Редкий Вид

       «Интересно, сколько часов я стою?       На ногах я с пяти утра, потому что надо было подготавливаться к празднику. До этого маялся бессонницей и почти не спал. Иногда меня сажали, чтобы привести в порядок волосы, ногти, лицо. Мяли и намывали в горячей ванной, расслабляли мышцы и покрывали тело кремами. В эти моменты я отдыхал и душой и телом. Это очень приятно, что обо мне так позаботились. Хотя, тут скорее даже не обо мне, а для принца. Но это не так важно, ведь, возможно, благодаря этим процедурам я все-ещё не упал, обессиленный и измотанный.        Да и мне не запретили облокачиваться на стену, так что часть веса перейдёт с гудящих от напряжения ног и будет чуть легче переносить незамысловатое наказание/приказ.»       ***        «Хочу в туалет.»       ***        «Мне кажется, если я быстренько удалюсь и пописаю в недалекий от меня фикус, меня не запалят.»       ***        «Нет, это не культурно и очень мерзко.»       ***        «Я не буду так делать, лучше в уборную схожу. Да и вижу я после нескольких часов в темноте намного лучше. Надеюсь, принц не заметит мою пропажу, вон как спит, едва слюну не пускает!»       ***       «И все-же если я покину комнату — нарушу приказ. А это недопустимо. Значит остаётся одно — терпеть. Быть сильным и тренировать свою выдержку! Ирон будет мной гордиться.»       ***        «Или все-же фикус?»       ***        «Боже, как классно.... Прости растение, спасибо очистительная магия, уберёшь запах за минут пять. И ни одна душа не узнает, какими мерзкими вещами я занимался в спальне принца! Главное, чтобы не оказалось, что это его любимый цветок. А то будет неловко... Где-то я уже уничтожат чьи-то любимые... Цветы? Эх, дырявая моя голова.»       Всю ночь я разглядывал спальню принца, думал о нем, о его снах, о том, как красиво едва заметный свет из окна касается его резких черт лица. Как мягко вздымается крепкая грудь, как постепенно длинные белые волосы растекаются снегом по подушке... Иногда мужчина сжимал одеяло руками, растопыривая длинные пальцы, пару раз он тихо застонал сквозь сон и перевернулся на другой бок, открывая вид на широкую спину, рельеф позвоночника, изгибы узких бёдер. Его было трудно не разглядывать, мужчина украшал комнату, которая, без него выглядела бы блекло.        Когда смотреть на прекрасное тело стало физически больно, моего сознания коснулись мысли о странном мужчине, что выступал с представлением. Короткоухий эльф с разноцветными глазами вбился в голову и ни как не хотел ее покидать. Было в нем что-то инородное для этого мира. Незнакомец словно был слеплен богами из совсем другого теста. Внешность, походка, взгляд... Все не такое, как я привык видеть вокруг. «И мы с ним в этом плане чертовски похожи.»       Со скуки попытался вспомнить его поподробнее, до последнего жеста, реснички, поворота головы. На удивление, с рассветом в мозг, словно в в паутину, которую я плел в течении многих часов, влетели два образа. И было только непонятно, фантазией они являлись или забытой былью?        Последнее, конечно, маловероятно, но чем черт не шутит?        В одном из образов этот мужчина берет меня на руки... Рывок и мы прыгаем из окна, во втором садится на колени, плотоядно облизываясь, намереваясь сделать мне... «Кхм, минет? Ну явно мозг подкинул глюки. Не зря же самой страшной пыткой в темнице замка является пытка бессонницы.»       От подобных образов щеки заалели и стало стыдно. Такие пошлые и страстные картинки рисовал мозг, что хотелось сквозь землю провалиться.        За окном уже вовсю светило солнце, когда Нарк начал шевелиться. Он повернулся на левый бок, поэтому я снова мог увидеть его лицо, открыл глаза и дернулся. Спустя миг в миллиметре от меня я обнаружил ледяную сосульку. — Доброе утро, Господин! Желаете завтрак в постель, утренний массаж? Я так-же могу помочь вам с прической и одеждой! — Я ещё много всего мог предложить на адреналине, но сдержал себя. В повисшей тишине ответ принца показался мне ругательством: — Завтрак притащи, — И внезапно спросил, потягиваясь на кровати, будто кот, — Ты действительно всю ночь стоял? — Да, ваша милость, глаз не сомкнул! Позвольте меня простить, пойду выполнять Ваш приказ! Скоро вернусь! — И я рванул на кухню, ведь это приказ хозяина! Нельзя опозориться!        