На гребнях волн

Василиса была вся переполнена сладким ожиданием. Марк наконец разрешил ей! Наконец-то! Как же она ждала этого. Она очень хотела вернуться к нормальной жизни, ведь чувствовала в себе силы - Фэш и правда помог ей, за что она была безмерно ему благодарна. Она чувствовала, что должна выйти и улыбнуться всем, показать, как у нее все хорошо, что она справилась. Когда Марк ушел, девушка быстро поднялась и принялась в спешке натягивать свои брюки и рубашку. Платья у нее больше не было, после нужно будет подобрать новое. И она даже знает, кто ей с этим поможет... Василиса, вся радостная и вдохновленная, предвкушающая прекрасный день, поднялась на палубу. В глаза ударил яркий, но холодный солнечный свет. Кожу пробрало мурашками. Холодало. Теплое время заканчивалось, приходили сильные, даже иногда ураганные ветры, порой и легкие морозцы. - Василиса? – удивленно. Близко. Неожиданно слишком радостно. Только глаза привыкли к такому свету, девушка увидела, что её обступают друзья. Их взволнованный вид, заботливые лица и выражения глаз… Она таяла от них. Но их неуверенность. Они были крайне изумлены, крайне боялись как-то её испугать и вообще сделать что-то не то. Поэтому она решила не создавать новых сомнений – пора брать дело в свои руки. Василиса прикусила губу и бросилась на шею Шаклу. Мужчина понял все почти сразу, что её просто жутко порадовало - у неё защемило в груди, когда её почти что отец обхватил талию руками и круто закружил её. До темных пятен перед глазами и до сладко-счастливых смешков. Она ласково отпихнулась от Шакла и тут же прижалась с невинными объятиями к Нику с Мааром. - Василиса, ты… - недоуменно выдавил Маар, все же машинально кладя руки ей на спину. - Я в порядке, - она подняла глаза. – Забудьте. Василисе удалось обнять ещё нескольких друзей – она ведь знала, Фэш вовсе не будет против. Он понимает, он не выступает по этому поводу. И тут она нос к носу столкнулась с тем, кто последнее время – довольно много времени – занимал почти все ее мысли. Он вытащил её из этого темного омута, он помог ей ожить, он показал ей, как прекрасна жизнь. И не только. Фэш смотрел на неё с улыбкой сверху вниз. Они стояли близко-близко друг к другу. Слишком близко. Непозволительно. Василиса смущённо улыбнулась и хотела отойти, чтобы никто ничего и не подумал, только вот Фэш вдруг схватил ее за запястье, не давая сделать и шагу. И что это значит? Она терялась в догадках и опасении, что сейчас… сейчас все точно поймут. Она нехотя, но уверенно потянула руку, зато мужчина с мягкой улыбкой настойчиво удержал её на месте. То, что здесь происходит, явно не то, что должно… что нормально. Нет, Фэш должен её сейчас же отпустить, контакт длится намного дольше дозволенного, потому у Василисы сердце уже не на месте. Если… если он и правда думает, что сейчас – самый подходящий момент для того, чтобы сдать себя с потрохами… то он явно не прав. От жгуче-острых тревожных мыслей Василиса прикусила губу, сжав пальцы в кулак. Черт, только не сейчас. Боже, неужели Фэш… Фэш, неужели ты не понимаешь, что это несвоевременно! Она не хочет. Не хочет новых волнений по крайней мере в ближайшее время, не хочет, ведь знает, что реакция на НИХ будет… будет сложной. Василиса от шока и страха теряет дар речи, когда Фэш с ухмылкой тянет её на себя и прижимает к груди, крепко обнимая своими сильными руками за талию. Мягко и в то же время – будто не терпя возражений, касается губами губ и затягивает в совершенно ошарашивающий поцелуй. Василиса стояла, не двигаясь, не отвечая, в полном шоке. Да, ей уже осточертело прятаться, а утренний инцидент почти добил её, но сейчас… не так она представляла эту ситуацию, когда они откроются всем. Краем глаза она видит, как в еще большем шоке застывают их друзья вокруг. И не может ничего сделать, ничего – только схватить Фэша за рубашку и не сметь нормально дышать. А может, к черту всё? Ведь и так уже все поняли, так почему она должна отказывать себе в одном из множества умопомрачительных поцелуев Фэша. Когда в голове уже неприятно тяжелело, она отстранилась