Слишком доверчив

Ему было несколько неловко. Он стоял у порога дома Ульриха, не зная, что он делает. Он не знал, что его сейчас ждет. И вот он позвонил в дверь. Ждать пришлось не долго, но то, что он увидел шокировало Дэйва. Перед ним стоял Джуниор, который был в пьяных объятиях Марти. Сзади доносился басовитый голос, который гитарист слышал примерно пол часа назад. Гитарист просто рот открыл от удивления.Джеймс,тот самый Джеймс,что совсем недавно так серьёзно и холодно с ним разговаривал,сейчас отрывается в доме Ларса.Взгляд рыжего снова упал на Эллефсона,которого обнимал брюнет.От них обоих так и несло запахом крепкого алкоголя.Парни широко улыбались,чуть пошатываясь на ногах. Мастейну показалось, что его предали. Все они. Появилась голова Ларса, который улыбался. - Дэйв! Ты чего здесь стоишь, заходи скорее. Он подхватил парня, затаскивая его в квартиру. Блондин бросил взгляд на рыжего, который так и не снял капюшон. Рядом с Джеймсом сидел Кирк, которого всего перекосила, как только он увидел Мастейна. Судя по всему,он он был самым трезвым среди всей этой компании.Кёрк попытался сделать более или менее приветливую улыбку,но у него почти ничего не вышло. -Чего у тебя такая кислая рожа? - Протянул Ульрих,толкнув Мастейна в плечо. - Да так. Ничего. - Здесь все твои друзья, так чего ты так стесняешься? - не унимался ударник, протягивая гитаристу открытую бутылку пива. Мастейн с неохотой ее взял, надеясь, что алкоголь сниминет с него напряжение. Рыжий обхватил губами тонкое горлышко и сделал большой глоток,запрокинув голову. -Во,во,совсем другое дело. - С довольной и пьяной улыбкой произнёс ударник,глядя на то,как пьёт гитарист. - А я так и не понял, что за дерьмо здесь творится? - уже более расслабленно спросил гитарист. - Ну вообще, я сидел дома с Кирком, а потом позвонил Джуниор и сказал , что придет с другом. Ну мы были не против компании. А после ввалился Джеймс, которому я тоже не смог отказать. Ну а потом пришел ты. Вот как то так. -Прекрасно. - Приглушённо произнёс Мастейн и сделал ещё один большой глоток. Дэйв пил совсем неаккуратно,пиво,вытекая из стеклянного горлышка бутылки,золотистой струйкой заскользило по подбородку рыжего,капая на одежду.Вдруг гитарист почувствовал,как его за подбородок взяла чья-то тёплая рука,размазывая по коже холодное пиво. Перед ним было лицо Джуниора. Он был явно пьян, отчего и расслаблен. Он тут же впился поцелуем в губы Мастейна, который широко распахнул глаза. С дивана послышалось недовольное рычание Джеймса. Неужели он ревнует? Впрочем,вокалист сейчас тоже,как и все,был пьян.Это видно было по его красному лицу,разомлевшему от алкоголя.Гитарист слегка упёрся рукой в грудь юноши,целующего его.Но Дэвид совершенно не хотел отрываться от губ рыжего,что немало того удивило. Только недавно юноша не хотел его видеть, а сейчас целует его на глазах у всех. Краем глаза Дэйв заметил, что Кирк потупил взгляд, ему было весьма неловко в присутствии рыжего, чье место он занял. Брюнет осторожно подпёр свою голову рукой,чтобы закрыться от взгляда гитариста.Сзади послышалось громкое и пьяное хрипенье Марти,который уставился на целующихся парней.Почувствовав себя неловко,Дэйв всё же отстранил от себя Эллефсона. Юноша улыбнулся ему, вешаясь на шею. Гитаристу был с одной стороны рад, что Дэвид его простил, но все же ему не нравилось, как вел себя юноша. Эллефсон осторожно снял с Мастейна капюшон, целуя его в нос. Юноша совсем забыл,что у гитариста герпес,который может передаться и Эллефсону через поцелуй.Но Дэвида сейчас это совсем не волновало. -Да у вас тут всё прекрасно. - Довольно протянул Ларс,усаживаясь на колени Хэтфилда. Блондин не среагировал на него, зато Кирк обиженно посмотрел на датчанина, который предпочел Хэтфилда а не его. Марти неуверенно сел в кресло, ему было несколько неловко в такой большой компании, но пиво явно его развязало. Он смотрел то на Дэйва и Джуниора,то на сидящих на диване Ларса,Джеймса и Кирка.Марти широко зевнул,прикрыв рот кулаком. -Дээээйв... - Пьяно протянул Эллефсон,напирая на рыжего,который едва не свалился от тяжести юноши. - Да успокойся ты, - фыркнул гитарист. Ему совершенно не нравилось, что все вот так сложилось, он чувствовал себя, как на собрании анонимных алкоголиков. Все сидели в кругу, смотря друг на друга, это весьма угнетало. Рыжий и сам сейчас выпил. Но это было чисто для того,чтобы расслабиться. Гитарист отодвинул от себя Джуниора,который с силой наваливался на него. -Чёрт,постой спокойно хоть немного! - Раздражительно прохрипел Мастейн,бросая косой взгляд в сторону развалившегося на коленях Джеймса ударника. Ларс весьма довольно сидел на коленях блондина, которому было явно на него все равно. Взгляд вокалиста был устремлен на Дэйва, а тот в свою очередь смотрел на него. Они обменялись взглядами, казалось, что они сейчас оба ревнуют. Алкоголь,горячо бурлящий в крови,сметал с лиц всякую серьёзность и воздержание,давая волю чувствам.Казалось,между Джеймсом и Дэйвом не было разговора,который состоялся примерно час или полчаса назад.Взгляд рыжего был направлен то на блондина,то на заигрывающего с ним Ларса. Ульрих ласково водил рукой по его щеке, его совершенно не заботило то, что рядом с ним сидит его возлюбленный. По виду черноволосого гитариста было видно, что еще чуть чуть и он встанет и уйдет. Ну явно было плохо на это смотреть. Его угнетал тот факт, что Ульрих всегда выбирал блондина. Ударник много раз говорил Кирку,что любит его,что никогда не бросит,но при этом всегда как-то по-особому смотрел на Джеймса и всегда,если стоял выбор,с кем быть,выбирал не брюнета,а вокалиста.Парня очень задевал этот факт.И сейчас он с обидой наблюдал,как Ларс с пьяной улыбкой на губах жмётся к блондину,готовый вот-вот поцеловать его. Но Хэтфилду вообще было на него все равно, он смотрел на Дэйва, между которым у них, казалось, был немой разговор. И все они любили друг друга, а выбирали других. Все так бывает. Они оба ненавидели себя за это глубоко в душе.Почему всё так происходит?Они просто не понимали всего этого.Джеймс,не отвлекаясь,смотрел прямо в глаза гитаристу,как вдруг на его губы легли пухлые губы датчанина. Блондин часто захлопал глазами, смотря на ударника. Ульрих старался завлечь блондина в поцелуй, но у него не получалось. Мастейн смотрел на них, но из мыслей его вывел скрип дивана. Кирк встал и вышел из комнаты. Его лицо так и сверкало от обиды.Видно было,что это стало последней каплей.Больше Кёрк терпеть не мог.Все,кто остался в комнате,внимательно смотрели на блондина и целующегося с ним датчанина,который пытался всячески расположить к себе Джеймса. Но было очевидно, что блондина это все не интересовало. Ларс это чувствовал, но верить не хотел. На шее Дэйва все еще весел Джуниор, который его обнимал. Рыжий пересел на диван, смотря на Джеймса. Марти чувствовал, что он здесь лишний, от этого перешел в другую комнату, куда ушел смуглый юноша. Краем глаза Хэтфилд поглядывал на гитариста,на которого наваливался пьяный Эллефсон,сжимая рыжего в своих крепких объятиях.Датчанин стал зарываться руками в светлые волосы Джеймса,ещё ближе прислоняя его голову к себе. Казалось, что сейчас было соревнование Ларса и Джуниора, которые хотели доказать, что тот человек его. Джуниор сильнее жался к рыжему, чтобы показать, что он только его, а Ларс целовал блондина, чтобы доказать Мастейну, что тот теперь его. Но гитаристу и Джеймсу было на это все равно. Они общались глазами, которые почему то были слишком грустными. Чувствуя равнодушие по отношению к себе,ударник принялся уже совсем откровенно приставать к Хэтфилду.Ему очень хотелось обратить на себя внимание вокалиста,отвлечь его хотя бы ненадолго от рыжего. Хэтфилд оторвался от губ ударника. Ему хотелось сейчас только побыть с Дэйвом. Конечно, это шло в рознь с тем, что он говорил гитаристу, но сейчас он ревновал. Ему было тошно смотреть на то, как его обнимает Джуниор. Эллефсон в пьяном состоянии совершенно себя не контролировал.Он лез на шею к гитаристу,тёрся носом о его лицо,даже делал попытки поцеловать,но рыжий отстранялся от него настолько,насколько это было возможно. Мастейн ненавидел, когда Джуниор был пьян. Он был пошлый, с похабной улыбкой. Такое состояние не нравилось гитаристу, ведь сейчас юноша был готов хоть сейчас переспать с гитаристом, который был более или менее трезв. Эллефсон вёл себя крайне развязно и пошло.Он переставал быть тем милым и скромным юношей,который обычно стеснялся подобных компаний.Сейчас он Джуниор закинул свои ноги на ноги гитариста,который недовольно хмыкнул. Он порывался его поцеловать, но тот этого не хотел. Юноша был несколько разочарован. Но он не собрался от него отставать. Ларс был тоже пьян, он прижимался к широкой груди блондина, выворачиваясь на его коленях, словно кот. Ударник уже откровенно ёрзал на коленях Джеймса,водя бёдрами по его промежности.В глазах Ларса помимо пьяной искры было что-то отчаянное,печальное.Он всеми силами хотел,чтобы Хэтфилд ответил на его ухаживания. Но блондин был спокоен. Ему это не приносило ничего, даже возбуждения. Ларс всегда старался удержать человека с помощью своего тела. Он и так старался быть как можно доступнее, но никогда не открывался людям только тело. Это всё,что он давал.Единственный человек,которому он открылся целиком и полностью, - Джеймс.Этому человеку Ларс рассказывал если не всё,то почти всё.Кёрк не знал столько о датчанине,сколько знал блондин. Он был его любимым, но не родным человеком. Кирк прощал его всегда, потому что любил, и получал любовь взамен. Но смуглый юноша всегда боялся, что рано или поздно ударник уйдет от него навсегда. Брюнет видел всё,что происходило с ударником.Ему были известны многие похождения Ларса.И Кирк прекрасно знал,что датчанина и блондина всегда что-то связывало,что Ульрих будет всё время тянуться к нему. Но юноша тешил себя мыслью, что Джеймса Ларс не интересует. Ему было все равно на то, что ударник к нему испытывал больше, чем просто дружескую симпатию, чувства Ульриха были намного больше. Блондин в своё время уже всё сказал датчанину.Иногда они спали.Порой это происходило довольно-таки часто.Но если ударник старался это повторить,то Хэтфилд не придавал этому никакого значения. Просто Джеймсу было его жаль. Ведь он отказал ему, а сам потом встречался с Дэйвом, хотя отказ Ульриху состоял именно в том, что он не педик. Он чувствовал за него ответственность, которая грузом лежала на его плечах. Блондину было неловко за то,что когда-то он подобным образом обошёлся с ударником,который по-настоящему любил его.Но Джеймс относился к Ларсу как к младшему брату.Он ничего не скрывал от датчанина,как и тот от него.