Встреча навек

      Проснувшись, Джон сразу почувствовал привычный и вкусный запах. Открыв глаза, он увидел перед собой красную шерсть и прижался к ней. Ему нравилось вдыхать аромат духов исходивший от Фрэнки, поскольку она использовала прекрасные духи, которые опьянели кролика, а само присутствие лисицы рядом с собой в одной кровати не переставало удивлять Джона. Через некоторое время кролик неожиданно ощутил нечто, которое он не чувствовал уже три года. Нечто, которое содержало в себе некую гармонию, радость, любовь и даже блаженство и которое появлялось при присутствии самого дорогого зверя рядом с собой. Джон чувствовал это и понял об этом ещё со своей первой девушкой. После её ухода это чувство исчезло, но с его второй девушкой оно снова появилось, а когда она его предала, то он и вовсе подумал, что больше ни с кем не познакомится, а само это чувство казалось ему потерянным навсегда. Но сейчас оно снова проявилось. Теперь Джону казалось, что он обрёл то, что давно потерял, — смесь ярких и сильных эмоций и ощущений, которые он заметил сейчас, лёжа за спиной девушки, в которую влюблён. Сейчас эта смесь казалась кролику некой связью между собой и девушкой, которую любит, и это лишний раз доказывало ему самому об искренности его чувств и отношения к своей любви. Он думал, что рядом с ней всё будет хорошо и иного не дано, а благодаря всему этому он получал огромное удовольствие и спокойствие, так как находится рядом с той, кого сильно любит.       С каждой минутой Джону всё сильнее нравилось так лежать с Френки, которая вскоре проснулась. Она хотела перевернуться на спину, но почувствовала нежные поцелуи на своей шее, из-за чего она замычала и обняла лапу, которая лежала на её рёбрах. — Мм, доброе утро, — сказала Френки, продолжая нежиться в объятиях кролика и от его поцелуев. — Доброе утро. Как спалось? — Хорошо. Давай сегодня никуда не пойдём? — Почему? — Не хочу. — Что, даже вылезать отсюда не будешь? — Не знаю. Может быть. — И что ты хочешь? — спросил кролик, а лисица перевернулась и сразу поцеловала Джона, а тот ответил ей, сильнее обняв её. — С тобой полежать. — Хе, ладно. Тогда жди завтрак, — сказал напоследок Джон, оделся и пошёл на кухню, а вернулся с завтраком, который Френки с удовольствием съела. — Спасибо, — поблагодарила лисица, положила тарелку на тумбочку и полностью накрыла себя одеялом. — Ложись. — Попозже. Ещё посуду надо помыть, — сказал кролик и направился в сторону двери, но его за лапу схватила Френки. — Стой. Останься. — А посуда? — Она подождёт. Ложись, — попросила лиса и потянула Джона к себе, и он лёг на кровать, а Френки очень быстро раскрыла одеяло, встала на колени над Джоном, спустилась пониже и легла на него, положив голову ему на грудь. — Ну… я же не подушка, — подметил Джон и посмотрел на лисицу, которая подняла голову, направила на морду кролика и опустила, посмотрев ему в глаза. — Знаю. Но я хочу, — ответила лиса, и они замолчали, смотря друг другу в глаза и больше не желая говорить что-либо. После этого Джон обнял Френки за голову и закрыл глаза, а лисица потянулась вперёд и поцеловала кролика, полностью расслабившись в его объятиях и поцелуе. Френки он казался таким же нежным и лёгким, как раньше, но внезапно она почувствовала, что Джон немного раскрыл свои губы, а потом ощутила его язык на своих губах. Это стало для лисы полной неожиданностью, но она вспомнила, что и язык также используется в поцелуе, поэтому лишь хотела узнать, что будет делать Джон. Он медленно и нежно начал водить языком по её губам, и Френки стало от этого приятно, и она пожелала большего, поэтому углубила поцелуй и сама обняла кролика за голову. Джон же воспринял это объятие, как знак того, что лисица не против его действий, и