Здравствуй, Прю!

Тернер с нежностью посмотрел на умильно посапывающую рядом с ним Фиби и трепетно провел ладонью по разметавшимся по подушке золотистым волосам. «Притомился Ангел мой в небесах летая. Ночью погрустил со мной, а к утру растаял» — Коул и сам не мог понять, откуда в мозгу взялись эти строки и почему сердце так сладко заныло, стоило ему взглянуть на безмятежно спящую, беззащитную Фиби. Она действительно была ангелом, вернувшим в его сердце свет, научившим его творить добро и защищавшим его от самого себя. Коул вздрогнул, представив, что мог навсегда потерять тепло и нежность этой наивной, светлой, любящей девушки, бездумно променяв их на холод и надменность ее старшей сестры. — Коул, который час? — Фиби сонно улыбнулась, крепче прижавшись к нему. — Спи…еще рано…-прошептал Тернер, глядя на розоватые отблески занимающейся зари и прислушиваясь к всплывающим в памяти строкам: Скоро пройдет эта ночь — время ее сочтено. То, что была ты со мной — утром покажется сном. Не торопись, время, главных слов не успел сказать ей… А он и правда многое не сказал ей. Не сказал, как сильно любит ее, как благодарен ей за все, как хочет быть всегда рядом с ней и оберегать ее… Исполненный нежности, демон бережно взял ее тонкую руку в свою ладонь, едва ощутимо коснувшись ее губами и, спешно одевшись, легкой рябью исчез из комнаты. *** — Прю, проснись! Прю! Прюденс рывком села на кровати, пытаясь понять, что происходит, и едва не вскрикнула, увидев склонившегося над ней Коула. — Ты сбрендил? -прошептала разгневанная ведьма. — Возможно, -хмыкнул он-но нам надо поговорить. Прю вздохнула, поняв, что просто так от непрошенного визитера ей не отделаться, и указала ему на кресло, спешно накинув халат поверх любимой розовой пижамы с мишками, чудом сохранившейся у Пайпер. — Прю, я хочу, чтобы ты поняла, то, что было-не более, чем ошибка. Минутная слабость, благодаря которой я понял, насколько сильно люблю Фибс. Прю медленно провела ладонью по лицу и, встав, достала из шкафа початую бутылку бренди, вопросительно кивнув на нее. — Давай, -пожал плечами Коул и, наблюдая, как Прю ловко разливает содержимое штофа по хрустальным бокалам, изумленно спросил: — И давно ты пристрастилась? — Как только поняла, что я здесь лишняя. Что больше не нужна сестрам, которые видят во мне Пейдж. Я и сама понимаю, что я уже не Прю и совсем не Пейдж. Теперь я среднеарифметическое нас двоих – Прюдж. Чужая и сестрам, и этому миру, и даже самой себе. И то, что было у нас с тобой – не более, чем попытка заполнить душевную пустоту, хоть на миг почувствовав себя нужной. – Нет ничего хуже, чем быть нужной тому, кто не нужен тебе,-менторски изрек Тернер, чуть пригубив напиток. – Быть ненужной тому, кто тебе нужен– в сто крат хуже– парировала Прю, одним глотком опустошив третий по счету бокал и, увидев удивление на лице Коула, заплетающимся языком произнесла: - Я н-не о т-тебе, н-не перживай, я в общем... - Я так и понял,-кивнул он, закупоривая бутылку и убирая ее на место под протестующее мычание свояченницы- тебе уже хватит, Прю. – Мне так одиноко, Коул...так плохо здесь...–девушка вдруг разрыдалась – Я хочу снова стать собой. – Поговори с Лео, он может помочь,-Коул, не переносивший женских слез, погладил Прю по волосам, пытаясь успокоить– но сначала проспись. Прю, сидевшая на кровати, покорно легла, укрывшись одеялом, и, чувствуя, как немилосердно слипаются глаза, пробормотала: -Завтра обязательно поговорю с ним... Коул? -Да?-начавший было рябить голубоглазый демон остановился. – Спасибо тебе... И береги Фибс... Она у нас замечат... Мерное сопение, прервавшее фразу, подсказало Коулу, что пора уходить, что он и сделал, предварительно все же допив плескавшееся в практически нетронутом бокале бренди.