Ты же сам знаешь

      В принципе, Йен ощущал, что скоро в него ворвется маниакальная фаза. Две недели подряд он просыпался в 5 утра и бегал по 6 миль, ощущая эйфорию. Его не угнетали мысли о Вест-Поинте, а конкретнее – мысли о его не поступлении.       Но сейчас он сидит у себя на заднем дворе, курит и не ощущает ночной сентябрьский холод, будучи в одной рубашке. Йен смотрел на мигающий фонарь на улице возле дома Галлагеров. «Ебучая Моника» - проносилось в его голове, делая очередную, глубокую затяжку. Рыжий не заметил как к нему подошла Фиона и разводила руками перед его глазами, что бы вырвать того из транса. - Йен? Что ты тут забыл? – Девушка взяла руки Йена и стала тереть их, что бы согреть. - Я думал. - Боже, ты же заледенел. Пошли в дом. Фи подхватила парня, закинула его руку себе за шею и повела в дом. - Блять, Йен, ну схера ли ты такой тяжелый. – Бурчала себе под нос старшая сестра, таща его на верх, в его комнату.       Бросив рыжего на кровать, Фиона укрыла его пледом Лиама, который достался ему «по наследству» от всех Галлагеров. Она знала, что этот плед и был коротковат для Йена, но он всегда улыбался, когда смотрел на обезьянок с барабанами на нём. Но этот раз был исключением.       Тяжело вздохнув, Фиона чмокнула брата в лоб, смахнула пару прядок с его лица и вышла из комнаты. - Я не инвалид. – Йен всегда говорил так себе, после опеки его родных. Говорил он это, скорее всего, что бы самому поверить в данный бред.       Смотря на дверь, рыжий свернулся калачиком и думал о том, что ненавидит абсолютно всё: он ненавидел горсти таблеток, которые ему приходится глотать каждый день, но они могут и не помогать; ненавидел ебучие гены, которые ему достались от Моники; ненавидел эту опеку, когда ему становиться херого и жалость в глазах семьи, будто он даже поссать без их присмотра не мог.       Йен решил, что завтра он должен встать и пройтись по улицам Южной стороны, что бы найти себе травки. Рыжий понимал, что курение травы его не вылечит, но ему становилось пиздецки легко даже после первой затяжки. Ну и, скорее всего, Фиона снова потащит его в клинику.       С этими мыслями парень провалился в мир грез.

***

      Вернувшись с клиники и огромным списком новых препаратов, Йен пошел за выполнением второго задания, данного себе еще вчера. Медленно идя по улочкам его района он размышляя о том, что стоило бы найти себе работу, что бы помогать Фионе оплачивать лекарства.Рыжий накинул на голову капюшон понимая, что замерзает. Проходя по улице, он остановился на перекрестке, смотря на то, как из дома через один от него, вылетает парень, сжимая кулаки. Темная макушка и светлые голубые глаза, как два маяка выделялись из дали. «Милковичи» - подумал Галлагер. Он много слышал о них и понял, что он нашел то, зачем шёл. - Ну и хули ты, блядина, вылупилась?! –С вызовом бросил Милкович рыжему.       Йен встярхнул головой, отрывая пристальный взгляд от парня и пошел в его сторону. Темноволосый увидев это поднял бровь и ожидал возможного боя, потому что кулаки чесались пиздецки. - Эм… Ты Микки? – Йен ждал ответа, но его не получил – Милкович? - Допустим, а тебе то это каким хуём? – Рыжий ухмыльнулся богатому словарю бандита. - Мне нужна трава. - Сколько? - Кхм… Ну, я не знаю, обычно мне брат брал, а сейчас он уехал в колледж, мы теперь редко видим.. - Заебал тараторить, мне вообще похуй на тебя и твоего брата. Тебе на одного? - Да. - С тебя пятёра.       Йен потянулся за деньгами в карман и отдал их Милковичу. Микки подбросил сверток в воздух, что бы тот поймал его. Рыжий проследил за полетом свертка, запрокинул голову и с него слетел капюшон. - Ахуеть какой ты рыжий. – Усмехнулся Микки, отвернулся и начал уходить. - Спасибо! – Крикнул Галлагер в спину, удаляющего парня.       Дойдя до дома, Йен решил сесть на крыльцо и скурить приобретенный товар. Как он и ожидал с первой затяжки его начало расслаблять. Он устало смотрел на закат своими покрасневшими глазами. «Закончился еще один день» подумал рыжий.