продолжил целовать Френки, пройдясь кончиком языка по её губам. Это вызвало у лисицы дрожь, но она не отступила, а лишь пыталась прочувствовать весь этот поцелуй. Вскоре Френки решилась на большой для себя шаг, которым она хотела показать кролику свою любовь, поэтому она сама приоткрыла губы, разжала челюсти и совсем немного высунула язык, как сразу почувствовала секундное влажное касание, после чего их языки дотронулись друг до друга. После этого они оба замерли, не двигались и даже перестали дышать, сосредоточившись на маленьком очаге любви и на этот раз страсти между их губ. Лисица снова перестала о чём-либо думать, кроме как о Джон и таком маленьком, но ярком и запоминающемся шаге для себя, от чего сильнее желала, чтобы этот момент не кончался. Для кролика же эти секунды показались особенными, но он быстро понял, что это всё из-за того факта, что он целует лису, а когда вспомнил, что целует Френки, то решил действовать дальше. Он поддерживал поцелуй, но сейчас он решил быть активнее, поэтому сильнее придержал голову лисицы и надавил языком на неё, почувствовав, как Френки начала ему отвечать. Она рискнула и сама прошлась по губам Джона, а потом снова соприкоснулась с его языком, почувствовав его тепло и потерявшись. Теперь Френки вообще не понимала, что происходит, и немного запаниковала, но вдруг кролик убрал язык и прекратил поцелуй. Лисица же даже обрадовалась, что это закончилось, так как не могла разобраться в происходящем, и открыла глаза, сразу посмотрев на Джона, который гладил её по щеке и по всей длине рта. — Прости, — с неудобством сказала Френки, так как осознала, что не смогла показать кролику свою любовь таким образом. — За что? — не понимая, спросил Джон. — За это. Я… у меня… плохо получилось, — ответила лиса и опустила вниз взгляд, но кролик быстро заставил её посмотреть на себя. — Ты раньше так целовалась? — спросил Джон, а Френки попробовала вспомнить, было ли с ней подобное, и вспомнила только несколько таких поцелуев со своим первым парнем, но они ей не нравились ни тогда, ни тем более сейчас. В итоге лисица решила сказать правду, поскольку не хотела врать любимому. — Да… но мне не нравилось. Извини. — Френки, за это не нужно извиняться. Это же… просто… это мелочь, которая не должна много значить. Я же не за это люблю тебя, — высказался Джон, от чего лисице стало немного легче. — Но… от себя скажу, что мне понравилось. — Правда? — Да, — ответил кролик, улыбнулся и поцеловал Френки, после чего с такой же милой и доброй улыбкой посмотрел ей в глаза. — Люблю тебя, любовь ты моя любимая, — со смехом произнёс Джон и заметил, как под одеялом зашевелился хвост лисы, несколько раз ударив вверх по одеялу и чуть приподняв его, а лисица засмеялась от его слов. — И я тебя, — ответила Френки и поудобнее легла на Джоне, начав слушать его сердце, а тот обнял её. В течении нескольких минут они лежали в тишине и грелись в объятиях друг друга. Позже лисица вспомнила, что хотела признаться Джону об Алисе, и решила сделать это сейчас. — Джон? — М? — А… когда ты понял, что любишь меня? — решила начать таким образом разговор Френки, поскольку немного испугалась говорить об Алисе первой. В то же время её сразил интерес к тому, что скажет об этом Джон, который решил рассказать правду о сестре. — Ээ… ну… понимаешь, я… Аа… в общем, я… мне помогла… сестра, — с трудом ответил кролик, а лиса легла на бок рядом с Джоном и попробовала выразить удивление. — Алиса? — спросила лисица, и Джон сел на кровати, посмотрев ей в глаза. — Ну… да. Я… понимаешь… мы поговорили об этом и… выяснилось, что я полюбил тебя, но не заметил этого, — сказал кролик, и лиса слушала его дальше, так как хотела всё узнать от него. — В смысле? — Ну, возможно, это