Командирша

       Вот уже больше получаса Уманова ловила на себе недовольный взгляд Бизона. Обычно искрящиеся голубые глаза сейчас излучали, скорее, сильнейшее разочарование и злость. Опять Олеся не выполнила приказ и чуть не загубила всю операцию. Это вошло уже в пугающую привычку. То и дело на общих собраниях в КТЦ вставал вопрос о дисциплине и методах перевоспитания непослушной. Особенную прыть в этом вопросе проявлял капитан третьего ранга Тарасов, который стращал её и камбузом, и нарядами, и даже отстранением от заданий. Но миниатюрная брюнетка то ли не слышала его наставления, то ли игнорировала, или крайне не вовремя о них забывала. - Ума, сколько можно? – едва войдя в Центр, услышала Олеся голос Бати. – Мы же не в детсаде, чтобы я объяснял тебе, как важно слушаться командира на заданиях! - Бать, я… - начала оправдываться Олеся, но мужчина её перебил. - Значит так, Уманова, это было последнее замечание! Ещё раз такое повторится, и ты забываешь о КТЦ навсегда! - Бать! – удивлённо позвала его Мура. - Я всё сказал! – непоколебимо ответил контр-адмирал.        Смотря вслед уходящему Булатову, Олеся нахмурилась каким-то своим мыслям и огляделась по сторонам. Васька, Женька, Серёга стояли неподалёку, размышляя об услышанном, и Бизон - единственный, кто так и замер у лифта, облокотившись о стену. Ещё во время спецоперации Ума обратила внимание на плохое состояние командира, когда он вяло отбивал удары преступника, и если бы не пришедший на подмогу Физик, то явно потерпел бы поражение от соперника. Окончательно Уманова убедилась в том, что с Тарасовым не всё в порядке, когда Борис скупо промолчал, узнав, что коллега опять ослушалась приказа.        «Ну точно заболел!», - подумала в этот момент Олеся.        Повинуясь какому-то внутреннему голосу, девушка дождалась, пока Бизон переоденется и соберётся ехать домой. Как оказалось, не зря. Такси вызвать он, конечно же, не додумался, пошёл к своей машине! Его пятиминутные мучения с дверью не внушали оптимизма: в таком состоянии кап-три никак нельзя садиться за руль! - И долго ты собрался издеваться над машиной? – раздался на парковке её тихий голос. - Мы с ней разговариваем, - нашёлся с ответом Тарасов. - Судя по всему, она тебе не очень-то и торопится отвечать! – грустно хмыкнула девушка. - Иди домой, нечего за мной следить! – буркнул он. - А я и не слежу… Мне просто машину твою жалко, - пожала плечами Олеся. – Давай ключ! - Чего?! – удивился мужчина. - Ключ, - настойчиво сказала брюнетка. - Олесь, отстань, пожалуйста, от меня, - как можно вежливее попросил кап-три. - Я отстану, как только довезу тебя до дома. Тебе нельзя в таком состоянии за руль! - Я здоров! - Ага, - со скепсисом в голосе ответила Ума. – Ключ!        Ничего не ответив, Тарасов протянул связку и, обойдя машину, послушно сел на пассажирское сидение. Может, не стоило с ней так грубо? Он ведь и вправду сейчас не в лучшем состоянии. - Так бы сразу! – кивнула Леся, залезая в теплый салон.        Внимательно следя за дорогой, Уманова поворачивала руль в нужном направлении. Не смотря на то, что девушка ни разу не была в гостях у Бизона, тем не менее, она прекрасно знала, где живёт коллега. Уверенно управляя автомобилем, она облокотилась одной рукой о стекло и подпёрла ей щёку. Олесю хоть и тянуло в сон, но выглядела она куда бодрее, чем кап-три. Изредка поглядывая на мужчину, она каждый раз поджимала губы – вот ведь угораздило! Обычно здоровый и излучающий энергию Тарасов сейчас выглядел крайне беспомощным.        «Как лампочка, которая перегорела», - неожиданно пришло на ум Олесе.        