К несчастью, из-за долгого стояния и некоторого желания спать, я упал на первом-же повороте в коридоре. Когда оказался на полу, моё тело отказывалось поднимать тулово обратно, а по ногам поползли иголки онемения. Хотелось расплакаться от ощущения собственной беспомощности, но я чудом сдержался. Поборов все эти мерзкие ощущения, вертикализировался и попер на кухню. Там попросил у семидесятого завтрак и благополучно его уронил. Вновь проснувшееся желание просто упасть и поплакать — оборвал в корне этот-же орк. Он пообещал взбучку на занятии, но ещё одну порцию пищи дал, спасибо ему за терпение и понимание. Правда, чтобы ее приготовить ушло время, которое я потратил на купание и переодевание в сероватый костюм. Чистая одежда быстро согрела заледеневшее от контрастного душа тело. Все-же неплохо бодрит ледяная вода. Жаль, этой бодрости хватает не на долго. Понёс широкий поднос эльфу, одновременно зевая во весь рот, и жмурясь — надо было как-то продержаться ещё день. Потом попросить разрешение на сон, иначе «конец котёнку».        Когда принёс кушанье, эльф уже ковырялся в какой-то толстенной книге и просто сказал, даже не взглянув на меня: — Оставь еду и свободен. — Но я был непоколебим и выдал предложение: — А хотите, я вас буду кормить с ложечки, а вы тогда не будете отвлекаться от текста?       Мужчина хмыкнул удивленно, словно всерьёз задумавшись о моем серьезном предложении, но отказался. А жаль, мне очень хотелось быть к нему как можно ближе даже сейчас, касаться рук, волос, дышать тем-же воздухом, чувствовать холод его выразительных глаз... — Тогда я могу массажировать ваши плечи и голову, пока вы читаете, тогда кровь будет интенсивнее поступать к мозгу и знания лучше устоятся. Так-же это просто полезно и приятно. — Не мешай мне. Вот встань у стены и стой. У тебя хорошо получается. — Раздраженно выдал Нарк и я выполнил его приказ, хотя каждое слово, произнесенное эльфом, больно скручивало что-то внутри и создавало робкое тепло, особенно, когда я прокручивал в голове последнюю фразу. «У тебя хорошо получается». Нелепая улыбка сама собой тронула лицо, но я быстро скрыл ее, не желая показывать скорее всего не интересные хозяину эмоции.        Глаза слипались и я беззвучно зевал каждые пять секунд. Бороться с этим было чертовски сложно — мир чуть плавился и на пару мгновений мозг засыпал, а потом снова просыпался ровно до того момента, как тело успевало расслабиться и упасть на пол.        Это тоже раздражало эльфа.        В положенное время предложил обед, но принц не реагировал. С каждым часом стоять было все тяжелее и тяжелее, но я стойко терпел, воображая себя хорошим человеком, который достойно служит своему хозяину.        Позже снова прорекламировал свои услуги, но меня опять продинамили. Ни словом ни жестом не показав хоть малейшую заинтересованность. Уже не получалось получать мимолетное удовольствие от фразы, брошенной эльфом этим утром. Оставалась только горечь от бессмысленного стояния на гудящих ногах и полного одиночества. Под вечер эльф резко вскочил и, схватив свои бумажки, быстрым шагом покинул спальню. Я стартанул за ним. Моему телу не сильно понравилось бежать за мужчиной, но, когда я его догнал, первым делом спросил принца, можно ли нести его бумаги, на что он рыкнул и я прекратил его донимать. «Хоть отреагировал, уже большое спасибо, а то казалось, что я невидимка.»        Мы зашли в пустынный огромный зал и мужчина начал раскладывать на полу свою макулатуру. Когда он закончил, поднял на меня взгляд и сказал: — Встань посреди комнаты и не шевелись.        