и вздохнула полной грудью. Фэш хитро блеснул глазами, заставляя её опустить смущённо взгляд в пол и сразу поскромнеть. - Это… это что значит? – сдавленно прозвучало в толпе. Василиса нехотя поймала взглядом убитого наповал такой неожиданностью Марка и снова виновато отвернулась. Фэш же невозмутимо притянул её к себе, обхватывая рукой талию, и кладя теплую ладонь почти на живот. - Я люблю Василису, и мне надоело это скрывать от всех, - на палубе в это время был и сам Капитан, который не удивленно – зло смотрел на сына. Тот же абсолютно спокойно наблюдал за его реакцией. – Мы вместе, и я говорю это абсолютно серьезно. У Василисы моментально уши запылали. Вот это откровенность. А мужчина слишком дерзко – как ей казалось – продолжал, приводя её просто в ужас. Сегодня точно случится что-то нехорошее. Он не собирается хоть как-то сглаживать углы, но надо отдать ему должное - говорит прямо и честно. - Я не буду спрашивать ни у кого разрешения, уже поздно, - он с вызовом глянул Капитану прямо в глаза. Он прожигал его взглядом, изредка косясь на напуганную Василису, а она молилась, чтобы всё обошлось. Но, видимо, молитвы её не были услышаны. Она в панике почувствовала, как локоть сжимают чьи-то пальцы, её тянут, тянут назад. Она вцепилась в Фэша, что казался ей надежнейшей опорой и защитой, но удержаться не удалось. Её почти оторвали от любимого под удивленный полувздох, и оттащили недалеко. Пока недалеко. Василиса подняла взгляд. Шакл хмурился. Он был рассержен, зол, очень недоволен. - Шакл, пусти, - девушка постаралась сделать голос как можно более твердым. Ну, хотя бы не скатилась на писк. Но он не ответил, сурово промолчал. - Отпусти её, - начал Фэш, но вдруг был прерван. Капитан что-то сказал двум пиратам, они коротко кивнули и в следующую секунду схватили Фэша под руки. - А ну-ка повтори, что ты сказал, щенок? – процедил Диаман, приближаясь к лицу сына. - Повторять не буду, - резко ответил он, щурясь. - Скажу то, что ещё не сказал. Василиса моя, и пусть это знают все. - Несите плеть. Его – к мачте. Нет. Нет-нет-нет, не надо. Не так, не сейчас, не так… Василиса даже не смогла выдавить из себя ничего, кроме протестующего, полного слёз стона. Она видела, как Фэша грубыми толчками провели к мачте, и заметила его взгляд на себе. Сложно было не заметить. Он посмотрел на неё прямо, открыто, с какой-то тусклой, но счастливой улыбкой. - П-п… - она пыталась что-то сказать, но ком засел в горле. Что же происходит… Что сейчас будет… Только не так. Отчаяние и страх накатывали волнами, заставляя крупно дрожать руки и обессиленно подгибаться колени. Василиса повисла на руках Шакла, беспомощно смотря на то, как двое разозленных парней ударили Фэша под колени, и тот рухнул. Его руки привязали к мачте и оставили сидеть так, упираясь лицом в холодный деревянный столб. Шакл удивленно подхватил Василису крепче, а она смотрела, как Фэш пытается обернуться и вновь глянуть на неё. И ему удается. - Её не трогайте! – прорычал он, дергаясь. – Отпусти её, Шакл! Немедленно… Капитан сжал в руке его волосы, резко выворачивая его шею, чтобы видеть его лицо. Фэш молча снёс боль, устремляя взгляд на отца. - О, ей никто ничего не сделает, - произнёс он, вглядываясь в его лицо. – Расплачиваться будешь ты. Он отпустил его голову, ударив о мачту, а затем лёгким движением снял свой темно-синий камзол, закатал рукава рубашки. - Кому… - он на секунду замолк, принимая из чьих-то жестоких рук плеть. Василиса видела её во всей её темной красе. Черная, длинная, смертоносная. – … давали приказ не трогать девочку? Диаман глянул на плеть в руке, крепче сжал и отвел назад. Воздух разрезал оглушительный свист, и тонкий хлыст рассек одежду и кожу Фэша. И к Василисе вернулась возможность говорить. - П-пожалуйста, не надо! Не надо! – слез не было, только темнящая разум паника. Его в серьез будут пороть? Пороть из-за неё? Пороть из-за нарушения приказа… Капитан глянул на девушку. - Прикажете увести? – холодно спросил Шакл. - Пусть смотрит, - изрек Капитан, поворачиваясь лицом к злым, но ошарашенным пиратам. – Смотрите