Часть 1
6 августа 2017 г., 04:18
Погруженный в свои мысли, нахмурившись, он лежал лицом к стене. Не сказать, что молодой, но всё же кадет, размышлял над тем, зачем вообще сунулся сюда.. Чертов космос по природе своей бескрайний, неизвестный, полный загадок и опасностей - и это выбрал он, тот самый придирчивый и не любящий бежать сломя голову навстречу приключениям Леонард Маккой?
Ну нет, в здравом уме он бы себе ни за что на свете такого не пожелал. Но на тот момент он был зол и подавлен. На родной планете у него ничего не оставалось. Бежать было некуда. Разве что..в космос? Верно? Так он и поступил.
А потом.. Ведь он мог потом вернуться, когда здравый ум вновь взял верх над эмоциями, да и в принципе всё как-то потихоньку наладилось.
Нет, чёрт возьми, не мог. Не мог потому, что встретил в шаттле это безрассудное голубоглазое чудо, которое называло его теперь своим другом и одарило порядком раздражающим первое время "Боунс". А этим чудом являлся не кто иной, как названный ярый гуляка и раздолбай - Джеймс Тиберий Кирк. Парень, который в любой момент готов был окунуться с головой в каждое сомнительное действо, влезть в драку или начать её, залезть под юбку или в штаны любому, кто так или иначе приглянется ему. И как только доктору хватало сил и выдержки, чтобы не проучить эту мелкую заразу за все его идиотские выходки? Боунс, постоянно ворча на Джима, напоминал состарившегося вредного папашу. Но Джиму все горы ни по чём. А в таком случае, какое ему дело до монотонных нотаций его дорогого друга? Он отшучивался, светя своей невероятной улыбкой и глядя прямо в глаза. Первое время Маккоя это даже раздражало немного, потому что невозможно было продолжать вычитывать парня, когда он смотрел на старшего так по-детски невинно, с этой озорной белоснежной улыбкой. Потом он привык и утихал, когда Джим улыбался. Дальше и вовсе, как казалось, замирал и забывал, как дышать, когда эти беззаботные, превосходные голубые глаза смотрели на него. Сердце на мгновение больно сжималось, затем начинало свой бешенный ритм. Но от младшего он совершенно не ощущал подобных чувств. И так по сей день.
Мысли его прервал звук открывшейся двери. Он осторожно, мельком глянул на наручные часы, прикрывавшие чужое имя: 4:47.
Понимая, что Джим опять опоздает на первые пары, он тяжело вздохнул про себя и притворился спящим.
- Эй, Боунс, псс. Радость моя, ты спишь? Как всегда не дождался меня? Ну и ладно. Больно нужно, - пьяный бубнеж был достаточно громким, но различался весьма тяжело, ведь язык своего обладателя не слушался, то и дело коверкая слова.
"Ох, Джим, сколько же ты выпил.. Если бы ты только знал, что я ни разу не уснул не дождавшись тебя.." - думал про себя доктор, слушая раздражающую возню своего соседа по комнате.
Внезапный грохот заставил его резко подорваться. Но, как ни странно, Кирк был в полном порядке. Стоял себе полностью обнаженный возле стола, а рядом валялись сброшенные им на пол книги.
- Чёрт бы тебя побрал, Джим! Какого хрена ты вытворяешь?! Ты время видел?
- О, Боооунс, так мило с твоей стороны встретить меня. Мне приятно, правда, - саркастично проговорил кадет и прямиком, насколько это было возможно в край упившемуся, направился к слегка приофигевшему доктору, пихая того назад на кровать и укладываясь рядом, тут же прикрывая глаза и расплываясь в своей "кошачьей" улыбочке.
- Спасибо, - пробуднил себе под нос пьяный парень, сладко причмокивая губами, и почти сразу уснул, вплотную прижавшись к тёплому телу Боунса.
Тяжело вздохнув, осознавая, что спать со всеми удобствами персональной кровати он уже не будет, Маккой постарался устроиться поудобнее, стараясь не потревожить Джима, и хотел было уже перевернуться на другой бок, как рука младшего легла на его талию, прижав к телу своего обладателя.
Выругавшись про себя всеми известными ему матами, Леонард всё-таки смог уснуть. В его голове, ещё перед падением в царство Морфея, начали роиться мысли относительно плана мести этому несносному и в то же время дорогому, и даже правильнее будет сказать предназначенному судьбой, человеку.
