Посмотри немного дальше

Проснувшись, я не спешила вставать. Еще около получаса я лежала в кровати, изучая ровный белый потолок. Судя по тому, что из-за занавесок почти не было видно солнечного света, стало ясно, что погода сегодня кардинально отличается от вчерашней. Как и мои мысли. Вчера мне казалась вполне неплохой идеей посидеть вечером со Светой за бутылочкой вина или чего-то в этом роде. Сегодня я думала, что все же это лишнее. С одной стороны меня манила возможность исполнить то, о чем я думала уже четвертый день, с другой - я понимала, что мы непозволительно много проводим вместе время. Я ни с кем так часто не общалась, как с ней. Даже с родными, когда я переехала в отдельную квартиру, я стала видеться довольно редко. Тагира я не считаю, будь моя воля, я бы вообще исключила его из списков своих социальных контактов. Даже с Талибом мы виделись раз-два в неделю, а то и в две. Да и мама наблюдала меня у них в гостях нечасто. Но Света за неполные четыре дня заняла уже слишком много времени в моей жизни. Нет, я понимаю, что она в чужом городе, что кроме сестры, родственников и меня у нее тут никого нет. Но я ей не нянька. И больше всего меня пугало то, что мне, похоже, нравилось проводить с ней время. Поэтому я решила отменить наши намеченные вечерние посиделки. Еще не хватало привыкнуть к ней или еще что-то подобное. Хотя, чтобы я привыкла к кому-то? Нет, это настолько же маловероятно, как и то, что Тагир прямо сейчас зайдет ко мне в комнату в балетной пачке с радужным флагом на лбу и скажет, что он гей. То есть вероятность практически равняется нулю. Умывшись, я посмотрела в зеркало. Глаза были немного красные, так как я почти всю ночь работала над крупным проектом. Полная проработка айдентики фирмы. От и до. Юридическая компания, каких в городе десятки, а то и сотни. Конечно, первым делом все думают о стиле. Хотя неудивительно, как говорится, встречают по одежке. Зайдя на кухню, я обнаружила на плите завтрак. На этот раз это был омлет с ветчиной, сыром и томатами черри. Черт, если она каждый день будет так готовить, я располнею. На холодильнике вновь висел стикер с пожеланием хорошего дня. Я сорвала его и выбросила в мусорку. Открыв дверцу холодильника, я хотела достать сок, но обнаружила, что его нет. Я была уверена, что вчера он еще был. Она выпила мой сок? Даже на стаканчик не оставила? Черт. Мои спутанные мысли о том, что Светы слишком много в моей жизни, подхлестнулись недовольством отсутствия сока, и я решительно направилась за телефоном, намереваясь дозвониться до девушки, отчитать ее за то, что она оставила меня без утренней порции апельсинового сока, а заодно и отменить вечерние планы. Я набрала номер Талиба. - Привет, ненормальная! - весело поприветствовал меня младший брат. - Привет, идиот, - ответила я дежурной фразой, - у тебя есть номер Светы? - Какой Светы? Сестры Наташи? - удивился Талиб. - Нет, Светланы Лободы. Конечно, сестры Наташи, - проворчала я. - А, нет. Мы как-то не настолько тесно общались. У Тагира есть, позвони ему. - Нет уж, я лучше Наташе позвоню, - ответила я, понимая, что мне проще даже доехать на работу к Свете и поговорить с ней лично, чем звонить Тагиру и спрашивать у него ее номер. - Ну, или так. А почему у тебя нет ее номера? Вы же живете вместе. - Мы не живем вместе, - выдохнула я, стараясь успокоиться, - мы временно соседствуем. - Сути дела не меняет. - Не знаю, зачем мне было ей звонить? Я ее каждый вечер вижу. Я и не спрашивала ее номер. - А зачем он тебе сейчас? - продолжал допытываться брат. - Слушай, не суй свой нос в дела взрослых. Я сегодня вечером заеду к вам, - поспешила я перевести тему. - Пожалуй, я останусь у друга, - хохотнул брат. - Я тоже на это надеюсь. - Слушай, а ты поедешь к Тагиру с Наташей в субботу? - Зачем? - Ну как... Решили же отпраздновать переезд Светы. - Я даже не в курсе о каких-то сборах. - Он что, тебя не позвал?! - воскликнул Талиб. - Нет. Мне никто ничего не говорил. Даже Света. - Света сама не в курсе. Они решили сделать ей сюрприз. Ее родители тоже должны приехать. Ну, и мы, родственники, так сказать. - Видимо, меня из клана родственников вычеркнули, - хмыкнула я, хотя, признаться, было неприятно. Не то чтобы я горела желанием пойти туда, я бы наверняка и не пошла бы, но то, что этот хер даже не позвал меня, словно ударило по больному. - Странно, я позвоню ему, - растерянно пробормотал Талиб. - Не надо никому звонить. У меня все равно