Но осадок от несостоявшихся отношений был. И все это чувствовали. Но это считалось их делом, так что никто особо в их отношения не лез. Хотя они все друг другу рассказывали и давали советы. Наверное, это и была поистине настоящая дружба, хоть и не такая обычная, как должно было быть. Датчанин продолжал отчаянно пытаться перевести интерес блондина с Мастейна на себя. Видя,что это не выходит,ударник решился действовать совсем уж откровенно. Может,хоть на животном уровне,но вокалист хоть что-то почувствует. Пока Джеймс переглядывался с рыжим,Ларс улучил момент и резко стащил с Хэтфилда штаны,впившись губами в его шею. Джеймс непроизвольно дернулся, смотря на Ларса, который сполз, вставая на колени перед блондином. - Ларс, ты охуел? Глаза Ульриха полыхнули. Было смешанное чувство обиды и разочарования, которое явно читалось в зеленоватых глазах ударника. Ударник отчаянно старался,чтобы блондин обратил на него внимание,датчанин был ради этого готов на всё. Но сейчас Джеймс заговорил с ним довольно грубо,отчего Ларс почувствовал себя ещё ужасней,чем раньше. Ударник стоял на коленях между ног вокалиста,с мольбой глядя на того. - Что ты творишь? - Ну я подумал... - Чем? Задницей своей? Ульрих потупился. Ему было неприятно, что блондин на него злится. Его задевало, что он говорил с ним так грубо при всех. -Я просто хотел сделать тебе приятно,Джеймс... - Попытавшись собраться и не показывать свои эмоции,произнёс с растерянностью в голосе ударник. Джеймс с серьёзным. видом смотрел на него сверху,отчего Ларсу было крайне неловко. Он старался казаться как можно более искренним, но было очевидно, что Джеймс на него слишком зол. Он смотрел на него, даже не собираясь с ним разговаривать. Ульрих опустил голову. Блондин, недовольно цокнув языком, натянул на себя спущенные ударником джинсы. Вокалист снова развернулся лицом к Дэйву,который с удивлением наблюдал за тем,что происходило между Ларсом и Джеймсом. Датчанин так и остался сидеть между ног вокалиста, которому, казалось, вообще на это наплевать. Он снова был увлечён рыжим. Дэйв посмотрел на лежащего на своем плече Джуниора. Он уже был в полудреме, отчего его объятия были слабее. Юноша тихо сопел, изредка открывая глаза, чтобы посмотреть на Мастейна. Но тот был увлечен совершенно другим - немым диалогом с Джеймсом. Он совершенно не смотрел на Эллефсона,который тоже старался завлечь к себе гитариста,пока был ещё не в состоянии дрёмы. Блондин смотрел на рыжего,почти не моргая. Всё это чем-то напоминало детскую игру гляделки. Но за этим стояло нечто большее,чем просто игра. Дэйв казалось, что он понимает Хэтфилда без слов, сейчас они были бы лишними. Да и тем более при других спокойно не поговоришь. Двое парней понимали, что они сейчас ним не суждено быть вместе. У Джеймса был Ларс, а у Дэйв Джуниор. У них обоих были люди,которые их любили.Парни просто не могл и оставить их,бросить. Джеймс прекрасно видел,что Ларс сейчас очень сильно хочет быть с нмм,даже слишком сильно. Дэйв то же самое мог сказать о волочившемся за ним Джуниоре. Они не могли их оставить, от того и не могли быть вместе. Дэйв это чувствовал, поэтому отвел взгляд. Он стал осторожно перебирать светлые пряди волос юноши, который, казалось, уже совсем уснул на его плече. Он продолжал обнимать рыжего,подпирая его плечом свою щёку. Мастейн тихо вздохнул. Вокалист ещё какое-то время смотрел на Дэйва,но потом всё-таки,последовав примеру гитариста,повернулся лицом к Ларсу,который всё это время надеялся,что блондин проявит к нему интерес. Датчанин все еще сидел перед ним на коленях, надеясь, что вокалист будет к нему благосклонен. - Делай, что хочешь, - холодно произнес Джеймс смотря на Ларса. Ульрих довольно кивнул, собираясь с мыслями. Всё-таки от Джеймса шёл холод,но лучше уж всё будет так,чем вообще никак. Ударник ещё раз посмотрел на светлое лицо Хэтфилда,в котором читалась какая-то едва уловимая грусть,которую могут заметить лишь близкие люди. Вздохнув,датчанин решил продолжать делать то,что начал. Он снова спустил с Джеймса штаны, но теперь вместе с бельем. Ульрих стал осторожно водить языком по еще невозбужденному члену блондина, который чуть поморщился, когда кончик языка стал дразнить головку. Джеймс закусил губу практически до крови,сильно морща лоб. Датчанин делал всё очень умело,прилагая старания,чтобы доставить удовольствие дорогому сердцу человеку. Наконец у него стало получаться возбудить блондина. Мастейн отвел взгляд в сторону, ему было плохо на это смотреть. Он смотрел на Джуниора, который спал на его плече. Ему не хотелось видеть Джеймса, который получает удовольствие от Ларса. Рыжему это было противно. Гораздо лучше видеть перед собой спокойное лицо глубоким сном спящего юноши,чем наблюдать за тем,как Ларс старается перед блондином. Мастейн вздохнул с грустью и крепко обнял Эллефсона. Юноша чуть приоткрыл глаза, увидев перед собой лицо гитариста, он тихо мурлыкнул сильнее прижимая к нему. Дэйв чуть улыбнулся, проводя рукой по его голове. Ему не хотелось даже думать о том, что происходит еще в этой комнате. Вид лица Дэвида,с которого потихоньку начинала сходить пьяьная маска,искожавшая все его мягкие черты,чуток успокаивал Мастейна и отвлекмл от мыслей. До его ушей вдруг донеслось басовитое мычание Джеймса. Блондин чуть запрокинул голову назад, тихо постанывая. Его сильные руки легли на двигающуюся голову датчанина, который не отрывался от своего дела. Мастейн всегда поражался этому парню, который, казалось, вообще не знал слова стыд. Ведь ударника совершенно не смущает присутствие других людей в комнате и в доме вообще. Он прекрасно осознавал,что сейчас на одном диване с Джеймсом сидят Дэйв и Джуниор,а в соседней комнате находятся Марти и Кёрк,который любил датчанина. Ларс делал всё абсолютно без стеснения,полностью отдаваясь блондину,стараясь доставить ему максимум удовольствия. Он издавал пошлые звуки, совершенно не смущаясь. Ларс пыхтел, стараясь заглотнуть, как можно больше. Ему было абсолютно плевать, что о нем думают другие. Он знал, что когда нибудь поплатится за такую жизнь. Датчанин был просто уверен в этом. За подобный образ жизни придётся платить соответствующую цену. Возможно,с возрастом что-то сильно изменится. Взять хоть внешность. Это точно должно поменяться. И,как предполагал сам ударник,вряд ли изменения будут носить положительный характер. Впрочем,пока он молод,об этом думать рановато. И сейчас он отдавался Джеймсу полностью. Он так выражал свою любовь, это были его чувства, которые скорее все шли в рознь с общепринятыми понятиями. Но Ульриху было сейчас не до этого, он хотел доставить любимому блондину удовольствие. Хэтфилд старался всеми возможными способами себя сдерживать:до боли в глазах жмурился,кусал губы,слегка встряхивал головой. Но ничего не выходило. В конце концов Джеймс сдался и решил отдаться своим чувствам и получаемому от датчанина удовольствию. Сильные руки вокалиста стали надавливать на голову Ларса,глубже насаживая её на член. Парень закашлялся, но продолжил сосать. Мастейн неприязненно поморщился, ему хотелось просто заткнуть уши. Если бы не Эллефсон на его плече, он давно бы вышел из комнаты. А так ему приходилось, просто стараться отвлечься. А отвлечься было весьма сложно. До ушей Мастейна постоянно доносились захлёбывающиеся хрипы датчанина и протяжные стоны Джеймса,которые становились всё громче и громче. Дэйв заметил,что уже и сам Джуниор стал отвлекаться на них. Он приоткрыл глаза и осторожнь высунулся из-за плеча рыжего. Увидев то, что происходило на другой стороне дивана, он быстро уткнулся лицо в Дэйва. С силой сжав волосы ударника, Джеймс кончил ему в рот, издавая утробные звуки. Он с усмешкой посмотрел на датчанина, который сглатывал его сперму. Вокалисту было непонятно то,что датчанин согласен на такое ради него. Для Хэтфилда это было уже слишком. Сейчас он смотрел на красное лицо Ларса,на губах которого остались белые пятна семени вокалиста. Беглые пальцы сильных рук ослабили свою хватку и теперь уже просто перебирали длинные пряди волос ударника. Казалось, Ульрих упивался все этой атмосферой. Ему нравилось. Нравилось знать, что он выглядит последней шлюхой, нравилось чувствовать горький привкус во рту, нравилось вгонять всех в краску одним своим видом. Ларс был готов жить этим всю жизнь. Но всё-таки было ясно,что всю жизнь такого не будет. А пока идёт молодость,можно пробовать всё,можно делать всё. Ударник поднял глаза на блондина,который сейчас тоже смотрел на него,перебирая пряди волос Ульриха. Лаос еще раз сглотнул, смотря на Джеймса. Датчанин приоткрыл рот, показывая свой язык, который все еще белел от семени. - Ты хочешь еще? - с каком то странным призвуком спросил блондин. Ульрих часто закивал. Хэтфилд вскинул бровь,разглядывая лицо датчанина,который с предвкушением и готовностью сделать абсолютно всё,чего только захочется Джеймсу,смотрел на блондина. Впрочем,только подобного ответа Хэтфилд и ожидал. На его лице появилась довольная усмешка. - Ты все еще голоден, мой котеночек? Ларс часто закивал, преданными глазами смотря на блондина, который ухмылялся. Только Джеймс хотел сказать что то еще, но его прервал Дэйв. - Слушайте, снимите номер,- фыркнул гитарист. -О,кому-то тут что-то не нравится? - Спросил блондин,с довольной улыбкой глядя на гитариста. -Нет,нет,что ты,меня всё устраивает,да,конечно. - Закивал головой Дэйв. Хмыкнув,вокалист снова развернулся к Ларсу. - Слышишь? Говорят, что не хотят, чтобы я тебя кормил. Ульрих стал грустно смотреть на блондина, который перебирал его каштановый пряди. Он не знал, что сейчас сказать, ведь он плохо знал пьяного вокалиста. Зачастую Хэтфилд вёл себя довольно спокойно.Он просто-напросто замедлял все свои действия и не мог дать адекватного ответа на самые простые вопросы.Но иногда с ним происходили довольно-таки странные вещи.В его голову приходили совершенно безумные идеи,которые он пытался воплотить в реальность. -Хм,я вижу,что ты всё-таки очень хочешь кормёжки... - Протянул Джеймс,не отрывая взгляда от Ларса. - Кошки любят молоко, - донеслось со стороны Дэйва. Джуниор поднял голову, услышав, что речь идет о кошках. - Что ты сказал? - Молоко. Кошки любят молоко, - беззаботно повторил юноша, смотря на Джеймса. Рыжий с удивлением смотрел на Эллефсона,который не придавал значение своим словам. -Да,а ты прав. - Протянул Хэтфилд. - Этот кот его просто обожает. - Рука блондина прошлась по волосам ударника,который с ожиданием смотрел на Джеймса. - А еще сливки, они их очень любят. - О да, вы этом ты точно знаток, любишь кошек? - не переставая поглаживать ударника, спросил блондин. - Да, у меня дома есть, правда, Дэйв ее не любит. -Не любит?Печально.Кошки довольно милые существа,молоко и сливки любят,ластятся всё время... - Протянул Джеймс,слегка сжав прядь волос датчанина. -Ага. - Кивнул головой Джуниор. - Я давно себе завел котенка, правда он вечно голодный. Ненасытный. Джуниор явно не понимал о чем идет речь. Он все это время продремал, от того и не мог осознать, что речь идет не совсем о животном. Эллефсон будто бы совсем не видел того,что происходило в комнате минут пять назад,хотя юноша и оборачивался в сторону Ларса и Джеймса. -И сейчас он снова просит есть.И ему хочется всё больше и больше. - Рука Хэтфилда взяла датчанина за подбородок. Юноша потянулся к нему, казалось, чтобы поцеловать. Но блондин тут же выпустил его, отчего датчанин больно ударился коленями об пол. Он тихо взвыл, скорее от разочарования, чем от боли. Сейчас он надеялся на то,что Хэтфилд всё-таки потянется к нему,но его надежды не оправдались. -Тише,тише.Всё ещё впереди,у меня на уме есть кое-что другое для тебя... - Произнёс Джеймс. Ульрих опустил голову. Ему нравилось подчиняться сильной руке блондина, которой он свободно руководил юношей. Она была властной, она могла и погладить, и ударить датчанина. Джеймс был пьян,и он не совсем понимал,что делает.