a walk in the darkness

Незаметно пролетели семь лет нашей любви и кризис грянул бейсбольной битой по почкам. Ссоры, сплетни, вечные разъезды, «бороды» бесят, пару дней МИА нас уже не спасают, обоюдное раздражение дошло крайней точки и зашкаливает. В этот раз повод бить посуду был ничтожен — я не купил Гарри новое кольцо. Ярость слепит нам глаза, с языков легко стекают обидные фразы. Вылетаю из дому, в голове мелькают отрывки из недавнего диалога. Сходу набираю знакомый номер. Злость — плохая советчица, но в последнее время я уже привык в сложных ситуациях пользоваться этой девушкой. Во всех смыслах. *** -Плиииииз, — заикаясь, карамельным голоском ныл в трубку Томлинсон. — Что опять, Луи? Ты в порядке? — Я точно не в порядке, Эль. Гарри он…он офигел совсем. Это я виноват, — послышались громкие всхлипы. — Ты в состоянии сейчас приехать ко мне? — Элеонор поморщилась. — Я? Наверное, смогу, — добившись своего, Луи тут же бросил трубку. — Чёрт, поздно же как. Нафиг это все?! — Эль попыталась набрать Луи, но безуспешно. Время сейчас было скорее раннее. Девушка неохотно вылезла из теплой постели и побрела в ванную, чтобы хоть немного привести себя в порядок. В последнее время, Луи все чаще нуждался в ней. И дело было не совсем в контракте, просто ему была нужна нежность и забота. Секс, кстати, тоже никогда им не вредил. Маленький секретик заставил Эль горько усмехнуться — гордиться тут было нечем. Город спал. А кто не спит в два часа ночи? Только влюбленные или пьяные по клубам. Элеонор ходила по дому кругами, налив себе ромашкового чаю, ждала и не ждала парня, периодически пытаясь к нему дозвониться. Скоро рассветет, а его все нет. Назревала гроза: сквозь занавеси, в сплошной тишине было видно небо темно-кровавого цвета, которое периодически украшали вспышки молний. Грома пока не было, но уже ощутимо пахло дождем. Еще через двадцать минут погода словно сошла с ума: сначала пронесся легкий смерч, потом, вздымая перед собой тучи пыли, на землю упали первые тяжелые капли и постепенно, под басовитые раскаты грома, ливень обрушился серой влажной стеной, стуча нетерпеливым любовником в окно, разрушая хрупкую предрассветную тишину в доме. Эль вздрогнула и чуть не выронила чашку, услышав дверной звонок. Открыв дверь, девушка опешила: Луи покачиваясь стоял без зонта, в тонкой белой майке, которая промокла насквозь и вызывающе липла к телу. Волосы прядями висели на лбу.Глаза были красными, опухшими и даже под дождем казалось, что из них все ещё идут горькие слёзы. -Луи, бедняга, — она бросилась к нему на грудь. Луи почему-то упирался и не хотел заходить в дом. Кое-как она затащила его домой и, стащив с него всю одежду, усадила на диван, укутав в плед. — Хазза! Он ушёл от меня, мы поссорились, -невнятно бормотал Луи. Парень был сильно пьян; такое ощущение, что не особо осознавал куда он пришел. — Луи, расскажи что произошло. Что опять? — Я шёл к тебе, Эль, долго. Там мокро и холодно, — Луи еще выше поднял плед, закутавшись, как в кокон. Взгляд его был отсутствующим. Эль мысленно убила себя за то, что не поехала за ним сама. Она давно научилась читать Луи по взглядам, вздохам и междометиям и сегодняшний Луи ее очень беспокоил. Похоже, парни всерьез рассорились, раз Томлинсон настолько выбит из колеи и подавлен. — Что у тебя с Гарри? — ее голос чуть дрожит от волнения. — Хватает какого-то чертова пустяка, чтобы мы рассорились. Когда я уходил, он начал собирать свои вещи. Куда он собрался среди ночи? У него кто-то появился? Я убью их. И мне сейчас так больно, Эль, ты не представляешь. Мы наговорили столько обидного друг другу, что даже не знаю, что теперь будет и как это можно исправить. Кризис, твою мать. Луи снова начинает плакать. Девушка чувствует себя неловко и почти бегом отправляется на кухню сварить им кофе. Самое оно, нужно дать парню время протрезветь и позвонить Гарри. Вернувшись, она протягивает Томлинсону чашечку, пристроившись рядом. Его телефон затаился на полу в кармане мокрых джинс и крепко спит. «Плохо,» — думает девушка. Эль ложится, горестно вздыхая, прижимается к Луи, пытаясь его успокоить. Луи выпивает кофе заплом и неожиданно поворачивается к ней, дуя в шею.