Nothing's Wrong When Nothing's True

Зима наступила, а она не может отвести взгляд от Джона Сноу. Как Санса не пытается себя контролировать, но все равно её взгляд постоянно возвращается к нему. Каждый день он тренируется во дворе замка с кем-нибудь из его людей, парируя, уворачиваясь и наступая, пока не устает или повар объявляет об обеде. Обычно он одет в свою черную кожаную рубашку, но сегодня слишком жарко. Поэтому сегодня Джон одет лишь в брюки и сапоги. Санса чуть прищуривается, опираясь на перила, когда мечи со звоном сталкиваются. Это что кровь на его губах? Он поворачивается, и её взгляд падает на его широкую спину. Мышцы напрягаются под кожей, когда он взмахивает мечом, чтобы блокировать атаку противника. Когда Джон успел так измениться? Они были почти детьми, когда расстались, и значит ли это, что он теперь тоже видит перед собой женщину? Последним ударом Сноу валит своего противника на землю, на мгновение останавливаясь и бросая взгляд на лестничную площадку, где стоит она. Их взгляды встречаются, и он улыбается и быстро подмигивает ей, прежде чем собирается пойти смыть с себя пыль и пот. Санса чувствует приступ вины, не зная почему. Она быстро успокаивает себя, что он ей не брат. Старк должна всегда об этом помнить. Её мать всегда напоминала ей об этом факте, когда Санса была совсем юной, но леди Старк было бы определенно за неё стыдно, если бы она знала, почему Санса думает об этом сейчас. Она всегда любила Джона, даже если леди Кейтилин любила повторять, что он не её настоящая семья. Любить его тогда было естественным. Но сейчас, спустя годы, она выросла и узнала его, как человека — доброго, смелого… будто рыцарь из её песен, которые она так любила. Джон был тем человеком, что в свое время обещал найти ей отец — кто-то, кто достоин её, мягкий, но сильный, способный защитить. Любить его и быть влюбленной — две разные вещи. Бран вернулся из-за стены две недели назад, и после того, как они обняли брата, он сказал, что им многое нужно обсудить. Истинное происхождение Джона стало шоком для них обоих, и они до сих пор не могут к этому привыкнуть. Они договариваются пока держать это в секрете. К сожалению, это означает, что только они втроем знают, что Джон не её родной брат. Санса и не думала, что это будет такой уж проблемой, пока перед ней не возникает Байрен Ройс, один из людей Джона. Он неприятно ухмыляется, пристально глядя ей в глаза: — Леди Санса, понравилось зрелище? — Я не знаю, о чем Вы, сир Ройс. Он придвигается ближе: — О, я думаю, что знаете, миледи. Ваш брат — очень красивый мужчина, это очевидно. Хотя признаюсь, что такие взгляды более присущи девкам-служанкам. Каково же было мое удивление, когда я увидел этот взгляд у его собственной сестры. Кажется, у Старков куда больше общего с Ланнистерами, чем они готовы признать. — Попридержите свой язык, сир, если желаете его сохранить. Вы не знаете, о чем говорите, и Вам не мешало бы вспомнить, что Лорд Сноу мне не брат. Хоть он Вам и сюзерен, не думаю, что именно я должна напоминать Вам об этом. У сира Ройса хотя бы хватает ума сделать вид, что он напуган: — Как скажете, миледи. Прошу Вас простить меня за ошибочность моих суждений, — он слегка кивает и возвращается во двор. Санса провожает его взглядом и замечает, что Джона там больше нет, когда слышит скрип и оборачивается, чтобы столкнуться взглядом с ним. В глазах Сноу плещется ярость, и она буквально чувствует, как кровь стынет в её жилах. — Сколько ты слышал? Его голос низок: — Я слышал достаточно, — он проходит мимо неё и направляется к своим комнатам. — Простите меня, миледи, что побеспокоил Вас. Волна паники поднимается в ней. Что Джон думает о ней теперь, когда знает, что её желание настолько очевидно, что его собственные люди с легкостью его замечают? Санса изо всех сил пытается не отставать, когда следует за ним, чуть не сбивая слуг. К тому времени, когда они оказываются у его покоев, она почти задыхается. — Лорд Сноу, я-я… Джон поворачивается к ней с негодованием: — О Боже, Сноу? Вот как ты теперь меня называешь? Почему же сразу не бастард? — Что? Он на секунду замирает на пороге, будто над чем-то раздумывая, и жестом предлагает ей зайти. От её внимания не ускользает, что Джон запирает дверь за её спиной. А еще Санса замечает, что он до сих