Усталый я покорно встал. Ноги жутко болели, а глаза закрывались. Внутри все трепетало от счастья, но, почему-то, снова хотелось разреветься. Принц чертил картиночки на полу, махал руками и я лишь замечал, как что-то искрится шарообразными всплесками вокруг его тела, делая мужчину притягательно опасным хищником, готовым к смертоносному прыжку.        А потом вокруг меня образовался полупрозрачный темный купол и тут-же растворился в воздухе. В этот момент в голове мелькнула мысль, что сегодня жертвой этого всемогущего зверя буду я, и остаётся лишь вопрос времени, когда эта страшная магия сомкнёт на моем горле свои смертоносные челюсти.        Процесс повторялся бесконечное количество раз, пока область сужения ядовитой магии не уперлась мне в нос. Я вскрикнул от боли и зажал пострадавшую часть тела руками. Глаза заслезились, но я быстро стёр слёзы рукавом рубашки. Нарк же лишь цыкнул языком и принялся что-то зачеркивать в записях. — Можешь сесть пока, — Сказал эльф самые добрые слова на свете. И я просто упал на пол. Если показать мешок картошки и меня, то ему, при падении скажут «не верю!». Я так хотел спать, что на пару секунд сознание вырубало.        А потом по полу что-то долбануло и ударная волна снесла меня к чертям собачьим.        Я заскулил от дикой электрической боли, ползающей под кожей и заставляющей подрагивать всем телом и сжался на холодном полу, словно избитый щенок. Когда дикая боль поутихла, поднял глаза на Нарка, а он снова в своих записях. В этот момент мне вновь стало нестерпимо больно, правда, в этот раз, то была душевная боль.        Проверив своё тело на наличие серьезных травм, обнаружил только ссадины и царапины. Лу за минуты три управится. Через обиду на хозяина я, скрепя сердце, перешагнул, и вернулся на то место, откуда меня выкинуло.        Ещё раза два я поцеловался со стеной, перед тем как сломать ногу. Тело дрожало от мерзкой магии, усугубляя болевые ощущения от перелома, поэтому несколько секунд я просто хныкал от боли, едва держать от того, чтобы позорно закричать. А потом не смог встать, да и шевелиться было невозможно трудно из-за недостатка сил — помимо желания спать меня преследовал и голод и жажда. Организм был истощён и сильно ранен. Но мой хозяин будто не замечал то что мне плохо, поэтому пришлось подать голос: — Хозяин, простите, не могли бы вы отнести меня к лекарю? — Каким-то чужим голосом попросил я. Нарк посмотрел на меня своими холодными голубыми глазами и ответил: — Ещё пять заклинаний и ты свободен на сегодня. Возвращайся в центр и сиди смирно.        Миг я хотел возражать, а потом понял — не могу. Я должен угодить своему господину и тогда он меня полюбит. Слёзы размыли окружающий мир, нос заложило, словно при простуде, стало трудно дышать.        «Он не откажется от меня, я буду сильным человеком и со всем справлюсь. Он будет гордиться мной, я буду полезным и самым любимым. Надо просто потерпеть, показать свою силу. Показать, что я достоин его любви.»        И я дополз до середины зала.        Последнюю вспышку заклинания я не смог запомнить — меня выключило.        Когда я проснулся, оказалось, что мой хозяин давно ушёл. Я не мог встать самостоятельно и нога разбухла. Пульсирующая боль распространялась на половину тела, мешая соображать. Желудок требовал пищи, хотя, кусок в горло не лез, а тело дико хотело спать, но от боли не могло.        Я поднялся на четвереньки и просто пополз к выходу из этого ужасного места.        Спустя невероятно долгое время, лёг у запертой с той стороны двери и беззвучно заплакал. «Он закрыл дверь! Запер меня тут! Забыл в сраном зале, раненного и вымотанного!»        Когда слез не осталось, а боль выросла, как на дрожжах, я достал из волос шпильку и положил на пол. «Лу, подумай что я умер, Лу, давай, испугайся и спаси меня! Мне так больно, Лу, мне так больно... Боги, за что мне эти муки?!»        Когда лекарь ворвался в зал, я уже мало что понимал. Слышал его мат, который даже в таком состоянии слегка раздражал.        