Встреча навек

      Будние дни прошли спокойно. За это время Френки успела полностью привыкнуть, что теперь она не одна и что живёт с тем, кого любит и кто является кроликом, но вскоре она об даже и не думала, поскольку не обращала на это внимание и просто наслаждалась жизнью с любимым. Френки даже иногда думала, что она и Джон действительно особенные, потому что они такие разные, но так сильно любят друг друга, что для них совсем неважно то, кто они. Каждый день утром и вечером они лежали вместе в кровати, и лисице ни на секунду не надоедало это, поскольку она хотела полностью понять, какого просто лежать вместе со своим любимым. Каждый день она вспоминала их первую совместную ночь, благодаря которой Френки больше не боялась секса. Однако она так и не смогла забыть тот страшный вечер три года назад, но понимала, что такое невозможно забыть, поэтому, думая о ночи с Джоном, она пыталась не вспоминать своего бывшего, чтобы осознать, что она больше никогда не почувствует той огромной боли и не переживёт такого ужаса, поскольку теперь она живёт вместе с мужчиной, который не допустит подобного и сам не сделает ей что-либо плохого. Лисица полностью избавилась от страха пережить всё это во второй раз, потому что полностью доверяла кролику и, думая об этом, сильнее прижималась к нему, когда они лежали под одеялом. Также за эти дни ей начало очень сильно нравиться лежать с ним после и перед сном, когда он был почти без одежды, поскольку в это время на Джоне есть только нижнее бельё, а она обнимает его, часто прижимаясь мордочкой к его тёплой груди или спине. Ей нравилось, как он пахнет, а от тепла его тела, которого было больше, когда на нём почти нет одежды, ей самой становилось очень тепло и приятно и в душе, и в теле. В это время она понимала, какого лежать вместе со своей половиной почти без одежды, поэтому в среду и четверг даже сама раздевалась, оставляя на себе лишь трусики, и наслаждалась, обнимая кролика всем телом, от чего у неё возникало чувство некого единения с любимым. Единения, в котором они лежат и обнимают друг друга, а между их телами нет никаких преград, и от подобных мыслей Френки становилось тепло ещё и в душе, поэтому даже часто сильно сжимала Джона, желая почувствовать его всем телом.       Когда же она проснулась утром в пятницу, то первым делом прижалась к спине кролика, обняв его за грудь и живот и положив на него нижнюю лапку, в результате чего она наслаждалась этим несколько минут, пока Джон не повернулся к ней и не поцеловал. Потом они оба позавтракали и отправились на работу, и именно там Френки заметила то, что за эти дни между ними больше не было секса и что сам Джон не делал особых намёков на него. Она думала, что он должен желать этого и намекать ей об этом, поскольку не занимался этим очень много времени, но за эти дни она не заметила ни одного намёка или чего-то похожего, что привело бы к их сексу. Такое поведение озадачило лису, и она хотела узнать что-нибудь, но не знала, как спросить Джона об этом. В итоге она решила спросить кролика, когда он вернётся домой с работы.       Вскоре Джон вернулся домой и, почуяв вкусный запах, сразу пошёл на кухню, где увидел, как лисица готовила ужин. — Мм, как вкусно пахнет, — сказал кролик, подошёл к лисе, обнял её со спины и поцеловал в щёку. — Привет. — Привет, милый. Я почти всё приготовила, — ответила Френки, продолжая резать овощи. — Хорошо. Тебе помочь? — Нет. — Ну, ладно, — сказал Джон и пошёл переодеваться, а через несколько минут он сел за стол и начал ужинать. Потом, когда они поужинали, Френки вспомнила, что хотела спросить кролика о происходящем, и всё-таки решила узнать об этом. — Джон. — М? — Ты… хочешь… чтобы… у нас был