Остановившись во дворе, Ума слегка потрясла командира за плечо. Тут же придя в себя, мужчина оглянулся. Не сразу признав свой двор, он повернулся к Умановой: - Спасибо, - благодарно улыбнулся Борис. – Не знаю, как бы я доехал без тебя... - Всегда пожалуйста! – кивнула Леся. – А теперь гони ключи от квартиры! - Чего?! – вновь повторил он. - Ключи! – протянув ладонь, сказала девушка. – Или ты вновь будешь сопротивляться? - Олесь, я в состоянии сам дойти до дома! – открыв дверь, ответил Тарасов.        Холодной вечерний воздух тут же заставил мужчину вздрогнуть. Тело даже под курткой покрылось противными мурашками, а в глазах резко темнело. - Пошли, а то окончательно заболеешь! – обойдя машину, потянула она его за рукав.        Под тихий бубнёшь Тарасова на тему: «Ты бы лучше вела себя так на спецоперациях», пара поднялась на нужный этаж. Едва услышав, как щёлкнул замок двери, Уманова деловито вошла вовнутрь, не дожидаясь приглашения. Скинув кроссовки, она отправилась на экскурсию под незамысловатым названием «В поисках кухни». - Ложись в постель и укутайся одеялом! – скомандовала она, открыв холодильник. - Олесь, ты случайно свою квартиру с моей не перепутала? – удивился Борис, глядя как она хозяйничает на ЕГО кухне. - Нет, я прекрасно знаю, где нахожусь! - улыбнулась Ума. – Иди! - Тоже мне командирша нашлась… - Вот именно. Теперь командую я! Шагом марш в комнату, иначе три наряда вне очереди! – серьёзно заявила Леся.        Усмехнувшись, мужчина слабо кивнул и, развернувшись на пятках, отправился в постель, как и велела Командирша. - Ты так со мной всю ночь возиться будешь? – спросил он осипшим голосом, когда девушка вошла в комнату с кружкой молока. - Не дождёшься! – отрицательно мотнула головой Ума, протягивая ему напиток. – В квартиру я тебя доставила в целости и сохранности, моя миссия выполнена. А тебе надо сейчас отлежаться и поспать, утром вызовешь врача. - Врача?! – поморщился Тарасов, вспомнив о своей нелюбви к медработникам. - Именно! Ты же не думаешь, завтра на работу заявиться?! Я Багире всё расскажу! – пригрозила Уманова. - Шантажистка… - То-то же! – рассмеялась Олеся. – Пей давай! - Молоко? – поморщился Борис. – Ненавижу… - Надо! - упрямо отозвалась девушка и как только мужчина повиновался, сказала: – Всё, дальше сам, а я пошла, дверь захлопну. Выздоравливай! - Спасибо, - благодарно кивнул он из последних сил и, поставив кружку на прикроватную тумбочку, устало закрыл глаза.        Выйдя в небольшой коридор, Олеся уже собиралась обуться, как неожиданно замерла. Словно решала, стоит ли остаться, и убедиться, что с Борисом всё в порядке. Чертыхнувшись, Уманова выпрямилась и забрала волосы в небрежный пучок. Как она может уйти в такой момент? - Ладно, за успехи в лечении я не ручаюсь, - прошептала она, войдя в комнату. - Больной, вы готовы меня во всём слушаться?        Ответом ей послужило слабое посапывание. Усмехнувшись, Олеся прикоснулась ладошкой ко лбу Бориса. Горячий. Температура не меньше тридцати восьми. Посильнее укутав мужчину тёплым пледом, девушка отправилась на поиски хоть каких-то лекарств в этом доме. Однако проверив все шкафы, она не нашла ни намёка на препараты. Зато в дальнем углу обнаружила бутылку водки. Когда она была маленькой и часто болела, мама всегда её лечила растираниями и ласковыми словами. Вспомнив эти моменты, девушка едва заметно улыбнулась. Интересно, сможет ли она Тарасова вылечить этим методом?        Налив немного алкоголя в чашку, и найдя небольшое полотенце, Уманова вновь вернулась в спальню. - Да уж, одно дело, когда лечат тебя, а другое – когда ты… Да ещё и командира, - усмехнулась девушка, спуская одеяло. – Эх, ты, Бизон! Я тут о тебе забочусь, а ты меня из группы грозишься выгнать… Ну где справедливость?        