связано с тем, что я привык к тебе. Привык помогать тебе, что-то делать тебе и быть рядом с тобой, и поэтому… я не заметил, что полюбил тебя. — А… у тебя так было раньше? — Нет. Если честно, то я всё ещё не до конца понимаю, как такое случилось. Мы говорили, что… э… возможно, это из-за моего отношения к девушкам. Просто я всегда так делал по отношению к ним. С моими бывшими я вёл себя также, а с тобой… с тобой я делал то же самое, но… то есть… Я по привычке заботился о тебе и, может, из-за этого не заметил, как полюбил тебя, — рассказал Джон, а Френки не могла уложить всё это в голове, так как не понимала, как так может быть. — Но… знаешь… Алиса сильно помогла мне. Она помогла мне разобраться в себе и признать, что я люблю тебя. До этого я не мог поверить, что такое возможно, но она убедила меня. Извини, что понял всё только благодаря сестре. — К… но ведь… тебе не надо извиняться. В этом нет ничего страшного. — Есть. Я любил тебя и не знал об этом, и только Алиса помогла мне, потому что до нашего разговора я не мог понять, что происходит со мной. Я должен был сам всё понять… Но… я просто идиот, — неожиданно сказал Джон и опустил взгляд, а Френки сразу стало неприятно и неудобно от того, что кролик так говорит о себе, поэтому решила сказать про себя и про Алису. — Тогда… в таком случае мы оба… глупые, — иначе сказала лисица и сразу увидела, как Джон широко открыл глаза. — Что? — Просто… Алиса тоже помогла мне. Мы говорили о тебе, обо мне. Тогда я не знала, что делать, потому что окончательно поняла, что люблю тебя. Я не понимала, что делать, потому что… ты кролик. Прости, но я так думала. И… мы думали, что ты чувствовал себя плохо и одиноко и пил… из-за меня, — сказала лисица, а кролик понял, что Френки и Алиса на самом деле разговаривали обо всём этом. Он вспомнил, что сестра просто не может не говорить о подобном с кем-нибудь, поэтому решил не скрывать. Сейчас ему начало казаться, что если они не признаются друг другу насчёт Алисы, то между ними возникнет недопонимание и недосказанность, которое будет только мешать им. — Френки, давай расскажем всё, что происходило на тех выходных с Алисой? — Но… что ты ей сделаешь? — Ничего. Сейчас я хочу, чтобы мы рассказали всё друг другу. Я не хочу, чтобы между нами было недопонимание. Можешь всё рассказать? — спросил кролик, а Френки согласилась с ним, решилась рассказать и выдохнула. — Мы говорили в субботу, когда у тебя были похмелье. Утром вы поругались, и мы поговорили о нас с тобой. После этого разговора я призналась самой себе, что люблю тебя и что не могу забыть тебя. — А… говорили насчёт… ну, моей депрессии на той неделе? — Да. Мы подумали, что это всё из-за твоей бывшей, которая бросила тебя после всего того, что ты сделал для неё, а потом полгода вёл себя совсем иначе. Алиса сказала, что это из-за того, что ты не выдержал её предательства и продолжал любить её. А… со мной… ты тоже не выдержал разлуки. — Но ведь ты просто переехала. — Я знаю. Мы тоже так думали, но потом предположили, что ты воспринял это, как разлуку со мной. То есть… ты всё равно остался один. — Ну, да. Наверное. — А потом… — хотела продолжить Френки, но вспомнила, что они разговаривали о прошлом лисы, поэтому она решила не говорить об этом Джону. — Потом Алиса назвала нас сумасшедшими и что нам нужно к психологу, — со смехом сказала Френки, и кролик засмеялся. — Хе, да уж. А что было дальше? — Мы решили ждать, когда ты признаешься. Алиса хотела сама поговорить с тобой, но я отговорила её. Я хотела сама разобраться во всём с тобой. — Ага. Только она не говорила со мной насчёт это, а сделала намёк. Мы поговорили и… я взорвался. — В смысле? — Я… не понимал, что со мной творится. Не понимал, как я мог полюбить тебя и не