Парень пытался меня поднять, но не смог. Убежал, вернулся с орком-охранником и тот понёс меня в знакомый кабинет.        Я выключился там-же, как только полукровка заживил мою ногу. До этого не смог — метался в койке, крича от боли и сжимая матрас до онемения пальцев.        Утро началось с горького вкуса одуванчиков во рту.        Я открыл глаза и медленно поднялся. Сердце колотилось как на адреналине и казалось, что сейчас выпрыгнет наружу.        «Хочу есть.       Нет, хочу жрать. К черту приличия!»        Слез с койки и, кинув взгляд на спящего Лу, тихо вышел в коридор. «Не стоит прерывать его крепкий сон своими благодарностями.»        Определив, что сейчас довольно ранний час, я приготовил себе бутерброд под храп повара и, уталив голод, направился в душ.        Закончив все дела, покорно зашёл в комнату принца и встал у стены.        Через несколько часов мужчина проснулся и я слегка дернулся влево, чтобы сосулька пролетела мимо лица. Снаряд оказался чуть точнее, чем хотелось бы, поэтому моё ухо слегка чикнула ледяная магическая хрень. Кровь капнула на плечо.        Я снова огласил список услуг и добавил немного лести, искренне желая, чтобы принц улыбнулся.        Но Нарк просто приказал принести ему завтрак и день пошёл по стопам предыдущего. То есть со стоянием у стеночки и походом в полигон. Правда, в этот раз принц пытался заморозить бедного безымянного меня. Его эксперименты болезненны. Они меня не устраивали, но, частично я понимал, что возможно, принц всегда будет так меня использовать.        «Пока я не умру.       Он просто не придумал мне лучшего применения, вот и все.»        Бросив меня поздней ночью на полу, Нарк собирался уже запереть дверь полигона снаружи, когда я подал голос: — Пожалуйста, позовите лекаря Лу, я сам не смогу дойти! — Принц повернул голову, задумчиво кивнул и ушёл.        Мне было холодно и очень сильно гудела голова. Это лучше чем перелом, конечно, но я все-рано не смогу добраться до полукровки. Меня вырвало желудочным соком, на который я чуть не упал, но удержал равновесие. Питаться нужно не только одиноким бутербродом.        Ждал лекаря очень долго, пока не понял, что принц забыл его оповестить обо мне. Грустно вздохнув, свернулся калачиком и попытался уснуть, может утром сил будет больше.        Так оно и случилось. Не знаю, сколько времени прошло, окон в полигоне нет, но, когда я проснулся, голова почти не болела, только вот конечности одеревенели, но, размявшись, я вышел из злополучной комнаты, которую уже обозвал камерой пыток, и пошёл к Лу.        Полукровка быстро осмотрел меня и залечил пару самых ярких ссадин и промерзших органов. Молча выпроводил и я отправился утолять другие человеческие потребности. Ещё два дня проходили в подобном ключе и я успел сильно исхудать за этот срок. Конечно, кушал ведь только утром, да и силы тратил в огромном количестве.        Полукровка уже начал дежурить у полигона и сразу залечивал мои раны, стоило принцу уйти отдыхать.        Но сегодняшнее утро отличалось от других.        После завтрака Нарк пошёл к королю. Узнал я об этом по факту прибытия, поэтому растерялся. Поклонился и встал за спиной Нарка. — Ты за ним плохо ухаживаешь, — С порога выдал правитель, указывая на меня. — Простите! — Жалобно скульнул я и низко склонился, как подобает провинившимся щенкам. — Ты не виноват, мальчик, Нарк, ты уже придумал ему имя? — Спросил король, смягчив голос на обращении ко мне. — А ему нужно имя? Это обязательно? — вздернул бровь принц и скептично осмотрел меня, словно впервые увидев. — Для тебя может и нет, сынок, но, я думаю, человеку это важно. Как я понимаю, ты сюда пришёл не мою критику выслушивать? — Я сегодня поеду к графу Лисицыну, мне обязательно брать человека? — Почему нет? Только подбери ему одежду и накорми хорошенько, а то стыдно даже. — Не заметить заинтересованность в приятном голосе короля было невозможно.        