Смочив ткань, Ума приложила её ко лбу мужчины. Он чуть дёрнулся, ощутив холодное прикосновение, но всё же не проснулся. Олеся осторожно провела полотенцем по его лицу, спустилась к рукам. Едва коснувшись его запястий, почувствовала, как Борис обхватил её пальчики. Тихо выругавшись, девушка выбралась из его некрепкой хватки. - Вот ведь реакция, - усмехнулась она, продолжив обтирание.        Переместив полотенце на грудную клетку, чуть замерла и посмотрела на лицо Тарасова. Он спал, хотя сон его не был безмятежным. Убедившись в этом, девушка чуть помедлила – стало как-то не по себе. Однако уже в следующую же минуту отогнала от себя все лишние мысли и продолжила своё занятие. Его тяжёлое разгорячённое дыхание не сулило ничего хорошего – как спадёт температура, явно, начнутся проблемы с горлом. Пока Олеся пыталась вспомнить название хоть какого-нибудь лекарства от простуды, она внимательно разглядывала лицо командира. Оно было покрыто капельками пота. Протянув ладонь, чтобы смахнуть их, Леся, едва касаясь, очертила скулу.        Борис – красивый мужчина. Такие всегда её привлекали, с такими она обычно и общалась. Вот только Тарасов был лучше всех. Она не знала, что его отличало, но готова была поклясться, что в нём есть что-то особенное, что притягивает взгляд. С ним было легко и весело, он мог поддержать и помочь, приободрить и пожурить. Да, кап-три постоянно злится на её косяки – ну, а куда ему деваться? В конце-то концов, ему, как командиру, отвечать потом перед руководством. Но даже после всех промашек Умы, он обязательно ей улыбнётся и подмигнёт.        Увлёкшись мыслями, Олеся одёрнула ладонь и вернулась к обтиранию.        «Надо было уйти отсюда сразу же!», - твердил её внутренний голос.        «Ну да! А как он тут бы один? Ему же сложно, сил ни на что нет!», - появился у него оппонент.        «Раньше же как-то лечился!»        «Раньше не было меня», - неожиданно пронеслось в мыслях. - Так, всё, - замотала головой Леся. – Ещё немного и я тут с ума сойду!        Поднявшись с кровати, она укутала Тарасова одеялом и вышла из комнаты. Вылив остатки жидкости, облокотилась о края раковины. Сердце отдавалось глухими ударами, в висках стучало, а дышать отчего-то вмиг стало тяжело. Она не могла понять, что с ней происходит.        Облив лицо холодной водой, девушка легонько похлопала себя по щекам, стараясь унять откуда-то взявшееся волнение. - В аптеку надо сходить, - решила она и спешно вышла из дома.        Невозможно стало там находиться. Пока Олеся не успокоится, ни за что к нему не вернётся. Купив необходимые лекарства, Ума села на лавочку у подъезда и посмотрела на окна квартиры. Света не было, а значит, Тарасов не проснулся. У неё есть время, чтобы занести ему таблетки с сиропом и, не замеченной, отправиться к себе. В своей двушке она примет прохладный душ и быстро вернёт себе спокойствие.        Поднявшись в квартиру, Олеся постаралась сильно не шуметь. Открыла дверь ключом, разулась и на носочках направилась на кухню. Однако увидев, как мужчина в одних штанах стоит у открытой форточки с чашкой какого-то дымящегося напитка в руках, воскликнула: - Ну ты балда!        Незамеченной уйти уже точно не удастся.        Услышав голос коллеги, Борис вздрогнул, и кипяток тут же оказался на его коже. - Ума! – крикнул он, сдерживая не самые приятные слова. - Ты чего встал?! – грозно спросила она, забирая из его рук кружку. - Проснулся, вот и встал! – проворчал он, вытирая мокрую ладонь салфеткой. - Ещё и у открытой форточки! – прикрикнула девушка, стараясь не обращать внимания на обнажённый торс мужчины. – А ну-ка марш в постель! Или три наряда вне очереди тебе гарантированы! - Вот ещё! – усмехнулся Тарасов. - В постель! – повторила Уманова командирским голосом. - Ты же домой собиралась? – так не вовремя вспомнил он.        