Танцы на стёклах

Марина спала прекрасно, как младенец. Проснувшись, обнаружила, что руки Олега обнимают её так крепко, что и не продохнуть. Непривычно. За месяц она отвыкла от данного ритуала, ведь до ссоры каждое утро начиналось одинаково: она просыпается, окружённая со всех сторон руками "мужа". Терпения довести отношения "до ума" не хватило: у них уже могла бы быть семья и может быть,-ребёнок. МОГЛА БЫТЬ семья. Она порушила их связь и чем обернулось расставание? Пролитыми слезами, разрушенными надеждами и болезнью Олега. Долго Брагин будет восстанавливаться, и отчасти её заслуга в том, что Олег не сразу простил её, обиделся. Марина приняла вертикальное положение, с трудом вырываясь из объятий. Чуткий Олег проснулся. -Марина, что? -Ничего. Спи. Ужасный сон. Такая ересь привиделась. -Маленькая моя,-обнял и прижал к себе. -Всё наладится. Не думай о плохом. -Хочется верить.

***

В Склиф приехали вдвоём. Стоило Марине войти в кабинет, как тут же "посыпались" звонки. Главврач, с порога, не раздеваясь, принялся отвечать на звонки. Такова должность! Она хотела повышения, и получила. Обязана беспрекословно следовать правилам руководителя, выстраивая эти правила сама. Издержки профессии-это пустяк. Она понимала, на что шла и какую ответственность взваливает на хрупкие, женские плечи. В середине дня раздался звонок. Звонил сотрудник полиции. -Здравствуйте, Марина? -Простите, а вы кто?

***

Олег держал "курс" на кабинет главврача. Одного взгляда ему хватит до конца дня. Постучал. Ответа нет. -Марин? Эй? Постучал настойчивей. Заперла дверь. "Странно. С чего бы она закрылась?" -Марина, открой дверь. Нарочинская повиновалась и открыла. На Брагина уставилась опечаленная и мрачная женщина, с красными глазами. -Мариш, ты чёго слезы льёшь? Присел на диван вместе с Мариной. -Чернов погиб. -Твой хахаль? -Бывший хахаль. Погиб в автомобильной аварии. Травмы, несовместимые с жизнью. "Скорая" не успела. -О, господи. Не одно, так другое. Короткая жизнь человеческая. Пшик,-и нет человека. Глаза наполнились слезами, и голос плаксивым стал. Нарочинская не могла говорить, а если и пыталась сказать, то голос срывался и получалось мычание какое-то. Перед лицом смерти даже суровый прагматик Нарочинская не смогла устоять. Она обессилена. В свете последних событий силы иссякли, как вода в заброшенном колодце. Олег прижал к себе женщину. -Марин, не плачь. Никто не застрахован от смерти. Даже я. Я когда Ларису потерял, думал всё-кранты. Я подыхал. Ты не заслуживаешь таких страданий. Мы живы и это главное. Кто ушёл, тот ушёл. Мы не в силах изменить ход жизни, историю, увы. Не печалься. Терять знакомых и близких тяжело, не отрицаю, но жить надо дальше. Сегодняшним днём. Марина всхлипнула. Она не любила Чернова ни капли, порвала без сожаления и не думала, не гадала, что судьба так жестоко распорядится с жизнью Кирилла. Не ожидала. Марина очухалась и, утерев слёзы, повернулась лицом к Олегу. -Ты прав. Жить сегодняшним днём-наш новый постулат. Посиди со мной? -Посижу. Оба пристроились на диване, обнимая друг друга. Идиллию двух любящих сердец ничто не могло нарушить. Брагин простил Марину, потому что любил, а Марина простила Олега. Если сильно любишь, умей прощать. И герои сполна реализовали эту формулу. Марина усвоила урок в палате, склонившись над депрессивным "мужем". Усвоенный урок она запомнит на всю жизнь, жизнь научила.