секс? — отрывками говорила Френки, поскольку не знала, как нужно спросить Джона об этом, и тот очень сильно удивился такому вопросу. — Э… ну… да. А что? — Но… ты хотел этого на этой неделе? — Да. — Точно? — Д… Конечно. Френки, что происходит? — Ничего, просто… почему ты… А… не намекал мне на это? — объяснила лисица, а Джон меньше минуты думал над этими словами, после чего понял, о чём идёт речь. Он вспомнил о том, что хотел подождать, когда Френки сама захочет этого, поскольку не хотел начинать самому, а дать ей шанс начать первой, потому что знал, что для неё всё это впервые, и думал, что в любом другом случае она могла быть не готова, а он не собирался вынуждать её заниматься этим, если у неё нет желания. А сейчас он подумал, что она, возможно, ждала его знака, который бы показал, чего он хочет, поэтому лишь ожидала, и понял, что они оба сделали неправильно, ожидая друг от друга первых шагов. — Извини. Я не хотел торопиться. Для тебя же всё это впервые, поэтому я ждал, когда ты сама начнёшь первой. Я думал, что буду заставлять тебя, если у тебя не будет желания. Это же… здесь же всё должно быть обоюдно. А иначе я не хотел. Я не хотел вынуждать тебя. Прости, — сказал Джон и сразу увидел, как Френки опустила ушки и голову, после чего подумал, что она расстроилась или даже винит себя в случившемся, поэтому решил приободрить её, взяв её за лапки. — Милая, давай с этого момента больше не будем ждать подобного друг от друга и думать так? То есть… если захочешь, то только скажи мне. Или… намекни мне. Только тогда, когда ты сама этого хочешь. Этим ведь… сложно заниматься, если нет желания. Только дай мне знать, что хочешь, и я всё сделаю. Обещаю. — Но… это неправильно. Ведь… у тебя самого может не быть желания, когда я захочу. — Неважно. Главное, чтобы хотела ты. Хорошо? — Ах… Хорошо, — ответила лисица, но всё ещё сидела с грустной мордочкой. — Эй, любимая. Всё ведь нормально. — Да, но… не знаю. Я чувствую себя виноватой, — неожиданно сказала Френки, и Джон обошёл стол и встал перед лисой, взяв её за голову. — Нет. Ты не виновата. Это я молчал. Я должен был поговорить с тобой об этом, но не захотел. Не вини себя. Это я виноват. Ну, всё. Не грусти. Я не выношу, когда ты грустишь. М, милая? Ну, почеши меня за ухом, если хочешь, — сказал Джон, а лисица усмехнулась. — Э… Хе-хе… нет, спасибо. Всё хорошо. Спасибо. Я не грущу, — ответила Френки и улыбнулась, а кролик ответил ей тем же. — Я пойду… полежу. — Ладно, иди. Я сейчас тоже приду, — сказал Джон и поцеловал лисицу в лоб, а та пошла в гостиную и легла под одеяло. Однако после этого разговора ей всё ещё было неприятно от того, что с ними так получилось на этой неделе, но потом она поняла, что они оба были неправы. Позже Френки подумала, что сегодня она может это исправить, дав Джону понять, чего она хочет, но сейчас у неё не было желания для этого. Тут же лисица вспомнила, что ей нравится, когда они лежат почти без одежды, поэтому решила попробовать вызвать у себя желание этим лежанием и подумала, что оно отвлечёт её от негативных ощущений из-за их разговора. Также она захотела сказать Джону, что ей нравится это, чтобы потом не вышло так, что они снова что-то не рассказали друг другу о себе, поэтому решила рискнуть. Она несколько минут лежала в полутемноте и слушала звук воды из кухни, предположив, что кролик моет посуду, после чего разделась, оставив на себе лишь трусики, и вернулась в постель, ожидая Джона, а когда звук воды исчез, то она повернулась к двери. Через минуту в комнату вошёл кролик, подошёл к кровати и уже хотел лечь, но его остановила Френки. — Подожди. Давай… полежим без верхней одежды? М? — А что так? — Просто… мне нравится, когда мы так лежим. И… я