Youth

      Все думают, что день начинается с утра, но нет, и даже не с полуночи. Он начинается с предшествующего ему вечера — об этом знал Марк, поэтому заранее озаботился билетами и многим другим.       В свете фонарей на безымянном пальце сверкнула цепочка драгоценных камней, когда он припарковал свой автомобиль у пустого дома. Нет, сам дом не пуст, но его квартира — да. Сегодня, впрочем, как и обычно, это не огорчало.       Взглянув на кольцо ещё раз перед сном, парень вспомнил, какой мини-скандал устроил ему Джексон, требуя вернуться в Ньюквей после выяснения всех обстоятельств.       …       — Нам надо в Ньюквей.       — Опять? Зачем? Джексон, я устал, сжалься.       — Завтра?       — Зачем?!       Кайе со вздохом достал красную бархатную коробочку.       — Надо изменить заказ.       — Джек, ты выбирал его час, я готов его носить, — вспомнив, что не видел кольца вблизи, добавил: — наверное.       — Марк, я подбирал его для хрупкой девушки, размер и дизайн не подходят, уж прости, но ты парень, как ни посмотри.       — Ну, с размером как раз обычно сложно, — демонстрируя свои длинные и тонкие пальцы, подметил Марк.       Кольцо ему и правда подошло по размеру, идеально сидело на мизинце, но, увидев дизайн, парень сильно задумался. Цветок лилии, действительно, оказался не в его стиле. Зато Кассии кольцо понравилось, и было решено оставить его ей, она даже тут же перевела за него деньги на карту Вана, не принимая возражений.       — Ура, мы не едем в Ньюквей, — устало порадовался Иен.       — Марк, а тебе не кажется, что вам стоит всё-таки озаботиться обручальными кольцами?       Юноша глубоко задумался над словами матери, и через некоторое время удобно устроился рядом со своим бойфрендом. Тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания, так как разговор уже ушёл в другую сторону. Иен наклонился к Кайе шепча:       — Если хочешь, мы можем завтра сходить в салон и подобрать парные кольца. Я был бы рад, — сплетая с Ваном пальцы, улыбнулся шатен.       — Да.       — О чём это вы тут шепчитесь? — любопытство Кассии не знало границ.       — О своём о девичьем, о машинах, карбюраторах, — без запинки выдал Марк.       — А мне кажется, что о кольцах, — лукаво прищурила глаза девушка, — промолчу, если возьмёте меня с собой.       Из двух зол парни выбрали самое шустрое и одно — Касси, вместо всего семейства.       Перебрав с десяток вариантов, парни остановились на замысловатых мужских кольцах из коллекции Любви, составленных из трёх разных колец, причём каждое спокойно могло носиться самостоятельно.       — А эти кольца случайно не имеют статуса обручальных? — встряла Кассия.       — Верно, леди, — улыбнулся продавец.       — Д-давление, — начала посмеиваться самая младшая из троих.       — Давай забьём? — предложил Джексон.       — Её? С радостью!       — Нет, на статус колец! — рассмеялся Кайе.       — Добрый, — надулась сестрёнка на брата.       Утро. Кофе из кофемашины. Сумка с вещами. Такси. Регистрация на скорый поезд до Парижа. Чуть больше двух часов, и он окажется в столице Франции.       Завтрак. Встреча с хозяевами уютной квартиры. Цветы и такси до аэропорта Шарль-де-Голля.       Будем считать, что он «забыл» предупредить Джексона о своём приезде, о том, что встретит его в аэропорту, о том, что уже здесь и пристально всматривается в табло, на котором только что сменилась надпись напротив рейса Кайе: «Прибыл».       Джексон всё-таки сбежал в Нью-Йорк учиться. Они бывали друг у друга наездами, но редко.       Даже странно, как спокойно может быть, если вы обручены, хоть и находитесь в разных часовых поясах. Тем не менее упускать возможность провести время вдвоём сейчас, когда Джексон на свой четвёртый семестр перевёлся в Париж — просто преступление, на взгляд Иена.       