заметить этого. И… тогда я очень хотел стать таким же, как все, — сказал Джон, а лисица удивилась его словам. — О чём ты? — Тогда… я ничего не понимал и хотел стать таким же, как все. Быть нормальным. Э… не быть… альбиносом. Чтобы у меня не было таких проблем. Я… стать таким же, как все. До этого у меня никогда такого не было. Я всегда гордился, что я такой. Всегда добивался большего. Добивался того, чего от меня не ждали. Не знаю, что со мной было. Я… видимо, был шокирован всем этим. Ладно, а… что было дальше? Вы говорили о чём-нибудь? — Да. Я разозлилась, когда Алиса сказала, что говорила с тобой. И ты ушёл гулять. Скажи… ты действительно так долго гулял и ещё встретился со своим коллегой? — Нет. Я всё это время сидел в парке и сочинял песню. — Все пять часов? — Да. Сочинил и нашёл музыканта, который и научил меня играть эту музыку на гитаре и петь песню. Потом я во все будние дни рано уходил с работы, приезжал к нему, а потом к тебе. Ну и вот. Через две недели сыграл, — с улыбкой сказал Джон, но через пару секунд она исчезла, и кролик стал серьёзным. — Френки, прости меня за всё это. Я должен был сам всё понять и всё решить, но… мне помогла Алиса. Аах… и я вёл себя, как идиот, — снова ругал себя Джон, а лисица больше не хотела видеть кролика таким, поэтому попробовала его приободрить, положив лапку ему на плечо. — Джон, ты не такой. — А какой тогда? — спросил кролик, а лиса вспомнила про свою догадку о боли, которая не давала Джону жить спокойно. — Ты… просто… очень хороший и добрый зверь, в котором сидит боль. Боль от твоей девушки, которая предала тебя после того, что ты сделал для неё. Ты любил её, а она так тебе отплатила. Я вижу это в тебе. Я… я хочу помочь тебе справиться с этим. — Как? — спросил кролик, и тут Френки вспомнила и подумала, что она с помощью своей любви к Джону сможет помочь ему. У неё в голове сразу начали появляться противоречивые мысли, в которых она думала о том, что-то, что хочет сказать, будет похоже на сказку, но лисица решила сказать. — Любовь. Я… подумала, что я смогу дать тебе то, чего ты был лишён. Любовь. Я подумала, что она поможет тебе справиться с этой болью. Подумала, что ты забудешь это и перестанешь об этом думать и вспоминать, потому что тебе плохо от этого, — рассказала Френки, а кролик очень сильно удивился таким словам, но от них ему стало приятно. — Спасибо. — Что? — Спасибо тебе за это. И сейчас мне действительно хорошо. — То есть… ты веришь мне? — Да. Это… Ээ… логично. Вы же с Алисой говорили насчёт того, что подобное происходит из-за… ну, моих девушек? — Да. — Ну, тогда я точно сумасшедший и мне нужно к психологу. — А может… ты просто другой? То есть… Твоё отношение к девушкам и поведение, то, что ты альбинос, то, чего ты добился в жизни… то, что любишь меня. Может, именно поэтому ты такой… особенный. Не похож на всех, что и делает тебя таким. И… благодаря этому ты в чём-то лучше других, — договорила Френки, а кролик задумался над её словами. Он предположил, что всё, о чём рассказала лисица, сделало его таким сейчас, и у него возникла мысль, что всё это было нужно, чтобы он добился всего этого. После этого он обрадовался такому, поскольку ему это нравилось, и положительно воспринял это, но потом он задумался о своей бывшей. Кролик подумал, что даже встреча и жизнь с ней и её предательство привели к тому, что из-за расставания со своей девушкой он впадает в депрессию и только рядом с той, кого любит, может быть нормальным. Немного подумав об этом, Джон не знал, что делать — ненавидеть всё, что связано с его бывшей, и её саму, или благодарить, потому что с одной стороны из-за этой девушки он теперь должен кого-то любить и быть с кем-то, чтобы жить нормально и не быть в этой депрессии, а с