планы, - соврала я, - ладно, мне пора. Пока, придурок. - Пока, чокнутая, - хихикнул брат и отключился. Я вздохнула и принялась листать телефонную книгу. Не помню, откуда у меня был номер Наташи, но за пять лет их брака я ни разу, казалось, ей не звонила. То-то она удивится. Мои ожидания оправдались, когда я услышала очень удивленный и даже взволнованный голос Наташи: - Таира? Что случилось? Что-то со Светой? - Боже. Нет. Успокойся, - ответила я, усмехаясь, - я по другому поводу. - А. Точно все нормально? - уточнила девушка. - Точно, не переживай, - заверила я ее, - ты можешь дать мне номер телефона Светы? - Зачем? - Наташа, если ты помнишь, мы соседствуем, мне надо ее предупредить, что вечером меня не будет дома. И сказать еще кое-что. Бытовые дела, - неопределенно ответила я. - А, конечно. Я скину тебе ее номер. А почему ты сама его не взяла? - ну вот, опять двадцать пять. - Не подумала, - закатила глаза я. - Ладно. Кстати, ты приедешь в субботу? - спросила Наташа, а на заднем плане я услышала голос и какие-то восклицания своей племянницы. - Меня никто не звал, - фыркнула я. - В каком смысле? - В прямом. Мне Талиб пять минут назад только сказал, что вы планируете сюрприз для Светы. - Хочешь сказать, что Тагир тебе не звонил?! - снова удивилась Наташа. - Да. Мы с ним повздорили на днях, так что... - Вы всегда с ним "повздорили", - оборвала меня девушка, - это не причина не приглашать тебя на семейные... праздники. - Да ладно, я все равно занята, - отмахнулась я, - скинь мне, пожалуйста, номер Светы. - Ладно, сейчас. И... - девушка сделала паузу и через пару мгновений продолжила, - если вдруг ты все же не будешь занята, приходи в субботу. - Я подумаю. Спасибо, - спокойно ответила я и отключила звонок. Вот ублюдок, даже ради приличия не пригласил! Говорю же, мудак. Мои гневные размышления прервал звук пришедшего сообщения. Я открыла его и нажала на значок вызова. Через пару минут я услышала голос Светы. И вся моя решимость, подогретая злостью на брата, куда-то испарилась. - Алло? - повторила Света, а я, наконец, смогла очнуться. - Привет, Света. Это... - Привет, Таира, - оборвала она меня, быстро узнав мой голос, - что-то случилось? Такое ощущение, что когда я звоню людям, все сразу думают, что стряслось что-то плохое. - Эм... - замялась я, не зная, с чего начать. - Нет, все нормально. Я просто... Это ты выпила мой сок? Что я несу? Я хотела сказать совершенно другое! - Прости? - Сок. Я хотела утром попить сок, а его не было в холодильнике. Нет, мне не жалко, просто ты могла бы оставить мне немного. - Послушай... - начала что-то говорить Света, но меня уже было не остановить. Я понимала, что творю какую-то самую настоящую херню, но тормоза будто отказали. - Мы вместе жи... соседствуем, - тут же поправила себя я, - вместе соседствуем, я не против, чтобы ты чувствовала себя, как дома, просто мой сок - это мой сок. Но неважно. Я хотела сказать, что мне жаль, но сегодня вечером придется отменить наши планы, я не смогу. Мне нужно навестить родных. Я буду поздно, - выпалила я скороговоркой и перевела дыхание. Света помолчала пару секунд, потом выдохнула и ответила: - Насчет вечера я поняла. Жаль, но ладно. Передавай привет маме и Талибу. Насчет сока - я тут ни при чем. Вроде бы это ты работала до четырех утра и не раз делала набеги на холодильник. Я закрыла глаза и хотела перемотать наш разговор назад. Я совершенно не помнила, что действительно вчера сама выпила весь сок и доела копченый сыр. Пока Света об этом не сказала, это было словно вычеркнуто из моего сознания. - Черт, - пробормотала я, - прости, я... - Все нормально, - прервала меня девушка, - слушай, мне надо вернуться к работе. Извини, потом поговорим. - Да, конечно. Извини. - Пока. Я чувствовала себя последней идиоткой. Даже не потому, что устроила сцену из-за чертового сока, а потому что мне приходится сбегать из собственного дома. А все почему? Потому что эта девушка пугает меня до чертиков. Я не могу найти в ней ни одного минуса, я не могу понять, что с ней не так, и это действительно пугает меня. Всегда, когда я говорила о том, что в каждом человеке есть что-то плохое, я не делала из себя исключение. Во мне дерьма целый вагон и маленькая тележка. Я это знала сама, и мне частенько об этом говорили другие. У меня было достаточно минусов, чтобы быть уверенной в том, что делить с кем-то свою жизнь - это не для меня. Я приехала к Талибу с мамой около семи. Брат был дома, а мама