все. Он нарушил приказ, прямой запрет, он ослушался. Такое ждет каждого. Я лично его высеку. Тридцать ударов. Василиса ахнула и дернулась. - Нет! – она умоляюще обернулась на Шакла, а потом снова на Капитана. – Прошу! Не надо! Он ничего не сделал… - Ничего не сделал? – хмыкнул Диаман, возвращаясь к Фэшу, что покорно-молча сидел в той же позе. От удара он не закричал, только дернулся. А на его спине образовался длинный прорез в одежде, в котором краснела темная болезненная полоса на коже. – Мало того, что пошел против приказа, так и… совратил дитя. Она девушка, маленькая, намного младше тебя, как ты… Фэш, как ТЫ посмел так поступить? Не будем принимать во внимание последние события, сейчас это не настолько важно, но… Сын, какой же ты ублюдок. Второй удар просвистел в воздухе, и Василиса дернулась одновременно с Фэшем. Края нового пореза обагрились кровью. Девушка была готова закричать от незнакомого равнодушия и холодности на лицах её друзей, их друзей. Они стояли и смотрели, как Фэша жестоко наказывают за… за любовь? - Трусы! – выкрикнула Василиса. Она понимала, что идет против всех, против Капитана, против… против своей семьи, но иначе не могла. Это неправильно. – Стоите и смотрите! Шакл остерегающе одернул её, а она обернулась на него, синими глазами заглядывая в душу. - А ты… почему ты тоже ничего не делаешь? Ты такой же трус… Шакл ничего не ответил, да и не надо было. Она знала, что права. Даже её семья, её друзья не могли всегда быть такими невозможно-добрыми. Не бывает такого, она знала об этом. А теперь испытала на себе. Они трусили, они злились. Они ожесточились на Фэша, на её любимого… В ней и самой была ненависть, злоба и жестокость, но… только не к родным людям, этого она понять не могла. Удар, удар, ещё удар, Фэш терпел, а Василиса - нет. Она рвалась, но ничего не выходило, умоляла оставить его, умоляла прекратить. К десятому удару – хотя, может, и раньше, ведь Василиса уже сбилась со счёта, слыша только тяжелое сопение её Фэша, - его спина превратилась в кровавое месиво. Капитан не жалел силы и жестокой злости к собственному сыну. Василиса уже не могла стоять и брыкаться, только говорить, не переставая, просьбы остановить это все. - Не-ет, - проскулила она, когда плеть, словно перышко, опустилась на спину Фэша, оставляя уродливый кровоточащий след и на шее. Рубашка его уже вся превратилась в бесполезные лохмотья. Жалкое тряпье свисало на груди и манжетах, куски ткани нещадно забивались в раны. Она не знала, сколько это длилось, в какой-то болезненной прострации повиснув на руках НЕ-Шакла. Жестокого Шакла. Сейчас он не был её отцом, он был уродом. Это была другая сторона её жизни, её людей, её мыслей. В какой-то момент Капитан повернулся к ним и кивнул Шаклу. - Уведи. Запри в трюме, пусть успокоится и обдумает. Шакл потащил её к лестнице вниз, но она – о, Боже, неужели – вырвалась, отдавив ему ногу пяткой, и бросилась к Фэшу. Капитан как раз заносил плеть для очередного удара. Какого по счёту – неизвестно, но это неважно, его секли до полусмерти. Ведь сорок ударов – и ты точно не жилец. Она поднырнула под рукой Диамана и упала на колени, прижимаясь всем телом к Фэшу, обхватывая его израненные плечи руками, закрывая собой… Раздался громкий вскрик, когда плеть ударилась о её спину. И, кажется, это отрезвило всех. Пираты застыли, казалось, еще холоднее, уставившись на неё во все глаза, а Капитан… Капитан тоже замер. Девушка поняла, что сейчас её снова никто не ударит, поэтому быстро сползла с Фэша и осторожно повернула его лицо к себе. Его загорелая кожа была сейчас болезненно-бледная, влажная от выступившей испарины. Губы дрожали, рваные вдохи срывались с них, утопая где-то внутри… затуманенные глаза пробовали смотреть только на её лицо. Она положила ладошки к нему на щёки, взволнованно осматривая все это. Боже, Фэш. Пожалуйста, не надо, только будь в порядке. Только будь рядом. Губы мягко-мягко, невесомо касались его лица там и тут, приглаживая, лаская, успокаивая. - У… уходи, дуреха, - просипел он, но Василиса не переставала целовать его бледное лицо.