Нечестная игра

      Дверь отчаянно заскрипела, сопротивляясь снегу и ветру, когда Игон и Жанин, громко топая, чтобы стряхнуть с обуви снег, ввалились в магазинчик.       — Мы закрываемся, — недружелюбно сообщил невысокий лысеющий продавец.       — Кен… — Игон закашлялся, и Жанин продолжила за него.       — Кенни, верно? — улыбнулась она.       Напряженное лицо продавца как будто немного смягчилось.       — Мы друзья Роланда Джексона, — продолжила секретарша. — Сегодня он заходил сюда.       — Роланд, конечно! — Кенни тут же дружелюбно улыбнулся. — Он прислал вас за фордом? С машиной все в порядке, пусть не переживает.       — Нет, мы здесь из-за игры, которую вы ему продали, — откашлявшись, Спенглер вытащил ПКЭ. — Подскажите, где она стояла?       Кенни медлил с ответом; улыбка сошла с его лица, и тонкие губы снова сжались.       — А в чем именно дело? — настороженно спросил он, глядя то на Игона, то на прибор. — Имейте в виду, я не заставлял его ничего покупать.       Жанин вздохнула.       — Когда его сбил с ног тот парень, Роланд обронил... свой блокнот. Нам очень нужно найти его.       — Вот и он все толковал о каком-то парне, — развел руками Кенни. — Только я никого не видел. Ладно, — он снова с подозрением покосился на ПКЭ, — я покажу вам, где он упал.

***

      — Как я мог забыть про Кайли, — тихо корил себя Роланд, совершая бросок за броском. Он почти не успевал отслеживать выпавшие значения — настолько быстро все происходило.       Он видел ее фигурку на Костяной Опушке, и понимал, что его подруга оказалась в самой гуще сражения с умертвиями одна, без поддержки остальной партии. Единственное, что внушало Джексону хоть какую-то надежду — фигурки Гарретта и Эдуардо постепенно продвигались вперед, все ближе к месту сражения, хоть иногда и сбиваясь с курса.       Как же подсказать им направление?

***

      — Ты ведь в курсе, что от него воняет? — Гарретт нагнулся к самой шее медведя и демонстративно наморщил нос. — Да. Точно от него.       Эдуардо в ответ только ласково потрепал медведя по голове. Миллер хотел было сказать еще какую-нибудь колкость, но — не без труда — передумал. Он и сам не понимал, от чего так взъелся на своего товарища — в конце концов, Эд просто хотел ему помочь.       «Как будто думает, что без коляски от меня нет толку», — Гарретт мрачно взглянул на друга, но, все же не желая затевать ссору, почти сразу отвернулся к ле…       — Эдди?       Они все еще находились в лесу — в этом не было никаких сомнений. Миллер видел верхушки деревьев, покачивающихся над высокой стеной, в какой-то момент протянувшейся вдоль тропы. Он оглянулся, пытаясь разобраться, почему они не заметили ее начала — но, судя по увиденному, стена всегда была по обе стороны от них.       Эдуардо потряс головой.       — Какая-то ерунда, — произнес он и тут же, самодовольно улыбнувшись, воскликнул. — Да это же иллюзия!       Он ударил концом посоха по стене, насмешливо откликнувшейся глухим стуком. Гарретт, не веря своим глазам, сам коснулся прохладного шершавого камня и моментально отдернул руку, соприкоснувшись с чем-то склизким.       — Что за… — он поднес руку к глазам. С трудом разлепил пальцы, испачканные в скользкой зеленой субстанции, и осторожно обнюхал их. Пахло сахарной пудрой, сырными начос — желудок Гарретта среагировал на это недовольным урчанием — и чем-то неуловимо знакомым, так и отдававшим Пожарной частью. — Ты не поверишь, Эдди. Ты просто не поверишь.

***

      На секунду оторвавшись от кубиков, Роланд бросил взгляд на карту и благодарно кивнул Лизуну.       — Спасибо, дружище. Так сойдет. Ты очень помог.       Тот надулся от гордости и довольно проурчал что-то свое. Теперь стена из картона, пусть изначально и предназначенная для строительства подземелий и мрачных подвалов, надежно ограждала Гарретта и Эдуардо от блужданий по лесу и показывала им самый короткий путь к Кайли.       — И пусть так делают только плохие мастера-а, — рассеянно пропел Роланд, снова принимаясь за броски. — Но обстоятельства у нас чрезвыча-айные…