удивилась моему неожиданному визиту, потому что этот придурок ей ничего не сказал. Мы все вместе поужинали, еще немного посидели поговорили, обсудили мою работу, посмеялись над Талибом, и потом брат ушел к себе. Я сидела на стуле, подогнув под себя одну ногу, мама стояла у раковины и, напевая себе что-то под нос, мыла посуду. - Скажи, мам, ты идешь к Тагиру в субботу? - спросила я, разглядывая свои ногти. - Нет, милая, ко мне в субботу должны прийти девочки. Девочки. Мамины девочки - это женщины за пятьдесят. Они собираются примерно раз в месяц у кого-то из них, приносят с собой еды, пару бутылок вина и сидят, обсуждая дела насущные. Мама познакомилась с ними года два назад, когда ходила на лечебную физкультуру для людей в возрасте в местный оздоровительный центр. Я была рада, что у нее появились подруги. Хоть сама я никогда не нуждалась в друзьях и товарищах, но видела, что ей это было нужно. Отца не стало, Тагир уже давно жил самостоятельной жизнью, Талиб тоже становился все старше. И хоть мой младший брат не страдал ночными гулянками и не пропадал целыми днями непонятно где, маме нужна была компания. Хотя бы иногда. - Здорово, - кивнула я, - может, мне присоединиться к вам? - усмехнулась я, представляя себя в их компании. - Ты, конечно, можешь, если тебе будет не скучно в компании старых женщин, - засмеялась мама, выключая воду и протирая стол. - Ты не старая. К тому же, меня все равно братец к себе не позвал, - проворчала я. - Тагир не пригласил тебя?! - мама повернулась ко мне, и я видела, как ее глаза расширились. - Я же говорила, что твой старший сын - мудак. - Таира! - мама шутливо хлестнула меня полотенцем. - Ладно-ладно, просто придурок. - Таира! - Что?! Это правда! Он знал, что я бы отказалась, но все равно не позвонил! - Вы опять поругались? - догадалась мама. - Немного. - Из-за чего на этот раз? - Как обычно, - отмахнулась я. Мне совершенно не хотелось посвящать маму в детали нашего конфликта. - Значит, и помиритесь, как обычно. - Мы всегда в состоянии войны. - Ладно, расскажи, как тебе живется со Светой? - Нормально, - уклончиво проговорила я. Я не знала, что сказать и как сказать. Но что-то сказать хотелось. - Не ругаетесь? - Нет. С ней довольно... комфортно, - честно сказала я. - О, непривычно от тебя такое слышать, - усмехнулась мама и села за стол напротив меня, все еще держа в руках полотенце. - Это правда. Она довольно милая. Мы пару раз гуляли даже. - Ничего себе. Ты и прогулка? - Да, - покачала я головой, - сама удивилась. - Она, похоже, неплохо на тебя влияет, - улыбнулась мама, положив свою ладонь на мою руку, - было бы хорошо, если бы вы подружились. - Почему? - нахмурилась я. - Людям нужны друзья. У тебя их нет. И я не помню, чтобы когда-то были. - Люди полны дерьма. Не хочу разочаровываться, - ответила я привычной и даже дежурной фразой. - Все? - подняла одну бровь она. - Нет. Кроме тебя и Талиба, - искренне ответила я. - Даже так. А ты? - Ой, во мне этого "добра" хоть отбавляй. Мама посмотрела мне в глаза и покачала головой. - Мне кажется, ты иногда даже не догадываешься, какая ты замечательная. - Мам, перестань, - поморщилась я. - Но это правда. Ты с детства была необычным ребенком. Я это всегда знала. Помнишь, как Тагир поцарапал машину отца, когда врезался в нее на велосипеде? А ты взяла вину на себя, потому что знала, что Тагиру влетит. Ему тогда около одиннадцати уже было. - Да это, наверное, чтобы потом его шантажировать, - махнула я рукой. - А когда тебе было десять, как ты пробиралась в комнату Талиба, мы тогда еще жили в старой квартире? - Зачем я пробиралась к нему? - мои брови сошлись на переносице, потому что я абсолютно этого не помнила. - Он болел ветрянкой, и ему было плохо. Я тебя трижды выгоняла спать, но ты упорно возвращалась, потому что переживала за него. Говорила, что когда ты рядом, ему легче. - Я была ребенком. Сейчас я бы дала ему зеленку и жаропонижающее, - усмехнулась я. - Ты можешь отрицать это сколько угодно, но ты куда лучше, чем ты о себе думаешь, - серьезно сказала мама, глядя мне в глаза. - Значит, во мне дерьма чуть меньше, чем в Тагире, - снова пошутила я, - ладно, мам, уже поздно. Я поеду. Когда я ехала к дому, была уже почти полночь. А я все думала о словах, что сказала мама. Думала, пыталась вспомнить, когда я стала той, что я есть сейчас? Как я упустила момент, когда стала такой? Я же не всегда была моральным уродом. Эмоциональным инвалидом, не подпускающим