Связанные обстоятельствами

      Громко стуча каблуками Регина направлялась в сторону своего кабинета. Все, мимо кого она проходила, здоровались или же вежливо кивали, а когда Миллс отдалялась, начинали перешептываться. Всё как всегда. Жизнь вошла в привычное русло. Стало как-то спокойней, как только неделю назад она прилетела обратно в Нью-Йорк. Она наконец смогла вдохнуть свободно, не о чём не переживая. Отказались и отказались, компания от этого не разрушиться. И вот сейчас она шла и одаривала всех натянутой улыбкой. Всё как всегда. Иногда останавливалась, обмениваясь парой фраз с коллегами.       В конце коридора показался знакомый мужской силуэт и Регина ускорила шаг, свернув за угол, она краем взгляда заметила как мужчина стремительно начал приближаться в её сторону. Забежав в кабинет, она быстро закрыла дверь на ключ и спокойно выдохнула, прислонившись лбом к прохладной поверхности.       Всю неделю они не встречались, всю неделю Регина успешно избегала его, учитывая, что он наоборот искал повод увидеть её, поджидал после работы, преследовал по всему офису. Единственное место, где Робин не мог её достать, был её собственный кабинет. Она запиралась там только от него. Она не желала ни видеться с ним, ни разговаривать. Ей всё ещё было больно. Этот человек просто хотел ей воспользоваться. Никаких чувств Локсли к ней не испытывал. А она повелась. Впервые за долгое время она решилась кому-то довериться и опять ошиблась. Её жизнь вообще это одна большая ошибка.       Зная точно, что ближайшее время он от неё не отвяжется, Регина ещё в Сан-Франциско взяла обещание с Голда, что они работать вместе больше никогда не будут. Она устранила любые возможности видеться с этим мужчиной.       В тот самый день, когда Регина заперлась в своём номере, она не выходила от туда до самого вечера. Она специально поменяла свой билет, чтобы не быть рядом с Робином несколько часов, она бы просто не выдержала. И если бы ей не надо было на рейс, она бы просидела там ещё дольше. Она поняла, что-то, что она испытывала к Робину настоящее. И самый лучший способ забыть все чувства, забыть Локсли, это отвлечься, уйти с головой в работу. Ей нужно просто стать той бесчувственной женщиной, которую все помнят и знают, к которой так привыкли окружающие, к которой привыкла она сама.       На своём столе она обнаружила цветы с запиской, где наверняка извинения и оправдание, что она не правильно всё поняла. Кажется, это уже десятый букет… который, как и все остальные, отправился в мусорную корзину.       Регина села в кожаное кресло, включила компьютер, достала из ящика бумаги и начала усердно работать. Так ей придётся провести весь день.       Спустя полчаса она попросила секретаршу сварить ей кофе и наконец отперла дверь, сказав Марго, чтобы никого к ней не пускала.       Настал вечер, а значит пора ехать домой. Где она снова будет наедине со своими мыслями. Весь день она и не вспоминала о Робине, полностью отдавшись работе. А сейчас мысленно она вновь вернулась к нему. И всё бы ничего, если бы около её машины женщину не ждал Локсли собственной персоной. На миг остановилась, бежать некуда, выхода нет. Мужчина заметил её не сразу, потому что стоял к ней спиной. Когда он обернулся в его руках Регина увидела очередной букет. — Регина, выслушай меня и всё! — будто не услышав его, она прошла мимо, открыла машину, намереваясь сесть в салон и просто уехать, будто его здесь, и не было. И у неё это почти получилось. Робин резко развернул её к себе лицом и обнял одной рукой за талию. — Отпусти меня, — зло прошипела она и попыталась вырваться из объятий, но безуспешно. — Сколько можно от меня бегать? Ты даже не дала мне шанс всё объяснить. — Зачем? Я прекрасно знаю