***

      Медведь мчался вдоль стены, подгоняемый настойчивыми криками Гарретта. Эдуардо едва поспевал за ними; впрочем, эта пробежка давалась ему удивительно легко — дома, в Нью-Йорке, он давно бы выбился из сил. Здесь же казалось, что и ветер, и шелест листьев, и далекий свет незнакомых звезд придают ему бодрость.       Стена кончилась так же внезапно, как и началась, и друзья остановились перевести дух. Они оказались на склоне холма, и теперь перед ними расстилалась опушка, залитая кровавым светом хищной луны. Этой ночью она не пустовала — десятки фигур, с движениями слишком неуклюжими и при том чересчур резкими для того, чтобы быть человеческими, толпились вокруг крохотного воина, без устали размахивающего мечом.       — Это Кайли, — с уверенностью произнес Ривера. — Должна быть она.       — Тогда… — Гарретт выхватил свой кинжал и воздел руку к небесам в саркастическом жесте. — Вперед!       Смрад от полуразложившихся тел резко ударил в нос, когда они достигли опушки. Эдуардо замедлился, стараясь привыкнуть к этому запаху, а главное — к виду мертвяков, копошившихся совсем рядом. Он заметил, что медведь, почувствовав его нерешительность, также сбавил ход.       — Помогай, — приказал он зверю, выхватив из-за спины посох, и тот послушно врезался в толпу, хватая тварей за ноги, пока Гарретт наносил удары кинжалом.       Часть мертвяков отделилась от общей массы, заметив их прибытие. Эдуардо двинулся вперед и огрел ближайшего из них посохом. Этот удар вышел откровенно слабым — противник даже не пошатнулся и уверенно продолжил наступление.       — Помедленнее, друзья, помедленнее, — нервно произнес Ривера, выставив перед собой посох. — Замрите… Замрите! — он был уверен, что прокричал это по-английски, но сорвавшееся с губ слово было явно не на этом языке и даже не на родном испанском.       Волна зеленоватого свечения разлилась вокруг него, и высокая трава затрепетала, свилась в тугие нити, опутала ноги умертвиям, сковывая их движения. Несколько тварей в попытке вырваться навалились друг на друга, упали прямо перед ним, и подоспевший на выручку медведь, уже освобожденный от своего наездника, всей массой прошелся по их черепам.       Эдуардо огляделся, пытаясь найти Гарретта или Кайли. Ряды мертвяков успели поредеть, но ненадолго — вокруг уже поднимались новые неупокоенные тела.       По поводу Гарретта можно было не волноваться: он, как и всегда, превратил свою слабость в преимущество. Ловко орудуя кинжалом, начинающий вор перерезал сухожилия на ногах умертвий, и, стоило телу рухнуть на землю, добивал их точным ударом в глаз. Продвигаясь таким образом, он уже почти расчистил себе дорогу к месту, где маленькая фигурка с огромным мечом продолжала методично рубить нежить направо и налево.       — Сюда, Эдди! — весело крикнул Миллер.       — Легко сказать, — процедил Ривера. — Ладно…       Надежно укрывшись за спиной медведя и кое-как отбивая атаки в арьергарде, он добрался до Гарретта. Теперь от Кайли их отделяли трое, но расправится с ними они не успели — сталь прошла в паре сантиметров от самого лица Эдуардо, разрубив точно напополам этот барьер из гниющих тел.       — Вас только за смертью посылать, — Кайли в испачканном, помятом доспехе, выглядела по-настоящему обрадованной. Волосы, выбившиеся из-под шлема, прилипли к мокрым щекам, а лицо даже в отблесках кровавой луны выглядело бледнее обычного; тем не менее, она широко улыбалась.       — Мы в тебя верили, — отозвался Гарретт.       — Решили дать тебе отрубить пару голов, пока мы не пришли и не поубивали всех, — поддержал его Эдуардо. — А ты хорошо тут потрудилась.       — Только меньше их не становится, — пожаловалась Кайли. — Я думаю, они охраняют ту штуку, — они кивнула в сторону постамента, — но никак не могу до нее добраться.       Ривера попытался разглядеть предмет, на который она указала, но увидел только розовые отблески. На мгновение у него перехватило дыхание — он почувствовал дурную, темную энергию, которая исходила от постамента и отравляла все пространство вокруг.       — Отвлеките этих отпрысков Ромеро, — хмыкнул Гарретт. — Попробую посмотреть, что там.       Он набросил капюшон, перекатился строго между двумя мертвяками, и исчез в траве прежде, чем Эдуардо успел посоветовать ему соблюдать осторожность.