не хочу это скрывать от тебя, — ответила лиса, улыбнулась и увидела улыбку Джона, а через несколько секунд уже его оголёный торс, от чего её хвост дёрнулся, а когда тот снял штаны и залез под одеяло, то Френки подползла к кролику, поцеловала его и положила лапку ему на грудь и голову на плечо, снова почувствовав огромное тепло и единение с любимым. Джону также было приятно так лежать с лисицей и чувствовать её гладкую шерсть, её саму и тепло, а потом он начал гладить Френки по ушкам, голове, плечам и спине и массировать всё это, что превратилось в небольшой массаж. Он думал, что так сможет расслабить лисицу, поэтому продолжал так делать и наслаждаться её теплом. Френки всё это действительно расслабляло, а негативные эмоции от недавнего разговора исчезли, чему она очень сильно обрадовалась и продолжила нежиться в тёплых объятиях Джона, слушать его дыхание и чувствовать его нежную лапу и пальцы. Она даже перестала слышать работающий телевизор и сосредоточилась на своих ощущениях, которые вскоре действительно переросли в желание. Осознание этого подняло настроение лисицы, поэтому она попыталась не потерять это желание, поскольку оно всё-таки пришло, на что Френки и надеялась. Сейчас она очень хотела, чтобы это желание не пропадало, после чего поняла, что начинает возбуждаться. Факт того, что они вдвоём лежат почти без одежды, завис в голове лисицы, от которого ей становилось ещё и приятно, поэтому она осмелилась сделать Джону намёк. Она сама начала гладить его по груди, положила левую нижнюю лапку ему на лапы и сильнее прижалась к нему. После этого она подняла голову и посмотрела кролику в глаза, переводя взгляд то на них, то на его губы, и через секунду они поцеловались. Френки поняла, что Джон всё понял, и решила сегодня проявить инициативу, поскольку она хотела попробовать это сделать, чтобы у неё был опыт в этом, но больше всего она хотела сделать любимому хорошо, а пока она лишь наслаждалась этими яркими и запоминающимися мгновениями.       Вскоре лиса решила пойти дальше и сделала рывок влево, склонившись над Джоном и не прервав поцелуй, искренне радуясь, что они снова занимаются любовью. Потом она опустилась вниз и почти легла на кролика, почувствовав его лапы на своей спине, его возбуждение под животом, которое с каждой секундой лишь росло, и такое знакомое наслаждение от его губ и жара по всему телу. Потом она решила рискнуть, опустила лапку вниз и дотронулась до пениса Джона, который она погладила сквозь ткань боксёров, от чего почувствовала, как тот приоткрыл губы и ахнул. Это понравилось лисице, поэтому она продолжила, после чего начала медленно спускаться вниз. Через пару секунд они разомкнули губы, и Френки несколько раз поцеловала Джона в шею и спустилась ещё ниже, начав гладить и массировать его грудь и бока, слушая его громкие выдохи, дающие лисице понять, что кролику хорошо. Потом она спустилась к его животу, но не задержалась на нём, а потом ещё ниже, и в эту же секунду она застыла на месте. Неожиданно она вспомнила ту страшную ночь со своим парнем, когда он и его друзья заставляли её орально удовлетворять их. Она вспомнила, как ей было ужасно, омерзительно и больно в те минуты, когда она не знала, что с ней будет дальше, и когда её заставляли удовлетворять их таким образом. А сейчас ей снова стало мерзко, когда поняла, что ей придётся сделать это для Джона, и от этой мысли ей даже стало плохо. Однако внутри неё всё ещё было желание сделать кролику приятно несмотря ни на что, но даже спустя минуту лисица не смогла справиться с собой. Омерзение и мысли о невозможности пережить подобное ещё раз одолели её, а голова разрывалась от кошмарных воспоминаний, в результате чего Френки не смогла