другой благодаря этому и депрессии он теперь живёт вместе с Френки. Джон не мог определиться, но позже понял, что из-за своей бывшей и того, что произошло с ним из-за неё, он впадает в эту депрессию, благодаря которой он не встречался с Френки на той неделе, а она приехала к нему, и потом они оба поговорили с Алисой, которая помогла разобраться им в себе и в друг друге. Джон подумал, что если бы от ухода его бывшей не было таких последствий для него, то он, возможно, не встретился бы с лисицей. При этой мысли кролик сразу задрожал, поскольку ему стало неприятно от такой мысли, но он успокоил себя. В итоге Джон решил не быть благодарным своей бывшей, а просто признать, что из-за неё он встретился с Френки, и сейчас они являются такой необычный парой, после чего он решил рассказать об этом лисе. — Знаешь… я тут подумал. Ээ… спасибо. Мне приятно от твоих слов, но потом подумал, что я мог не встретиться с тобой, — сказал кролик, и лисица сразу задрожала, испугавшись таких слов. — Я подумал… о своей бывшей. Подумал, что… что из-за неё я встретился с тобой. Потому что… Ээ… если бы её уход повлиял на меня иначе, то я мог бы не встретиться с тобой. И… если бы у меня не было этой депрессии, то ты бы не приехала ко мне в ту пятницу, мы бы не поговорили с Алисой, и мы с тобой не были тем, кем являемся сейчас. Я не благодарен ей. Я всё ещё ненавижу её за то, что она сделала, но ведь… если бы было иначе, то мы могли бы вообще не встретиться. И это… наверное, хуже всего остального. В общем… я рад, потому что из-за этого я встретился с тобой, — уже более бодро и уверенно сказал Джон и приблизился к мордочке лисы. — Тем более… так ведь и бывает. Без минусов не бывает хорошего. И из-за этих минусов мы теперь вместе. То есть… отчасти из-за них. В основном это благодаря нам, — с улыбкой сказал кролик, и Френки тоже улыбнулась, поскольку ей стало хорошо от всего этого. — Ну, и благодаря Алисе. Может, даже по большей части благодаря ей, — дополнил Джон, а Френки засмеялась. — Хе, может быть. — Френки, я хотел сказать, что я в любом случае счастлив, что вместе с тобой. Я очень люблю тебя и всегда буду с тобой, не смотря ни на что. Перед нами будут трудности, но мы преодолеем их. И… я всегда буду предан тебе, потому что ты в корень изменила мою жизнь, — гордо и с улыбкой произнёс Джон, а Френки чувствовала себя счастливой и ей даже показалось, что кролик ещё раз признался ей в любви, и от этой мысли она почувствовала тепло в душе, а в голове поддержку и защиту, и от волны ярких эмоций она прослизилась и сразу протёрла глаза. — Ты плачешь? — Да. Я… тоже люблю тебя. И я тоже счастлива, что мы вместе, — сказала Френки и через секунду поняла, что сама сказала так, будто призналась Джону в любви. — Ну, в таком случае ты тоже другая, — неожиданно добавил кролик, а лиса приготовилась ждать что-то хорошее, так как уже точно знала, что Джон скажет что-то положительное. — Ты милая, добрая и очень красивая девушка. Которая полюбила странного кролика, — с усмешкой сказал Джон, а Френки тоже издала смешок. — Нет. Ты просто другой. И это хорошо, — добавила лисица и в тот же момент вспомнила о надеждах на то, что секс с Джоном будет другим, потому что сам кролик другой. Френки даже стало стыдно, что она подумала о таком, однако она не смогла перестать об этом думать. Эти мысли словно застряли в её голове, и она никак не могла избавиться от них, но потом её отвлёк Джон, сильно обняв лису. Она обняла его в ответ и подумала, дойдёт ли вообще у них до секса. Френки понимала, что без него никак, но она пока не заметила каких-либо намёков или действий со стороны кролика, которые должны были дать понять ей, чего Джон ждёт от неё. Но в то же время за эти почти три дня Джон напрямую