***

      Подсобка магазинчика оказалась совсем крохотной, и Кенни явно было не по себе от того, что Игон и Жанин устроились практически вплотную к нему. Они попали сюда только благодаря титаническим стараниям последней — ей пришлось употребить весь свой такт и обаяние, приправленные аккуратной лестью, чтобы продавец разрешил им просмотреть записи с камеры наблюдения.       — Смотрите-ка, — Кенни хмыкнул и постучал пальцем по экрану. — А ведь какой-то подросток и в самом деле тут шатался!       Спенглер живо наклонился, оттеснив продавца в сторону. Он увидел, как молодой парень в нелепой широкой куртке и с короткими дредами, торчащими во все стороны, выскакивает из-за стойки прямо перед Роландом. Стараясь удержаться на ногах, Джексон пошатнулся и ухватился за стойку, а парень странно согнулся над ним, словно собрался помочь встать.       Изображение на экране пошло рябью. Картинка пропала буквально на несколько секунд, но их хватило для того, чтобы неизвестный успел скрыться. В следующем кадре Роланд уже был один посреди разбросанных коробок.       — Вот ведь незадача, — расстроенно протянул Кенни. — Надеюсь, этот маленький паршивец ничего не успел стащить.       — Буря, нечаянное столкновение, показания… — забормотал Игон. — Мы можем получить копию этой записи?       — Эй, эй, — Кенни в возмущении поднялся, и Жанин оказалась зажата между его спиной шкафом с товаром. — Если вы собираетесь идти в суд, то просто скажите Роланду, чтобы принес завтра игру. Я верну ему деньги. Мне это все не нужно.       — Никто не говорит о суде, — сдавленно просипела секретарша, с трудом протискиваясь к выходу из подсобки. — Но нам очень нужен этот блокнот. Может, парнишка стащил его, — ей наконец удалось выбраться и свободно вздохнуть. — Кенни, пожалуйста. Вы же знаете Роланда. Неужели вы считаете, что он пойдет в суд ради двадцати долларов?       Спустя четверть часа Жанин с нескрываемой радостью выбралась из духоты магазинчика на холодную улицу. За короткое время, проведенное ими внутри, погода успела ухудшиться и к плотному снегопаду прибавился пронизывающий восточный ветер.       — Надеюсь, наш поход к северному полюсу помог тебе узнать что-нибудь важное, — обратилась она к Игону. — Не хотелось бы застрять во льдах без причины.       — Надо скорее добраться до башни, — Спенглер будто и не заметил ее сарказма. — Теперь есть лишь три варианта того, с чем они столкнулись. Поверь, ни один из них не сулит ничего хорошего.

***

      Гарретт замер.       Ему практически удалось добраться до постамента незамеченным — удивительно, но мертвяки не обращали на него никакого внимания, хотя он проползал в считанных дюймах. Пару раз он хотел воспользоваться ситуацией и пырнуть некоторых из них, но в итоге решил, что в стратегическом смысле ему лучше быстрее добраться до своей цели.       Но сейчас что-то было не так. Он попытался продолжить движение, но тут же почувствовал, как искры тревоги снова пробежали по телу.       Миллер осмотрелся по сторонам. Мертвяки все еще не обращали на него внимания и больше были увлечены попытками добраться до Кайли и Эдуардо. Никаких новых противников на горизонте не было; даже луна не собиралась падать с небосвода. Постамент как будто тоже не источал опасности, и только тихо шелестела вокруг трава.       Трава. Видимо, он ощутил эту странность раньше, чем осознал — в некоторых местах вокруг постамента трава образовывала узоры. Он осторожно раздвинул стебли: в свете луны это было сложно заметить, но сейчас Гарретт ясно видел слабое свечение, расходящееся концентрическими кругами. Он хмыкнул, подобрал мелкий камешек, осторожно бросил его в центр одного из них… и в следующую секунду зажмурился, ослепленный яркой огненной вспышкой.       Открыв глаза, он увидел, что активированный им круг исчез.       — Так-то, — удовлетворенно пробормотал Гарретт и, вооружившись камешками, расчистил себе путь.       Постамент оказался немного выше, чем он предполагал, и Миллеру пришлось изрядно потрудиться для того, чтобы добраться до предмета наверху. С трудом ухватившись за гладкий край, он смог подтянуться, навалился животом на прохладный камень и оказался нос к носу с пустыми глазницами позолоченного черепа, сплошь испещренного рунами и цифрами.       — А ведь я знал, что так будет, — он покачал головой. — Сюда бы Игона… Ладно.       Осторожно, краем кинжала Гарретт поддел череп, снял его с постамента и с надеждой огляделся. Мертвяки не отреагировали.       — Не так, значит, все просто, да? — расхрабрившись, Миллер начал раскручивать череп на узком лезвии. — Что ж, бедный Йорик, сейчас мы быстр…       Его локоть соскользнул с гладкого камня, и череп слетел с кинжала. Он упал ровно по центру одного из кругов, и Гарретт, не посмевший на этот раз закрыть глаза, увидел, как беспощадное пламя взялось за него, оплавляя податливое золото. Еще вспышка — и череп треснул, раскололся на куски, и словно вздох облегчения пронесся над опушкой. Мертвяки рухнули в траву как марионетки, оторванные от крестовины, и свет луны теперь не выглядел таким кровожадным.       В тридцати футах поодаль Кайли наконец опустила меч и сняла шлем.       — Кажется, придется всерьез поговорить с Роландом о веселом досуге, — невозмутимо заметила она.