Судорожно прикидывая варианты, Олеся нарочито медленно закрывала форточку. - Собиралась… Телефон у тебя забыла! – соврала она. – Через пять минут я проверю, и не дай бог увижу, что ты не под одеялом!        Налив в стакан тёплую воду, Олеся достала из пакета купленные лекарства. Лечить кого-то, даже себя, ей не часто приходится. «Само пройдёт!», - всегда говорит девушка, когда чувствует противный скрежет в горле, поэтому в аптеках она – гость крайне редкий. То, что посоветовал провизор, то и купила. - Ненавижу таблетки, - поморщился Тарасов, стоя в дверях. - Ты ещё здесь?! - Уже ушёл, - улыбнулся он и вернулся в постель, как и велела Командирша.        Чего скрывать, ему было приятно, даже очень, от одной только мысли, что девушка о нём заботится. Пусть ёжиться, ругая его за ослушание, переживает ведь! Борис повернулся на бок, прислушиваясь к звукам. Так не привычно, что в квартире находится кто-то кроме него. - Не спишь? – тихо спросила она, просунув голову в дверной проём. - Нет, - осипшим голосом ответил Тарасов. - Тогда держи, - подошла Олеся к нему и протянула кружку. – Сказали, поможет. - В аптеке была? – удивился Борис. - У тебя в шкафах пусто, - хмыкнула она. – Раз уж ты не спишь, то тогда смерь температуру. - Её уже нет, - улыбнулся кап-три и встретился с негодующим взглядом коллеги. - Ну если нет, то я домой! – разозлилась Уманова и развернулась, чтобы уйти. - Хорошо, я смерю температуру, - быстро согласился Борис и сам потянулся к градуснику.        Девушка звонко рассмеялась, повернулась к мужчине лицом и, прищурившись, пристально посмотрела на него. - Ты что, не хочешь, чтобы я уходила?        Тарасов молчал. Кажется, он никак не ожидал подобного вопроса и совершенно не был к нему готов. Затуманенный рассудок не давал возможности быстро придумать ответ. - А если я скажу, что нет, ты останешься?        Вот так вот искренне, честно. Улыбка Леси резко померкла. Своим простым вопросом, он ловко выбил почву из-под её ног. - Должна же я убедиться, что ты здоров... - нашлась она.        И вроде ответила, но оба поняли, что сказанное было простой отговоркой. Ей было страшно признаться даже самой себе в том, что она не против остаться в его квартире, до утра контролировать температуру, а потом, часиков в девять, отправить его в больницу. - Выпей, - напомнила Уманова, указав на кружку.        Дождавшись, когда мужчина осушит бокал, Олеся вышла из спальни, прикрыв за собой дверь. Часы показывали начало первого ночи, хотелось спать, но ещё больше хотелось в душ. Вновь вернувшись в комнату, Ума убедилась, что Борис не спит и спросила: - Можешь одолжить банное полотенце? - Возьми в шкафу на второй полке, - улыбнулся Тарасов.        Он проводил её взглядом и ещё долго смотрел на закрывшуюся дверь, обдумывая происходящее. Какой чёрт его вообще дёрнул «попросить» её остаться? Ехала бы домой, отдохнула полноценно, а завтра с новым силами приехала в КТЦ. Нет же! Заботы, видите ли, ему захотелось! Наверное, во всём виновата температура, которая и расплавила мозг.        Поняв, что Уманова взяла только полотенце, напрочь забыв об одежде, Борис подошёл к шкафу и выудил оттуда свою футболку. Девушка явно в ней утонет, но, по крайней мере, не будет переживать из-за длины. Повесив майку на ручку двери ванной, Тарасов оповестил об этом Олесю. Осипший голос не позволял говорить громко, к тому же ещё и вода лилась, так что оставалось лишь надеяться, что девушка всё же услышала.        