не показывал, что хочет этого, и поэтому у Френки сложилось ощущение, что он сам ждёт каких-то знаков от лисы, чтобы знать, идти ему дальше или нет. От такой мысли Френки лишний раз поняла, что кролик совсем другой парень, который, как сейчас подумала лиса, ждёт, прежде чем действовать и тем более насчёт секса. Однако она также предположила, что Джон ждёт, когда она сама сделает первый шаг, и здесь Френки немного испугалась, так как никогда этого не делала, и подумала, что если это так, то она, начав первой, сделает что-то не так, и кролик будут как-то иначе о ней думать. Все мысли перемешивались в её голове, в результате чего лисица не могла думать о чём-то другом, хотя она пыталась это сделать. В течении всего лишь нескольких секунд Френки потерялась, не смогла понять, что происходит вокруг, а перед глазами внезапно явилась картина, где она и Джон целовались и снимали с себя одежду, и кролик внезапно начал жутко и злобно смеяться над ней, когда она целовала его в шею, но вдруг она ощутила тёплый и манящий к себе поцелуй. Все мысли исчезли из головы Френки, и она закрыла глаза, начав думать только о поцелуе и наслаждаться им. В течении целой минуты они целовали и обнимали друг друга, а потом они легли на бок и отстранились. Лисица всё ещё держала глаза закрытыми, так как всё ещё не могла отойти от ощущений от поцелуя, но потом открыла их и увидела улыбающегося кролика, который погладил её по щеке, что успокоило её. — Люблю тебя. — И я тебя, — ответила Френки и прижалась к кролику, неожиданно вспомнив об их вчерашнем разговоре утром и решила сказать Джону о том, что они вместе уснули, когда тот был пьян. — Э… Джон? — М? — А помнишь утро в субботу, когда у тебя было похмелье? — Да. — Так вот. Мы… и тогда уснули вместе. После нашего разговора вечером в пятницу мы поговорили и уснули. — сказала Френки, а Джон сначала удивился этому, но потом смирился с этим, поскольку для них обоих это не впервой. — Понятно. Ну, что же. Значит, четыре раза. Ну, ладно. Это был третий раз. Нам было уже не впервой. Тем более… теперь ведь станет для нас уже обыденностью. Правда? — спросил кролик и улыбнулся, а лисица усмехнулась и обняла любимого. Она немного приободрилось, но потом она захотела поскорее успокоиться и всё-таки понять, что происходило с ней только что. Она почти не могла всё уложить в голове и даже понять, о чём она думала. Всё было в перемешку, и Френки даже не могла понять, как она не заметила, что кролик закрыл глаза и поцеловал её. В итоге лиса сильнее прижалась к Джону, чтобы перестать о чём либо думать или даже уснуть.       Через несколько часов кролик приготовил обед и разбудил Френки, и они вместе ушли обедать. Лисица сразу позвала Джона обратно в кровать, поскольку всё ещё не хотела никуда ходить, а быть вместе с кроликом, и ещё хотела попытаться понять, что происходило с ней утром. Она так и не смогла разобраться в этом и подумала, что тогда у неё творилась каша в голове, после чего она решила больше не вспоминать об этом. Однако она вспомнила разговор с Джоном и обрадовалась, что они разобрались насчёт Алисы и самих себя и поняли, что без крольчихи они не были бы теми, кем являются сейчас. А вечером Френки стало интересно, почему кролик подошёл к ней в декабре на катке. После той встречи он сказал, что просто хотел помочь ей, но лисице казалось, что он сделал это не только поэтому, а для чего-то ещё. И тогда, когда кролик лежал у неё на коленях в кровати, Френки посмотрела на него и решила спросить его о том вечере. — Джон? — Да? — Почему ты подошёл ко мне в декабре? Тогда на катке? — спросила лиса, и Джон замер на месте, поскольку вспомнил, что не мог узнать точно, почему он подошёл к ней в тот день. Он меньше минуты молчал и в