Общежитие Академии. Первый курс.

      Имперская Академия. В нашем захолустье об этом элитном учебном заведении услышали совсем недавно, как раз после того, как люди узнали, что не одни во Вселенной, а старушка Земля находится отнюдь не в центре развития разумной жизни. Миссионеры Империи принесли с собой новые, невиданные технологии, щедро поделившись ими с землянами и взамен попросив только одно – подписать соглашение, что этот сектор находится под защитой Империи и без ведома императора и его кардиналов тут ничего нельзя строить или добывать.       Так вот, возвращаясь к теме Академии – там готовят элитных бойцов и защитников. Кажется, в подобное место кто угодно не попадает, но извещение в моих руках говорило об обратном. Красивая гербовая бумага, украшенная золотым узором по краям, содержала приглашение поступить на первый курс. Проживание и стипендия гарантируются. И даже платить ничего не надо. Да и что могли бы потребовать с нищего землянина высокоразвитые существа? Первая мысль, конечно, была не без подозрения – а вдруг эти нелюди затеяли что-то... негуманное? С другой стороны, учитывая их обращение с нашей цивилизацией, можно было даже сказать, что они относятся к нам с терпеливым уважением, как родитель к недалёкому ребёнку.       Не теряя времени даром, я собрала в дорогу сумку, закинув туда своё немногочисленное шмотьё, три книги и всякие мелочи, так необходимые в быту. О, да, человечество, ты изобрело летающую машину, но мне всё ещё приходится пользоваться дезодорантом.       Отдав небольшие сбережения своему единственному живому родичу – дяде, я села на первый же пассажирский лайнер к Архипелагу. Уже в пути открыла было книгу, чтобы отвлечься, но что-то она не пошла. Чёрт, я слишком взволнована. Когда такое было в последний раз?       Поездка прошла мягко. Обычно я всю дорогу либо пялилась в окно, либо читала, а тут, надо же, умудрилась уснуть и не заметить. Я сошла на платформу и быстро прошла контрольную точку, дав отсканировать сетчатку глаза. Всех прибывших с Земли проводили в отдельный зал, где нам предстояло пройти несколько этапов, в том числе медицинскую камеру. Японцы примерно так же поступали с мигрантами.       Очередь двигалась быстро: в отличие от земных коллег, здешние медики работали оперативно и не тратили время на заполнение медицинских карточек непонятным почерком. Мой багаж пополнился легким скафандром, портативным переводчиком и универсальной карточкой-паспортом. – Вас ожидают, – сообщила миловидная медсестра на выходе из кабинета.       Не успела я спросить, кто же меня ждет и по какому такому поводу, как меня окликнули. – Хепри Коуп? – передо мной стояла высокая статная женщина с огненно-красной шевелюрой, одетая в зеленый военный комбинезон. Кроме необычных волос в глаза бросались тонкие черные рога и нежно-голубая кожа. Я вытянулась, будто первоклашка на первом звонке – женщина внушала мне робость. Взгляд магнитом притягивали её рожки – я полагала, что буду чувствовать отторжение или что-то вроде того – что обычно чувствуют люди, встречая совершенно иную разумную расу? Но всё воспринималось как само собой разумеющееся. Я словно знала, что так было всегда, и только сейчас об этом вспомнила. Никакого удивления, никакого шока – всецело принятие того, что есть, таким, какое оно есть. – Это я, – сквозь ворох моих мыслей наконец-то прорвалась хоть одна, что называется, «по существу». Нужно научиться менее заметно пялиться на других.       Женщина усмехнулась, показав длинные клыки. Предки ее народа явно были плотоядными существами. – Это правда, что у людей самки считаются менее развитыми существами, способными только к зачатию и сохранению домашнего уюта? – последовал следующий вопрос, на мой взгляд – никак не связанный с предыдущим. Да и вообще странноватая тема для беседы... Женщина внимательно рассматривала меня фиолетовыми глазами, стараясь разглядеть... Что именно? Я растерялась. Это вопросы на профпригодность? – Это бред сивой кобылы, – фыркнула я, недовольно хмурясь. И тут же добавила: – Мэм. – Никаких «мэм», - поморщилась демоница, вильнув длинным гибким хвостом с кисточкой на конце. - Невера или «госпожа», у нас не принято каких-то других обращений.       