Амойская щедрость

О доблестях, о славе, о реале Забыл он вмиг: ведь на его столе Такие две косы-красы лежали, Каких никто не видел на земле. Снедали Ясона Террианского жажда великих открытий и мечты о неведомых странах. Созвал он команду, снарядил корабль и отправился сотоварищи в путь далёкий, в котором ждали его опасности превеликие, но знал о них главный аргонавт и встретил их во всеоружии. Не удалось сиренам чудным пением соблазнить отважных мореплавателей, ибо привязали они Ясона накрепко к мачте, а самим себе залепили уши воском. Как ни порывался, как ни тянулся Ясон к коварным искусительницам, не мог разорвать путы, и, лишь тогда, когда дивы дивные скрылись из виду и их чарующее пение затихло вдали, прочистили моряки свои уши и освободили капитана. Но не всё предусмотрел Ясон… Прошла лишь пара часов после первого искушения — и аргонавтам предстал второй дьявольский соблазн. Плывут они вдоль берега и видят: вышли к морю прекрасные юноши и девушки, каждый юноша красивей Аполлона, каждая дева сказочнее Венеры. Начали они танцевать — и завораживали аргонавтов их движения, стали они петь — и покоряли странников голоса чудесные. И забыли отважные путешественники, что сулил им командор золотое руно в далёкой Колхиде, и сошли на берег к красавицам и красавцам неземным. И колыхнулись струи воздуха, и зазмеилась береговая кромка, и вмиг перестали существовать и пространство, и время… — Рауль, это твой последний выводок? — Да. Академский, как обычно. Нравится? — Неплохо, неплохо. Лучше только создатель. Гидеон, а ты там чем занимаешься? — Помираю от скуки, пока мамаша последнюю информацию по моему красавчику не обработала. Представляете, — начал расписывать астрофизик в первоконсульских покоях Ясону, Раулю и Орфею, — такой шикарный блазарчик! Такой молодой, такой яркий! Далековато, правда, ну да куда мы ни доберёмся! А пока портал проверяю. Я тебе говорил, Ясон, что на четыре тысячи лет время оборочу, а ты не верил! Вот, любуйся! И очам удивлённой элиты предстали жители древней Эллады, чьё изумление, конечно, нельзя было и сравнить с легко приподнятыми бровями троих прекрасных блонди. — Где мы? Кто вы? Что за дивные лики я вижу? Где может существовать такая неземная красота? — восклицал Ясон Террианский. — Раз неземная — значит, не на Терре, — снисходительно улыбнулся Второй консул. — Вы попали туда, где сбываются не только мечты, но и то, о чём вы и помыслить не могли. Негоже нам отпускать вас без подарка. Поэтому… — Рауль повёл чудной головой, удлинил свои изумительные медово-золотые волосы до колен и вызвал фурнитура: — Заплети мне косу, Лик! Террианцы едва не попадали в обморок при виде такого волшебства и такой красоты. А Рауль спокойно взял ножницы и отхватил от метровой сплетённой косы половину: — Держи, Ясон! Ты плыл в Колхиду за золотым руном — владей! Ясон Террианский бухнулся на колени, принимая царский подарок. — Ну что ж, негоже Первому консулу бездействовать там, где Второй уже постарался, — Ясон проделал тот же трюк, что и Рауль, и щёлкнул пальцами: — Дэрил, плети'! Через несколько минут в руки Ясона Террианского легла вторая коса — столь же дивная и драгоценная, только платиновая. — Гидеон, по-моему, достаточно, — вполголоса посоветовал Орфей Лагату. — Они ещё здесь описаются от восторга. Закрывай ворота. — Ты, как всегда, прав, Орфей! — согласился Ясон и распрощался с пространственно-временными странниками: — Знайте амойскую щедрость и не поминайте лихом! Гидеон активировал транспортацию. Мгновение ока — и древние сказания отправились в свои пределы. Рауль лениво потянулся в кресле и посмотрел на Ясона: — Ты хочешь переписать террианскую мифологию? Ясон пожал восхитительным плечом: — Ещё чего! Богу — богово, кесарево… Пусть фаталист-пофигист этим занимается. А у нас дела поважнее, — и Первый консул послал Раулю томный взор: — Надо проверить, сошли ли у нас пятнышки от клубники… — Фикрайтеров на вас не напасёшься! — недовольно проворчал Орфей, поняв, что надежды на романтический ужин в компании лучшего в Галактике биотехнолога истаяли, взял комм и стал названивать Аише в уповании на интимный вечер. Розен, конечно, долго кокетничать не стал — и Зави подался к сослуживцу. Что касается Гидеона, то он удалился к своему прекрасному блазару и лиловоглазому Лею ещё раньше. — Итак… — прошептал Рауль и расстегнул пуговку на рубашке Первого консула. — Итак! — согласился Ясон и заключил Второго в свои объятия. А тем временем… А тем временем, то есть совсем не тем, а совершенно другим, Ясон Террианский повернул «Арго» обратно и вернулся к берегам своей родины. Лишь несколько секунд любовались восхищённые эллины амойскими дарами: поспешил Ясон Террианский поскорее сокрыть щедроты Консулов в своём доме. Закрылся от бела света, разложил перед собой великолепные косы и взирал на них целый вечер, то страстно вздыхая, то томно стеная. А на следующий день позвал Архимеда и попросил учёного мужа сконструировать замок настолько надёжный и хитроумный, чтобы ни один злоумышленник не мог его взломать. Посоветовался Архимед с Пифагором, посовещался — и изготовили Ясону Террианскому мастера искусные лучший на Терре замок. Так вознесла амойская щедрость два больших ума в великие учёные и дала толчок научно-технической революции, то есть, пардон, высоким технологиям…