Пока цветет сакура

Pov Мая

Моя история менее мрачная, но никому неизвестно, как она закончится. Первый раз, когда я его увидела, мне было всего 5 лет, но я до сих пор помню страх и отчаяние в его глазах. Эта история началась поздней весной. Был день, дождь и туман окутали весь город. Мы ехали всей семьёй на машине в больницу, ведь, моя сестра лежит с аритмией, а у неё сегодня День Рождения. Дорога слишком скользкая для быстрой езды, а если не поторопится, мы не успеем, ведь, ехать приходится в другой город. В наших больницах устаревшая техника. Мы ехали спокойно, папа рассказывал мне разные истории из его жизни. Было интересно их слушать, поэтому я впитывала каждое его слово, и не теряя момента, спрашивала о непонятном. Ведь только его истории по-настоящему согревали меня в эту ужасную погоду. И вот мой отец решил немного прибавить скорость, несмотря на мои опасения. Впереди было едва заметно свечение автомобильных фар, из-за этого он снизил скорость и не справился с управлением. Нашу машину кружило в разные стороны, это заметил другой автомобилист и пытался избежать катастрофы, но также не смог справится с машиной. И вот настал момент столкновения, мы врезаемся в другую машину с разворота. Как мне показалось, никто не пострадал, и некий груз свалился с моих плеч, но это было ненадолго. Когда мы вышли из машины, чтобы помочь тем людям, мы увидели мальчика лет 8-ми, сидевшего на переднем сиденье, который был тяжело ранен. Он сильно истекал кровью, особенно в зоне головы. Мне было его искренне жаль, но более всего мне было жаль его отца, всегда трудно видеть, как твой ребёнок нуждается в помощи, тем более, если эту помощь ты дать ему не можешь. Мы сразу же позвонили в скорую помощь, как только увидели эту картину. Отец, не теряя ни минуты, вынес ребёнка на тротуар, подложив под него свою куртку. В тот же момент дверь заднего сиденья открылась, и из той машины вылез мальчик моего возраста, ну, может, чуток старше. Именно в тот момент его глаза распахнулись так широко, как только могли, в уголках его глаз можно было заметить вот-вот выступающие слёзы. У мальчика началась истерика, я сразу же подбежала к нему, чтобы успокоить, но он лишь оттолкнул меня с такой силой, что я сильно ударилось головой об асфальт и потеряла сознание. Мальчик, чье имя было Сато, стал завороженно смотреть на Маю своими серыми глазами. Эта ситуация успокоила его, он начал мыслить здраво, несмотря на обстановку. Мальчик подбежал к маме Маи и сказал, что видел, как упала девочка и предположил, что она упала в обморок от происшествия. Мать сразу же ринулась к дочери, но привести ее в чувства не удалось.

Pov Мая.

Очнулась я в белой палате, ничего не понимая, я оглядывалась по сторонам в надежде увидеть родителей, но их рядом не оказалось. Я с легкостью поднялась, несмотря на боль в зоне головы, с кровати и направилась к двери. Когда я вышла за пределы комнаты,в дальнем коридоре я увидела своих родителей, также и мужчину с тем мальчиком. Заметив меня, мои родители хоть немного обрадовались, а мальчик заметно нахмурился, что означало полное недовольство. Я подсела к родителям и ждала неизвестно чего. Через некоторое время к нам подошел врач, объявил новости о пострадавшем, что с ним все в порядке. Меня, естественно выписали. Мужчина и мои родители сказали мне и Сато подождать их в холле. Мы вышли в холл и сели порознь. А попытки моих извинений сошли на нет. Когда родители вернулись, сказали, что раненому нужно отлежаться еще примерно неделю, а возможно, даже больше. Моя семья пригласила мужа и жену(которая уже успела приехать)к нам на ужин. Родители Сато согласились и обменялись номерами сотовых телефонов, чтобы сказать адрес и назначить время. Для них это было примирение, но они совсем не понимают смысл этого слова, если их дети страдают. Ужин. 19:30. Сейчас родители ужинают в комнате для гостей, а нам сказали сидеть в моей комнате. Как бы я не пыталась завязать разговор с Сато, он лишь пускал на меня ненавистный взгляд, иногда добавляя "Заткнись" и "Отстань". Вот уж "хорошее" у него воспитание. Сколько же еще мне пытаться загладить вину? А он, дурак, ничего не хочет слышать. Ну не буду же я вечно извинятся перед ним и пытаться угодить. Ведь я уже всё объяснила. Что ему еще надо? И вообще, в этой ситуации виновата не только наша семья, а их тоже. —Может, хватит на меня так смотреть?,-спрашивает Сато, добавляя к этому предложению сарказм. —Пока не простишь, не перестану,-заявляет Мая, надувая губки. —Бесишь. Тогда будешь смотреть на меня так вечность. Никогда не прощу.-с ухмылкой говорит он. В каком-то смысле, он очень вредный, хотя, с другой стороны, это правильно защищать своего брата. Я не понимаю, брат цел и здоров, почему он так меня ненавидит? Даже если бы я могла, я бы ничего не смогла исправить. Пора бы ему это понять. В комнату заходит мама Сату: —Ребятишки, улыбнитесь-ка,-говорит она, внезапно, доставая фотоаппарат из-за спины. Щелчок. Я подбегаю посмотреть, что вышло. Сату с самодовольной ухмылкой машет рукой в камеру, и я, с улыбкой до ушей и скрещенными руками на груди, которые я забыла поставить в нужное положение после ссоры. Тогда, я думала, что через 10 лет, мы будем смотреть на эту старую фотографию и смеяться из-за наших глупых ссор и детских обид. Будем вместе вспоминать и улыбаться. Я так думала... Но так не может быть. Только потому что я - это я. А он - это он.