Тем временем она провела меня по длинному коридору, пахнущему стерильностью. За очередной пневмодверью оказалась большая открытая площадка. Разнообразные существа собрались небольшими группами и вполголоса разговаривали между собой. Интересный факт: если не концентрировать внимание на их разговоре, переводчик переставал работать, давая возможность услышать реальную речь. Наше появление не привлекло особого внимания: все продолжали заниматься своими делами, а моя провожатая тем временем подвела меня к карте на стене. – Мы сейчас на третьем острове, он так и называется – Транспортный, – объяснила Невера, выделив его на карте легким касанием. Рядом с выделенной областью развернулся список номеров, по которому моя собеседница пробежалась кончиками длинных пальцев, остановившись на одном из них. – Это список маршрутов, связанных с Транспортным. Триста пятый идет как раз до Академии. Я впервые пользуюсь общественным транспортом, – она улыбнулась, заправляя прядь волос за длинное ухо. И столкнулась с моим недоверчивым взглядом. – Первый раз? А почему? Вы впервые провожаете новичка до Академии? – Обычно новички попадают туда... другим путем, – мне показалось, что Невера недоговаривает. – У нас раньше не было студентов с Земли, и поэтому мне хотелось первой на тебя посмотреть. Люди в Империи – редкость.       К платформе подошел рейс – несколько платформ, сцепленных между собой и похожих на вагоны метро без стенок. Сидений не наблюдалось, только поручни разной высоты. Когда все погрузились, вокруг платформы с едва заметным мерцанием появилось силовое поле, диспетчер по громкой связи попросил не высовывать конечности за пределы ограждения и пожелал приятного пути. Рейс мягко тронулся, набирая высоту и вскоре покинул атмосферу острова. Ощущение того, что от холода космоса тебя отделяет тонюсенькая прослойка силового поля, было просто непередаваемо. Жуть как хотелось просунуть сквозь неё пальцы, руку, аж до плеча, чтобы понять, насколько это реально. Но космос – не слишком дружелюбное место, и все, чем я смогла бы похвастаться после этого – отмороженной рукой. Аж до плеча.       Мне было весьма любопытно посмотреть на моих попутчиков – возможно, кто-то из их будет учиться со мной, да и в целом я еще не была искушена фенотипическими признаками других рас – все эти цветные крылья, хвосты, щупальца и гребни магическим образом притягивали к себе внимание. Словно невзначай, я повернулась лицом к вагону и принялась искоса разглядывать других пассажиров, но быстро наткнулась взглядом на Неверу. Не по душе мне их обычаи: по имени её звать для меня слишком фамильярно, а госпожой... звучит так, словно я на сессии. Уф, не хочу даже вспоминать, откуда знаю это слово. Я не могла понять, что именно ощущаю, глядя на неё: с одной стороны, я ей абсолютно точно не доверяла, а с другой – Невера внушала какое-то не совсем понятное мне доверие.       Пока я разбиралась со своими эмоциями и ощущениями, рейс снизился – очевидно, что острова располагались недалеко друг от друга, и наш с Неверой путь подходил к концу. Под платформой рейса проплывали крыши города и оранжевые кроны растительности. Воздух в этом месте был свежий, как в солевой комнате в санатории. Своей атмосферы у острова не было, и силовое поле искусственного удержания воздуха подкрашивало небо в нежный зеленоватый оттенок. – Прямо по курсу – здание Академии, – указала Невера, легко спрыгнув с платформы на покрытие площади. Асфальтом или бетоном тут не пользовались, покрывая поверхность чем-то вроде красноватой резины. – Слева – медчасть, справа – студенческий городок.       Она повернула направо, огибая площадь по аллее. Я легко нагнала её и пошла чуть позади. – Сколько, говорите, здесь людей побывало? – Я очень надеялась, что я не единственный представитель своей расы в этом месте. Меня и так напрягало это обилие хвостов, рогов и прочих конечностей. – На данный момент все имеющиеся здесь люди – биокиборги, их около тысячи. – Невера задумчиво посмотрела на листву, словно сверялась с внутренним информационным табло. – И один настоящий человек работает в Архиве.       