Врагу не пожелаешь

У Кирилла хорошо был поставлен удар, отчего его друг (а друг ли теперь?) едва смог подняться. Чувствуя жгучую боль, он жаждал охладить пыл Иванова. Осторожно ощупав своё лицо, Артём выдохнул: зубы на месте, нос вроде не сломан, но во рту чувствовался железный привкус, а значит — небольшая ссадина всё-таки будет. Покрутив головой из стороны в сторону, Краснов заметил, что все в аудитории затихли и ждали хоть какой-то реакции от него. Но стоило ему попытаться криво улыбнуться, мол, тупая шутка получилась, извиняйте, как вдруг большая часть девчонок заорала чуть ли не в один голос. — У него кровь! Вызовите скорую! — наконец-то что-то внятное прокричала Алина и, сверкая своей мини-юбкой перед пострадавшим, убежала из кабинета вон. По аудитории пронеслись смешки: какие же однокурсницы у них пугливые. — Ты давай, сворачивайся скорее. От Алины что угодно можно ожидать, она ведь и преподов притащить может, а с ними и директора заодно. И не видать тебе спокойствия будет, как сбежавшего Андрея, — прокомментировал сложившуюся ситуацию Дима, сосед с последней парты, местный покоритель девичьих сердец. Правда в его словах всё-таки была. — О, кстати, а где этот оболтус? — начав складывать свои вещи в рюкзак, спросил Артём. Его действительно волновало местоположение Петрова, не натворил ли он чего-нибудь похуже друга. — Он ведь как только увидел тебя, трущегося об Иванова, так раскраснелся весь и сбежал; только лицо у него было какое-то... злое, что ли, — продолжил сосед, пожимая плечами. — Придурок! Я его обнимал только, — Артём потряс кулаком, угрожая. — Ну да, как же! — рассмеялся в ответ Дмитрий. — Ты беги давай, времени всё меньше и меньше до твоей возможной расправы. — А я-то тут при чём? Это всё Кир! — начал возмущаться светловолосый, но тут же остановил сам себя: — Ну, до завтра! Машка, ты за старосту. — Х-хорошо, — пролепетала она.

***

Андрей бежал что есть силы из того злополучного кабинета, чтобы поскорее забыть увиденное. Он без устали корил себя за то, что повёлся, как дурак, на явную провокацию Краснова; он не мог заставить себя обернуться назад. Ему сложно было находиться в одном помещении с ним практически с самого поступления, а всё потому, что он безудержно ревновал старосту к Артёму. Но кто же знал, что всё так сложится? Поначалу Андрею было всё равно, кто с кем дружит, кто с кем ходит, кто с кем спит. Он был сам по себе. У него не было даже знакомых, и его сознание стало потихоньку от всех закрываться, защищаясь непробиваемой стеной колкостей в сторону окружающих. Но однажды к нему подошёл Кирилл и, улыбаясь во весь рот, произнёс: — Привет, дружище! Ты не будешь против, если старостой буду я, а не Артём? — Я не против, — ответил он в тот раз. — Меня Андрей зовут. — Кирилл, — протянув руку, произнес Иванов, — рад дружить, — тому пришлось пожать ему руку. Впервые спустя два года Андрей почувствовал чужое тепло. Вот только дружить у них не получилось. Сначала Петров сетовал на себя, потом на разного рода обстоятельства, однажды даже на погоду, но как оказалось — всё зря. Настоящая, истинная причина была в Артёме, светловолосом мальчишке, что постоянно наматывал круги вокруг тогда-ещё-не-старосты. Он смеялся, шутил, кривлялся перед Кириллом, его не останавливали никакие нравоучения. Андрей с завистью смотрел на них, и что-то внутри него нещадно ломалось. Теперь же, спрятавшись в раздевалке на первом этаже, когда пара уже началась, он стоял и смотрел в пол, осмысливая своё безнадёжное существование. К тому же для себя Андрей решил, что больше терять нечего — он обязательно воспользуется любым шансом завоевать доверие Кирилла. — Ты-то что тут забыл? — раздалось у него над ухом, заставив вздрогнуть от неожиданности. И кажется, судьба к нему была благосклонна.