Однако не прошло и десяти минут, как перед ним появилась Ума. Её миниатюрная фигура была обёрнута одним полотенцем, по ногам стекали капельки воды, мокрые волосы слегка завились, а глаза горели каким-то странным огоньком. Борис видел её такой впервые, и от этого незнакомого образа, кажется, даже забыл, как дышать. - Дай, пожалуйста, что-нибудь, во что можно переодеться? – робко попросила она, чувствуя себя крайне не уютно.        Тарасов не сразу понял, о чём она говорит, а когда смысл всё же дошёл, ответил: - Я тебе на ручку повесил футболку.        Проклиная себя за эту оплошность, Уманова готова была провалиться сквозь землю – это ж надо было выставить себя такой идиоткой! - Спасибо, - промямлила она и скрылась в коридоре.        Вдали от его пронзительного взгляда стало намного легче. Сейчас Олеся предпочла списать всё на его болезнь, чем разбираться в причинах, по которым голубые глаза Тарасова резко потемнели. Если так и дальше пойдёт, то она отсюда выйдет седым неврастеником – сердце-то, похоже, готовиться к полёту из груди! - Какая ты красивая, - неожиданно опалил ухо горячий шёпот.        Вздрогнув, Ума чудом не выпустила полотенце, которое мгновенно упало бы на пол. Он был слишком близко. Олеся чувствовала мужское дыхание, кажется, даже слышала биение его сердца. - Тебе лежать надо, - сглотнув, ответила она. – Зачем ты встал? - Посмотри на меня, - тихо попросил Борис.        Девушка медлила. Прикрыла глаза, словно пытаясь собраться с мыслями, однако черта с два ей удалось это сделать! Выдохнув, развернулась к нему лицом и поняла, что разделяют их всего каких-то пару сантиметров. Даже в темноте Ума видела, как блестят его глаза.        «Температура», - догадалась Олеся. - У тебя жар, - сказала она. – Пожалуйста, вернись в комнату. - А ты? - А я вызову тебе врача. - Давай без докторов… - взмолился Тарасов. - Тогда слушайся меня, - настойчиво произнесла Ума. – Чего вот ходишь?! - Да я вообще-то за таблеткой, - хмыкнул он. – А ты что подумала?        Олеся посмотрела на него широко распахнутыми глазами. Вот ведь идиотка! Надумала себе уже что-то! Сдержав все эмоции, девушка как можно дружелюбнее улыбнулась. - Сейчас сама тебе принесу, - сказала она.        «Нет, я так точно свихнусь!», - пронеслось в мыслях.        Переодевшись в футболку, которая оказалась длиной едва ли не до колен, Уманова нашла жаропонижающее и вместе с водой принесла его больному. - Если не поможет, то от врача не отвертишься! - Поможет, - без сомнений заявил Борис. - Надеюсь, - ответила Ума, зевнув. - Иди спать, я тебе сейчас расстелю диван, - начал вставать мужчина, но был остановлен девушкой. - С ума сошёл? Я сама справлюсь! Хватит уже скакать по квартире, отлежись нормально, а лучше поспи! - Хорошо, мама Олеся, - улыбнулся Тарасов. - Да иди ты! – махнула она рукой. – Если что, зови! - Добро, - кивнул он, натянув одеяло до подбородка. – Лесь? - Ну что ещё? – спросила Ума, собираясь уже выйти. - Ты правда очень красивая…        Она ничего не ответила. Кивнула и покинула комнату.        Не став разбирать диван, Уманова легла на подушку и почти моментально уснула. Измотанный за день организм отчаянно требовал отдыха. Однако посреди ночи её разбудил какой-то посторонний звук. Не сразу поняла, откуда он доносится, а когда разум включился, резко подскочила и вышла из комнаты.        Откинув одеяло, Тарасов метался по подушке. По его шее скользили капельки пота, дыхание было учащённым, а сам он едва слышно стонал. Приложив руку к его лбу, девушка тут же взялась за телефон. Температура не то что не сбилась, она явно повысилась, и шутить больше с этим было нельзя. Продиктовав адрес, Уманова впервые за долгое время ощутила приступ паники. Ей вдруг стало страшно, девушка чувствовала себя абсолютно беспомощной.        