Да! Вот оно, торжество надежды. Кем бы ни был тот человек - я обязана с ним познакомиться. Для начала. А теперь пора вернуться к насущному. – Мм... госпожа, где или у кого я могу узнать всю нужную информацию? О расписании, требованиях, планировке зданий... Знания, гм, первой необходимости. – Я закусила губу. Чёрт, как же неловко называть так эту женщину. – В общежитии тебе выдадут форму и личный комм для связи и выхода в сеть. – Моя собеседница поднялась по лестнице и первая перешагнула порог, громко хлопнув по стойке администратора.       С той стороны что-то грохнулось об пол, и спустя мгновение над стойкой показались недоверчивые зеленые глаза, похожие на кошачьи. Впечатление портили короткие рожки, как у чертенка из детской книжки. – Как ты смеешь так обращаться с мировым злом? – Раздраженно прошипело существо, появляясь полностью. Роста в нем было от силы семьдесят сантиметров, а эбонитовая кожа и кожистые крылья за спиной только усиливали схожесть с чертенятами. – Ну всё, всё, мировое зло, – Невера усмехнулась и велела существу заглянуть в журнал и заселить нового студента. Меня то есть. – Он – атори, будь с ними поаккуратнее. Почти все атори очень обидчивы, – предупредила она вполголоса, повернув голову ко мне.       Ха. Да я тут, наверное, любого способна обидеть, даже не поняв этого. Впрочем, пока всё выглядит вполне пристойно. По моим скромным человеческим меркам. – Поняла, мэ... госпожа.       Чертенок слетал к стеллажу и грохнул на стойку корзину, в которой лежало постельное белье, серебристая полоска и серый сверток – скорее всего, форменный комбинезон. Невера посоветовала надеть комм сразу, чтобы не потерять. Стоило прохладному металлу коснуться кожи, как он нежно обнял запястье, ртутью растекшись по руке почти до локтя. – Комната на пятом этаже, – атори бросил в меня ключ с биркой. – Я здесь комендант, царь и бог, это понятно?       Я отвела руку в сторону и слегка, совсем слегка, склонилась в поклоне. – Так точно, царь и бог.       Существо выглядело безобидно и забавно. Остаётся надеяться, что такое оно на самом деле и есть. Я, по привычке узнавать всё при первой же возможности, спросила, где лестница, чтобы потом долгими одинокими вечерами не искать путь наверх. Вспомнила, где я, исправилась и спросила о «подъёмном устройстве». Попрощалась с Неверой и пошла к подъёмнику. Меня понесло вверх быстро, плавно и тихо. До чего приятны по-настоящему современные технологии!       На бирке были странные закорючки, но не успела я задуматься, как буду сличать эти символы с табличками на дверях, как под моим пристальным взглядом закорючки расплылись, а потом превратились в привычные мне цифры. Вот так-то лучше! Комната нашлась без труда. Открылась тоже без труда. Когда дверь с лёгким шипением разъехалась, я вошла и аккуратно поставила дорожную сумку на пол. Первым привлёк моё внимание рыжий енот. Енот? Или лиса... Стоять. Здесь не может быть животного, я же на чёртовом астероиде!       Существо сидело у низкого столика на подушке, поставив локти на столешницу. Когда дверь открылась, оно дернуло ухом, не проявив больше никаких эмоций. И оно носило серый ученический комбез, что косвенно указывало на его разумность.       Из маленькой прихожей было еще два выхода: в ванную и на кухню, а основную комнату разделяла на две половины перегородка. С одной стороны стоял столик, панель шкафа и встроенные в стену кровати, одна над другой. Вторую, меньшую половину занимала гранитная плита, похожая на алтарь, и такой же каменный стол.       В целом комната производила приятное впечатление – чистая, просторная и светлая. Пора располагаться. Учитывая рост своего мохнатого соседа, я даже с половиной мозга догадалась бы, что моя койка верхняя. Я закинула свои вещи наверх и села рядом с этой рыжей хвостатой тыквой. Хочет оно или нет, я его с собой познакомлю. Обычно на работе мне приходилось ворчать одно лишь «здравствуйте», «добрдень» и «до свиданья», поэтому решимость моя быстро улетучилась, когда я открыла рот. – Привет тебе. Я студент, жить здесь буду. Ты, полагаю, тоже? – Угу, – перед созданием на столе лежала толстая книга, текст в которой был очень мелким и даже издалека казался невероятно скучным. И во всяком случае «угу» намного лучше, чем ничего. – Я отзываюсь на имя Хепри. Так, на будущее. А ты? Создание подняло на меня свои умные голубые