Принц хмыкнул и по его лицу пополз румянец, красивые глаза же сверкнули непонятным блеском. — Да отец, пойду предупрежу ускорителя.        Правитель кивнул, смерил меня странным взглядом и мы ушли. Принц не стал придерживаться указаний отца и мы с ним, в чем были, сели в карету. Ускоритель сделает так, чтобы мы не ощутили дорогу, это удобно, но ощущение потерянного времени мне не нравится. «Впрочем, зачем ныть лишний раз? Я и так в послании дни только и делаю, что ною. Радоваться надо, меня взяли с собой!»        Закрыл глаза, а когда открыл — мы уже приехали. Ноги успели отдохнуть, правда, у меня было стойкое ощущение, что я скоро грохнусь в голодный обморок.        Мы вошли в небольшой замок и там нас уже ждал белобрысый эльф. — Нарк! Какие годы! О? У тебя появился человек? — Сразу-же накинулся на моего хозяина видимо сам Лисицын. — Боги, успокойся, пойдём, чаем угостишь и подарки подаришь... Отстань от мальчишки! — это граф уже начал меня за щеки теребить. — Нарк, а как зовут это чудо? — Не знаю, у него спроси. — Принц махнул рукой и пошёл в глубь замка. Я рванул за ним, но меня сразу-же приобнял Лисицын и в своём темпе направил туда-же, куда удалился мой хозяин. — Так как тебя зовут, мальчик? Сколько тебе лет? Как попал к этому сухарю? Он о тебе хоть заботится? — С порога засыпал эльф вопросами. — Я... Я не помню своё имя, а хозяин новое не дал. Мне восемнадцать, наверное. Мой предыдущий хозяин погиб, а я потерял память и чудом выжил. Мой нынешний хозяин многого от меня не хочет, я ношу ему завтрак, караулю его и... Помогаю отрабатывать магические приемы. — Вот это да! — воскликнул эльф и приобнял меня сильнее, — Какой ты полезный! Люди же не владеют магией, да? Тогда как он тебя ей ещё не убил случайно? — Почти убил... — Прошептал я себе под нос, но Лисицын услышал. — Но он же оказал тебе первую помощь? — Я помотал головой и стало очень грустно. — Какой козел! — Воскликнул блондин.— Где этот оболтус ещё накосячил? — Ни..Где. — Врешь? — Да... — я хотел провалиться под землю от стыда. — Слушай, я помогу тебе, малец. Если тебе трудно, то просто расскажи, как прошли твои дни с ним. Подробно. — Я сглотнул и по телу пробежали мурашки. Неприятное чувство. «Нельзя рассказывать, но и молчать тоже нельзя! Черт!» — Я прихожу из лазарета, стою у стены. Хозяин просыпается и метает в меня ледяную иглу, иногда попадает, потом я несу ему завтрак. Стою до вечера, после он уходит на полигон, пробует на мне заклятья и уходит, заперев дверь снаружи. Лекарь приходит на мои крики, относит в лазарет, лечит, я немного сплю, потом переодеваюсь, купаюсь, кушаю и снова встаю.        Лисицын выругался и пообещал поговорить с другом. Я же ощутил, что меня немного отпускает. Обида на хозяина сама собой, против моей воли, все это время росла и только сейчас я смог ощутить ее приторный вкус.        Когда пришёл в гостиную, мужчины уже мирно беседовали о политике. Часть меня надеялась, что Лисицын ничего не рассказал принцу, а часть очень сильно хотела, чтобы хозяин ощутил вину. Чтобы он был ко мне не так строг? Чтобы он понял, как тяжело мое тело переносит эти вспышки магии, эти удары о стену, этот новый стиль жизни.        Скоро в гостиной появились красивые эльфийки в шелках. Я проводил их восхищенным взглядом.        «Красавицы!»        Они окружили Лисицына и хозяина. Мило трещали о чем-то. Я ощутил сильный приступ ревности, когда Нарк засмеялся от шутки одной из этих нимф. Красивый смех. Жаль, я не могу заставить его хотя-бы просто улыбнуться.        Вскоре поднесли закуски и вино. Девушки снимали все, что им казалось лишним, а Лисицын посадил меня рядышком с собой, чтобы, как он выразился: "Ты не стоял над душой". Я не был против. Лисицын влил в меня несколько бокалов вина. Кормить он даже не думал, а я не мог себе позволить без спросу притронуться к чужой еде. Что-то мне подсказывало, что скоро я буду безнадежно пьян. Наверное, так оно и случилось, потому-что дальнейшие события я в лицо не помнил.        