Смочив салфетку, обтёрла его лицо и открытые участки кожи. С медициной у неё никогда не было проблем, в конец-то концов, сколько раз перебинтовывала раненных бандитов и коллег, но сейчас вдруг растерялась перед натиском страшной простуды.        Сев перед мужчиной, взяла его руку в свою и, поддавшись внутреннему порыву, прижалась к ней губами.        Раздавшийся дверной звонок заставил её подпрыгнуть, но уже через секунду она впускала врачей в квартиру. - Ну что тут у вас? – спросила женщина-медик, наклоняясь к больному. - Почему сразу не вызвали скорую? - Думали, что справимся сами, - опустив голову, ответила Ума. - Вот все вы такие самостоятельные, а в итоге температура за сорок! – заворчала она. – Часто болеет? - Да нет, вообще первый раз, наверное, за много лет… - Ну всё понятно, - скептично произнесла она, оглядев Уманову с ног до головы. – Как вас зовут? - Олеся… - Олеся, вы ему кем приходитесь? - Коллега по работе. - А вообще проблемы со здоровьем у молодого человека есть? – интересовалась она, что-то помечая в бланке. – Аллергия на какие-нибудь лекарства? - Да ничего такого! – ответила Ума, начиная выходить из себя – что за вопросы! - Это замечательно… - натягивая манжет, улыбнулась женщина. – А откуда у него столько рубцов на коже? Всё плечо в них! - Боевые ранения, - с ходу сказала Леся, однако быстро прикусила язык. – С армии ещё! - Он там вообще из госпиталя выходил? – усмехнулась врач. – Давление повышенное, почти сто восемьдесят… Значит так, чтобы утром врача участкового вызвали! Скорее всего, грипп! Я сейчас сделаю ему укольчик, температура пойдёт на спад. - А он проснётся? – испуганно спросила Леся - Утром? – удивилась врач. – Куда ж он денется? Организм крепкий, должен перенести грипп без последствий… - Точно? – не поверила Уманова. - Ну, знаете, при температуре в сорок один и четыре люди выглядят ещё хуже, так что не сомневайтесь… марлевую повязку только на себя наденьте, а то сами сляжете! - Хорошо… - вяло улыбнулась девушка. – Спасибо.        Закрыв за врачами дверь, Олеся вернулась в спальню. Она забралась на кровать и осторожно переложила Тарасова к себе на ноги. Ей так было спокойней: видеть его лицо, чувствовать биение сердца и слышать дыхание мужчины. Облокотившись о спинку кровати, стала легонько поглаживать его плечу, словно маленького ребёнка. - Ты только выздоравливай… А я рядом побуду… А завтра уже нормальному врачу тебя покажем, из КТЦ! И не дай Бог будешь сопротивляться! Багире тебя на растерзание отдам… Она-то точно церемониться с тобой не будет… Или Бате… Я ещё подумаю…        Посмотрев на спящего мужчину, Уманова едва заметно улыбнулась каким-то своим мыслям. - Если бы ты только знал, как я испугалась… Хотя нет, хорошо, что ты не знаешь, иначе подкалывать потом будешь. А я ведь не железная, - усмехнулась девушка. – Это бандитов легко перебинтовывать и лечить, потому что ничего нигде не ёкает в этот момент, а тебя – очень сложно. Ты же не чужой… И ребята не чужие… Я же вас всех люблю, вы же мне семьёй стали… И я не переживу, если с кем-то из вас что-то случиться…        Проведя тыльной стороной ладони по щеке мужчины, Олеся тихо сказала: - И ты тоже очень красивый.        Не заметив, как организм провалился в сон, девушка проснулась, когда за окном сработала автомобильная сигнализация. Открыв глаза, она сразу взглянула на окно – светает. Вспомнив события прошедшего дня, она с удивлением поняла, что лежит на подушке, закутанной одеялом. А ведь засыпала сидя! Да ещё и с Борисом на коленях! Прислушавшись к звукам, что царили в квартире, уловила сдавленно ругательство со стороны кухни.        