Письмо маме.

      Что такое терять друга? Больно? Нет, это не то слово. Просто тут, в душе, не только боль, но и куча других эмоций, которые прожигают тебя изнутри, будто лазером. Еще хуже, когда твой друг умирает на твоих руках. И ты ничего не можешь с этим сделать. Мам, мне всего восемнадцать, но я уже не хочу видеть ТАКУЮ жизнь. Как я мечтала приехать в Столицу вместе с ними со всеми, а так, я уже потеряла одного друга. Кто следующий? Ник? Ева? Может я? Не глупо ли это, мечтать вообще? Я не хочу умирать и не хочу остаться одна. Если бы я могла все изменить, если бы я забежала в эту злосчастную аптеку раньше... Если бы...

***

      - Эй, ты как? - спросила я у проснувшегося Дина. - Я еще жив? - Пока еще да. Ник остановил кровь, но ты укушен... - - Значит мне еще недолго, - завершил Дин. - Мы думали, что делать с тобой после того как ты... превратишься.., - сказала неуверенно Ева. - Не надо избегать слова "умру", - сказал тихо Дин, взяв Еву за руку. Я давно видела некую искру между ними, жаль, что все вот так обрывается у них... У нас всех... - Мы думали запереть тебя в какую-нибудь комнату, - продолжила я, - и прийти потом с лекарством... - Но? - Но мы сомневаемся что есть лекарство. И что оно вообще будет. - Просто убейте меня, когда я стану зомби и все. - Мы не можем, - сказала я, уже срывавшимся на крик голосом, - как мы убьем тебя, ну ты сам подумай. Никто из нас не может. - Тогда я уйду, пока еще живой. - Может все же в комнату? - предложила я. - Нет, - сказал Дин, поднимаясь. Он еще шатался от слабости из-за потери крови, был очень бледным, но все равно встал со стола, хоть и при помощи Ника. - Я пойду. Простите, что подвел. Мы молчали. Нам уже нечего было говорить. Мы понимали всю опасность, мы понимали всю необходимость, но мы и принимали всю грусть. Как бы глупо это не выглядело, но мы буквально собрали его в дорогу. Дали оружие, еду, одежду. Мы не на что не надеялись, просто, мы хотели так сделать, будто мы ждем его возвращения. - Спасибо. Может я протяну чуть больше, - сказал Дин, стоя в дверях. Ева подбежала к нему и они долго стояли, обнимаясь. Мы не смели мешать им, каждый хотел как следует попрощаться. Я была следующей, кто подошел обнять Дина. Все это время я старалась сдержать слезы, так же как и Ник. Но под давлением всхлипов Евы и вообще с осознанием того, что происходит, я не могла не заплакать. - Все будет хорошо, я верю в вас. В тебя, - шепнул он мне напоследок. Я отошла от него, вытерла слезы с лица и лишь кивнула, мол "спасибо что до сих пор в меня веришь". Ник тоже не выдержал всеобщего давления и все же пролил скупую мужскую слезу, которую заметила одна я. Мальчики стояли и сначала долго обнимались и хлопали друг друга по спине, а потом просто беседовали между собой. Я не слушала о чем, я успокаивала ревущую Еву. - Я пошел, - сказал Дин, разворачиваясь. - Дин, - окликнула его я. Тот обернулся, но я не знала что ему сказать. Я просто не хотела чтобы он уходил. Так мы и стояли в молчании около минуты, но потом Дин улыбнулся нам и ушел, закрыв за собой дверь. Нас осталось трое. Все стало плохо уже на второй день. Да что с нами не так?