Накануне

Тишину ночи прорезал крик чем-то (а может быть, и кем-то) потревоженной лесной птицы. Граф и Оттилия одновременно «проснулись». - Что случилось? – с тревогой спросил Канцлер - Кажется, какая-то птица. - У Оттилии был тонкий слух. Когда-то на охоте она уже слышала подобный крик. - Главное, что бы наши висельники не вырвались из-под стражи до необходимого момента. Главное - не выдать себя ничем. Всё должно быть безупречно. И…, - граф на мгновенье задумался, - я прошу тебя не выходить сегодня ночью на улицу. Оттилия пристально посмотрела на супруга. - Значит, ты не спал? Даже в темноте граф почувствовал этот взгляд. - Я постоянно думаю о завтрашнем дне. Я не могу допустить, что бы что-то сорвалось. Малейшая ошибка погубит нас. - Поскорее бы всё это свершилось. Иначе, ты совсем изведёшься. – Женщина провела рукой по мягким русым волосам супруга. Дабы развеять или подтвердить свои сомнения, Канцлер пошёл на провокацию. - Я могу поверить, что тебе безразлична судьба Анри и Патрика, но скажи, неужели тебе не жалко Эмму? Она же твоя сестра, часть твоей семьи. – Граф перехватил руку женщины. - А ты – мой муж. Как видишь, я не предаю СВОЮ семью, - неожиданно для графа твёрдо сказала Оттилия, глядя в глаза супруга. Канцлер разжал пальцы и рука Оттилии скользнула по его плечу. Разговор принимал напряжённый характер. Д`Авиль хотел присесть, но внезапно почувствовал сильную боль в затылке, голова его закружилась, в темноте перед глазами замелькали звёздочки, и он без сил упал на подушки. - Что случилось? Опять? – тревожно спросила женщина, склоняясь к супругу. Канцлер молчал. У него даже не нашлось сил спросить, откуда Оттилия знает, что это уже было. А женщина не только знала о приступах графа, но и видела, где её супруг хранит нужное лекарство. С быстротой молнии она схватила небольшой кожаный сундучок и достала нужный флакончик с каплями. Через пару минут Канцлер уже чувствовал себя значительно лучше. - Откуда ты знаешь, - стараясь придать голосу бодрости, первым делом спросил он. - Знаю. – Коротко ответила Оттилия. В голове графа снова зародились сомнения в супруге. Это на какое-то время придало ему силы. - Я повторяю свой вопрос. Откуда ты знаешь? - Если тебе так угодно получить на него ответ, то могу сказать, что я видела. – Абсолютно спокойно ответила женщина. - Видела, как ты уже не раз принимал эти капли. После того закона, который Анри не подписал даже после третий правки; после перемирия заключенного с Малой Мухляндией; после того, как Анри предложил амнистировать… - Довольно! – зашипел канцлер и снова попытался вскочить на ноги. - Остынь, - ледяным голосом произнесла Оттилия. – Сейчас ты перебудишь весь лагерь. Да, я вижу и знаю гораздо больше, чем думают окружающие. Сил у д`Авиля было ещё не много и он счёл совет супруги благоразумным. - Что ты хочешь этим сказать? Что ты ещё знаешь? - Ничего, что не было бы известно тебе. Граф поймал себя на мысли, что почему-то верит супруге. Пытаясь понять причины таких мыслей, он положил руки за голову и молча уставился в потолок шатра. - Скорее бы завтрашний день, Всё это кончится, и мы сможем, наконец-то, спокойно вздохнуть, – прервала недолгое молчание Оттилия. - Нет, Оттилия, - задумчиво произнёс Канцлер, - завтра всё только начнётся. Он прикрыл глаза и снова умолк. Оттилия почувствовала неладное. - Тебе хуже? - Нет-нет. Всё в порядке, - поспешил успокоить супругу граф. – Отпустило. Это всё нервы. - Сейчас мы уже ничего не изменим, постарайся отдохнуть. - Да. Уже ничего не изменить. – Эхом отозвался Канцлер. - Твои слова пугают меня больше, чем этот заговор. - Так ты всё же боишься?! – взвился в гневе мужчина - Да! – громко зашипела Оттилия. – Я боюсь! Я боюсь за тебя. Что ты имел ввиду, когда сказал, что всё только начинается? - Это до нашей власти осталось несколько часов. А до моей короны ещё очень далеко. До твоего королевского венца, кстати, тоже. Внешне завтрашний день не изменит для нас ровным счётом ничего. - Я поняла, о чём ты думаешь. Ты жалеешь, что женился не на Флоре. Иначе бы уже завтра корона была бы твоей. – Отрешённо сказала Оттилия Граф пристально посмотрел на супругу. Она практически читала его мысли. Но перспектива быть мужем средней сестры заставила его внутренне содрогнуться. - Ты не совсем права в своих догадках, – осторожно подбирая слова, ответил Канцлер. – Я жалею только о том, что не смогу завтра надеть корону. Но я нисколько не жалею, что ты -моя жена. А ещё… Я ведь тоже кое-что знаю… Впервые за ночь Оттилия содрогнулась. Она оставалась хладнокровной, когда граф, устроив провокацию, схватил её за руку; когда у него случился приступ; когда его так задели воспоминания. Но теперь она испугалась. Ей казалось, что открывшаяся правда разрушит все её мечты. - Что ты знаешь? – тихо спросила она - Я знаю, что теперь у нас нет пути назад. Что теперь мы уже связаны на всю жизнь одним завтрашним днём. Напряжение оставило Оттилию. «Значит, он ничего не знает. Или его это не беспокоит» - подумала она и придвинулась поближе к графу. - Твои красные глаза завтра выдадут всех нас.– Граф обнял Оттилию и сказал тихим, но строгим голосом – Ещё есть время. Спи!