Суровые будни охотника за нечистью

POV Aoi Ночь сегодня выдалась не из легких, так что на коне я едва сидел, даже, правильнее сказать, лежал, обхватив кобылу за шею и удобно устроившись на ней с мягкой гривой вместо подушки. Упырь выдался на редкость агрессивный и не склонный к мирным переговорам – кто же добровольно захочет кол себе в грудь? В результате я бегал по кладбищу, как ужаленный, а спину то и дело обжигало смрадное дыхание. Меч вместе с ножнами пришлось выкинуть на полпути, потому как бежать было крайне неудобно, а использовать его вместо дубины жаба душила – весьма дорогое удовольствие, надо сказать. В магии я и так был не силен, а колдовать на бегу вообще гиблое дело, так что моей радости не было предела, когда в поле зрения показалась лопата местного копальщика могил, оставленная у ограды. Шустро перескочив через неё, я схватил спасительное орудие и со всех сил ударил по морде не ожидавшего такой подлости монстра. Пока тот махал волчьеподобной головой, пытаясь избавиться от мельтешащих точек в глазах, я коварно подкрался сзади и всадил кол по самую рукоятку. Нечисть – на то она и нечисть, чтобы устраивать пакости даже будучи в предсмертном состоянии. Окатив меня своим последним ужином с ног до головы, упырь с чувством выполненного долга упал на пожелтевшую траву и через минуту-другую затих. Вытаскивая кол, я умудрился подставить глаз под кровавые брызги, и теперь поминаемому мною упырю грозила смерть от икоты в небесных кущах, или куда там еще отправляются их заблудшие души. Если они вообще у них имеются. Черт, а ведь души умереть не могут. Тогда я чисто из злорадства буду поминать его каждый день всеми бранными словами, коих я знаю предостаточно. Надеюсь, это хоть немного подпортит ему настроение, и вечный отдых превратится в вечную муку. Я хоть и не нечисть, но пакостить и злорадствовать люблю не меньше. Источая вокруг себя миазмы, я, отряхиваясь и вытираясь носовым платком, под слабый свет сотворенного пульсара, исследовал территорию в поисках выкинутого во время бега меча. Кладбищенские кошки, едва учуяв меня, с брезгливым шипением разбегались прочь, сверкая в темноте глазами. Надо же, до чего ты докатился, Широяма, - даже кошки брезгуют подходить, но с таким-то запахом это и неудивительно: спасибо почившему упырю. Работа охотника за нечистью хоть и грязная и геморройная, но щедрый гонорар окупает все страдания с лихвой. Я чуть было в действительности не заснул, вспоминая прошедшую ночь, но кобыла, поддав задом и опустив шею, позволила мне проснуться и позавтракать дорожной пылью, закусив мелкими камушками. Как следует отплевавшись, я погрозил ехидно ржущему животному кулаком. - Ишь ты, хозяина скидывает! Еще раз так сделаешь - снова станешь приманкой для живоглота! Тишина была наградой моим словам. Видимо, животные все-таки умеют понимать человеческую речь, потому что как только я снова оказался в седле, Ночка стала вести себя тише воды, ниже травы: видимо, еще не оправилась после недавних приключений. Однажды крестьяне, жалуясь на пропажу скота, наняли меня, чтобы я выяснил причину и истребил оглоеда. Не мудрствуя лукаво, я привязал свою лошадь на видном месте, устроился в ближайшем стогу сена и заснул. Проснулся от истошно-истерического ржания лошади и рычания, как оказалось, живоглота, который в процессе гонки периодически смыкал свои острые зубы в миллиметре от хвоста Ночки. С интересом понаблюдав за забегом, я, лениво потянувшись, вытащил меч и стал ждать удобного момента, который вскоре представился: не на шутку перепуганная кобыла на бегу облегчилась, и монстр поскользнулся на свежей лепешке. Совершив акт правосудия, я вновь вернулся к приглянувшемуся стогу, предварительно связав концы разорванной веревки возле уздечки и конской привязи. Наутро после заверений, что мясо твари не ядовито, селяне устроили массовое барбекю, от которого я вежливо отказался, однако