ad infinitum

не спится — сверхновая

Шепард огненно-рыжий. Джек смотрит на него и ей чудится, что она смотрит на солнце. Ходит под лучами испепеляющего светила над планетой Хестром. Джек смотрит на него — до рези в глазах стихийного, буйного, яркого. Блядский Шепард. Все наперекосяк пошло из-за него, кувырком и в тартраты. Она старательно пытается увернуться от него, от его (согревающего) света, от его внимания. Она знает, чем это все может закончиться. Ей это не нужно. Одной быть проще и лучше. Для всех. Но у Шепарда на все свое мнение. Упрямец. Он приходит к ней подобно приливу — осторожно и мягко, но неотвратимо, с каждым разом все больше и больше подтачивая её каменную стену, которой она отгородилась от мира. У Шепард непослушная шевелюра и бутылочная зелень во взгляде. Джек пропускает сквозь пальцы живое пламя его волос и тонет в бездне его глаз. Он таки добился чего желал. Не отступился, не переключил внимание на черлидершу или любую другую красотку готовую дать — только намекни, только помани. Он приходил к ней, говорил с ней, не давил. Просто и бесхитростно сказал, что да, она ему нравится, когда она с шипением спросила в чем черт возьми дело. Люблю женщин с безуминкой. Шепард теплый. Джек давит в себе девочку в пубертате, которая так и жаждет прижаться к этому мужчине, вдохнуть его запах, всеми конечностями обвить его поджарое тело, как покрытый узорами тату осьминог и не отпускать ближайшую вечность. Рядом с Шепардом умиротворенно, будто и не плывут сквозь бескрайний космос к ним Жнецы, будто весь их мир не катится в ебаное никуда. Шепард огненно-рыжий и совершенно бессовестный. Он заявляется в Гриссомскую академию точно и не было никакого года тишины. Года неизвестности и непоняток. Распнут Шепарда или снизойдут, сделают одолжение и благословят пойти да героически убиться ради всеобщего блага. Джек ударяет его одним жестким отточенным движением. Губа лопается переспелой черешней. По гладкому мраморному подбородку катятся рубиновые капли крови. Мужчина чуть растерянно хмурится, трет пораненное место. — Это тебе за то, что ушёл, засранец. А это за то, что вернулся, рыжий. Она цепляется пальцами за пластину его брони и тянет на себя, целует, слизывая кровавые бусины. Он тихо смеется ей в губы и улыбается самой довольной из своих плутовских полуулыбок-полуухмылок. Трется носом о её щеку, как кот, рыжий и наглый. Где-то над головой улюлюкают и возбужденно переговариваются подопечные Джек. Их наставница не только знает знаменитого капитана Шепарда, но и явно очень близка с ним. Они стоят обнявшись. Джек позволяет себе умостить голову на мужском плече и прижаться к нему всем телом. Он все такой же теплый. Согревающий. Шепард приглушенно шепчет о том, что эта война последняя и когда она завершится — он больше никуда не уйдет, не оставит её, если она конечно сама его не прогонит. Джек с ворчанием говорит, что для него, блудного кота, у неё всегда будет приоткрыто окно. Главное, что б домашний варрен не покусал его в первую встречу. Но когда он не возвращается Джек понимает, что у её рыжего и несносного Шепарда нет девяти кошачьих жизней.