Предложение

Сколько они уже вместе? Год? Два? А может даже еще больше. Когда живешь рядом с любимым скелетом, время течет незаметно. Хотя, Инк все же помнит сколько они уже вместе. — Три, — говорит скелет, глядя на календарь на тумбочке, — мы уже почти три года вместе, поверить не могу, а кажется, будто только вчера он переехал ко мне, — говорил Художник, витая в облаках. Он вспоминал многое — первый поцелуй, первое свидание, первый с…а впрочем, он много чего вспоминал. Его все устраивало, да, иногда они и ссорились, но он по прежнему любил эту Ошибку. Любил в нем все, даже те глюки и надписи Error рядом с ним. Все хорошо, но вот только есть одна загвоздка. Свадьба. Эррор все никак не сделает ему предложение руки и сердца. Да, это всего лишь колечко на пальце, но Инку безумно хочется этого. И он ждет, но нет ничего вечного. Он уже правда не может ждать, ему так хочется этого всего. Праздник, пышное платье, да, Инк любил платья. Но больше всего ему хотелось, надеть кольцо на палец Оши. Ведь тогда он станет полностью его и кольцо будет тому знаком, он просто хочет, что б они стали еще ближе. Хотя, куда еще ближе то. Так, что, Радужка уже не может ждать и он решил, завтра, в их годовщину он предложит Глюку выйти за него замуж.

***

Прекрасное звездное небо, украшенное миллионами звезд. Мягкий свет луны освещал округу. Двое скелетов сидели вместе, державшись за руки и больше им не надо было. Вот только оба заметно нервничали, не пойми чего. Инк сжимал в кармане ту самую коробочку с кольцом. — Инки — Оши, — они сказали это одновременно. — Ты первый, — и опять та же история. — Нет, ты, — хах, и вновь вместе. — Стоп, — они вновь сказали это вдвоем. Эррор лишь прикрыл руками рот, кивая в сторону Инка, мол «Давай, начинай». Инк шумно вдохнул и выдохнул, сильнее сжимая коробочку. — Оши, знаешь, мы уже целых три года вместе, — говорил Радужка, стараясь успокоится, — и я хотел кое-что сказать, — все еще нервничал Инк, не пойми почему. А может Эррор не предлагает, потому что не хочет? Сомнения насчет правильности решения, начали зарождаться в Инке, но он откинул их. Сейчас или никогда. Он достал коробочку из кармана, и протянул ее Оши, открывая. — Ты выйдешь за меня замуж? — сказал Инк, стараясь не радужнеть, но румянец все же был. В ответ сначала была тишина, но потом ее прервал громкий смех Ошибки. — Хахаха, я не могу, хаха, — смеялся Глюк, вытирая слезы от смеха. — Эй, что смешного, я тут тебе такое важное говорю, а ты смеешься, — говорил обиженно Инк, — ты не хочешь за меня замуж? — расстраивал себя Инк, прижимая к себе колени и кладя коробочку обратно в карман. Оши лишь еще немного посмеялся и попытался прекратить. Он нежно приобнял Инка за плечо, притягивая к себе. — Хах, прости Инки, это просто хах, так смешно, — говорил Эррор, все еще иногда посмеиваясь. — Хватит уже смеяться, не вижу ничего смешного, раз ты не хочешь выходить за меня, так и скажи, не надо надо мной смеяться! — на высоких тонах прикрикнул Инк, смотря в глаза Ошибке. На глазах Художника появилось несколько слезинок, которые он поспешно вытер, зарываясь лицом в шарф. — И о чем я только думал, — шептал в шарф Инк. Оши же, заметив, что тот начинает плакать, быстро успокоился. Чего-чего, а заставлять плакать его он не хотел, тем более из-за такой-то глупости. Он обнял Инка, но тот несильно оттолкнул его. — Ну же, Инки, хватит расстраиваться и обижаться, я больше не смеюсь, — говорил Оши и еще раз обнял Инка. Тот сидел так же неподвижно, прижимая к себе колени и упираясь лицом в них. — Прости меня, просто дело в том, что, — немного замявшись говорил Эррор и полез в карман, — Инки, просто подними глаза и сам посмотри на это, — сказал Оши, держа перед ним небольшую открытую коробочку. Там красовалось небольшое золотое колечко с несколькими маленькими камешками, на свету отливающих радужным. — Дело в том, что я тоже хотел сегодня сделать тебе предложение и смеялся я не над тобой, а над этим, — говорил Глюк, приобнимая Инка. Инк же вытер с глаз последние слезы, глядя на кольцо. Хах. Он издал небольшой смешок, осознавая, что сам себе выдумал и сам себя расстроил. Он крепко обнял Ошибку и повалил его на землю. — Я так тебя люблю, — пролепетал довольный Инк, утыкаясь в грудь Ошибки. — И я тебя, моя глупая Радужка, — ответил Эррор, прижимая Инка к себе, — и да, ты так и не ответил, согласен или нет? — Конечно же да, да и еще раз да! — повторял радостный Инки, обнимая Оши еще сильнее. — Ты мне так все кости переломаешь, — прошептал Эррор, которого Инк чуть объятиями не переломал.