Вряд ли бы он стал в обычное время так вести себя с ударником,который любил его в совершенно любом состоянии.Сейчас вокалист вертел им так,как ему того хотелось. Дэйв никогда его таким не видел. Он всегда помнил, что блондин весьма обходителен, он никогда не сделает больно, а уж тем более не станет вести себя так. Но видимо, но вел себя так только с Мастейном, потому что любил его. Такого Хэтфилда,как в данную минуту,Дэйв никогда не видел.Но,судя по лицу ударника,не отрывавшего от блондина глаз,датчанин не первый раз видит вокалиста в в подобном состоянии.Ларс знал,что сейчас что-то будет. Либо, Джеймс его сейчас оставит, либо он его отымеет. Сейчас все зависело от настроя блондина, который перебирал его волосы. Было неясно, что все таки творится в голове Хэтфилда в данную минуту. Мастейн ждал в напряжении, что будет сейчас. По лицу вокалиста он видел,что у того определённо есть какие-то планы.Только Джеймс решил немного всех потомить,прежде чем высказать.Он слегка приоткрыл рот,готовясь что-то сказать.Его рука по-прежнему покровительственно лежала на голове ударника. Она была почти с его голову, такая большая. Ларсу всегда нравилось, что он может легко спрятаться за широкой спиной блондина, который был готов его прикрыть. Ульрих чуть повел головой, он как кошка, терся головой о его ладонь. Его мягкие волосы приятно касались грубоватых рук Хэтфилда,которые были покрыты довольно жёсткой кожей с небольшими мозолями от гитарных струн.Джеймс с довольной улыбкой наблюдал за действиями ударника. Юноша терся о его ладонь, стараясь перебраться на колени вокалиста. Мастейн недовольно повел губами, он и представить на мог, что блондин способен на такое. Ему было неприятно смотреть на парней, которые так друг с другом играли. Рыжий никогда не думал,что Хэтфилд способен на такие вещи.Сейчас он внимательно смотрел на парней,крепче прижимая к себе тёплое тело Джуниора.Ударник ловко перебрался на колени блондина,на лице которого была усмешка. Хэтфилд продолжал гладить ударника по голове, отчего тот еле слышно мурлыкал. Блондин знал, что всегда может обратиться в Ульриху, когда будет нужна помощь в довольно деликатном деле. Датчанин всегда мог помочь советом,мог поговорить и даже что-то показать Хэтфилду.По таким вопросам Джеймс мог обращаться лишь к ударнику.Сейчас он смотрел ему в глаза,в которых читалось повиновение и желание. Но почему-то ему это не нравилось. Блондину не хотелось, чтобы датчанин был всегда привязан к нему. Ему хотелось побед завоевания, что и было, когда он встречался с Мастейном. Гитариста нужно было заполучить, а ударник был всегда открыт. Джеймс иногда думал,что сам он,наверное,выглядел точно так же,когда кого-то добивался. Ведь Ларс всё же не смог пока заполучить сердце блондина,хотя всё время и был с ним. Датчанин аккуратно повёл бёдрами,намеренно задев член Хэтфилда.Но почему то блондин не среагировал, его перестало влечь в ударнику, который хотел большего. Ульрих стал тереться носом об ухо Джеймса, который почему то резко погрустнел. Ларс стал чувствовать это. Он сразу же решил делать всё активней,чтобы снова завлечь блондина,взгляд которого был направлен вдаль. Ударник осторожно обнял Джеймса за шею,всем своим горячим телом прижимаясь к нему. Он переложил руку блондина на свой зад, целуя его в шею. Но вокалист лишь цокнул языком. - Оставь меня. Ларс остановился, смотря на Джеймса. Датчанин всё ещё питал надежды на то,что сегодня Джеймс будет с ним. Ему всем сердцем хотелось,чтобы они оправдались. Ларс прикоснулся губами к уху блондина. -Прошу тебя,Джеймс... - Тихо зашептал ударник. - Оставь. Ларс понуро опустил голову, понимая, что вряд ли сможет уговорить блондина. Если Джеймс говорил нет, значит нет. Другого варианта быть не могло. В силу своей натуры ударник решался спорить с ним,что могло закончиться даже ссорой,чего так не хотел сейчас датчанин. Ему было обидно за то,что вокалист отказал ему. Ульриху всего-то ничего нужно было. Лишь внимание и капля любви со стороны блондина. Если бы он это получил, то был бы самым счастливым на свете. А так ему оставалось лишь сидеть на коленях блондина, ласково поглаживая его на щеке. Он оставил влажный поцелуй на ней. Но блондин не удилил этому внимание. Лишь с грустью вздохнул. Джеймс снова взглянул на Мастейна,слегка обнимавшего спящего Эллефсона. В лице рыжего тоже читалась какая-то грусть. Им было обоим плохо. Они знали, что все, что здесь творится всего лишь минутное влечение, которое исчезнет, как только они все разойдутся по домам. Это весьма удручало. Едва они разойдутся,между ними снова возникнет пустота,лишённая каких-либо эмоций вообще. Они будут с другими людьми,которые их любят. Парни даже не подумают друг о друге,хотя сейчас так переглядываются. Джеймс вздохнул,отвернувшись от рыжего. Ему было больно смотреть на то, как Дэйв обнимает юношу, который ласково об него терся. Мастейн осторожно проводил рукой по его голове, перебирая волосы. Эллефсон снова и снова мурлыках, что у него получалось лучше, чем у Ларса. Всё из-за того,что у него получалось это делать без пошлости. Юноша полуприкрытыми глазами смотрел на гитариста,ласково к нему прижимаясь. Ему было уютно и тепло рядом с Мастейном. Ларс не обращал на двоих парней внимание,он был полностью занят Джеймсом. Если блондин был рядом, ударник забывал обо всем. Ему было абсолютно все равно на остальных, его внимание было приковано лишь к нему. Он был центром вселенной для датчанина. Ради блондина ударник готов был пожертвовать многим. Ради него он мог сделать всё,что угодно. С самой первой встречи датчанин заинтересовался вокалистом,который тогда был очень замкнут в себе и нелюдим. Он старался поначалу избегать даже датчанина, по вскоре они стали отличными друзьями. Они много вместе гуляли, проводили время. Им было весело, но в один прекрасный момент, датчанина признался блондину, что любит его. Блондин был невероятно удивлён подобному повороту событий. Его друг любит его. И любит,как оказалось,очень сильно. Джеймс не мог свыкнуться с этой мыслью. В его голове не укладывалось,что такое может произойти. Его друг, который ему был как брат, говорит, что любит его намного больше. Ларс говорил, что он любовь всей его жизни, но Джеймсу было этого не понять. Он не мог понять того, что двое парней могут любить друг друга. Ему это казалось чем-то ненормальным,странным и даже низким. Блондин просто-напросто не понимал чувств ударника,которые были очень сильными и бурными. Ларс делал всё для того,чтобы быть как можно ближе к Джеймсу,которого так любил. Блондин его не оттолкнул, но и не подпускал к себе близко. Он уважал чувства датчанина, но ответить на них не мог, говоря, что не может полюбить парня, ему нравятся только девушки. Но жизнь с ним сыграла злую шутку. Это произошло с появлением Дэйва. Рыжий просто ворвался в жизнь Джеймса,как когда-то ворвался в неё Ларс. Всё происходило очень быстро и хаотично. Но когда вокалист осознал,что полюбил Мастейна,ему стало до жути неудобно перед ударником,всё это время продолжавшим любить Хэтфилда. Но Ульрих был счастлив видеть возлюбленного и с другим. Ему было важно, чтобы Джеймс был счастлив, а уж его желания отходили на задний план. Но вокалист все равно чувствовал вину, что не смог ответить датчанину взаимностью. Позже он стал замечать и понимать,что чувства датчанина сильны. Джеймсу было даже стыдно перед ударником. Поэтому вокалист позволял Ларсу иногда целовать себя,хотя Ульриху и раньше удавалось делать это. Блондин понимал,что порой парню хотелось гораздо большего. И он позволял ему делать то, что он хотел. Но Ларс чувствовал, что это не очень искренне, как будто вокалист делает ему одолжение. Но Ульриху было все равно, ему было главным быть рядом с Джеймсом. Смотреть в его чистые голубые глаза,чувствовать тепло его массивного тела,перебирать пшеничного цвета волосы,касаться линии губ.Ларс очень ценил все минуты,проведённые вместе с блондином. Они были ему самыми важными. Датчанин не любил, что блондин почти сразу уходил после того, как они спали. Хэтфилд просто молча вставал, лениво плетясь в ванную, одевался и уходил, оставляя ударника лежать в постели. Ларс хотел бы просто полежать рядом с вокалистом,слегка обнимая его.Когда блондин уходил,ударник притворялся спящим и отворачивался от Хэтфилда.Но внутри всё равно оставалась горечь от того,что Джеймс оставляет его в одиночестве. Раздавался щелчок замка, и блондин уходил. Ульрих лежал один, ему было очень неуютно без вокалиста, который, казалось, просто пользовался им, как отличным способом снять напряжение. Датчанин лежал в одиночестве посреди белых простыней кровати.В голову всегда приходили тяжёлые мысли,не дающие жить спокойно и расслабиться.В такие моменты ударник до жути хотел,чтобы Джеймс был рядом. Ему хотелось прижимать к его сильному телу, перебирать его волосы, но Хэтфилда не было рядом. Ларс пытался заснуть, чтобы его боль утихла. Ему часто снились сны о вокалисте, только в них датчанин был счастлив с ним. Там они были вместе.Всегда вместе.И не просто из-за дружеской близости,а из-за чего-то другого,более тесного.В этих снах блондин любил Ларса,сам тянулся к нему.Но после таких снов всегда оставалась горечь.Ведь такого нет на самом деле. Но датчанин старался всегда довольствоваться тем, что есть. Он очень близок с блондином, всегда при нем, и даже имеет с ним близость, а что еще нужно. Конечно, хотелось, чтобы Джеймс отвечал на чувства Ларса, но это было лишь мечтой. Мечтой,которая вряд ли когда-нибудь сбудется.Сейчас,например,датчанин сидел на коленях Джеймса,перебирая его волосы и проводя ладонью по щекам,на которых был небольшой румянец. Блондин был пьян, оттого и не прогонял его с своих колен. Вообще Джеймс не любил, когда Ульрих его чересчур откровенно касался, показывая всем, что их связывает нечто большее, чем дружба. Ведь датчанин мог запросто вести себя подобным образом в общественном месте,где довольно-таки много народу.Джеймса всегда это удивляло и возмущало.Но всё-таки зачастую он молча терпел всё. Даже старался все это перевести в шутку, чтобы не привлекать много внимания. И все же многие замечали между ними слишком сильную симпатию. Но все старались списать это на простое ребячество. Ни для кого не являлось секретом то,что парни относятся друг к другу так,будто бы они родные братья.Поэтому многие считали,что во всех этих прикосновениях,немного вульгарных и пошловатых действиях нет ничего особенного. Они просто дурачились, хоть и было видно, что за всеми этими действиями скрывалось нечто большее, но никто уже туда не лез. И вот сейчас Ларс сидел на коленях блондина, аккуратно проводя рукой по его небритой щеке. Кончики его пальцев натыкались на маленькие волоски,которые слегка кололи кожу.Взгляд Ларса был направлен на пьяное лицо Хэтфилда,который устало опустил голову.Тихо вздохнув,ударник коснулся кончиком носа виска вокалиста. Ему было приятно вдыхать горький запах пива, который исходил от блондина. Он пропитал его насквозь, отчего казалось, что это уже его собственный запах. Джеймс повернул голову, хотя что-то сказать Дэйву. Блондин увидел практически спящего Мастейна,глаза которого были прикрыты,и положившего голову на его плечо Джуниора,уже успевшего задремать.