к себе никого и ничего. Делающей вид, что все, что происходит вокруг, не имеет никакого ко мне отношения. Когда я стала такой? Раздумывая над этим, я вспомнила пару случаев, которые если и не послужили основной причиной, то уж точно сыграли свою роль. Первый произошел со мной, когда мне был двадцать один год. Я встретила девушку, она была немного старше меня, ей было двадцать пять. Мы начали встречаться. Ну, по крайней мере, мне так казалось. У нас было все то, что бывает в начале отношений. Свидания, вечерние прогулки с провожанием до дома, часовые поцелуи у подъезда, потому что расставаться никому не хотелось, и, конечно, секс. Много секса, если быть честной. И все, казалось, было замечательно, я чувствовала, что меня к ней действительно тянет, она меня привлекала. Но однажды все это рухнуло. Не банально, когда чувства угасли или кто-то изменил. Точнее, измена была, но не мне. Выяснилось, что она несвободна. У нее, как оказалось, была девушка, с которой они встречались уже три года, полтора из которых жили вместе. А обнаружилось это, как в дурацком анекдоте. Ее девушка должна была лететь к родственникам в другой город, но когда она уже была в аэропорту, позвонил ее босс и сказал, что ей необходимо присутствовать на совещании на следующий день. И она вернулась. А там я и ее уже полуголая партнерша. И тогда это меня будто как-то подломало. Не из-за того, что мое сердце было разбито или что-то в этом роде, нет. Я видела глаза той девушки. Когда она стояла с сумкой в руке и не могла произнести ни слова. Просто смотрела. Молча. И столько боли было в этих глазах, столько непонимания. Я будто читала в ее взгляде бесконечные "почему" и "за что". Я смотрела в ее глаза, видела этот самый взгляд, и понимала, что, черт, как можно кому-то верить? Мне, конечно, немного было жаль себя, но ее было еще жальче. Как можно доверить свои чувства, сердце кому-то другому, когда это все так легко разрушить? Эта девушка, с которой я "встречалась", объяснила потом, когда в очередной раз звонила мне, что ей просто не хватало внимания от своей партнерши. И решила компенсировать это таким образом. Тогда я поняла, что если меня и будут соединять с кем-то отношения, то это будет только секс. Никаких эмоций, никакой романтики, никакой привязанности. Потому что мои чувства не заслуживают того, чтобы какая-то сука их растоптала или вытерла о них ноги. Второй случай, как я подозревала, поменявший мою личность, произошел примерно через пару-тройку лет. Когда Тагир обнаружил меня в объятьях барышни, за которой ухаживал. Я тогда многое выслушала. И что я никчемная, и что ненормальная, и что это неправильно, что я позорю семью, и что ему вообще стыдно, что я его сестра. Я понимала, что отчасти его слова вызваны шоком от увиденного. Еще бы, он ухлестывал за этой мадам столько времени, а она предпочла меня. Мало того, что младше ее на пять лет, так еще и тоже девушка. Думаю, мужское самолюбие было задето. А обиженный мужчина хуже обиженной бабы. И когда он высказывал мне все это, орал о том, что не понимает, почему именно я его сестра и что меня надо лечить, я осознала то, что и самые близкие люди могут обидеть и даже предать. Получалось, что верить вообще нельзя было никому. С тех пор так и повелось. Я и до случая с Тагиром не была самой милой, но после этого я окончательно отдалилась от всех, считая, что чем меньше людей вокруг, тем в большей я безопасности. С таким мировоззрением сложно найти друзей, да я в этом и не нуждалась. Я даже в школе и в институте никогда не стремилась занять какое-то место в социуме. Стороной обходила любые сборища и компании. Надо ли говорить, что за свои тридцать лет я множество раз слышала в свой адрес, какое я ничтожество, бесчувственная сволочь, ненормальная и так далее. И все это от оскорбленных дам, с которыми я отказывалась выстраивать какие-то отношения и вообще продолжать общаться после проведенной ночи или двух. Я настолько привыкла к тому, что все вокруг меня считают эмоционально закрытой и лишенной каких-либо чувств, что я сама в это поверила. И, честно говоря, меня все устраивало. Только Света будто пыталась проломить мои старательно выстроенные баррикады. По крайней мере, мне так казалось. И я не должна была этого допустить. Ни в коем случае не должна. Любые чувства приносят боль и разочарование. Я сама это делала не раз. Да, кто-то падает и встает, но я просто не хочу и не собираюсь падать. Это просто не для меня.