всё это вытерпеть, заплакала и резко отстранилась, сев на кровати, прижав к себе колени и закрыв глаза лапками. В этот же момент Джон посмотрел на лису и ужаснулся, когда увидел, что она делает, поэтому подполз к ней. — Френки! Френки, что случилось?! Френки? Френки! — звал любимую кролик, и та вскоре задрожала и посмотрела на Джона. — П… прости… я… я не могу… — Что не можешь? Что случилось?! — продолжал спрашивать кролик, но потом решил дать ей успокоиться, поэтому принёс ей воды и подождал, пока она не попила и не успокоилась. — Милая, что случилось? Снова голос? — Нет. Я… не могу… — Френки, пожалуйста, успокойся и расскажи, — попросил Джон, а лисица около минуты собиралась с мыслями, чтобы всё объяснить. — Джон, я… я не могу… о… орально… удовлетворить тебя, — с трудом высказалась лиса, а кролик сильно удивился. — Но… я же не просил тебя. — Я знаю… я… думала об этом. Но потом вспомнила тот вечер с моим бывшим. Мне… тогда мне было плохо. Мне было мерзко… когда меня заставляли это делать. Я думала, что мне придётся это сделать сейчас. Я… Я правда хотела сделать тебе приятно, но… я не могу, — объяснила Френки и заплакала, а Джон обнял её за голову и плечи и прижал к своей груди, пытаясь успокоить её. Через несколько минут она перестала плакать и сильнее прижалась к груди кролика, желая перестать думать о прошлом и о случившемся, после чего подняла голову и встретилась с заботливым и нежным взглядом Джона. — Прости. — Всё в порядке. Если не хочешь, то не делай. Хорошо? — Хорошо, — ответила Френки, а кролик обрадовался этому, но потом начал гадать, действительно ли Френки хотела, чтобы они занялись любовью. Думая над этим, он предположил, что лисица лишь хотела сделать приятно ему, а у неё самой не было желания этим заниматься, в результате чего он решил спросить её в этом, поскольку хотел разобраться в происходящем. — Милая… а… ты действительно хотела, чтобы у нас был секс? — Да. Вот… я и сделала тебе на намёк. — То есть… у тебя было желание? — Конечно. А что? — Даа… Ничего. Спросил. И… Хе, знаешь. А мне тоже нравится так лежать с тобой, — сказал кролик, решив сменить тему разговора и приободрить любимую. — Правда? — Да. С тобой так приятно лежать. Так тепло, так мягко. И у тебя такие милые ушки, — подметил Джон, и Френки захихикала. — Хе, спасибо. А ты очень тёплый. И тоже очень мягкий. — Ага. Значит, поэтому ты часто лежишь на мне? — Хи-хи, да. — Ясно. А можно на твоём хвосту полежать? Ну, очень хочу. — Посмотрим. Если я разрешу, — ответила лиса, от чего Джон усмехнулся и удивился. — То есть на мне лежать можно, а я у тебя должен спрашивать разрешение? — Конечно. Это же мой хвост. Это моя собственность, — с улыбкой заявила Френки. — Ладно. А если я не спрошу тебя? — спросил кролик, и на него посмотрела Френки, широко улыбаясь. — Тогда укушу. — Хе, ну, ладно. Буду спрашивать. Или нет, — с улыбкой сказал Джон, и внезапно лисица подалась вперёд и упала с кроликом на бок, поцеловав его в губы. В эту минуту лиса забыла, что происходило с ней и о чём она думала совсем недавно, поскольку такой тёплый разговор с Джоном приободрил её. — Я люблю тебя. — Я тебя тоже, дорогая. Ну что? Спим? — Да. Спасибо, — ответила Френки и снова поцеловала кролика, а тот, не прерывая поцелуй, дотянулся до пульта, выключил телевизор, взял сзади одеяло и укрыл им себя и лисицу, которая позже снова прижалась к груди любимого и быстро уснула, а тот ещё несколько минут лежал и обнимал Френки. Всё это время он думал о том, что узнал от лисицы то, что ей нравится и чего она совсем не хочет, поэтому сам дал себе обещание, что никогда и ни за что будет заставлять Френки что-либо делать против её воли, а вскоре уснул, крепко обнимая любимую.