Приоткрыв рот,Хэтфилд смотрел на этих двоих. Он понимал, что сейчас Мастейну и без него хорошо. Он был в объятиях любящего его человека, который по настоящему любил его. Грудная клетка рыжего приподнималась, когда парень вздыхал. Гитаристом уже овладевал сон. От тёплых и нежных объятий Эллефсона дремота стала наваливаться ещё сильней,с головой накрывая Дэйва. Джеймс видел всё это. Видел,что он уже не нужен Мастейну,а то,что было сегодня,так,мимолётное помутнение. Вокалист глубоко вздохнул,развернувшись лицом к Ларсу. Парень смотрел в его ярко голубые глаза, стараясь понять настрой блондина. Ларс смотрел с надеждой и любовью, стараясь успокоить вокалиста, который был сейчас расстроен. Хэтфилд чувствовал себя ненужным из-за того,что у Дэйва есть Джуниор. Но вокалист будто бы на время забыл про ударника. Вот кому был нужен блондин. Джеймс,вздохнув,заглянул в полные надежды глаза датчанина. Ударник надеялся, что хоть сегодня ему удастся побыть с Джеймсом. Казалось, он совершенно забыл, что за стеной сейчас был Кирк, который обиженно ушел. Все, было так трудно, что хотелось во всем спокойно разобраться на трезвую голову. Датчанин стал сильней жаться к массивному телу Хэтфилда,тихо вздыхая.Рукой ударник осторожно водил по широкой груди блондина,который прикрыл глаза,пытаясь собраться с мыслями. Он явно хотел что-то сказать датчанину, но тот лишь поцеловал его в щеку, не хотя сейчас ничего слышать. Дверь в комнату открылась, в проеме стоял пьяный Кирк, который слегка покачивался, держась за косяк, чтобы не упасть. Ударник,сидевший на коленях Джеймса,не хотел оборачиваться,зная,кто сейчас стоит за спиной.Но ему всё-таки пришлось это сделать.Джеймс тоже лениво,с неохотой повернул голову,чтобы взглянуть на брюнета. Юноша хмурился, было видно, что ему не по душе видеть, как его любовник сидит на коленях другого. Он всегда ревновал ударника к вокалисту, но сейчас это было выше его сил. Он со злостью,совершенно ему не свойственной,смотрел сейчас на датчанина и вокалиста.Кирка шатало из стороны в сторону,поэтому он вынужден был опираться на что-нибудь.Ларс прислонился ещё ближе к Джеймсу,вглядываясь в фигуру брюнета. - Какого хрена?! - взвыл смуглый юноша, смотря на датчанина. От его крика Мастейн недовольно поморщился, приоткрывая глаза. Он осмотрел метсность, понимая, что не у себя дома. Гитарист встряхнул головой,отчего копна рыжих волос навалилась на слипшиеся от пьяного сна глаза.Вскоре,увидев Джеймса и Ларса,а потом и Кирка,Дэйв понял,где он находится.Рядом с ним был Эллефсон,сон которого был настолько крепким,что даже крик брюнета не разбудил его. Ларс посмотрел на темноволосого гитариста, который чуть раскачивался. - Мне повторить? - заплетающимся языком повторил юноша. Ульрих не знал, что сейчас лучше: проигнорировать юношу иди ответить ему. Датчанин прекрасно понимал,что Кёрк сейчас не в себе и совсем не контролирует свою речь и свои действия.Тихо вздохнув,ударник решил,что будет лучше,если не обращать на него внимания.Может,так он успокоится быстрей. Ударник отвернулся от него, делая вид, что не слышит его. Юноша, видя, что датчанин на него не смотрит, стал постепенно наступать вперед, чтобы добраться до дивана. Пылающий и бурлящий в крови алкоголь заставлял тело брюнета шататься из стороны в сторону.Ноги просто не слушались своего обладателя.Кирк заваливался набок,едва не падал. - Ларс! - обратился он к датчанину, который все еще не смотрел на него. Джеймс с безразличием смотрел на идущему к ним Кирка, который еле стоял на ногах. Блондину было абсолютно безразлично то,что сейчас происходило с Кирком.Если брюнет решит полезть в драку,то это совершенно бесполезное дело,ведь вокалист уложит его одной левой.Джеймс почувствовал,что датчанин прижался к нему ещё сильней. Было понятно, что ему стыдно за Кирка, который себя так вел. Если бы они были наедине, только он, Джеймс и Кирк, то все было бы проще. А сейчас в комнате был Дэйв, который за всем этим наблюдал. Рядом с ним лежал Эллефсон,который,к счастью,всего этого не видел.Но в соседней комнате был ещё и Марти,который вполне мог всё слышать. -Чёрт возьми... - Тихо выдохнул Ларс. - Ларс! - еще раз позвал его гитарист, смотря на него пустыми глазами. - Мне с ним разобраться, - тихо шепнул на ухо датчанина Джеймс. Ульрих часто закивал головой.Сейчас он почувствовал себя виноватым перед брюнетом за то,что дал согласие,чтобы Хэтфид с ним разобрался.Но всё-таки так нужно было сделать,ведь тогда,возможно,Ларс сможет побыть с блондином. Ульрих аккуратно соскользнул с его колен, давая блондину встать. Джеймс, поправив свою майку, подошел к смуглому гитаристу, который бесцельно на него смотрел. Брюнет едва не упал прямо на вокалиста,когда хотел сделать шаг. Его пьяные глаза и покрасневшее от алкоголя лицо вызывали у Хэтфилда неприязнь в данную минуту. Блондин схватил Кирка за плечо. Он чуть его тряхнул, чтобы его успокоить. Юноша чуть ли не завалился на него, от усталости. Джеймсу казалось, что Кирк будет как минимум сопротивляться, но юноша был настолько пьян, что не мог сопротивляться. Он едва стоял на ногах,поэтому не мог даже руку поднять,чтобы как-нибудь толкнуть Джеймса. Громко выдохнув,Кирк повалился прямо на блондина,чудом успевшего подхватить его. -Отнеси его в комнату для гостей,пожалуйста... - Тихо произнёс Ларс,не оборачиваясь. Он было действительно стыдно за Кирка, который даже стоять не мог. Мастейн проводил взглядом Джеймса, который с легкостью потащил юношу в сторону указанной ему комнаты. Ударник сидел,опустив голову. Ему было крайне неприятно и стыдно за то,что было сейчас. Вскоре в комнату вернулся Джеймс. Он сел на своё прежнее место и взглянул на датчанина. - Как он? - осторожно спросил ударник. - Я его положил на диван, и он тут же уснул. Ларс закивал, отводя взгляд. Он знал, что Дэйв все это видел, отчего ему становилось еще паршивее. - Он всегда так? - вдруг спросил рыжий. -М?О чём ты? - Непонимающе спросил Ульрих. -У него всегда такая реакция,когда ты так себя ведёшь? -Бывает. -Так,не будем говорить об этом. - Видя,что Ларсу тема крайне не нравится,произнёс блондин. Ударник чуть поводил губами, иногда их поджимая. Он явно нервничал, ему было крайне неловко перед Мастейном. - О чем тогда? Что расскажите ? - спросил Дэйв, поправляя на своем плече Джуниора. -Да так,давайте просто не затрагивать эти темы. Ладно? - Хмуро произнёс Хэтфилд. -Не затрагивать?Как же,как же...Почему же нельзя поговорить о том,что происходит здесь и сейчас? - Едко проговорил Мастейн. -Прекрати. - Сухо бросил Джеймс,пододвигая к себе датчанина. Ларс повел носом, поднимая голову. - Нет, я ни черта не понимаю. Почему нет? - У тебя своих проблем нет? - начал сердиться Джеймс. - Есть, вот например, что мы все уже так запутались кто кого любит, что так дальше жить невозможно. -Слушай,я не в настроении сейчас обсуждать всё это,так что лучше сменить тему. - Хэтфилд нахмурил брови. -Конечно,ты просто не знаешь,что сказать,вот и говоришь так. -Прекрати уже! -Дэйв,правда не стоит... - Тихо добавил Ларс. - Нет правда, смотрите сами. Я если честно уже ничего не понимаю. Я не знаю, люблю ли я этого, - Мастейн чуть повел плечом, - ведь он только сам сегодня меня слал куда подальше. Или ты, Джеймс, я ничего не понимаю. То ты у меня говоришь, что все кончено, то пялишься на меня, изображая дикую ревность. -Чего?Я?Пялюсь?Да нифига! - Возмущённо воскликнул Джеймс. -Да,да. Именно так. Поэтому я и не знаю,что думать. А теперь ещё и этот гном к тебе лезет. - Дэйв ткнул пальцем в ударника. Ульрих поднял на него серьезные глаза. Он чуть надул губы от обиды. - А что ты хочешь? - Просто я хочу раз и навсегда разобраться. Чтобы не было всяких недоразумений, типо как сейчас. -А сейчас что,разве ничего неясно? - Спросил Ульрих. -Да,да,неясно!Определись,кого ты любишь!И ты,Джеймс,тоже! - Раздражённо выкрикнул Дэйв. - Чего тут не ясно? - Я вот думаю Кирк тоже ничего не понимает, собственно как и я. Так что объяснитесь по нормальному, а то я скоро с ума сойду со всеми вам. У меня и так уже голова от все этого болит. -Прости,но я не совсем понимаю,как тебе всё объяснить... -Прямо так.Бери и объясняй.Как хочешь,как можешь,так и объясняй. -Ну,ладно,если ты так хочешь.... - Просто я устал от этой идиотии. - Ну Кирк любит меня, - начал Ларс. - Я его вроде как тоже, я к нему привязался. Но люблю я Джеймса, а тот любит тебя и не может забыть. Ты его тоже любишь больше всего на свете, но у тебя есть еще Джуниор, который сейчас беззаботно спит у тебя на плече. Он любит тебя, что бы он не говорил. Вот примерно так. -Ну отлично. - Развёл руками гитарист,с усмешкой глядя на датчанина. -Ты просил объяснить,я и объяснил. В чём проблема? -Просто...И что нам со всем этим дерьмом делать,а? - Ты меня спрашиваешь? - Ну ты обычно всегда находишь выходы из всех ситуаций, так что давай думай. - Знаешь, мне бы со своим разобраться, а уже потом о других думать. -Ну,знаешь ли,это наше общее дело теперь. - Произнёс Мастейн,глядя на ударника. -Наше дело?Звучит так,будто бы речь идёт о групповухе. - Хмыкнул датчанин. -Чего? - Ну знаешь, "наше общее дело", как будто мы все тут в одной группавухе были.. - А тебе только этого и надо! - Что?! я такого не говорил! -Не говорил,но подразумевал! -Да блин,ты уже во всём пошлятину видишь! -Не,не,ты сам этого хочешь!Лишь бы тебя пялили с двух сторон! - Что?! И все ты не знал, то в групповухе бывает и больше людей. - А ты знаток! - Прекрати, я просто сказал, а ты тут начал. Групповуха, групповуха... -Это ты всё начал! -С чего это?Ты вечно неправильно толкуешь мои слова... -Эй,хватит,хватит о групповухах... - Пробормотал блондин. -А что? - Пф, а тебе нормально? - Ты знаешь, это уж лучше, чем молчать, - хмыкнул гитарист. - Ну давай, может еще оргию здесь устроим? - А ты что хочешь? -Нам только этого ещё не хватало для полного счастья! - Воскликнул Хэтфилд,глядя на гитариста. -Конечно,конечно,давайте прямо сейчас и устроим! -Эммм...Вы серьёзно?.. - Вклинился в разговор датчанин. - Конечно, давайте! Джуни подключим, он мне не откажет, Марти позовем, и этого тоже! Давайте, чего стоите! - Дэйв, успокойся... - Нет, нет! Давайте! -Хватит,хватит... -Эй,ну чего вы?Неужели боитесь?Почему бы нам не сблизиться ещё сильней,а? - Рыжий пододвинулся почти вплотную к Джеймсу и Ларсу,заглядывая им в глаза. - Угомонись, рыжий, - проворчал Хэтфилд, скептиччски смотря на него. - Ну же, Ларс, тебе то точно понравится! Можно вообще паровозик сделать! Вообще отлично будет! - Чего? Чего? -Ты же прекрасно знаешь,что это и как это. Может,и пробовал даже. -Прекрати уже,а! -Ну?Давайте,а?Как-нибудь,неважно,как,но вместе. А? - Настойчиво выкрикивал гитарист. - Мастейн, ты пьян. Иди проспись. - А я хочу! Никогда может мне не доведется, а тут такое! Так причем со всеми вами, мои дорогие! Ларс закатил глаза, понимая, что Дэйва теперь не остановить. -Давайте,раздевайтесь!