Addicted to him

Рано утром, проснувшись от будильника, я вернулась домой. И, к счастью, я не была никем замечена, даже Зейном, ведь будильник его не разбудил и я тоже не стала делать этого. Сейчас же я, уже пообедав, сижу на кухне, листая ленту Инстаграм на телефоне. Смотря фотографию за фотографией я вспоминаю о том, что нужно позвонить Джошу. Я нахожу его имя в контактах и звоню ему. Не долго ожидая, я слышу ответ: — Я уже думал ты никогда не позвонишь, — я улыбаюсь, слыша его радостный голос. — Прости, что не звонила уже… сколько я не звонила? — Уже три дня. — Прости, мне правда очень жаль, — абсолютно искренне говорю я, ведь не хотела обидеть парня. — Всё нормально, Алекс. Ты подумала над моим предложением? — я делаю глубокий вдох, кусая губу, прежде чем ответить. — Да, — делаю паузу, — я не могу, Джош. Прости. — Ничего. Если это то, чего ты действительно хочешь, — его голос наполнен грустью и это убивает меня. — Ты очень хороший, добрый и заботливый, Джош, просто, — кусаю губу, думая, что сказать, — просто я не такая. — Что-то случилось? — с беспокойством спрашивает парень. Да, вчера я переспала с парнем, который иногда относится ко мне как к дерьму, и, возможно, я влюбленна в него. — Нет, не волнуйся, со мной всё хорошо, — я улыбаюсь, чтобы звучать более убедительно. Между нами повисает пауза, но парень говорит: — Мы ведь можем быть друзьями? — Конечно, — я улыбаюсь и на этот раз искренне. — Рад это слышать, — я слышу по его голосу, что он тоже улыбается, что радует меня. — Алекс, я могу задать тебе один вопрос? — его голос стал серьезнее. — Да. — Только ответь честно, — он делает паузу и продолжает, — между нами ничего не может быть из-за того парня, который живет напротив тебя? Я колеблюсь отвечать, ведь не хочу обижать парня, но я пообещала ему, что мой ответ будет честен, поэтому я тихо отвечаю: — Да. — Надеюсь ты сделала правильный выбор, — я тоже, — и, если что, ты всегда можешь обратиться ко мне. — Спасибо. После этого мы попрощались и я поднялась обратно в свою спальню. Я лежала на кровати вспомнив о своей сестре. Прошло уже три года, а я всё еще не могу двигаться дальше. Воспоминания того дня никогда не покинут меня. Я бы хотела изменить тот день. Или хотя бы дни до её смерти. Мы мало общались и я почти не знала её. Как говорят, мы ценим когда теряем. Так и есть. Всё было бы иначе, будь она жива. Но, возможно, её смерть должна была произойти именно в тот день. Легче жить, думая, что всё случается тогда, когда ему надлежит случиться. Остаток дня я провела смотря телевизор, а когда родители вернулись с работы, мы вместе поужинали, что случается не часто. После ужина я поднялась в спальню где просто лежала несколько часов на кровати, проводя время на YouTube пока звонок Зейна не отвлек меня. Он сказал, что ждет меня у себя, если я свободна. Я, конечно же, свободна, поэтому уже через десять минут я стояла на пороге дома Зейна. — Привет, — говорю я, как только входная дверь открывается и я вижу лицо парня, за которым уже успела соскучиться. — Привет, — говорит он, с легкой улыбкой на лице. Зейн берет меня за руку, затаскивая в дом. Когда дверь закрылась, он, положив свои руки на талию, целует меня. Я обхватываю его шею руками, приподнимаясь на носочки, ведь понимаю, что парню неудобно постоянно нагибаться из-за моего невысокого роста. — Ты снова не надела пальто, — говорит парень, оторвавшись от меня. — Я живу в двух шагах, Зейн, — закатив глаза, говорю я. Мои руки всё еще вокруг его шеи, а его вокруг моей талии, таким образом прижимая меня к себе. — Ты заболеешь и когда это произойдет, я не хочу нянчиться с тобой, — он улыбается, смотря на меня. — Нет, ты хочешь, — улыбаюсь я, оставляя легкий поцелуй на его губах. — Ну если только ты сделаешь кое-что взамен, — он шепчет мне на ухо и я понимаю, что его слова имеют сексуальный смысл. — И