Заметив Кайе, парень, прикрываясь огромным букетом, направился ему наперерез.       — Извините, месье, не подержите букет, у меня шнурки развязались.       — Да, конечно, — рефлекторно ответил Джексон, забирая цветы, но голос показался очень знакомым, и он заглянул за ширму лепестков. — Марк? — яркая улыбка была ему ответом. — Марк?! МАРК!!!       Не скрывая своего счастья, Кайе начал зацеловывать Иена.       Говорят, что в аэропорту у некоторых людей возрождается вера в человечество, когда они наблюдают за искренней любовью близких друг к другу.* Что ж, эта сцена не стала исключением.       — Какой план?       — Закинуть вещи в отель, пройтись по территории университета и узнать, в какой корпус общежития меня заселят, — разминая шею после полёта, проговорил Джексон.       — Не устал?       — Нет, я вздремнул в полёте.       Марк кивнул.       — Тогда давай воплощать план. Куда нам?       — Сначала на аэроэкспресс.       Когда парни добрались до отеля, Иен отказался подниматься, понимая, что в противном случае сложно будет успеть переделать все дела, и просто теребил кольцо на пальце, сидя в одном из мягких кресел фойе. Возможно, стоит отдать их кольца на чистку? В Париже точно есть подходящий ювелирный салон. За поиском адреса ближайшего в телефоне его и застал Джексон.       — Ты, случайно, не в соседнем номере остановился?       — А у тебя какой?       — Триста пятый.       — Нет. Я немножко дальше по коридору, потом из здания и ещё пару кварталов на север, — Иен загадочно улыбнулся. — Хотя кто знает?       — Лис! — рассмеялся Джексон. Марк опять что-то задумал, и младший потихоньку начинал сгорать от любопытства, но делу время — потехе час.       Разобравшись с документами в университете, они поехали разбираться с документами в общежитие, перекусив по дороге. Джексону было немного неловко, что он таскает Марка по своим делам, когда старший мог бы наслаждаться Парижем, но на все предложения разделиться Марк отвечал, что всё в полном порядке.       На самом деле у Иена был свой шкурный интерес узнать, как и где будет жить Кайе. Во-первых, у него на всякий случай было приготовлено решение жилищного вопроса. Во-вторых, как иначе сюрпризы делать? В-третьих, его очень интересовал соседа Джексона, начиная с «а не ненавидит ли парень геев?», до опасений, что Кайе окажется в его вкусе.       Ван никогда не рассказывал о том, сколько раз к нему подкатывали в штатах, на все вопросы об этом младший отвечал что-то вроде: «Я всегда говорю, что у меня уже кое-кто есть, и они отстают». Иен знал, что существует особый тип людей, которые так просто не оставят в покое, и вряд ли такие не попадались на пути Джексона, но почему-то не давил. Жаль. В противном случае сейчас бы не вёл себя как хорошо скрывающий ревность мужчина в режиме курицы-наседки, а действительно гулял, покупая продукты для ужина.       — Мы не опоздаем, если осмотрим комнату сейчас? — Ван уже некоторое время себе места не находил, так как с делами разобраться надо, а уже наступал вечер.       — Опоздаем куда? — удивился Иен.       — Куда-то? Или у тебя нет планов для нас на вечер, и я зря всё это время нервничал?       — Однозначно зря: нервные клетки не восстанавливаются, а моя программа начнётся через пару часов, — улыбнулся Марк.       Комната старшего не устроила в первую очередь, собственно, как он и предполагал, соседом. Соседом, который встретил их при полном параде: абсолютно без одежды**.       С секунды две все стояли в оцепенении. Первыми очнулись хорошие манеры Иена:       — Добрый вечер, мы заглянем позже, — произнёс он, улыбнувшись, и закрыл обратно дверь. — Пойдём? — беря Кайе за руку, спросил Марк.       — А?       — Идём, — легонько потянув за собой, повторил Иен, — иначе опоздаем.       — А, да, конечно.       