Ну же! - Прокричал Мастейн,скидывая с себя майку. -Да чёрт возьми,перестань! -Джеймс,иди-ка сюда... - Дэйв положил руки на плечи вокалиста,который тут же отодвинулся,прижимая Ларса к подлокотнику. - Осторожнее! - взвизгнул Ульрих, когда блондин сильнее прижал его. - Он тут пристает, сам попробуй! - Ну идите сюда! Джуни, просыпайся, есть работа! Юноша приоткрыл глаза, чувствуя, что гитарист вылезает из под него. -Дэйв? - Сонно спросил Эллефсон,глядя на рыжего. -Раздевайся,тут для тебя дело есть! -Что? -Просто раздевайся! - Мастейн дёрнул юношу за край футболки. Джуниор непонимающе уставился на гитариста, который настойчиво дергал его за майку. Эллефсон послушно ее стащил, прикрывая свой торс рукой. Он еще не до конца проснулся, и просто не понимал, что происходит. Едва Эллефсон приоткрыл рот,чтобы что-то сказать,как к его губам прикоснулись губы рыжего. Джуниор почувствовал,как руки Дэйва легли на его бока,сжимая их. Дэвид широко распахнул глаза от удивления. Он не мог понять, что случилось, что Мастейн та на него набросился. Джеймс приподнял брови, смотря на то, как парни целуются. Ларс отвел взгляд, ему было даже стыдно за Дэйва, который себя так вед. Это была черта характера датчанина: стыдиться за всех, кроме себя. Он понимал,что выглядел ничуть не лучше,когда при всех отсасывал Джеймсу,но идея гитариста показалось ударнику совершенно безумной. Ларс смотрел,как целуются парни,как развязно Дэйв запускал руку в штаны Джуниора. Юноша не сопротивлялся, его голова была все еще тяжелой после сна, отчего ему было трудно думать. Мастейн ловко ласкал юношу во всех местах, отчего тот тихо стал скулить. Голова напрочь отказывалась соображать,а тело получало удовольствие от ласок гитариста. -О боже... - Громко вздохнул Джеймс,косо глядя на целующихся парней. Ларс поднял глаза на блондина, который явно ревновал сейчас Дэйва. - Может мы тоже? - было начал датчанина, смотря на вокалиста. - Чего? -Может быть,и нам сделать так же,Джеймс?..- Осторожно повторил свою просьбу Ларс,не отрывая глаз от Хэтфилда. Джеймс лишь хмыкнул,ещё раз посмотрев на целующихся парней . Блондин был явно в замешательстве. Он с нерешительностью смотрел на парней, которые явно уже были увлечены друг другом. Тут послышались шаги, в проеме появился Марти, который удивленно посмотрел на Джуниора и Дэйва. -Парни?.. - Сорвалось с губ Фридмана. -О,и ты здесь! - Оторвавшись от губ Эллефсона,воскликнул рыжий. - Иди-ка сюда! -Эээ...Вы тут лучше это...ну...без меня давайте... - Забормотал Марти. Парень робко присел на подлокотник, смотря на Дэйва, который целовал Джуниора. Марти слегка дотронулся до плеча Ларса, чтобы тот посмотрел на него. - А чего это они? - Да так. Мы все думаем, будет здесь оргия или нат. -Что?! - Воскликнул брюнет,вытаращив глаза. -Ага. Они уже готовы к действиям. А ты? - Спокойно произнёс датчанин. -Ты это серьёзно? -Ну,да . Вполне серьёзно . - Да перестаньте вы. Это же ужасно, - покосился на парней Джеймс. Тут же в комнату вернулся Кирк, что-то фырча. Он сел в кроемое напротив всех, тоже слегка поглядывая на парочку. Смуглый юноша нахмурился, на удивление, он уже успел довольно сильино протрезветь. Дэйв с Джуниором продолжали ласкать друг друга. На всю комнату раздавались постанывания Эллефсона. Кирк,нахмурившись,смотрел на всю эту картину. -И что здесь,чёрт возьми,творится?! - О, еще один. Не хочешь ли присоединиться к оргии? - Чего? Какой еще оргии? - Ну они тут уже начали, не хочешь тоже? Мы просто думаем помочь им или нет? -Да вы совсем чокнутые?! -Говоришь так,будто бы это наша идея. - Хмыкнул Джеймс. -Вы вообще соображать умеете?Это же...чёрт возьми,я даже описать не могу! -Соображать-то мы умеем. Например,думаем,присоединяться или нет. - Что вы решили? - поинтересовался Марти, смотря на остальных. - И что мы решили? - повторил Ларс смотря на Джеймса. Блондин повел плечами, не зная, что сказать. -Ну? - Ещё раз повторил брюнет,глядя на парней. -Молчание - знак согласия?Или что? - Ударник слегка толкнул Хэтфилда в плечо,отчего тот поморщился. -Значит,да. Ларс чуть потупился, понимая, что сейчас весьма своеобразная ситуация. Он был в окружении тех людей, которые ему были действительно дороги, а они сейчас будут делать сейчас такое. Ульрих осторожно подошел к Курку, который сидел на диване. Ударник запустил руку в его чёрные кудри,упираясь пальцами в виски парня. -Нет,нет,я этого делать не буду! - Завопил Кёрк,дёрнувшись в сторону от Ларса. - Иди к своему Джеймсу,я в этом дерьме участвовать отказываюсь! Брюнет вскочил с места,отталкивая датчанина. Но Ульрих подошел к нему, прижимая к стене, как будто он ничего и не слышал. Смуглый парень хотел сказать еще что-то, но его рот заткнули поцелуем. Кирк замычал, но вскоре сдался, понимая, что ему с ним не справиться. Если ударник чего-то хотел,то этого добивался. Он действовал и резко,и плавно одновременно. Джеймс усмехнулся,глядя на целующихся парней. -А говорил,что меня любишь. - Обратился к датчанину блондин. Оторвавшись от губ брюнета, Ульрих обернулся. - Если что то не нравится, то можешь подойти ко мне сзади, - он демонстративно повел бедрами. Джеймс молча встал с места, проходя мимо Дэйв, он чуть провел его по спину, отчего тот обернулся. Вокалист встал позади датчанина, впиваясь губами в его шею. Руки блондина легли на упругие бёдра Ульриха,слегка сжимая их. Ларс выгнулся,ещё сильней оттопыривая зад. Его вздохи раздавались сквозь поцелуй с Кирком. Всё ещё сидевший на диване Марти растерянно оглядывался по сторонам,не зная,что ему делать в данной ситуации. Вроде как подходить к Дэйву и Джуниору было не ловко, у них были несколько свои отношения, а и у других тоже были свои разборки. Марти стал нерешительно водить рукой по своей промежность, надеясь, что это его возбудит. Он чувствовал себя лишним здесь. Но уходить уже было поздновато. К тому же,всё-таки брюнету было интересно,чем всё это закончится. Осторожно расстегнув штаны,Марти плавно запустил в них руку. Он стал прикусывать губу, но происходящее его несильно возбуждало, отчего пришлось несколько додумывать. Дэйв дернул штаны Джуниора вниз, отчего тот распахнул глаза, понимая, к чему идет дело. Он лежал спиной на диване, обхватив рыжего ногами за поясницу. Эллефсон выгибался, сладко вздыхая. Юноша позволял делать гитаристу с собой всё,что тому было угодно. Ему нравилось,что Мастейн с такой страстью и рвением напирал на Джуниора. Руки Дэвида опустились на брюки рыжего,чуть спуская их. Гитарист тоже рванул джинсы юноши, освобождая его от них. Джуниор прикрыл глаза, чувствуя, что остался совершенно голым, а по его телу скользит сильная рука Дэйва. Мастейн навалился на юношу, целуя его, но все же его взгляд был направлен в сторону, он смотрел на других. Его глаза были устремлены на Джеймса,Кёрка и Ларса. Рыжий видел,как Хэтфилд горячо покрывал поцелуями тонкую шею датчанина,а тот протяжно стонал и выгибался,стаскивая с брюнета майку. Руки вокалиста проникли под джинсы ударника,стягивая их с него. Ларс несколько смущенно улыбнулся, понимая, что его сейчас ждет. Он развернул Кирка лицом к стене, проводя руками по его оголенным бокам. Смуглый гитариста, прикрыл глаза, опираясь лбом о стену, прикрыв глаза. Блондин стал сживать ягодицы датчанина, который чуть откину голову назад. Датчанину нравились прикосновения сильных рук Джеймса,которые обжигали теплом нежную кожу ударника. Ларс горячо вздохнул на ухо Кёрку,резко оттянувшись потом к могучему телу блондина. Кирк почувствовал, что к нему прикасается горячая, чуть влажная плоть ударника, который бы уже обнажен. Юноша прикрыл глаза, понимая, что скоро ласки закончатся и начнется само действие. Руки датчанина вдруг сжали бока Кёрка,после чего тот почувствовал,как в него стала проникать горячая плоть ударника. Брюнет громко простонал,слегка ударившись лбом о твёрдую поверхность стены. Его кудри сразу же свалились на глаза,закрывая их. Юноша стал жмуриться, чувствуя, как в него проталкивается датчанина, который стал водить руками по его спине. Его теплое дыхание опаляло ухо Кирка, стонавшего под его натиском. Мастейн обернулся, смотря на то, что делают эти парни. Джеймс развел ноги Ларса шире, чтобы было удобнее входить. Сильные и крепкие руки Хэтфилда сжали упругие ягодицы Ларса,отчего тот даже вскрикнул. Выждав время,вокалист аккуратно вошёл в стройное тело датчанина,вырывая из парня стон. От этого Ульрих ещё глубже протолкнулся в брюнета. Кирк ахнул, чувствуя, через Ларса, как в него вошел блондин. Ощущение было странное, отчего гитарист решил не действовать сам, понимая, что сейчас это весьма неудобно. Глаза Джеймса сверкнули, он сделал толчок внутрь ударника. Ларс сжал губы,но всё-таки не смог сдержать стона. Ударник выгнулся навстречу телу Хэтфилда,который, громко взрыкнув,ещё сильней толкнулся в тело датчанина. Дэйв смотрел на всё это какое-то время,но потом снова занялся Джуниором. Он припал губами к его груди, оставляя розоваты засос. Он раздвинула его ноги, отчего Джуниор стыдливо прикрыл глаза, понимая, что выглядит сейчас ужасно пошло. Дэйв провел рукой по члену юноши, отчего тот тихо застонал. Юноша невольно приподнял бёдра так,что его член оказался ещё ближе к руке Дэйва,на лице которого появилась довольная улыбка. Вдруг гитарист почувствовал на своей спине чей-то внимательный взгляд. Мастейн слегка развернул голову. Он видел, что Джеймс смотрел на него. Он плавно двигал бедрами в датчанина, но все равно его взгляд был прикован к Дэйву, который сейчас был с Джуниором. Мастейну и самому хотелось сейчас быть с вокалистом, чье желание было таким же. Но оба понимали,что сейчас это невозможно. Джеймс продолжал вдалбливаться в тело ударника,глядя на рыжего. Но вскоре на подбородок Хэтфилда опустилась тонкая рука датчанина,притягивая голову блондина к по-женски пухлым губам Ульриха. Ларс ахал, когда в него проникал блондин, сжимавший его за талию. Датчанин от частых толчок сам проникал в Кирка, который сипло стонал от натиска двух парней сразу. Его тело дрожало и изгибалось под напором. Руками Кирк упирался в стену,чуть двигая бёдрами назад. Ларс всем телом льнул к телу Джеймса,который громко взрыкивал каждый раз,когда входил в подтянутое тело датчанина,громко стонавшего от действий блондина. Ему нравилось тело ударника, но сейчас он мечтал о Дэйве, который развлекался с Джуниором. Ему казалось, что гитарист тоже бы хотел быть с блондином, как раньше в старые добрые времена. Мысли Хэтфилда были сосредоточены на Дэйве,но блондин пытался отогнать их прочь и думать об ударнике,тело которого сейчас извивалось и изгибалось под ним,но всё-таки сделать это было крайне трудно. Крепкие руки вокалиста с силой притянули к себе датчанина,который громко простонал. Он давно не испытывал этого чувства, когда спишь сразу с двумя. Конечно, Ларс и не такое переживал, но сейчас он был с людьми, которые ему действительно были дороги. Сам он проникал в Кирка, а в него Джеймс. Сейчас датчанин старался быть ближе к Хэтфилду,но и брюнета терять он не хотел. Мощные толчки блондина заставляли Ларса глубже проталкиваться в тело Кирка,который,казалось,был уже на пределе. Его стоны превратились в усталые хрипы и сипение. Парень изредка вскидывал голов, сильно морщась. Ему было больно, он от этого становилось еще приятнее. До боли чувствовать в себе датчанина, вот что он всегда хотел. Он стонал, но не чувствовал позади себя тела, ведь Ларс прижимался к блондину. От этого брюнету становилось несколько обидно,ведь сейчас ударник обращал на него мало