чего же ты хочешь? — спрашиваю я. — Тебя, — снова шепчет парень и, подняв меня на руки таким образом, что мне пришлось обхватить его торс ногами, а шею руками, он понес меня вверх по лестнице. — Зейн, — я смеюсь, уткнувшись лицом в его шею, вдыхая приятный аромат его одеколона. Войдя в спальню, я падаю на кровать, а парень наваливается сверху. Его ладонь блуждает по моему бедру, вызывая мурашки по моему телу. Он улыбается смотря на меня, пока мои руки не отпускают его шею. — Тебе понравилась прошлая ночь? — спрашивает парень. — Очень, — отвечаю, улыбаясь и запуская пальцы в его мягкие волосы. — Хочешь повторить? — Хочу, Зейн. Но не сегодня, ладно? — я целую его, притягивая его за шею. — Я просто хочу побыть с тобой рядом, — я кусаю губу, боясь, что его не устроит мой ответ. — Хорошо, детка, — он целует меня, после чего ложится рядом, заключая в своих объятиях так, что мое лицо находится на уровне его плеч. — Чего ты хочешь? — спрашивает парень, поглаживая мою спину ладонью. — Спать хочу, — сразу отвечаю я. — И что же помешало тебе поспать прошлой ночью? — насмехаясь спрашивает Зейн. — Один маньяк. — Я теперь маньяк? — тихий смех покидает его рот, из-за чего улыбка появляется на моем лице. — Шучу. Я правда хочу спать. — Тогда спи, — шепчет и я прижимаюсь ближе к нему. Одна мысль приходит мне в голову и я спрашиваю об этом парня: — Ты покупал медиаторы в моем магазине. Ты играешь на гитаре? — Да, — коротко отвечает Зейн. — Сыграй мне что-нибудь, — прошу я. — Нет, Алекс, спи, — отвечает, обнимая меня крепче. — Зейн, пожалуйста, — прошу я, оставив поцелуй на его щеке. — Теперь ты спать не хочешь, да? — говорит, вставая с кровати и выходя из комнаты. Когда он возвращается в руке он держит гитару из светлого дерева. Он садится на край кровати, а я сползаю на пол, прижавшись спиной к кровати. Он начинает играть и сначала я не узнала мелодию, но через несколько секунд узнала Imagine Dragons — Dream. Одна из моих любимых песен. Наслаждаясь музыкой я и не заметила как начал подпевать, когда Зейн начал играть второй куплет песни. Я заметила улыбку на его лице, когда наши взгляды встретились. — У тебя красивый голос, — говорит парень, закончив играть. — Спасибо, — я сажусь на кровать рядом с ним, — ты играешь еще на чем-то? — На фортепиано, — он ставит гитару на пол, — хочешь послушать? — Ты каким-то образом смог спрятать где-то здесь фортепиано? — удивленно спрашиваю я, когда парень берет меня за руку и ведет в комнату рядом с его спальней. — Не фортепиано, но пианино — да, — мы входим в комнату, в которой я еще не была. Возле одной из стен действительно стоит черное пианино, а напротив него стул для него. На стене напротив двери висит пять разных гитар. Также в одном из углу стоит небольшой комод, в котором, должно быть, лежит всякий музыкальный инвентарь. Зейн садится на стул и начинает играть. Мне не знакома эта мелодия, но она безумно мне нравится. Парень начинает петь, что удивляет меня. Я понимаю, что медленно влюбляюсь в его голос, который я уже никогда не забуду. Я не сдерживаю улыбку, когда закончив, Зейн смотрит на меня. — Я не слышала этой песни прежде, — говорю, садясь парню на колени, когда он повернулся ко мне лицом. — Я сам написал её, — я обвиваю его шею руками, улыбаясь еще шире. — Очень красиво, Зейн, — я целую его в губы, чувствуя его руки, которые путешествуют по моей спине. — Спасибо, — прервав поцелуй, говорит парень. — Можно я тоже попробую? — спрашиваю, после чего встаю, получив кивок брюнета. Я сажусь за пианино и, вспоминая ноты любимой композиции, начинаю играть. Это Реквием Моцарта. Это грустная и глубокая мелодия, которую, однажды услышав, уже не сможешь забыть. Во всяком случае так произошло со мной. Я поднимаю взгляд на рядом стоящего Зейна. Я понятия не имею, о чем он думает. На его лице абсолютно ничего. — Я занималась игрой на