Хитрый оценивающий взгляд из-под рестниц заводит Эль. «А он не так пьян, как хочет казаться», — девушка нежно смеется, подаваясь к этому очаровашке. Ревность давно ее не мучает. Луи был заботливым и нежным любовником и не хвастался своими победами. Все, чего она сейчас хотела бы — утешить его. Все, чего сейчас хочет Луи — обладать кем-то покорным. Утро застает их раскрасневшимися и довольными друг другом. Солнечные лучи освещают их круги под глазами, застрепанные шевелюры, нежный румянец двух молодых любовников сияет розовым. Они не ведают, что приготовило им это солнечное утро. Они сладко спят до полудня, прижавшись друг к другу, отключив звук у телефонов. Луи встал раньше Эль, помылся, по-хозяйски сварил кофе, неспешно позавтракал. Он нашел у нее в шкафу свои старые джинсы, оделся и проверил входящие. Гарри не звонил. Не оставив записку, парень побрел домой.Что он там застанет? В доме было слишком тихо.Тишина давила на нервы, создавая атмосферу ненужности и напряжения. Неужели Гарри таки ушел? Бред. Нелепая ссора из-за украшения? Идя в свою комнату, Луи не представлял, что через пару мгновений он полностью выгорит изнутри, сожженный напалмом, и его внутренний мир станет кусочками пепла, которые бесцельно реют на ветру, превращая его лишь в подобие человека, который не живёт, а просто существует.Пустым сосудом, големом, куклой вуду, да как угодно назови. И он будет жить дальше, борясь с бесконечной болью от осколков разбитого сердца. *** В это классически — солнечное утро Луи таки нашёл Гарри. Лежащего на кровати в своем любимом костюме с драконами на брюках. В полном одиночестве. Пистолет валялся на полу. Было тихо, солнечно и очень тепло. Все вокруг цвело и пахло и казалось, что смерть, стоящая в углу комнаты — это нелепый розыгрыш, а не призрак. Однако, яркие алые пятна на подушках, резкие запахи крови и пороха и отсутствие дыхания у Гарри орали о катастрофе. Об опоздании, об ошибке, об одиночестве и чувстве вины, которые впитаются намертво и останутся в памяти этих стен. Здесь всегда будет пахнуть смертью. На подгибающихся ногах Луи подошел поближе. В руке мертвеца белым флагом виднелся маленький, смятый клочок бумаги. ≪Прости меня, Лу. Ты навсегда в моем сердце. Always≫ Томлинсон долго смотрел на эту бледную неподвижную куклу, в которую в какой-то кошмарный миг превратился его любимый.Он смотрел и не узнавал: у нее раньше блестели глаза, на щечках появлялись ямочки, кудряшки мило лезли в лицо. А сейчас? Бледная восковая вещь, глаза закрыты в вечном сне. В истерике Луи поднял пистолет и направил себе в рот. Дуло клацнуло по зубам, на языке появился холодный привкус металла. Через секунду, он прикрыл глаза и мысленно попросил прощения у сестер. Нажав на курок, он был уверен, что встретится с Гарри. Немедленно.Но, вместо забвения он услышал насмешливый сухой щелчок. Он пробовал снова и снова…плача и оставаясь стоять на месте. Открыв глаза, он вытащил пустой магазин и со злостью швырнул бесполезную вещь в окно. Раздавшийся грохот привел его в чувство. Луи опустил глаза, еще раз взглянув на записку, и увидел четыре корявые буквы на обороте: «Живи» Но, зачем же жить без солнца? Без любви? Хочешь — не хочешь, а отвечать за свои поступки придется. Ты дал Гарри умереть. Тебе придется жить с этим дальше. И страдать, и помнить. И надеяться на прощение.