Painkiller

Главный вопрос вовсе не в том как остаться собой, а как остаться человеком. © Me Without

Быть или не быть — вот в чем вопрос. Именно на этих словах Клаус открыл новое издание «Гамлета», в красивом переплете, которое до этого спокойно валялось на полу, страдая от эмоциональных всплесков гибрида. По правде сказать, в эту ночь прекратили свое существование не только люди, но и вещи. Ломая предметы интерьера — мебель, зеркала, вазы, картины, — Нику не стало легче. От перевернутых вещей и бардака вокруг веяло разрухой и потерями. Так же, как и в жизни — постоянно мужчину поджидали проблемы с семьей… Какой семьей? Люди, которые встречаются на вокзале — и то более близки друг к другу, чем владельцы фамилии Майклсон. Элайджа, Финн, Ребекка, Кол, Эстер и Майкл — это просто набор имен, не более. Все они жаждут его смерти. Он мешает им наслаждаться вседозволенностью вечности, которая манит к себе, как прилавок с игрушками ребенка. В чем смысл? Этот вопрос не давал Клаусу покоя. Целую вечность он искал ответ, но так и не смог найти. Это тайна за семью замками. До встречи с ней он думал, что развлекаться и делать хорошее для себя — вот смысл. Кому—то, что-то не нравилось? Тогда Ник просто убивал, наслаждаясь предсмертной агонией. Наблюдая, как все жертвы хватаются за жизнь, он хотел только одного — когда он сам будет умирать, не стать похожим на них. Не просить о пощаде, не кричать от боли, а умереть с гордостью — как настоящий волк—одиночка… И никто не знал, что в душе Клаус проклинает сам себя. Нет, он не раскаивался за содеянные ужасы и убийства. Вина за разбитую семью лежит на нем. Он так часто отталкивал своих братьев и сестру. Особенно сестру. Его Бекка… Она думает, что он ее ненавидит, а он отдаст за нее свою жизнь, не задумываясь. Она любит его, и он ее, но сама мысль, что Ник признается в этом кому-нибудь, представляла из себя абсолютно неисполнимую идею. Нельзя показывать слабость. Уверенность — истина. Непоколебимость — сила. Так он думал, пока не встретил ее — девушку с золотыми волосами и самой очаровательной улыбкой в мире. В ней он видел свою судьбу, а она в нем — траур и горе. Она казалась ему самой прекрасной в этом мире и любой, кто с этим будет не согласен, лишится жизни. А он казался ей самым мерзким существом на планете, которого она с радостью бы убила. Убила. От этого стало бы намного проще жить… Без него… Нет. Он Клаус Майклсон и никто не смеет отобрать у него то, что ему нужно больше всего — эту девушку, которая подарит ему мир, добро, гармонию, любовь… Любовь? Она никогда не полюбит. Никогда не простит такого негодяя. Еще бы — ангелам нельзя встречаться с демонами — у них крылья станут серыми, а демоны влюбиться не могут. А вдруг могут?! В какой книге написано, что это запрещено? Для вечности и ее жителей закон не писан. В конце концов, у всех есть право выбора — быть добрым или злым. Нельзя только выбирать — становится Дьяволом или Богом. Нику иногда казалось, что Всевышний — это он и есть. У него всегда была сила, мощь, его боялись… И он был доволен! Но теперь все изменилось. С появлением этой девушки в жизнь Ника ворвалась новая пора жизни — где у него появился смысл. За нее он убьет любого. Никто в этом мире не заслужил ее. Каждый раз, встречаясь с ней, Никлаус боялся ее слов, ее взглядов. Но боязнь причинить боль была сильней всего. Он сдерживал себя из последних сил, когда она высказывала ему все, что про него думает, когда уходила, оставляя его одного он сжимал кулаки так, что ногтями ранил ладони. Боль его всегда отрезвляла и давала возможность уйти, не сделав необдуманных поступков. Он не мог находиться рядом с ней, но и не мог жить без нее. Внезапно взгляд Клауса остановился на альбомном листе, который лежал на полу. Руководствуясь невидимой силой, мужчина наклонился и поднял его. В ту же секунду губы Ника дрогнули в полуулыбке, но через пару секунд приняли прежний вид. — Прости. Мне придется это сделать. Я не могу тебя потерять, — сказал гибрид, обращаясь к листку, с которого на него невинными глазами смотрела Кэролайн Форбс.