внимания. Парень был занят Хэтфилдом. Он прижимался к нему,тёрся об его широкую грудь,целовал,пытался обнять. Блондин позволял Ларсу всё это делать и даже отвечал на все эти ласки со стороны датчанина. Датчанин стал двигаться сам, насаживаясь на член вокалиста и тем же проникая внутрь в Кирка. Джеймс думал о том, что когда он закончит с ними, то он хотел Мастейна. Он хотел его и только его, ему хотелось, чтобы Дэйв целовал его тело, а не Джуниора. Вокалист хотел сделать то,чего давно не делал с рыжим. Он искоса смотрел на Мастейна,который тоже иногда оборачивался,чтобы взглянуть на Джеймса. Громко вздохнув,Хэтфилд с силой толкнулся в тело датчанина. Ларс выгнулся, громко ахая. Его прожгла сильная боль, от которой в его глазах потемнело. Ульрих стал тихо стонать, сильнее прижимаясь к Джеймсу, но и не забывая о Кирке, который тоже прочувствовал этот толчок. По телу брюнета волной прошла сильная дрожь,отчего он ещё сильней прижался к гладкой поверхности стены. Ударник водил руками по спине Кирка,периодически перебираясь на его бока. Толчки вокалиста стали набирать силу и скорость. Над ушами ударника слышалос. рычание блондина. Датчанин выгнулся, когда вокалист задел в нем простату. Ульрих застонал, кончая в Кирка, который тоже, стиснув зубы, кончил от удовольствия. Хэтфилд с удовлетворением посмотрел я тяжело дышащего датчанина, который откинулся назад к нему. Ларс тяжело и часто дышал,обдавая горячим дыханием красное лицо Джеймса,который всё ещё продолжал совершать толчки в тело ударника. Датчанин притянул за подбородок вокалиста к себе,целуя его в губы. Это несколько подстегнуло блондина, отчего он стал набирать темп и сильнее входя в датчанина. Джеймс сделал глубокий толчок, отчего Ларс даже несколько подался вверх. Ударник громко ахнул,зажмурив глаза. Он ещё сильней прижался к широкой груди Хэтфилда,издавая протяжные стоны,от которых блондину хотелось ещё глубже вогнать свой член в тело датчанина. Цепкие пальцы блондина до синяков сжимали упругие ягодицы Ларса. И вот, сильно выгнувшись, он кончил в ударника, который этого только и ждал. Он ахнул, выгибаясь в пояснице. Джеймс оставил влажный поцелуй на шее датчанина, который старался успокоиться после двойного оргазма. Его прерывистое дыхание раздавалось,казалось,на весь дом. Пухлые губы ударника,дрожа,изогнулись в лёгкой улыбке удовлетворения. -Джеймс.. - Сладко прошептал Ларс,прикрыв глаза от наслаждения. Хэтфилд повернул голову в сторону дивана. Там был Дэйв, который осторожно и планов двигал тазом, входя и выходя из, сладко постанывающего, Джуниора. Гитарист целовал его за ухом, прислушиваясь к его томным вздохам. Эллефсон выгибался и громко стонал,закрыв глаза. Юноша периодически выкрикивал имя Дэйва,который не переставал ласкать Джуниора,прижимавшегося к гитаристу. Закусив губу,блондин смотрел на парней,невольно сжимая бока датчанина. - Ай, Джеймс, больно, - Ларс недовольно посмотрел на блондина. - Прости.. - парень выпустил из рук ударника, на боках которого остались синяки. Датчанин недовольно потер их, стараясь разогнать прилившуюся кровь. Датчанин отошёл от Кирка,плавно выходя из его тела. Чуть пошатнувшись на ногах,ударник оперся на сильную руку Хэтфилда,слегка повиснув на ней. Вокалист приобнял Ларса за плечо,чтобы тот не падал и не заваливался слишком сильно. Джеймс смотрел на Дэйва, который с таким наслаждением был с Джуниором, что блондину стало неловко. Он надеялся, что сегодня получит близость с гитаристом, но видимо не судьба. Рыжий был настолько увлечён юношей,что никого больше не замечал,кроме него одного. Припадая губами к красивому телу Эллефсона,гитарист вырывал из него стоны наслаждения. Джеймс вздохнул,глядя на всё,что происходило на диване. Он понимал, что упустил свой шанс, сделав вид, что Дэйв его не интересует. Хэтфилд выдохнул, поднимая свою одежду с пола. До него доносились легкие стоны Джуниора, который все это делал столь подевичьи, что даже нельзя было сказать, что сейчас под рыжим парень. Блондин устало хмыкнул,ещё раз взглянув в сторону занимающихся любовью Мастейна и Эллефсона. Датчанин чувствовал,что Джеймс бы сейчас предпочёл ему Дэйва,который был занят юношей. Но Ларс всё-таки не хотел сдавать свои позиции. Он всё ещё хотел быть с вокалистом. Он всегда хотел с ним быть и никакие воспоминания о Дэйве ему не помещают. Мастейн протяжно взрычал, кончая в юношу, который весь напрягся. Они оба тяжело дышали, и тут же рыжий поцеловал Джуниора. Грудь Эллефсона,по которой скатывались маленькие капельки пота,часто приподнималась от дыхания,касаясь горячего тела Дэйва. Дрожащие губы рыжего скользили по губам Дэвида,который прикрыл глаза. Они оба были так измотаны, но при этом так красивы, казалось, что они действительно любят друг друга. Джеймс недовольно зашипел, натягивая на себя майку. Ему было обидно, что Мастейн предпочел Джуниора вместо него. Впрочем,Хэтфилд сам пошёл потом к Ларсу,а не стал бороться за гитариста. Ударник чувствовал,что рыжий переживает по этому поводу. Датчанин осторожно прижался к вокалисту,осторожно поцеловав его в висок. -Спасибо... - Едва слышно сорвалось с губ Ларса. Джеймс повернулся к нему, оставляя поцелуй на его макушке. Он понимал, что у него всегда есть Ларс, который всегда ему будет рад, и всегда будет его любить, внезависимости от ситуации. Пускай вокалиста тянет к Мастейну,пускай Джеймс не всегда реагирует на ласки датчанина,пускай иногда ранит его глубоко в сердце,но ударник будет любить его. Он будет тихо вздыхать,но всё равно идти за ним. Хэтфилд ценил эту любовь,но ему было сложно отвечать на неё. Где то сзади зашевелился Кирк, одеваясь. Он смотрел на спины Ларса и Джеймса, понимая, что так как блондина, ударник его никогда не полюбит. Он знал, что Ульриху было важнее всего это вокалист, он был его единственной любовью. Брюнет тяжело вздохнул,опустив голову,отчего его лицо тут же покрылось занавесом из кудрей. Парень довольно быстро оделся,стараясь не обращать на себя внимание окружающих. Рядом с Дэйвом и Джуниором на диване сидел Марти. Он вытер руку об обивку дивана, что то недовольно бормоча. Марти застегнул ширинку, смотря на окружающих. - И типо все так и должно было быть? - Наверное, - пожал плечами Ларс. -Отлично. Вам было весело,я смотрю. -А ты что,завидуешь? - С усмешкой произнёс Мастейн. -Нет,нет,видел я,что вы тут вытворяли... - Недовольно пробормотал брюнет. -Тебе и так весело было. С самим собой. Дэйв слез с Джуниора, садясь на диван. Он взял со стола чьи-то сигареты, открывая пачку. Достав одну, он закурил, пуская кольца серого дыма в воздух комнаты. Сразу же послышался глухой кашель. Это был Эллефсон. Прикрывая рот ладонью,он чуть отвернулся от гитариста,чтобы едкий дым не попадал в рот и в нос. Ударник тоже взял со стола сигарету,зажигая её. Он быстро закурил, усаживаясь рядом с Дэйвом, который пристально за ним следил. Ульрих потянулся, расправляя плечи. Он оглядел всех здесь присутствующих. Да. Только в его доме могло произойти все это. Весь этот беспорядок,весь этот бардак,весь этот бред. Только в стенах дома датчанина. То,что им понравилось,но и то,что они будут всеми силами пытаться забыть. Ударник заглянул в лицо каждого. Каждого,кто принимал во всём этом участие. Казалось, что никто не был счастлив по настоящему, всем чего то не хватало. Джеймсу не хватало Дэйва, а рыжему его. Джуниор хотел больше ласки от Мастейна, а Марти никто ст. И вовсе не замечал. Кирк любил датчанина, а тот в свою очередь вокалиста. Все было так связано, что так или иначе они все пересекались. Ударник вздохнул. Всех этих людей он знал. А некоторых знал даже слишком хорошо. Этот факт несколько напрягал. Ведь с этими людьми придётся ещё неоднократно встретиться,неоднократно разговаривать. И каждый раз при встрече в голове будет всплыватьто,что было сейчас. Это оставляло некий след. Ларс отвел глаза, понимая, что ему сложно осознать, что сейчас произошло. Ульрих стряхнул пепел на стол, смотря на Дэйва, который все еще продолжал делать затяжки. Его лицо было совершенно спокойно. Казалось,сейчас ничего не произошло. Разве что кожа была красной. На губах виднелась лёгкая усмешка,типичная для гитариста. Она всегда придавала Дэйву лисьи черты. Мастейн развалился на диване,закинув ноги на стол. Он чуть поводил носом, наслаждаясь моментом после оргазма. Ему сейчас было слишком хорошо, чтобы о чем ибо думать. Его голова была занята лишь тем, куда ему бросить пепел, который стал уже осыпаться. На рыжем не было одежды,но его это совсем не волновало. В отличие от Джуниора,который стыдливо сдвигал ноги,понимая,что в данную минуту выглядит пошло. На щеках Эллефсона был румянец смущения. Дэвид прижимался к гитаристу,опустив голову. Казалось, здесь он доверял только гитаристу, который, не обращая на него внимания, курил. Юноша кашлял от едкого дыма, который попадал ему в рот, начиная скрести горло. Он никогда не мог понять, как Дэйв вообще может курить. Как люди вообще курят?Как они ещё и умудряются получать удовольствие от того,что вдыхают этот противный едкий дым?Дэвид поморщился. Сигаретный дым окружал его с двух сторон,что было крайне неприятно. Он витал в воздухе, заставляя юношу кашлять. Мастейн прижал Джуниора к себе за плечо, целуя в лоб, не выпуская сигареты из рта. Дэйв стряхнул пепел на пол, смотря на Джеймса, который одевшись стал тихо шипеть от ревности. Краем глаза блондин поглядывал на Мастейна и Эллефсона,что не скрылось от гитариста,который тут же,заметив это,расплылся в довольной ухмылке.Дэйв всеми силами показывал,что ему больше не нужен Джеймс. Раз Хэтфилд от него отказался, то пусть видит, что он упустил. А ведь так обнимать Дэйв мог обнимать его, Джеймса, но упустил свой шанс. Гитарист прижимал юношу, который смущался от такой ситуации. Рука рыжего скользила по телу Эллефсона,отчего на лице Дэвида загорелся стыдливый румянец.Ведь иногда пальцы Мастейна доходили даже до паха юноши,а это видели все присутствующие в комнате. Он прятал глаза, стараясь не думать, что все видят. Мастейна совершено но его не смущало, ему наоборот хотелось тем самым привлечь внимание всех. Марти недовольно смотрел на них, как будто ему было это не приятнее всего. Брюнету было неловко за то,что происходило в комнате совсем недавно.У всех были партнёры,кроме него.Марти пожалел,что не ушёл вовремя.Ему почему-то было стыдно за всё,что устроили здесь его друзья. Хотя он и подрочил на них, хоть его и не возбуждало то, что он видел. Джуниор думал о том, что сейчас ему хотелось, чтобы они с Дэйвом были одни, без никого более, чтобы лежали с ним на кровати, а не сейчас на диване, на глазах у всех. Чтобы никто не видел их наготы,никто не бросал свой взгляд на то,как руки Мастейна гладят красивое тело юноши.Больше всего Джуниор стеснялся Джеймса,чей пристальный взор не сходил с Дэвида и гитариста. Ему было неловко, ведь блондин очевидно любил Дэйва, который хотел вызвать у него только ревность. Блондин явно нервничал, смотря на гитариста, который показывал, как ему хорошо с юношей, которого он обнимал. Джуниору казалось, что это жестоко по отношению к Джеймсу. Для юноши это было в какой-то мере даже издевательство над чувствами другого человека,в частности,Джеймса.