глаза. – Дириниди, – проговорило оно, протянув маленькую лапку в черной перчатке. Имя и голос звучали очень универсально, не позволяя сразу определить пол существа. Я плотно сжала губы в искреннем порыве не засмеяться и растянула их в мучительной улыбке. Имя существа звучало ужасно смешно. И, полагаю, лапку его нужно пожать. – Приятно познакомиться с тобой, – я уже было произнесла букву «д», но вовремя себя остановила. Конечность была такой крохотной, мягкой и приятной, что я автоматом провела по ней большим пальцем. Существо заметно смутилось, прижав уши к голове и спрятав взгляд. – Я надеялся, что ко мне подселят кого-то примерно моего размера.       Я убрала руку, не желая причинять зверьку дискомфорт. Он сказал о размере, но не о расе. Ох и влетит мне однажды за моё неуёмное любопытство... – Почему? Боишься, я буду тебя обижать? – Нет, просто у вас есть привычка оставлять полотенца на верхней вешалке, – он потер руки. – И вообще всё оставлять на уровне вашей головы.       Я уставилась на пушистого, как баран на новые ворота. Ещё и рот открыла глупо. О чём это он? Я всегда бросаю вещи на кровать, стул, ящик, стол – да куда угодно, только не на вешалку. – Такого точно не будет. Погоди... у кого это «у нас»? У всех высоких, что ли?       Честно сказать, после поездки на местном транспорте высокой я себя больше не чувствовала. Были там и мелкие существа, конечно, но они казались не столь заметными на фоне некоторых амбалов. – Угу, в школе я жил с демоном, вообще ничего не достать было, – пожаловался Ди. Вот сиди и думай сейчас: «демон» – это характеристика, обзывалово или такая раса? Я посочувствовала ему. – Ты потом как-то решил эту проблему? – Сдал экзамены экстерном, – мрачно ответил пушистый. Это, кажется, последнее, что я готова была услышать. – Ты молодец, – мне захотелось немного утешить крошку. Как можно обижать такую милаху?      Пушистый вроде немного оттаял, перестав напрягаться от любого моего движения и прижимать уши, но спокойно побеседовать нам так и не дали. Дверь неожиданно распахнулась, и первым, что я увидела, было голубое пламя, из языков которого в комнату шагнула невысокая большеглазая девушка. – Чё как, студни? – Она с порога закинула сумку за перегородку и неуловимо переместилась ближе к нам, нависнув над напуганным Дириниди. – Готовы к пятилетке страданий, боли и крутых тусовок?       Голос у нее был громкий, как у человека, не привыкшего сдерживаться и даже не подозревавшего о банальных приличиях. И у нее горела голова. Точнее, волосы, собранные в два высоких хвоста на макушке, пылали, как два газовых факела. Трудно будет воспринимать это как норму. – Привет, Огонёк. Страдания и боль пойдут за счёт твоих тусовок или независимо от них? – Боль и страдания будем причинять мы! – Она поистине инфернально рассмеялась. – Станем самыми крутыми друзьями на нашем курсе, потом запугаем старшекурсников, а потом поработим всю Академию!       Пламя разгорелось сильнее, обдав меня жаром. – Порабощение Академии запрещено уставом, – сухо проговорил пушистый, ткнув пальцем в строчки книги, которую читал. – Глава сто тридцать, пункт два.       Девица заметно скуксилась, но быстро переключилась на новую тему, протянув мне руку в толстой перчатке. – Меня зовут Герия, я поступала сюда пять раз, мой любимый цвет фиолетовый, и мне двести пятьдесят шесть лет, – отчиталась Огонек. Я пожала её заметно тёплую перчатку, пытаясь уместить в голове тот факт, что этой юной деве двести пятьдесят лет. Двести пятьдесят шесть. – Хепри. Я здесь впервые. Скажи, зачем ты здесь уже в шестой раз? – Первые пять я провалила тесты, – легко отмахнулась девушка, перескочив стол и устроившись на подоконнике. – Надевай скорее форму, мне не терпится посмотреть насколько ты в ней крутая! – К тому же через полчаса у нас построение на плацу, – добавил пушистый. – И я, кстати, поступил с первого раза. С высшим баллом.       Пушистый вызвал у меня лёгкую улыбку. – Высший балл? Да ты крут, – я потрепала зверька по шерстке на голове. И тут, вспомнив о том, что мы с ним еле знакомы, быстро извинилась. – Это... это проявление дружелюбия у людей.       