StarStruck

Чимин по натуре очень любопытный. Секреты и тайны он хранить умеет, но для начала их нужно узнать. Тайна Чонгука, хотя, по сути, она таковой не является, ведь будь это таким уж большим секретом, Юнги бы не рассказал это; очень интересовала младшего, поэтому его отношение к Чону слегка изменилось. Такие кардинальные перемены Чонгука совсем не радовали. Чон по натуре человек подозрительный, поэтому он посчитал, что здесь что-то не то, а Пак что-то либо затевает, либо... Да нет другого "либо", потому что это Пак Чимин, который ничего не делает просто так. — Сосредоточься, — вздыхает Чонгук, когда Пак снова опаздывает в связке, еле перебирая ногами. — Я сосредоточен, — фыркает Пак, ведь его тыкают носом в то, что ему удается на двести процентов, и выслушивать комментарии от какого-то щегла он не собирается. — А мне кажется, что ты летаешь в облаках, — говорит Чонгук, восстанавливая дыхание. — О чем думаешь? — Не твое дело, — кривит лицо парень, промачивая горло водой. — Тогда возьми себя в руки и давай работать! — Ты не устал? — Беспокоишься обо мне? — усмехается Чон, глядя на парня. — Вот еще. Просто, может, у тебя что-то болит и тебе нельзя такие нагрузки, и... — Скажи прямо, не юли! — Я о твоей травме, — говорит Чим, переваливаясь с пяток на носки. — Кто тебе сказал? — спокойно спрашивает Чонгук, хмуря брови. — Это правда? Так значит... Ты действительно был... — Забудь об этом и молчи, — перебивает балабола Чон, смерив того взглядом. — Если ты и дальше настроен болтать, то на сегодня тренировка закончена. Продолжим завтра. — Эй, — дуется Чимин, окликнув старшего. — Расскажи мне... — Ты мне никто, — фыркает Чон, подойдя ближе. — Почему я должен тебе рассказывать о том, что тебя не касается? — Чурбан. — Как мило, — усмехается Чонгук, склоняясь над младшим. — И это говорит мне тот, кто вытирает ноги о своего менеджера. — Это не так! — протестует Чимин, хотя после прикусывает губу, потому что да, так и есть. У Чимина завышенная самооценка и чуток сильно развивается звездная болезнь, он считает, что его слово — закон, и все его поручения и приказы должны немедленно исполняться. Но он не считает себя чурбаном. — Это не так, — кого он пытается убедить? — Как докажешь? — диктует свои правила игры Чонгук, желая немного развлечься, а заодно проучить айдола, у которого корона на голове и ЧСВ* завышено. — Доказать? — Заключим сделку, — предлагает Чон, выпрямляясь. — Неделя без твоих выкидонов, что поспособствует спокойной работе менеджера, и я расскажу тебе то, что ты хочешь знать. — Я могу узнать это и по-другому, — палит Мина Чим, хотя на секунду сомневается, что Юнги ему прям вот все выложит на тарелочку и подаст горяченьким. — Вряд ли, — уверенно заявляет Чонгук. — Если передумаешь, дай знать. А Чимин долго думает и даже хочет уже согласиться. Но тут понимает, что его сажают на поводок, хотя любопытство берет верх. Юнги действительно ничего не рассказывает, лишь посылает далеко и надолго... К Чонгуку, чтобы из первых уст узнал. Поэтому Пак врывается в кабинет, когда Чон инструктирует секретаря о планах на день, и говорит только одну фразу: — Я согласен. А после уходит в закат, захлопнув дверь. Чонгук довольно улыбается, ведь теперь он сможет диктовать и свои правила для нахальной звезды, ведь отец давно уже говорил ему, что лучшим стимулом для JM будет — разыграть его любопытство. Сработало.

***

Чимин терпел первые два дня, а после сорвался, потому что именно в эти два дня Паку казалось, что его менеджер отупел! За то, что он накричал на бедного парня, Чонгук придумал наказание: теперь он будет управлять Паком условиями, которые тому придется исполнять, ведь он хочет узнать всю правду, его прям распирает от любопытства. — Так нечестно! — бузит Чимин, когда Чонгук просит его прибраться в студии. — Твой бардак, сам его и убирай, — говорит Чон, наблюдая за процессом. — Если ты звезда, то это не значит, что все должны тебе прислуживать и в ножки кланяться. Поэтому тряпку в зубы и протри заодно пыль. — Я ведь не уборщица! — чуть ли не хнычет Чимин, выбрасывая мусор. — Для этого есть работники. — Не будь свиньей и прибери там, где вам еще с Юнги работать! Тебе же уютнее. — Печешься о моем уюте? — ухмыляется Пак, но зря надеется. — Пекусь о том, чтобы другие работники не страдали от такой выскочки, как ты, — бьет по самооценке Гук. — Удачной работы, — добавляет он, скрываясь за дверями студии, где, оперевшись о стену, его ждет улыбающийся Юнги. — Молодец, — хвалит он, похлопав друга по плечу. — Нашел подход. — О чем ты? — Ты его перевоспитываешь? — Зачем мне это? — удивляется Чонгук. — Ну, например потому, что он в твоем вкусе. А еще потому, что... — Так, Юнги, — перебивает его Чон, пока тот не ляпнул еще какую-нибудь глупость. — Не придумывай. Он для меня лишь проект, не более. Чимин — моя работа, поэтому я сделаю все, чтобы эта душка в глазах фанатов, стала душкой и в компании, ибо он сейчас та еще заноза в заднице. — Все так всегда и начиналось, — подхихикивает Мин, выбешивая друга. — Так! — Ладно, ладно, убеждай себя в обратном. Я все равно уверен, что вы будете вместе. — Да ты никак головой ударился, — фыркает Чон, хлопнув парня по плечу. — Сходи к врачу, друг. — Ага, тебе того же, — говорит Юнги вслед Чонгуку. — Дурак. Нет, Чонгуку точно Чимин не нравится. Он хорош, как айдол, но как человек — Чон недоволен. У Пака дурацкий характер, тупые привычки, одна из которых — покурить после тяжелого трудового дня, и слишком завышенная самооценка. Хотя, когда-то Чонгук и сам таким был. Он считал, что все будут у его ног, что все его боготворят. Но стоило ему сойти с дороги, как о нем быстро забыли. Обидно, но таков шоу-бизнес. Именно поэтому Чонгук уверен, что никогда не поведется на смазливое личико. И Юнги придумывает небылицы, прикрываясь тем, что Чимин как раз в его, Чона, вкусе. Но это не так. Совсем не так. Или кто кого убедить пытается?