Блондин,глядя на двух парней,решил тоже не терять своё лицо и не показывать,что рыжий ему нужен. Он резко притянул к себе ударника, который явно этого не ожидал. Парень уперся руками в грудь блондина, стараясь оторваться от его губ, которые его страстно целовали. Датчанин не мог понять с чем связана такая неожиданная страсть Джеймса. Если раньше Ларсу приходилось что-то делать для того,что бы вокалист обратил на него внимание,то сейчас блондин порывисто и страстно впился в губы ударника,с силой прижимая его к себе.От такого напора ударник широко распахнул глаза,тихо промычав что-то неразборчивое сквозь поцелуй. Блондин косился на Мастейна, который лишь фыркнул, понимая, что вокалист пытается вызвать у него ревность. Ульрих уже перестал биться, понимая, что это бесполезно. Он лишь вздыхал, даже не пытаясь вырваться из рук Джеймса. Крепкие руки вокалиста скользили по пухлым бокам датчанина,слегка сжимая их,отчего вздохи ударника становились громче.Дэйв не стал пристально смотреть на целующихся парней,наоборот,он снова стал заниматься Джуниором. И Кирк, и Марти чувствовали себя здесь лишними, как будто их здесь быть не должно.Кирк понимал, что сейчас ведется соревнование между гитаристом и блондином, за право того, чтобы быть свободными друг от друга, только было непонятно в чем здесь смысл, ведь они оба знают, что порознь они жить не могут. При этом,подобное соревнование и полезно,и вредно для Ларса и Джуниора в одно и то же время.С одной стороны,парни могли быть ближе к тем,кого они любят,но с другой,всё это повышенное внимание было своего рода обманом. Было неприятно осознавать, что тобой просто пользуются, чтобы доказать что то. Но все же было приятно, что все же именно тебя выбрали для этой цели. К тому же,можно было подольше побыть с любимым человеком и получить от него больше ласки,чем обычно.Джеймс продолжал целовать ударника,тело которого слегка выгнулось от натиска блондина. Рука Джеймса легла на спину Ларса, отчего тот только сильнее прижался к вокалисту. Ульрих отвечал на поцелуй, который длился уже довольно долго. Мастейн недовольно фыркнул, потушив сигарету о столик. Он посмотрел на Эллефсона,скромно жавшемуся к Дэйву.Тихо вздохнув,юноша прикрыл глаза,стараясь отвлечься от сложившейся в комнате обстановке.Рыжий провёл рукой по его груди,задевая пальцами соски. Юноша чуть дрогнул, не ожидая, что парень пройдется именно по ним. Мастейн чуть ухмыльнулся, видя реакцию Джуниора, но продолжать не стал. Ему не хотелось продолжать это глупое состязание между ним и Джеймсом. Гитарист чувствовал,что всем остальным неловко из-за этого.Особенно Кёрку и Марти.Джеймс оторвался от губ датчанина.Между их ртами протянулась вязкая струна,которую вокалист быстро смахнул рукой. Ларс сглотнул, он понимал, что сам блондин всего этого не хочет. Ведь Джеймс никогда не любил всех этих ласок, которые он считал гейскими. От этого Ульриху было неприятно. Он не любил,когда что-либо в отношениях было неискренним.Ему хотелось,чтоб и Джеймс получал удовольствие от того,что делает.Это было бы лучшим для Ларса.Подняв голову,ударник с грустью посмотрел на блондина. Он хотел, чтобы тот его любил по настоящему, а не из за чего то. Чтобы Хэтфилд чувствовал к нему тоже, что и к Дэйву, но видимо этого нельзя было добиться никак. Сердцу не прикажешь кого любить, а кого нет. Тяжело вздохнув,датчанин упёрся лбом в широкую грудь вокалиста,который не отреагировал на это.На душе Ларса стало как-то тошно от осознания того,что Джеймс вряд ли когда-нибудь полюбит по-настоящему. Да и вряд ли Хэтфилд полюбит кого то также сильно, как Дэйва. Его он действительно любил и хотел быть с ним, но видимо не судьба. Так всегда бывает, никогда не бывает счастливой первой любви. Почему-то датчанину даже захотелось плакать от этого факта.Ведь дороже и ближе блондина у него никого не было,кроме родителей,которые даже не подозревали о том,какие вещи вытворяет их сын. Конечно, они могли догадываться о чем-то, но о том, что на сам деле делал их сын никогда. Да и вряд ли вообще чьи нибудь родители могли понимать, что вообще происходит здесь. Только наверное мать Дэйва понимала, что ее сын любил своего близкого друга. Но рыжий не знал этого.Может быть,это и хорошо.Гитарист взглянул на Хэтфилда,чей взгляд по совпадению был направлен на Дэйва.Мастейн видел,что вокалист слегка обнимал датчанина,который был будто бы подавлен чем-то. Гитаристу не хотелось думать, что Ларс по настоящему нравится блондину, его коробил бы этот факт. Ведь ударник знатная шлюшка, которая дает многим, а блондин бы его любил, но видимо, это было не так. И Мастейн был рад этому. Но он замечал,что в датчанине что-то не так по отношению к блондину.Ларс сам сказал,что любит его,но Дэйв поначалу не воспринял это всерьёз.Но по-видимому,это всё-таки правда.Правда,что ударник искренне любит Джеймса. Возможно, если бы Ульрих не вел бы такую распутную жизнь, Дэйв бы даже посопереживал бы ему. Но было трудно его жалеть, зная, что он спит с каждым встречным, который ему просто подмигнул. В голове гитариста оставались воспоминания от некоторых походов в бар вместе с датчанином. Выпив немного,Ларс начинал искать подходящего ему человека,а потом и. заигрывать с ним. Рыжему было противно смотреть на всё это. Ведь он прекрасно понимал,чем закончится это недолгое знакомство. Ларс затаскивал парня или девушку в туалет, а там начиналось самое интересное. Они с ними спал. Дэйву казалось несколько диким, что ударник был готов заниматься сексом прямо в кабинке бара. Датчанин много разговаривал со своими новыми знакомыми и каким-то неведомым никому образом доводил дело до секса довольно-таки быстро. Из кабинки туалета ударник в потрёпанном виде обычно возвращался весьма быстро. Он не любил заводить длительных знакомств. Поговорил, переспал, свободен. Вот так Ульрих и жил день за днем, возможно это было самым его любимым занятием, разводить людей на быстрый секс без обязательств. Ничего плохого датчанин в этом не видел. Получил удовольствие сам,дал удовольствие другому. Да и особых проблем с этим делом нет,хотя,конечно же,иногда происходили довольно интересные и нелепые случаи,ставящие в неловкое положение. Их у датчанина накопилось не мало, только имена людей, с которыми он спал, парень не запоминал, поэтому он каждой истории давал кличку. Например татуировка, папенькин сынок, конечно все они были весьма странными, но идеально подходили ситуации. Подобные клички также помогали лучше запомнить всех парней,ведь многие из всех этих прозвищ относились к характеру не только к внешности,но и к характеру,который у всех парней был разным. Датчанин с улыбкой вспоминал о некоторых из них. Он был словно коллекционер, ведь он уже столько всего пережил, что можно было написать книгу. Ну или вести дневник, хотя датчанин не был столь сентиментален, чтобы в старости вспоминать все, что было раньше в его бурной молодости. Ларс мог вспомнить о каком-либо случае во время разговоров за бутылкой пива или виски рядом с другими своими собеседниками,которые,выслушивая все истории,качали головой и удивлялись,как ударник способен вытворять такое. Он Ульрих не гордился тем, что он делал. Ведь он и сам понимал, что его не особо уважают и считают шлюхой. Но ему нравилась такая жизнь и ради того, чтобы кому то угодить парень не собирался ее менять. Ведь датчанин знакомился,хоть и ненадолго,с разными людьми,налаживал связи,которые обычно оказывались весьма полезными,просто получал удовольствие от секса. Только не все понимали это. Считали аморальным, что у ударника было столько любовников. Ну и конечно же Ларс за это платил своим здоровьем, ведь не всегда можно было проверить человека на чистоту, от этого датчанин мог подцепить что нибудь. К тому же,бывало и такое,что попадались весьма агрессивные люди,контролировать которых было практически невозможно. Некоторые могли силой заставить что-либо делать,скрутить руки за спиной,побить,чтобы достичь желаемого. Но Ларс все позволял, ему было интересно, что будет дальше. Иногда он приглашал к себе домой или же сам напрашивался в гости, чтобы провести время. Но все же , что бы он не делал, его сердце принадлежало Джеймсу. С ним ударник чувствовал себя по-настоящему хорошо. Сначала дружба,потом братские отношения,а потом даже любовь. Ларс никогда не думал,что всё сложится именно так. Это было довольно странно. Хоть блондин сразу же показался датчанину интересным человеком,он не думал,что всё зайдёт так далеко. Датчанин уверял себя, что никогда ни в кого не влюбится, но это у него произошло дважды. Сначала Джеймс, а потом Кирк. Да, он любил смуглого гитариста, хоть и предпочитал вокалиста. Всё-таки к Джеймсу тянуло больше. Кирк видел это. Конечно,ему было довольно тяжело осознавать то,что у Ларса есть человек,которого он любит сильней,но брюнет держал это в себе,стараясь не показывать своих эмоций. Он был всегда сдержан и спокоен, но это было только снаружи, а что творилось внутри парня не знал никто. Только Ларс иногда видел, его злым, когда они были наедине. Только с датчанином Кирк мог показать себя. Редко бывало такое,что парень начинал сердиться. До этого его надо было просто довести. И злость Кирка видел только Ларс,так как именно он был причиной её возникновения. Вернее,его отношения с Джеймсом. Ларс понимал, что Кирк ревнует, поэтому старался проводить с ним как можно больше времени. Они часто гуляли, датчанин жил с гитаристом, чтобы доказать ему, что он тоже его любит. Но стоило Хэтфилду куда-нибудь позвать ударника,он почти сразу соглашался.Это "почти" было лишь для того,чтобы не обидеть брюнета.Но сегодня Ларс больше был с Джеймсом,чем с Кирком.Что было очень заметно. Мастейну это было даже странно, он был уверен, что Ларс полностью отдается Кирку, который занял его место в группе. Но, как оказалось, Ульрих был с блондином, который освободился с уходом рыжего гитариста. Дэйва удивляло то,как ударник смотрит на блондина,как касается его,как всячески пытается быть с ним и добиться от него ответа.На некоторые моменты рыжему даже становилось страшновато за то,что датчанин может увести у него Джеймса. Но он понимал, что если блондин уже раз отказался, то он своего решения не изменит. Хотя Ульрих явно надеялся, что вокалист ответит ему взаимностью, хоть вероятность и была довольно маленькой. Видно было,что ударник старался изо всех сил.Он искал время,чтобы побыть с Джеймсом наедине,старался делать всё,чтобы блондину было хорошо.Иногда со стороны это было очень заметно. Он всегда к нему подлизывался, стараясь ему во всем угодить. Смеялся над его глупыми шутками, говорил ему, что он самый лучший, самый хороший. Мастейн тихо фыркал, понимая, что датчанин смотрится весьма смешно и жалко. Ларс готов был на многое,даже если это нанесёт ущерб его гордости,ведь всё это было ради Джеймса и близости с ним.Возможно,рано или поздно от него можно будет всё-таки добиться взаимности.