предложенной выпивкой не побрезговал. Пару дней назад я получил почтового светлячка от брата – тот находится в городе неподалеку и хотел пересечься. Зная это ходячее несчастье, я могу предположить, что придется нелегко, и в ближайшее время о работе можно будет позабыть, так что заказ на упыря был последним в течение следующих двух недель минимум. Денег на еду, выпивку и комнату должно хватить, а остальное подождет. Хотя, неплохо было бы еще заточить меч и прикупить пару магических фолиантов - как выяснилось, моих бытовых навыков не хватает даже для того, чтобы отвлечь нечисть, что уж говорить о том, чтобы, тихонько колдуя и попивая пиво в уголку, валить толпы восставших скелетов. Размышляя о проблемах насущных, я сам не заметил, как добрался до города, где назначалась встреча с Рейтой. Там очень кстати проходила ярмарка, и я умудрился по дешевке заточить меч, приобрести кинжал с серебряным напылением, обновить запасы амулетов и пооблизываться на кожаные куртки новых моделей со вшитыми специальными защитными чарами. Против когтей всякой нечисти это просто незаменимая вещь, но стоила она баснословно дорого, да и чары нужно регулярно обновлять, а у меня к этому способности весьма хилые. Да и то, что ты находишься в опасной близости от смертоносных клыков, прибавляет адреналина и острых ощущений. Я не любитель решать все безопасным путем - чем опаснее и смертельнее, тем лучше. Зато после прошедших событий появляется сладкое ощущение, будто ты в очередной раз выскользнул из цепких лапок матушки с косой. - ШИРОЯМА-А-А!!! - донесся до меня истошный вопль, и я, вздохнув, тут же узнал голос и понял, что значит эта интонация, с готовностью обнажая меч. Ко мне со всех ног мчался Акира, а за ним хвостом следовало четверо здоровенных вышибал. Это белобрысое недоразумение спряталось за мою спину, а амбалы в момент затормозили, узнав стиль одежды охотника. Здраво оценивая возможности, они сделали вид, что просто проходили мимо, а я проводил их подозрительным взглядом. Даже для начинающего охотника завалить трех здоровяков как нечего делать, а для более опытного и десяток не представляет особой опасности. Когти вурдалака пострашнее будут. - Ты спас меня! - выдохнул Акира, переводя дыхание после бега. - Опять, - хмыкнул я, пряча меч и поворачиваясь к братцу лицом. - Теперь-то что? - Ну-у-у... Официантка уж больно симпатичная была, с бо-о-ольшими, - облизываясь, Рей поставил руки на уровне груди, словно обхватывал внушительного размера бочку, - глазами. «И он старше меня на три года?» - мысленно фыркнул я, наблюдая за этим ребячеством. В охотники надо было идти, тогда уж точно не был бы лишен женского внимания. Только я преступал границу какого-либо селения, как ко мне со всех ног неслись навстречу селяне – кто с поручениями, а кто с предложениями ночлега и всеми вытекающими последствиями. Поначалу, не зная житейских хитростей, я преспокойно устраивался в светлице, наивно надеясь выспаться после долгой дороги, но не тут-то было – молодая хозяйка, вдова, обделенная вниманием мужа-пьяницы жена или же просто красивая девушка активно навязывали мне свое общество, и к утру я чувствовал себя еще более выжатым, чем по приезду. Однако через некоторое время я понял: если действительно хочешь передохнуть с долгой дороги, то лучше принять предложение ночлега у бабульки-божьего одуванчика, она-то точно не будет иметь желание согреть постель, а если таковое все-таки появится, то я тактично откажусь – просто-напросто не встанет. Насмотревшись на изувеченных мною монстров, я избавился от малейших признаков некрофилии, хотя оной во мне не было с рождения. Но подстраховка все равно не помешала бы. - И в местных вышибалах оказался её муж или любовник, - подвел итог я. Печально вздохнув, Сузуки попытался улыбнуться и шлепнул мою кобылку по крупу. - Эй, Ночка! Ну хоть ты-то мне обрадуйся! Строптиво фыркнув, лошадь