Вот так-то лучше. Я быстро сменила свою одежду на форму Академии и, надо сказать, форма оказалась очень удобной. Не слишком свободно, но и не стесняет движений. – Рау на генетическом уровне нуждаются в одобрении и физических контактах, – с хитрой улыбкой просветила меня Герия, подперев острый подбородок руками. – И спят по четыре часа два раза в сутки.       Ди на это только фыркнул, убирая подальше священный Устав, который успел прочесть до середины. – А генанси уничтожают литры ацетона, – парировал он. – И не выживают в вакууме.       Я с лёгким недоумением посмотрела на обоих, изогнув правую бровь. Это они перекличку устроили или так подкалывают друг друга? – Теперь моя, что ли, очередь назвать случайный человеческий факт? – А правда, что у людей ношение корректирующего зрение аппарата говорит о более высоком интеллекте? - тут же встряла генанси. – Что за бред? – голос мой звучал вполне спокойно. – Очки никак не связаны с умственными способностями человека. – Тогда почему говорят «очкарики - ботаны»? – Герия сменила позу, распластавшись на широком подоконнике и свесив голову. Я почесала затылок. – Потому что у некоторых людей работоспособность совпадала с наличием плохого зрения и задиристых одноклассников. Откуда ты этого понабралась? Ты с госпожой Неверой сговорилась? – Это все знают, – улыбнулась девушка, резко переместившись в другой конец комнаты. Как она это делает?       Над общежитием раздался сигнал к общему сбору, похожий на воздушную тревогу – такой же противный. В коридоре раздались голоса других жильцов. Плац находился как раз за общежитием, по случаю нового учебного года там соорудили небольшую сцену, перед которой построились студенты, разбившись на четыре колонны. Больше всего существ насчитывалось среди первого курса, а дальше по убывающей. Четвертый курс стоял навытяжку, как и все остальные, но студентов среди них не набралось бы и полусотни.       Меня поставили среди высоких в правом первом ряду, а пушистики – их я насчитала с десяток – построились в левом. На сцене, сцепив руки за спиной, стояли четверо: двое в темно-красной форме, двое – в синей. Выпускники пятого курса, как удалось разобрать из шепота за моей спиной. И у одного из них за спиной виднелись ангельские крылья – разнообразие жизненных форм в обитаемой вселенной действительно удивляло. – Я рада приветствовать новых студентов на ежегодной церемонии открытия учебного года, – вышедшая чуть вперед невысокая женщина в синей форме, напомнившая мне Неверу оттенком кожи и собранными в тугой пучок на голове красными волосами, слегка поклонилась, приложив кулак к открытой ладони. Внешностью она была похожа на типичную учительницу средней школы. – Я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь: то, что вы попали на курс, уже делает вас элитой. Вы – пример для подражания и надежда Империи, постарайтесь соответствовать этому статусу. А сейчас традиционное напутствие для вас озвучит директор Академии, акшар и хранитель обитаемой части вселенной, госпожа Гееннаш!       Четверка расступилась, и на сцену поднялась директор в черном парадном мундире. Переждав вежливые аплодисменты, она подняла ладонь, призывая всех к тишине. – Можете называть меня Невера, или «госпожа», я одинаково хорошо отзываюсь на оба слова.       Нет, я никогда не привыкну. Ни к «госпоже», ни к Невере. А ещё ко мне закрались смутные подозрения, что многих учащихся исключили по уважительной причине в виде их свежего трупа. Надеюсь, с Ди ничего такого не случится. Он умный малый. – Впереди вас ждет увлекательный, волнующий год, – директор воздела руки в пафосном жесте. – Помогайте друг другу: лишь трое из вас смогут войти в состав элитного отряда. И... Добро пожаловать в ад!       Она хищно улыбнулась, показав длинные клыки, и эффектно исчезла, просто развернувшись на месте. Многие первокурсники вздрогнули, боязливо переглянувшись. Харизматичная она, однако, персона. И это получается, я одна здесь могильно спокойна? Сколько мне в жизни обещали ад – ни разу не сдерживали слова. Не знаю, как будет сейчас, но я, признаться, даже в предвкушении. Церемония, похоже, закончилась – над намим закружил комендант, разгоняя по комнатам, особенно попало тем, кто выше всех. Хотя не было похоже, чтобы они всерьез боялись его или обижались. Все происходящее походило на добрую традицию.