По пути до театра было решено, что они рассмотрят вариант съёма жилья, ведь это однозначно лучше соседа-эксгибициониста. Этого стало достаточно, чтобы Кайе немного расслабился, а дальше его отвлекло и сняло оставшееся напряжение прекрасное шоу французского комика «Как стать парижанином за час?». Вдоволь насмеявшись, с болящими щеками прячась от шумящего дождя под общим зонтом, они продолжали шутить уже на свой лад, говоря, что Джексону просто необходимо теперь пройтись по магазинам и накупить чёрных и серых футболок и толстовок, чтобы выглядеть как парижане, что стоит проверить поведение консультантов этого города в магазинах H&M, хотя бы чтобы узнать, правильно ли они произносят на французском просьбу их не беспокоить.       Спасаясь уже от ливня, парни завернули в бар и неожиданно попали на мастер-класс по созданию коктейлей. Каждый желающий мог научиться у бармена делать ряд напитков или создать свой. Джексон с удовольствием вызвался и начал смешивать алкоголь по своему вдохновению, казалось бы, но наблюдавший Марк быстро догадался, что этот рецепт ему выдала одна беззаботная особа (а именно сестра, которой надо укоротить её длинный язык). Ещё он понимал, что первый коктейль Вана придётся выпить вон тому кактусу рядом, иначе Иен за себя не отвечает.       — Ты меня убить хочешь? — поинтересовался Марк, смотря на поставленный перед ним бокал, слегка дымящийся от сухого льда. Жидкость не сильно сбавила в градусах от капелек лимонного сока и пары кубиков льда, и осталась, по подозрению Туана, в районе сорока. В огромном бокале для коктейлей…       — Не особо, — лукаво улыбнулся Джексон.       — No-no-no, — запротестовал бармен, — правило сегодня номер один: сначала коктейль пробует его создатель, потом можешь сделать такой же для своего друга.       Лицо Джексона вытянулось, а старший не смог сдержать смеха.       — Так тебе и надо, — посмеивался Марк, глядя, как морщится Кайе, выпивая залпом. А Джексон просто сделал знак рукой, говорящий, что сейчас всё будет, и начал мешать такой же коктейль.       После пятой порции алкоголя кактусу уже море было по колено, Джексону тоже, так как парень полез в бармены на пустой желудок, и каким бы крепким он ни был — это его не спасло. Марк знал антидот, как и любой бармен, но наблюдать за пьяным Кайе было слишком забавно, к тому же он сам отказался от жирной французской картошки в пользу куриной грудки с салатом.       Наевшись, парни заметили, что дождь стих и можно выдвигаться, по настоянию Кайе, пешком. Промозглая погода отрезвляла прекрасно, но всё же недостаточно, чтобы младший смущался обнимать Иена крепче и время от времени красть поцелуи старшего посреди улиц и разговоров. В отличие от летних месяцев зимой совершенно не хотелось задерживаться на мостах Сены из-за пронзительного ветра, но ночной пейзаж самого романтичного города заворожил юного Вана, и Марк остановился вслед за ним, подходя к парапету моста, тоже находя в окружении что-то волшебное.       Отсюда не было видно ни небоскрёбов нового Парижа, ни Эйфелевой башни, и огни ночного города зданий частично терялись в кронах деревьев. Кованные уличные фонари освещали плиты, брусчатку и уже не так уж спешащих жителей. Город без высоток был совершенно незнакомым, но почему-то очень уютным. Даже беззвёздное из-за туч небо и неспокойный шум волн не нарушало ощущения какого-то родства с этим местом.       — Спасибо, что приехал, — Джексон перевёл взгляд от прекрасного пейзажа на уже давно ставшее любимым лицо. Когда-то он мечтал, сидя перед костром, и так же смотря на старшего, чтобы у него было право прикасаться к этому парню, целовать и знать, что его не оттолкнут. Сейчас же в воплощении этой мечты его убеждали улыбка, нежные слова, голос и губы, накрывающие его собственные.       — Может, останешься сегодня у меня?       — С удовольствием, — улыбнулся Кайе. — Где ты остановился?       — На самом деле в паре кварталов отсюда, но там пустой холодильник, зайдём куда-нибудь за завтраком?       — Веди.       — Устрицы и вино?       — Тебе плохо не станет от понижения градуса?       — Это на завтрак.       — Дже-е-е-ек, — с подозрение покосился Иен.       — Шучу я, шучу, но, говорят, они здесь вкусные, — с улыбкой проговорил младший. Ему действительно хотелось попробовать многое и побывать в разных местах вместе с Марком. — Иен, сколько у нас времени?       — В Нью-Йорке? На шесть часов меньше, значит…       — Нет, у нас в Париже вдвоём.       — Как минимум эти выходные.       — А максимум?       — Максимум? Ну не знаю… Каждые выходные этого семестра? — легко улыбнулся Марк. — Вряд ли удастся захватить действительно все, но процентов семьдесят вполне. Кстати, совершенно необязательно проводить их все в Париже, можем и в Лондоне…       Объятия и уткнувшийся в шею Джексон прервали Иена. Тепло магазина, видимо, снова опьянило Кайе, успевшего на холоде чуток протрезветь.       — Пошли быстрее домой, а? — прошептал младший.       — Я только за, но давай сначала выберем еду.       Они всё-таки взяли устриц и вина, чая, кофе, спагетти, пару готовых салатов и этих мягких французских булочек. Ожидая своей очереди на кассе, Джексон очень сосредоточенно буравил глазами один из стендов, наконец решившись, закинул в корзину две разные большие упаковки презервативов и лубрикант. Марк же от этой сцены готов был сложиться пополам: серьёзный Ван, две Большие упаковки (Иен подозревал, что младший просто не смог выбрать). У старшего язык просто не повернулся сказать, что он сам уже об этом позаботился, учитывая, как Кайе подошёл к этому вопросу.       «Фух, еле сдержался», — пронеслось в голове, а лёгкую непринуждённую улыбку ему простят.       «О, ла ла!»       Лужи, ветер, моросящий дождь и огромные зелёные двери, за которыми скрылись двое от непогоды, зажигая ещё один ночной огонёк в центре Парижа.

***

      — Так что? Тебе нравится эта студия? Можем снять её на этот семестр или…       — Или?       — Или мы будем выбирать тебе квартиру завтра, но если ты решишь жить в общежитии, я счастлив не буду, — с силой поглаживая бедро Джексона коготками, недовольно проговорил Марк. — Честно говоря, меня очень напрягает твоя учёба в США, я теперь всерьёз задумываюсь перебраться в Нью-Йорк.       — Плохая идея.       Эта фраза вылетела автоматически и довольно резко для разомлевшего Кайе. Напряжение Вана тут же передалось Иену и повисло в воздухе.       — В чём проблема? — вздёрнув левую бровь, поинтересовался старший.       — Вот именно. Проблема и не одна. Ты хоть представляешь, что произойдёт, если ты появишься у моего университета одним прекрасным днём?       Марк на пару секунд задумался.       — Встречу тебя и твоих друзей?       — И не только их, — вздохнул Джексон.       — Там что, кто-то хочет меня убить? Полагаю, кто-то из тех, кому ты отказал.       — Вполне возможно, но скорее ты встретишь толпу желающих заграбастать тебя, и вот даже не поручусь, что в рядах этой толпы не будет тех, кому отказал я. И с очень высокой долей вероятности меня просто пристрелят и вывесят у ворот университета, ибо не фиг быть обручённым с таким потрясающим парнем. Зависть — страшная сила.       Марк просто уткнулся в подушку и начал подрагивать от смеха, он не знал, что этому противопоставить, когда более-менее успокоился, продолжил:       — Спасибо за комплимент, но если серьёзно?       — Ты считаешь, что я сейчас шутил?!!!       И снова Иена вынесло на несколько минут, а заветное урчание поставило точку в валянии в постели.       — Хорошо, давай всерьёз это обсудим чуть позже, а сейчас пойдём завтракать.       — С удовольствием.