнюков-гонщиков, с которыми мы по твоей милости встретились?! И умея это, ты вылез покрасоваться перед этими девками, которым я спокойно могла навалять, а перед теми товарищами ты значит сочканул?! Не, ну что за несправедливость?! – Детка, ты не путай. То, что ты видишь, не совсем реально. Точнее, реально, но не так как ты думаешь. Это просто голограмма. – говорит он и резко выкидывает свою мускулистую руку на меня, и эта рука проходит сквозь меня, становясь бесформенной и прозрачной, словно рука призрака. Отчасти жутко. – То, что стоит перед тобой, всего лишь вираж, иллюзиорная вариация моей сущности. Проще говоря, данная человеческая голограмма показывает мою сущность в том виде, в какой она есть, будь я изначально белковым. И я бы при всем своем огромном желании не смог бы тебе помочь. – Вот значит, как. – с сожалением произношу я и сажусь обратно на свое место, сев к нему лицом. Его губы приподнялись в ухмылке. – Хотя, пожалуй, навалять тем шлакам и этой своре было бы заманчивой идеей. С удовольствием это сделал бы. Хихикнув, посмотрела на соседний стул и снова повернулась к рэкеру, хлопая по этому стулу, надеясь, что Уилджек сможет сесть рядом. Тогда может, я таки смогу нормально поесть и ко мне никто не станет лезть! – Может тогда хотя бы составишь компанию за трапезой? Просто посидишь рядом? Он отрицательно мотает головой. Да в смысле?! И тут отказ! – Я не могу. Пойми, малышка, это всего лишь голограмма. И она исчезнет, как только я уберу все контакты с моей альтернативной формой. – Отстой. – с легкой обидой бурчу я и возвращаюсь к трапезе. Сам же рэкер садится напротив меня на водительское сиденье, оставляя дверцу открытой, скрепляет руки в замок и утыкается в них подбородком, не отрывая взгляда от меня. Поначалу меня это не напрягает и даже не парюсь на этот счет. Но когда уже проходит, как минимум минут пять, и я уже начинаю ловить на нас косые взгляды посетителей и прохожих, а затем едва слышимый шепот о нас становится очень даже громким, прослеживаю траекторию их глаз и тут же понимаю в чем дело. Блять! Теперь мне даже в рот ничего не лезет. – Джеки, прекрати немедленно таращиться на меня таким взглядом, ибо все нас видящие уже думают, что ты хочешь меня изнасиловать… Мы совсем не те, кем кажемся. Однако, ведя себя так, я думаю, что боты, как и люди, тоже таким образом пытаются спасти себя. Спасти себя и пытаться сохранить ту светлую, сокровенную и не тронутую войной часть души. Возможно в нас, людях, они видят то самое спасение. И если это так, то я стану твоим спасением, Джеки, а ты станешь моим. Возможно, мы не просто так встретились и стали напарниками. А возможно, дело и не в этом. Все возможно. Однако, одно я знаю точно – так или иначе, теперь мы неразрывно связаны и какой бы конец нас не ждал, мы встретим его вместе…