раздраженно махнула черным хвостом и наступила копытом на ногу распустившему руки парню. Я согнулся пополам от хохота, глядя на скачущего брата, сжавшего в руках пострадавшую ступню. - Если девушки отшивают, то нечего к кобылам лезть, - простонал я, утирая с глаз выступившие слезы. - У меня лошадь приличная, да? Только брат непутевый. В шею тут же ткнулась теплая морда, а я, улыбаясь, начал перебирать пальцами шелковистую гриву. Что не говори, а Ночка у меня хорошая: не зря выкупил, когда хозяин вел её на скотобойню. Та после того, как ожеребилась, отказывалась есть и совсем отощала – ни в хозяйстве помочь, ни в город отвезти, а мне её жалко стало. Может, на воле ей лучше было бы, хотел отпустить, да она увязалась за мной. Через месяц-другой поправляться начала, а теперь вон какая – шкура блестит, словно лаком покрыта, шерстинка к шерстинке, грива и хвост длинные да шелковистые, а уж её тихая ходьба не раз помогала на охоте. Пусть она и характерная (вся в хозяина, чего уж там), но долго обижаться не будет и никогда не бросит: помнит оказанную услугу. - Тебе тоже стоит свою лошадь купить, - начал размышлять я. – Все время брать съемных – неэкономно, да и не дело постоянно привыкать к разному характеру. Свое – оно понадежней будет. - Да-да, - отмахнулся Рей. – Как-нибудь. - Уже года три-четыре слышу твое «как-нибудь», - передразнил его я. - Может, пойдем выпьем за встречу? – сменил тему Акира, зная, что я всегда не прочь пропустить стаканчик-другой, если повод есть. – Я угощаю. - С чего это мы такие щедрые? - подозрительно хмыкнул я, запрыгивая в седло и кивая на место позади себя. – Садись. - Сегодня вечером иду на дело, так что надо просадить последние деньги, - пояснил брат, хватая меня за талию. Иногда случается так, что по жизни складываются определенные приметы, и ты волей-неволей начинаешь им следовать. Например, я с первого курса ненавидел этимологию нечисти – это сейчас, набравшись определенного опыта, я могу с первого взгляда определить, что за вид – нечисть или нежить - стоит передо мной, какова его стадия неупокоенности, физическая природа и прочие показатели, потому как из-за ошибки я могу лишиться собственной шкуры. А тогда подобная зубрежка вызывала тошноту, сонливость и желание спалить учебник в геенне огненной. Но когда подходило время экзамена по этому предмету, то мне отчего-то на пути попадались попрошайки, которым невозможно было отказать – сиди они просто у обочины, я бы прошел мимо, а заискивающе заглядывающему в глаза существу с жалостливой жизненной историей я отказать не мог, хотя преотлично знал, что все рассказанное – вымысел. Каково же было мое удивление, когда после подачки я получал хорошую оценку! Стоило мне один раз, собравшись с духом, отказать, и я получил «лебедя». Перед пересдачей мне пришлось исправлять ситуацию, и та прошла без проблем; больше я не рисковал. Так и у Рейты – перед тем, как взяться за заказ, он обязательно потратит деньги, полученные с предыдущего – в таком случае, дело пройдет без сучка и без задоринки, и есть шанс получить неплохие премиальные, то есть получит больше, чем потерял. В отличие от меня, он работал обычным наемником, и риск потерять свою жизнь у него куда меньше, так что его интересовала лишь денежная сторона вопроса. Отыскав гостиницу с прилегающей к ней конюшней, мы оплатили номер на ближайшие пару суток, спустились в таверну на первом этаже и заказали по кружке отличного эля с куриными крылышками во фритюре в качестве закуски. В преддверие отдыха я позволил себе расслабиться и сильно захмелеть, в результате чего почти трезвый Акира отволок меня на себе обратно в комнату, кинув на кровать, как мешок с картошкой. Поворчав по этому поводу, я обнял подушку, прижав к себе колени, и постарался заснуть. Что-то мне подсказывало, что спокойной жизни мне не видать, а для сохранения нервных клеток потребуется хороший, здоровый сон.