Тарасов стоял у плиты, перекладывая из сковороды в тарелку испечённый блин. - Ты чего встал?! – резко спросила она, отчего мужчина вновь вздрогнул. - Нельзя же так пугать! – нахмурился он. – Выспался, вот и встал. - Опять?! – засопела Уманова. – Сколько раз тебе надо повторить, что у тебя постельный режим?! - Да я себя отлично чувствую! – заупрямился Борис. – Здоровее всех здоровых! - А температура?! - Ничего нет! – улыбнулся Тарасов, ставя перед ней заботливо приготовленный завтрак. - Спасибо, - кивнула Ума, берясь за блинчик. – Всё равно тебе лежать надо! Врач сказала, что у тебя грипп! - Какой врач? – удивился мужчина, не припомнив, когда это его осматривали медики. - Ночью у тебя температура зашкаливала, до сорока одного дошла! Я скорую вызвала...        Ей вдруг стало безумно обидно. Она вон как о нём заботиться, как переживает, а ему вообще всё равно за своё здоровье. - Ну и чего ты панику подняла? – улыбнулся Борис, заметив, как в уголках её карих глаз, заблестели слёзы. – Испугалась, что ли? - Да, - сдавленно призналась Ума. - Вот глупышка, - мягко произнёс Борис, присаживаясь перед ней на колени, и потянулся, чтобы смахнуть солёную капельку.        Уманова смотрела на него, не отрывая взгляд – так не привычно было, что она сидит, поджимает губы, сдерживаясь, чтобы не разрыдаться при нём, а он слегка ухмыляясь, пытается её успокоить. - Олеська, ну ты чего? – спросил он, видя, что Ума вся на нервах.        Усадив девушку к себе на колени, стал перебирать её волосы, иногда прикасаясь губами к тёмной макушке. - Всё хорошо, слышишь? - Но в больницу ты сходишь! – сквозь слёзы, настаивала она. - Тебе от этого будет спокойнее? - Намного, - кивнула она. - Хорошо, - улыбнулся Тарасов. – Ради тебя я схожу сегодня в больницу. - Спасибо… - А теперь завтракать, - подмигнул он, протягивая ей свой «кулинарный шедевр». Готовить для кого-то завтрак было для него в диковинку. - Лесь, а ты со мной всю ночь провозилась? – полюбопытствовал он, делая глоток кофе. - Так получилось… - А как я оказался на твоих коленках? – прищурился Борис. Он видел, как её щёки запылали розовой краской, но ответ на этот вопрос слишком сильно интересовал его. - Мне так было спокойней, - тихо ответила она, опустив взгляд в кружку. - А ты со мной ночью разговаривала? – продолжал он. - Ты что-то слышал? - Только про семью, потом вырубился и до утра проспал, - пожал плечами Тарасов. – А что ты ещё говорила? - Ну уж нет! Ничего не буду тебе пересказывать! - Эх, такие откровения проспал, - с досадой в голосе произнёс мужчина. – А вдруг ты мне в любви призналась, а я не услышал… - Не переживай, я просто гадала, кому отдам тебя на растерзание – Бате или Багире! - За что? – удивился Борис. - За мои поседевшие волосы! – хмыкнула девушка. - Спасибо тебе, Лесь… - искренне сказал Борис. – За помощь… И за то, что не ушла… - Мужчина замолчал, а потом вдруг спросил, - можно просьбу? - Сначала попроси, - хихикнула Леся. - Останься и сегодня у меня?        Уманова замолчала, внимательно разглядывая лицо Тарасова. Если он шутит, то почему же тогда она не заметила и тени улыбки? - Ты ведь выздоровел? - напомнила ему девушка. - Уже здоровый, - согласился он. - Ну тогда нянечка тебе не нужна, - развела руки в стороны Ума. - Нянечка нет, а вот ты, Лесь, ещё как нужна… Согласен даже молоко с мёдом пить! - Ну раз на молоко согласился, то так уж и быть, останусь, - улыбнулась девушка. – Только не забудь сейчас Бате с Багирой позвонить и «порадовать» их! - Порадовать тем, что ты ко мне переезжаешь? – хохотнул Борис. – Может, на свадьбу их сразу позовём? - Мне это мимо ушей пропустить? – с упрёком сказала Леся, не оценив юмора. - Как будешь согласна, дай знать! - С ума сошёл?! - На размышления тебе 10 секунд... - Боря! - воскликнула Уманова. - Осталось 5... - Тарасов!.. Я согласна!