значение слова «шлюха». — Да, не называл я тебя так! — от злости, Робин кинул цветы куда-то в сторону и, освободившейся рукой, прижал ближе к себе разъярённую женщину. — Ох, правда? А тогда это говорил другой человек, просто очень сильно похожий на тебя? Локсли, пусти меня! — ещё одна попытка выбраться из сильных рук с успехом провалилась. — Я не отпущу тебя, пока ты не дашь мне рассказать всё как было… на самом деле. — Хорошо… вперёд… — Да? — Привет. Не отвлекаю? — Вообще-то, отвлекаешь… и очень сильно… Чего ты хочешь? — Узнать… когда ты вернёшься? — Сегодня, а что? Что-то случилось? — Нет… то есть, да… Роб, я соскучилась по тебе. — Во-первых, я просил так меня не называть. А во-вторых, в который раз мне напомнить тебе, что мы не вместе и никогда не будем? — раздражённо проговорил Робин. — Да ладно тебе. Признай, что между нами есть химия… возможно, даже… любовь, — сладко проговорил женский голос. — Что, прости? Не надо выдумывать то, чего нет. Хорошо? Мечты редко становятся реальностью, — ответил он и почему-то вспомнил его и Регину, женщину его мечты, которая теперь принадлежит только ему. — Ты даже не хочешь попробовать? — с надеждой спросила собеседница. — Нет, я уже говорил, мы никогда не будем вместе, — твёрдо ответил он, уже собираясь отключиться, но последующие слова заставили его немного продлить сей пренеприятнейший разговор. — Это из-за нашей горгоны? Ты уже переспал с этой шлюхой и попал под её влияние? — Её зовут Регина, — сквозь зубы прошипел он. — И с «этой шлюхой» мне придётся работать намного чаще… — Регина, громкий хлопок дверью. — И я этому очень рад… — тихо добавил он, кинул телефон в сторону не заботясь о его сохранности. — Регина, подожди! — он выбежал вслед за ней, но не успел. — Какая трогательная история… Может пойдёшь писать романы для женщин, которые верят в такой бред? — Регина, это правда! Я никогда не врал тебе, слышишь? Никогда! — Хоть тысячу раз скажи «никогда», я всё равно тебе не верю, — по щеке пробежала слеза. — Пусти, я хочу домой. — Почему ты не можешь мне поверить? — Потому что я никому не верю. Стоит мне кому-либо довериться и позже оказывается, что я ошиблась. Так и с тобой… Было большой ошибкой влюбиться в тебя, — слова слетели с губ раньше чем она смогла всё обдумать. — Что… ты… правда? — Это уже не важно. Просто отпусти меня и наконец исчезни из моей жизни, чтобы я могла тебя забыть… — он ослабил хватку и позволил ей выбраться из объятий. Но уезжать она не спешила, ждала пока Робин скажет что-нибудь ещё. Помедлив несколько мгновений, Регина развернулась, чтобы наконец-то сесть в машину, уехать и скорее оказаться дома, чтобы, как всегда, она могла поплакать в полном одиночестве. — Ну уж нет, — Робин снова притянул её к себе и накрыл её губы своими. Она не сопротивлялась и не пыталась вырваться, наоборот без замедления ответила. Поцелуй был нежным, он пытался передать через него всё, что чувствует на самом деле, он пытался доказать ей, что она ему не безразлична, как думала сама Регина. Со временем он перерос в страстный, Робин жадно изучал своим языком её рот. Она отстранилась и, тяжело дыша, заглянула в его глаза, в которых, как наверняка и в её, открыто читалось желание. — Ты же живёшь одна, правильно? — Да. А что? — Помнишь, я говорил, что вернусь, чтобы закончить начатое? И то, что твоя квартира находится намного ближе… Поехали… — он потянул её в сторону машины. — Стой, — она резко остановилась. — Если она говорила про любовь, значит ты дал ей повод так думать, правильно? — Регина, Эмма придумала себе то, чего нет и не было, — с мягкой улыбкой ответил Робин. — Поверь мне. Веришь? — Да, — ответила она, закусив нижнюю губу. — Хорошо. А теперь, садись и вези нас к себе, дорогая.