Пришёл в себя на мягчайшей кровати. Спина и уставшие ноги были счастливы этому больше всего. Надо мной нависал кто-то. Было так темно, что я не мог рассмотреть, кто же там. По хребту пробежались мурашки. «Кто это?!» — Протрезвел, человек? — Спросил меня знакомый голос и я признал Лисицына. Только в этот раз он звучал совсем не так, как раньше... Он был более металлический, жесткий. — Да.. спасибо за помощь... — Неуверенно промямлил я. В горле стоял ком, а язык все-ещё не слушался. — Я не просто так это сделал, сладенький... — Прохрипел эльф и наклонился ко мне поближе, — Нарк попросил меня поставить тебя на место и я с удовольствием это сделаю, человечек. — Я почувствовал тепло дыхания Лисицына на своей шее и после последовал болезненный укус. По коже поползли мурашки, а сам я оцепенел. Конечности не слушались и я просто лежал под тушкой "активиста" и тихо сопел.        «Если принц хочет, чтобы Лисицын меня наказал за мои жалобы, значит я виноват.        Значит я...»        Эльф стащил с меня одежду и начал кусать шею. Его руки скользили по моим бёдрам и я не удержал обиженный стон. Душа рвалась от боли, а теперь это ещё и смешалось с беспомощностью и едким возбуждением. — Малышу нравится? — Прошептал он на ухо и облизнул свой палец. Раздвинул мои непослушные ноги и я ощутил, как он проталкивается "туда"!Ощущение стыда и испорченности заставило меня сжать зубы, пока чужой палец то входил, ты выходил из моей задницы.        Рот эльфа ласкал мои соски, что возбуждало, а вторая рука зарылась в волосы.        «Принц хотел мне такое наказание?        Стать подстилкой Лисицына его наказание?»        Я не понимал. Было горько, нестерпимо горько осознавать свою вину, хуже этого прочувствовать путь ее искупления... Обида на хозяина росла, заставляя сжимать челюсть и заливаться слезам.        Лисицын вытащил палец из меня и начал снимать штаны. То, что эльф просто на практически сухую войдёт в меня своим огромным членом стало очень болезненным сюрпризом. Я взвыл и даже смог немного напрячь свою непослушную пятую точку, в тщетной попытке выскользнуть, отползти от опасности.        Но стало только больнее.        Я закрыл глаза и просто ощущал, как в меня вдалбливается эльф. Как внутри что-то безнадёжно порвалось и теперь кровь выступает в качестве самой хреновой на свете смазкой. Оказалось, Лисицын любит душить своих половых партнеров, поэтому вскоре к болезненному жжению в области задницы, от которого я уже давно плакал навзрыд, задыхаясь, добавилась дикая нехватка воздуха.        А потом он начал меня по всякому вертеть, перекладывать и менять позу. Словно ему было недостаточно того позора, который я испытал. Садист наслаждался каждым вскриком, каждым стоном и мольбой, поэтому вскоре я просто затих, не давая ему того, что он так любил. Секс в тишине ему быстро надоел, поэтому вскоре он просто положил мою голову так, чтобы его член, весь в крови и моих эксерементах, оказался в моем рту. Я не мог ничего поделать и просто сосал, пока он поднимал и опускал мою голову, наращивая темп.        Меня вырвало на пол, а не на Лисицына, только потому что тот успел отбросить мою голову от себя. «Почувствовал, видимо, что сюрприз будет, сука.        Как можно трахать человека в таком ужасном виде? Как можно насиловать так беспечно и быть возбужденным на все сто процентов?! Он больной ублюдок...        И это моё наказание.        Я заслужил быть изнасилованным. Какая мерзость.»        Лисицын вошёл в меня и мысли снова покинули голову.        Через час тихого насилия, мужчина кончил мне на лицо и велел идти мыться.        После его слов тело перестало быть кукольным и я ощутил ещё большую боль, поэтому сразу же рухнул где стоял, но, через минуту, поднялся и пошёл на деревянных ногах в туалет.        Смывать кровь и говно.        Смывать себя.        «Смойте меня в туалет. Я так виноват. Я самый худший человек на свете.        Я заслужил.        Я...»