Хоть совсем небольшой. Ульрих всегда добивался чего хотел, всеми силами. Он как то и долился, чтобы Мастейн с ним переспал, хотя тот даже и не понял, как это все произошло. Ларс умел манипулировать людьми и получалось у него это весьма хорошо. Ударник обладал невероятным обоянием,что помогало ему в знакомствах и в общении с людьми. В тот момент,когда всё произошло,рыжий внезапно понял,что сильно хочет датчанина,что ему просто не удержаться. Дэйв не понимал этого желания. Хотя ничего не предвещало, что гитаристу его захочется, но тем не менее, он переспал с ним и получил весьма приятные эмоции. Ларс знал, что и как делать, оттого они оба получили огромное удовольствие. Гитарист предпочитал не вспоминать об этом. Ведь все скажут,что он спал со шлюхой. Впрочем,в душе Мастейн даже признавал,что не отказался бы повторить всё это. И Ларс чувствовал это,что тешило его самолюбие. Ему нравилось, когда его хотели, так он чувствовал себя нужным. Если бы он был некрасив, то скорее всего парень был н к хотел бы жить, ведь ему было важно выглядеть хорошо, чтобы быть желанным. А с его внешностью все смотрели на него. И девушки,и парни. Ларс сам с неохотой признавал,что в его внешности было что-то женское. Ему крайне не нравилось,когда его принимали за бабу. А подобные случаи происходили нередко. Приходилось всеми способами доказывать, что он парень, хоть это и было трудно. Он ссылался на свой голос, который явно был не женский, но ему говорили, что и у женщин бывает невысокий голосок. Ударник начинал злиться, потому что так или иначе к нему откровенно приставали. В барах пьяные парни порой начинали издеваться над ним,глупо шутить по поводу его роста,женоподобной внешности. Всё это обычно шло вперемешку с откровенными приставаниями,щипками за задницу,грубыми поцелуями,резкими прикосновениями. Парень огрызался, но когда он выпивал, то все эти прикосновения ему начинали нравиться. Он смеялся, но если ему что то не нравилось, ударник мог и дать отпор. Он нередко начинал драку, только дрался не он, а Джеймс. Джеймс всегда защищал датчанина. Он знал,что Ларс из-за своего длинного языка вечно влипал в различные передряги. Ударник мог иногда довольно жёстко отказать пьяному парню в баре,но тот продолжал наступать. И тогда датчанин начинал словесную перепалку, в результате которой он мог начать драку. Но всегда когда то то замахивался на Ларса, приходил Джеймс, который его защищал. Блондину могло не слабо достаться, и после боя Ульрих залечивал синяки вокалиста. Датчанин извинялся,просил прощения у вокалиста,говоря,что такого больше не повторится. Но и Джеймс,и Ларс понимали,что это произойдёт ещё раз. Не один раз. К ударнику снова будут приставать,а блондину надо будет его защищать. А после датчанин его будет лечить, и опять по новой. Так всегда было и будет, наверное, всегда. Но Ларс стал замечать, что его юношеская красота стала уходить с возрастом, что к нему уже перестали приставать как раньше. Ведь когда-то от желающих переспать с Ларсом просто отбоя не было. Стоило ему лишь появиться в баре,как почти сразу к нему кто-нибудь подходил и начинал приставать. Сейчас такого уже не было. К нему всё ещё подходили,но уже не так много. Все же время взяло свое, он уже не был тем девичьим юношей, как был. ОН вырос превращаясь в мужчину, оттого ему почему то становилось тоскливо, понимая, что он будет все больше стареть с каждым годом. Хоть сейчас датчанин не утратил своей привлекательности и своего обояния,но он постепенно будет тратить всё это. Особенно привлекательность. Ему будет уже не так легко заводить новые знакомства с целью,чтобы переспать. И парень это прекрасно понимал, но его утешала лишь мысль о том, что с ним будет Кирк, который его любит. Хотя о таком думать не хотелось, осознание того, что его не будут желать угнетала. Ведь ударник уже привык к тому,что всем хочется его. Все хотят поговорить с ним,все хотят дотронуться до него,все хотят переспать с ним. Но потом этого не будет. Датчанину было трудно признать это. Ведь к старости он уже не будет столь привлекателен. Джеймс больше его не будет хотеть, ведь его тело будет не таким, как сейчас. Ведь датчанин понимал, что блондин любил его за тело, которое имело красивые изгибы. Только тело ударника нравилось Хэтфилду. Только ради тела он соглашался на секс. Если бы у датчанина не было такого прекрасного тела,то он бы так и остался для блондина просто другом. Но Ларс умел привлечь к себе внимание Джеймса,используя гибкие,изогнутые формы своего тела. Он специально выгибался при нем, показывая свое тело. Мог невзначай чуть приподнять майку, когда потягивался или же наклониться перед блондином, который сидел на диване, попивая пиво. У Ларса было много способов, чтобы привлечь к себе внимание вокалиста. И почти всегда ударнику удавалось это сделать. Джеймс не мог долго выдерживать и просто смотреть на то,как датчанин изгибается,наклоняется,демонстрируя своё тело. У блондина возникало желание,которое было очень трудно сдержать. И вокалист не сдерживал. Что собственно и было нужно Ульриху. Но все было несколько бездушно, парень просто вдалбливался в датчанина, который извивался под ним. Ларс знал, что с Мастейном у блондина все было по другому, он сам наслаждался процессом, а не избавлялся от желания. Ларс всем сердцем хотел,чтобы блондин сам получал удовольствие,наслаждался процессом и был влюблён не в тело ударника,а и в его характер,душу тоже. Датчанину давно уже хотелось поговорить об это с самим Джеймсом. Но он не решался, что отпугнет от себя блондина, своим напором, поэтому парень предпочитал лучше молчать. Хотя он знал, что Кирк любит его именно, как человека, а не просто хорошее тело. Но всё-таки ударника больше тянуло к блондину,и он не мог ничего с этим поделать,хоть и понимал,что его влечение к Джеймсу обижает чувства брюнета. Всё это было весьма сложно,но рни уже привыкли к такой жизни. Казалось, что это один запутанный клубок, который было трудно развязать, так помимо их троих теперь были еще Дэйв и Джуниор, которые случайно попали в него. Джеймс любил Дэйва. Джуниор любил Дэйва. А Дэйв испытывал чувства к ним обоим. Рядом с этой кучкой чувств был ещё и Марти,совершенно непонятный никому человек. Откуда он?И что делает здесь?Это было своего рода загадкой. Но как понял Ларс, он имел симпатию к Мастейну, который не видел его в упор, или просто не хотел. Дэйв вообще общался с людьми, которые ему были интересны в каком то плане, а вот кудрявый парень был ему не сильно интересен. Ударнику рассказывали,что он просто великолепно играет,что другого такого соло-гитариста,как Фридман,просто не найти. Видимо,лишь из-за этого Мастейн стал с ним общаться. Или было ещё что-то. Но только после какого-то случая оно оборвалось. Мастейн принимал его как должное. Вроде есть и есть, больше от него ничего не требовалось, хотя казалось, что Марти было нужно внимание рыжего, которому было на него все равно. Брюнет как-то по-особому смотрел на Дэйва. Это было незаметно почти для всех,например,для самого Мастейна. Но Ларс уловил этот взгляд. Датчанин решил не лезть в дела Фридмана,ведь он не мог разобраться и со своими проблемами. А их скосилась слишком много за последнее время. Было трудно, очень. Ларс поднял глаза на Джеймса, который явно нервничал, смотря на Дэйва, ласково прижимающего к себе Джуниора. С пухлых губ датчанина сорвался тихий вздох. Ударник прижался к крупному телу блондина,слегка приобняв его. Джеймс перевёл взгляд на Ларса,кладя руку на его голову. Парень поднял на него глаза, смотря на него. Такой сильный, словно лев. Хотя он раньше был застенчивым, а не такой как сейчас - решительный. Он повзрослел, и с возрастом появилась уверенность. Уже практически ничего не напоминало о том,каким блондин был раньше.Ударник помог избавиться от всей неуверенности,скрытности и застенчивости,что цепями сковывали Джеймса в юношестве. Он и говорил мало, Ларс всегда старался его разговорить, чтобы парень рассказал хоть что то о себе. Хэтфилд не любил говорить о себе или о чем то личном, хоть и видел, что ударнику интересно. Джеймсу было трудно общаться с людьми.Даже с датчанином,с которым блондин постепенно сближался.Он никак не мог побороть это в себе.Но с помощью Ларса ему всё-таки удалось стать хоть немного раскрепощённым. Он видел, как ведет себя парень, и старался быть похожим на него. Они часто зависали в местах, куда Ларс его проводил, у датчанина было много связей, которыми он умел хорошо пользоваться. В некоторых барах ему бесплатно давали напитки,в некоторых магазинах - пиво и диски.Ларс пользовался этим и делился с Джеймсом,который принимал всё это,тихо и робко благодаря датчанина. Он тогда еще не догадывался какой ценой датчанин все это получает. Мастейн фыркнул, смотря на парней, которые, казалось, идеально подходили друг другу. Но в его объятиях был Джуниор, так что не все так плохо. Юноша повел головой, поднимая свой взгляд на рыжего гитариста. Эллефсону было неловко.Он чувствовал на своём нагом теле беглые взгляды других.Все попытки хоть как-то прикрыться были не очень удачными.Юноша поджимал свои длинные ноги,но они соскальзывали с дивана,снова выставляя всё на обзор.Одеться Джуниор не мог,так как его обнимал Мастейн. А вырваться из его объятий было довольно проблематично, ведь они были крепкими. Он чуть повел головой, смотря на Дэйва. - Может домой пойдем? -М? - Спокойно спросил Мастейн через некоторое время. -Дэйв,я хочу уйти.Давай пойдём домой? -Хммм...Пожалуй,да,ты прав.Мы засиделись.Пора идти. - Идти? - переспросил Ларс, приподняв бровь. - Ага, пора. Я думаю интереснее уже не будет. Марти, ты с нами? - Эммм... Пожалуй, да. Брюнет часто закивал головой,слегка приподнимаясь с места.Его уже порядком вымотало всё,что происходило в комнате.Хотелось уйти.Ларс стал с любопытством следить за тем,как быстро засобирались парни. Мастейн, взяв майку с пола, кинул ее Джуниору, который поспешно ее одел. Сам гитарист, стоя на ногах, застегивал ширинку джинсов. Эллефсон смотрел, как парень чуть выгибается вперед, чтобы продеть ремень в штаны. Вдруг кто-то громко цокнул языком.Это был Дэйв.Он поймал на себе пристальный взгляд юноши,который тут же залился краской,продолжая одеваться.Вскоре все были готовы. -Может,всё-таки останетесь? - Из вежливости спросил ударник. -Нет,нет.Нам пора. - Поспешно бросил Мастейн,направляясь к двери. Хэтфилд оставался хладнокровен, как будто его это совершенно не касалось. Он стоял в коридоре, чуть подпирал плечом стену. Блондин спокойно наблюдал за тем, что парни готовились на выход. - Удачи, - сухо произнес он. -Ага,тебе того же. - Так же сухо,как и блондин,ответил гитарист,толкнув дверь от себя. Эллефсон и Марти осторожно помахали рукой,быстро покидая дом.Следом за ними ушёл Дэйв. На выходе он громко фыркнул, что было предназначено для вокалиста, который не обратил на это внимания. Раз Мастейн хочет быть порознь, то пусть, Джеймс не против. Гитарист очень ошибается, если думает, что задел его. Вокалисту и без него хорошо. Тем более,рядом есть Ларс. Захлопнув за ушедшими гостями дверь,датчанин подошёл к блондину,тихо вздыхая. Вдруг Джеймс обнял его. Крепко обнял. От неожиданности ударник широко распахнул глаза. -Джеймс?.. - Едва слышно произнёс он. - Чего тебе? Ларс умыльнулся, понимая, что сейчас мысли блондина были устремлены к ушедшему Дэйву. - Да так.. Ничего. - Вот и помолчи. Датчанин лишь тихо вздохнул,уткнувшись лбом в широкую грудь Джеймса. Он закрыл глаза,стараясь выкинуть из головы все мысли и наслаждаться теплом родного,близкого тела. Так будет лучше. Так,быть может,ему удастся успокоиться.