фортепиано. До смерти Элизабет. А когда это случилось, я могла часами сидеть в музыкальном классе за фортепиано, играя это. Поэтому это единственное, что я сейчас могу играть, — я делаю глубокий вдох, — из-за того, что я постоянно играла это в школе, учитель музыки предложила мне обратиться к психологу. Будто психолог может вернуть мне сестру, — я грустно улыбаюсь, вытирая единственную слезу. — Мне жаль, Алекс, — говорит парень. Он протянул мне руку, за которую я схватилась и поднялась со стула, после чего он заключил меня в своих объятиях. — Я в порядке, Зейн, не нужно этого, — я отталкиваю парня, — если начнешь меня обнимать, то я разревусь, — я улыбаюсь, вытирая еще одну слезу, — мне уже надоело плакать по одному и тому же поводу. Даже представить не могу как это всех уже раздражает. — Меня не раздражает, — Зейн держит меня за руку, улыбаясь от чего я улыбаюсь еще шире. — Значит скоро начнет, — Зейн тихо смеется, всё же обнимая меня. Внезапный звонок в дверь заставляет меня вопросительно посмотреть на Зейна и спросить: — Ты кого-то ждешь? — Нет, — парень выходит из комнаты, после чего спускается вниз по лестнице, а я следую за ним, останавливаясь в гостиной, возле лестнице. Когда дверь открывается, я слышу тихий женский голос, смешанный с плачем. Через несколько секунд молодая девушка входит в гостиную, не сразу замечая меня. Она очень красивая и её восточная внешность привлекает внимание также как и её темно-карие глаза и пухлые губы. Я удивленно смотрю на Зейна, входящего вслед за девушкой, держа на руках спящего ребенка. Парень, ничего не говоря проходит мимо меня, поднимаясь наверх. Я иду за Зейном, ведь хочу понять, что происходит. Он заходит в гостевую спальню, которая расположена напротив его собственной. Он аккуратно кладет ребенка на середину кровати, кладя подушки по обе стороны от него. — Зейн, это кто? — тихо спрашиваю я, когда Зейн идет к двери, возле которой я стою. Он прикрывает дверь спальни, отводя меня немного дальше и говоря: — Это моя сестра — Валия. И её сын — Фредди. Ему только год. — Что с ней случилось? — спрашиваю, взяв парня за руку. — Думаю её парень, он же отец ребенка. — Он её… — я не знаю как закончить предложение, но Зейн, и так всё понимая, отвечает: — Да. Алекс, последи за Фредди, а мне нужно поговорить с Валией, — я киваю и тогда Зейн идет к лестнице. Я захожу обратно в спальню и, убрав одну подушку, ложусь рядом с ребенком. Наблюдая за спящим Фредди, я понимаю, что это самая милая вещь, которую я когда-либо видела. Я поправляю капюшон с ушками на головке Фредди, не переставая умиляться мальчику в костюме медведя. Но услышав крики на первом этаже, всё мое спокойствие улетучилось. Положив обратно подушку, я выхожу из спальни, медленно подходя к лестнице. — Почему ты такая глупая, Валия? Если тебе плевать на себя, тогда подумай хотя бы о Фредди, — Зейн не сдерживает голос от крика, что вызывает новые слёзы со стороны девушки. — Он не плохой, Зейн. Я не пойду в полицию, — слышу я еле слышный голос девушки. — Блядь, Валия, если ты этого не сделаешь, я сделаю так, что ты больше не увидишь своего ребенка, — меня пугает разъяренный тон парня. — Да как ты вообще можешь говорить такое? — кричит девушка, толкая его в грудь. Слезы льются с новой силой из её глаз. Я начинаю спускаться по лестнице, понимая, что еще одно слово от Зейна разрушит девушку полностью. — Зейн, перестань, — я беру его за руку, когда он собирается что-то сказать. — Алексис, не вмешивайся, — он отталкивает меня, после чего идет к двери на кухню и я иду за ним. Он выходит на веранду и я сразу же чувствую холод, прошедший по моей коже. Я подхожу к Зейну и, взяв его за руку, говорю: — Ты выглядел так мило с малышом на руках. Я замечаю легкую улыбку на его прежде суровом лице и теперь обнимаю его за талию, прижимаясь к его груди. Он тоже обнимает меня, говоря: — Валия влюбленна в этого ублюдка. Я про её парня, не ребенка. Когда она еще была беременна он её избил, а потом я избил его. Но моя сестра продолжает защищать его. Будто он любит её, но она просто не хочет смотреть правде в глаза. Но любящие люди такого не делают. Я делаю глубокий вдох, беря ладонь парня в свою и говоря: — Но, Зейн, разве еще несколько недель назад ты не изнасиловал меня? — Ты сравниваешь меня с ним? — в его голосе присутствуют ноты злости. — Она защищает его не потому что он ее любит, а потому что она любит его так сильно, что не может не прощать его. — Но её любовь не приведет ни к чему хорошему и я не могу это так оставить. — Что ты собираешься сделать? — Поговори с ней, — внезапно просит парень. — Она меня совсем не знает и я ее тоже. С чего ты взял, что она станет меня слушать? — хмурясь спрашиваю я. — Алекс, пожалуйста, — я слышу боль в его голосе, поэтому, не думая, соглашаюсь, — спасибо, — он нежно касается моих губ. Я собираюсь войти обратно в дом, но парень останавливает меня, говоря: — Он делает это, потому что хочет контролировать каждый ее шаг. А я никогда не хотел навредить тебе, Алекс. В ту ночь я будто сам принял несколько таблеток экстази и просто не мог сдержать себя, когда ты была так доступна, — я не перестаю дышать на несколько секунд, слыша настолько откровенные слова парня, — прости меня. Я не могу собраться, чтобы выдавить из себя и слово. Поэтому я просто ухожу, понимая, что еще пара секунд нахождения меня рядом с Зейном и я не сдержу слёзы. Я не злюсь на него, но я всё еще не смогла простить его за то, что он сделал. С мыслями о словах Зейна я подхожу к двери в гостевую спальню. Я стучу в дверь и, услышав тихое «войдите», вхожу в комнату. — Привет, — я улыбаюсь девушке, наблюдая за тем как ее сын играет с маленькой игрушкой жирафа, лежа на кровати. — Привет, Алексис, — я вижу ее широкую улыбку, но удивляюсь тому, что она знает мое имя, — Зейн мне рассказывал о тебе. — Надеюсь только хорошее, — улыбаясь, я подхожу к кровати, садясь на ее край, в то время как девушка складывала некоторые вещи в шкаф. — Не сомневайся. Ты хотела о чем-то поговорить? — Да, — я кусаю губу, не зная как начать, — Зейн кое-что рассказал мне и… — Он попросил тебя поговорить со мной? — на ее лице больше нет и намека на улыбку. — Да, но только, потому что беспокоится о тебе и о Фредди, — она не говорит ничего, поэтому я продолжаю, — он рассказал мне о том как твой парень относится к тебе и, — я делаю нервный вздох, — и ты не должна терпеть это. И я понимаю, что это сложно отпустить кого-то, кого ты любишь всей душой, но… — Ты когда-то любила? — она перебивает меня, резко поворачивая ко мне голову. — Нет, — коротко отвечаю я. — Тогда тебе не понять как это терять того, кого любишь, — грубо говорит девушка, что буквально выводит меня из себя. — Но ты хочешь, чтобы Зейн понял как это, не так ли? Или твой сын? Человек, который, по твоему мнению, любит тебя, уничтожает тебя. И ты прекрасно понимаешь это, но не перестаешь верить в ложь, которую сама же и создала. Если ты сейчас не поступишь разумно, то, однажды, те, кому ты дорога, потеряют тебя. Любовь, которую ты питаешь к тому парню, нездоровая любовь. Любовь матери к ребенку — вот, что такое настоящая любовь. И только по твоей вине он может лишиться её. Моя сестра убила себя, потому что была такой же глупой, как ты. Уже целых три года боль от потери близкого мне человека, не дает мне покоя. И я не позволю, чтобы Зейн почувствовал то, что когда-то почувствовала я. Мое сердце бьется намного быстрее обычного. Я не позволяла себе кричать на девушку, чтобы не напугать ребенка, но в моем голосе можно было услышать гнев. Девушка смотрела на меня и я не понимала злится ли она. — Просто подумай сейчас не о себе, Валия, а о людях, которые заботятся о тебе, — говорю я, прежде чем выйти за дверь.