итоге решил сказать правду. — Знаешь, я… не знаю. — Что? — удивившись, спросила Френки, а кролик перевернулся на спину и посмотрел снизу-вверх на лису. — Я думал над этим, но я действительно не помню, почему я подошёл к тебе. Я точно помню, что хотел помочь тебе, и потом сказал тебе об этом, но ничего другого я не помню. Правда… больше ничего, — рассказал кролик, а Френки опустила взгляд и уши, потому что расстроилась тем, что не узнает деталей его поступка, но потом её за нижнюю челюсть взял Джон и приподнял. — Но это уже неважно. Для меня это неважно, потому что это уже в прошлом. А сейчас я с тобой, — сказал кролик и улыбнулся, а потом вспомнил, когда они прощались в тот вечер, и ему стало интересно, почему Френки дала ему свой номер. — А ты помнишь, почему дала мне свой номер тогда? — спросил кролик, а лисица широко открыла глаза, с трудом начав вспоминать тот момент. Спустя целую минуту она никак не смогла вспомнить, почему она так поступила, и решила признаться, поскольку не хотела врать. — Нет. Не помню. — Серьёзно? — спросил кролик и в ответ получил кивок. — Хм… что же с нами произошло тогда? Может, мы оба понравились друг другу? — Не знаю. — А, может, мы посчитали друг друга красивыми? — продолжил размышлять вслух Джон, а лисице стало немного смешно. — Не знаю. Не помню. — Тогда, может быть, нам понравилось слушать друг друга, и потом мы решили продолжать встречаться? — уже придумывая маловероятные версии, продолжил говорить Джон. — Нет. Мне так не кажется. — А если мы всё-таки понравились друг другу? — Ну, Джон, — уже с улыбкой сказала Френки, так как ей уже было смешно от этого. — А, может… это была любовь с первой встречи? — Не знаю. Может быть… нет. А почему с первой встречи? — Ну или с первого взгляда. Как думаешь? — спросил кролик, а лисице всё ещё было смешно, но потом она поняла, что уже неважно, что было раньше. — Неважно. Главное, что теперь я здесь с тобой, — сказала лисица и улыбнулась кролику, а тот ответил ей, но через несколько секунд Френки положила лапку ему на затылок и дотронулась до основания его ушей, начав медленно водить по нему. — Нет, не надо, — внезапно сказал Джон, и лиса поняла, что он догадался, чего она хочет, поэтому она, не медля ни секунды, начала чесать его за ушами, и кролик сразу выгнулся и вскрикнул. — Аа… нет. Стой… пожалуйста… Ф… Френки… Ааа… — почти кричал Джон, так как не мог никуда деться от этих острых ощущений, которые будто током ударяли его по всему телу и в мозг, заставляя так дёргаться и кричать. Френки же стало очень смешно от такого зрелища, но потом она остановилась и посмотрела на Джона, который с закрытыми глазами тяжело и глубоко дышал. — Что это? Почему ты так делаешь? — Ах… чувствительная точка. Больше нервных окончаний. — А что ты чувствуешь во время этого? — Меня… будто бьёт током. Одновременно и приятно, и… не больно, а просто… Ээ… горячо. Как щекотка, но в несколько раз больше и сильнее. — Понятно. — А у тебя такого нет? — Нет. — Откуда ты знаешь? — Просто знаю. У меня такого нет. — ответила Френки, а в кролике появился азарт. — А если я найду? — Ищи, но такого нет. — Посмотрим, — сказал кролик, и они оба замолчали. После этого Френки начала гладить Джона по голове, а тот закрыл глаза и расслабился в лапках лисицы и на её коленях, улыбнувшись. Френки же понравилось смотреть на такого счастливого кролика и тоже закрыла глаза, откинув назад голову, продолжая гладить Джона. Скоро тот уснул на её лапах, и Френки осторожно убрала их из-под головы кролика, выключила телевизор и легла поперёк кровати, подложив под голову Джона и под себя подушки и укрывшись с ним под одеялом, а когда она обняла его, то быстро уснула, думая о том, что теперь у них обоих точно всё будет хорошо.