пор не надел рубашку и не успел ополоснуться. У неё мелькает мысль, что Сноу никогда еще так не был похож на одичалого, как сейчас, когда мечется диким зверем по комнате. Возможно, в нем действительно течет кровь дракона. Джон резко начинает: — Я помню, что ты говорила мне в детстве, говорила, что я тебе не брат. Я всегда думал, что ты лишь повторяла слова своей матери. Но теперь… — его взгляд встречается с её, и он вновь ей кажется тем ребенком. — Когда ты вернулась, когда мы встретились, я чувствовал, что значу что-то для тебя. Ты знаешь каково это: я думал, что ты скучала по мне, не забывала меня? И когда ты извинилась за свое поведение в детстве, я подумал, что теперь все будет по-другому. Ты сказала, что не имела тогда это ввиду и… Санса прерывает его, больше не в силах это слушать: — Я не имела это ввиду тогда, и не… — Тогда почему? Почему ты это сказала? После всего того, что мы пережили, неужели я не значу для тебя столько же сколько и Бран? Рикон? — он слегка спотыкается на следующем имени. — Робб? Она слышит, как Джон резко втягивает в себя воздух, и поэтому выпаливает: — Нет, нет, нет! Не поэтому я сказала сиру Ройсу! Он видел, как я смотрела… Он видел, что я… Я не могла позволить ему думать, что мы… Сноу приподнимает бровь, и она чувствует, как краснеет. — Видел, как ты смотришь? Санса колеблется: — Да. Он делает шаг к ней, пламя отражается в его глазах, и когда Джон продолжает говорить, его голос похож на рычание: — На что ты смотрела, Санса? Её голос чуть громче шепота: — На тебя. — Конечно, моя леди, — его голос отдает горечью. — Это же плохо наблюдать за тренировкой мужчины, никак с тобой не связанным. — Никто не знает об этом. — Но ты знаешь. Скажи мне, если я тебе не брат, то кто я тебе? Её лицо каким-то непостижимым образом становится еще краснее. — Ты мой… — Старк не может думать, не может дышать. — Мой… — Твой кто, Санса? — Ты — мой. Джон должно быть сошел с ума. А иначе как объяснить, что она идет к нему, стоящему посреди комнаты полуголому и пыльному? Она преодолевает то небольшое расстояние между ними и тянет его голову к себе. Джон утыкается лбом в сгиб её плеча. — Санса, — шепчет он, намереваясь извиниться, но лишь прикасается губами к её шее. Боги, в детстве как же он хотел, чтобы она была ему настоящей сестрой — но, нет, она никогда не позволяла ему, а теперь, по её собственному признанию, Санса просто его. Боги прокляли его. Её пальцы путаются в его волосах, а платье, прижатое к его груди, слишком тонкое, и Джон не может ничего с собой поделать, когда поднимает голову и трется своей колючей щекой о её. Он чувствует, как она дрожит: — Джон, — шепчет Санса, поворачивая голову, и Сноу почти чувствует, как его имя слетает с её губ. Это больше, чем он может выдержать. Джон преодолевает оставшиеся дюймы и мягко прижимается губами к её губам, чувствуя её удивленный вздох, прежде чем она целует его в ответ: жарко, влажно и его, только его. Её рука движется по его спине: по затвердевшей пыли и поту. Сначала её пальцы еле касаются, будто пером по коже, но потом Старк цепляется пальцами, разминая затекшие мышцы, почти заставляя его кровь кипеть. Сноу дрожит, выгибаясь под её прикосновениями. — Я удивлен, — шепчет он, нехотя прерывая поцелуй, чтобы посмотреть в её голубые глаза. — Ты обычно очень обеспокоена о чистоте. Ты закатывала настоящую истерику, если кто-то прикасался к твоему платью грязными руками. Её глаза темнеют, и она проводит по его спине уже ногтями. — Они не были тобой, — Санса снова целует его, на этот раз сильнее, и чувствует на языке вкус крови. Раньше бы это отпугнуло её: напоминание об их общей крови, но теперь… Она кусает его за нижнюю губу, заставляя его застонать ей в рот. Одна его рука перебирает мягкие пряди на затылке, а другая поглаживает спину, прежде чем опуститься ниже и схватить её за задницу, притягивая ближе и плотно прижимая к себе. Санса удивленно ахает, когда чувствует его жар. Джон вновь смотрит ей в глаза, неуверенный не слишком ли это, и она чуть трется бедрами о него. Санса слышит приглушенный стон, и вдруг он поднимает её на руки, кружа её по комнате. — Джон, — дышит она ему в рот, пытаясь подавить улыбку. — Братья так себя не ведут. — Тогда хорошо, — ухмыляется Сноу, опуская её на кровать. — Что я не твой брат.