Мысли материальны

Утро, как и всегда, началось с душа, поскольку папочка снова решил встретить меня на кухне в одних боксерах, ну а меня поприветствовал утренний стояк. Стою под теплыми струями воды. Глаза закрыты, а перед ними, как видение, все так же стоит он: под тонкой кожей переливаются мышцы, внушительный бугорок под трусами…. И вот, рука слишком резко прошлась вдоль члена, а стон, сорвавшийся с моих губ, был слишком громок. Упираясь лбом во влажную от воды стену, я перевожу сбившееся дыхание. Думаю, не надо объяснять, что это было. Хотя…. Только что, да-да, я кончил от дрочки в душе, представляя перед собой моего отца. Наша семья самая обычная, только вот матери нет. Она умерла, когда я родился. Так что ее я совсем не знаю. Но отец очень любил ту женщину, потому, даже спустя 15 лет, новой «мамы» у меня не появилось. Мой папочка работал в известной фирме, заместителем директора, потому в деньгах мы никогда не нуждались. Ему сейчас тридцать пять. Он высокий и стройный. У него подкаченное тело, непослушные черный волосы и голубые глаза, что смотрели на меня с нежностью, представляя перед собой маму, потому что, по его словам, я ее копия. Я стоял напротив зеркала и с презрением смотрел на свое отражение. На меня смотрел из зеркала худой, почти прозрачный мальчик, ростом всего под 160 сантиметров, с непослушными вьющимися волосами, которые переливаются под солнцем оранжевым отливом. Черт, я слишком рыжий. Хотя, одно хорошо, ни одной веснушки нет на моей молочного цвета коже. Глаза, хм…. Глаза янтарные, слишком яркие, под густыми черными ресницами, тонкий вздернутый нос и пухлые губы. Фак! Бантиком.… Этого я терпеть не мог. Меня папа любил как сына, но я… Я чувствовал себя моральным уродом. Я полюбил его еще в семь лет, когда он встречал меня в первый мой день после школы. Он мне показался тогда слишком красивым, я его просто боготворил. Но в тринадцать лет я наткнулся на темовский сайт и понял – я гей. Но это было еще полбеды. То, что я люблю отца, своего родного отца, было главной проблемой. И вот на протяжении двух лет, почти каждое утро начиналось именно так. Я вышел с душа только в спортивных штанах, кожа еще была влажной. Папа сидел за столом уже одетый и пил кофе. Увидев меня, он улыбнулся и протянул ко мне руки, чтобы я подошел к нему. В груди что-то приятно кольнуло и я, покраснев и опустив глаза в пол, подошел к столь любимому человеку и обнял своими тоненькими ручками его шею. В груди бешено колотилось сердце. Отец крепко прижал меня к себе и поцеловал в скулу, усаживая к себе на колени. Когда у него было хорошее настроение, он делал именно так. Обнимал меня и нежно целовал. Да, это не тот поцелуй, который мне хотелось бы получать. Но было безумно приятно, вот так вот прижиматься к нему, чувствовать его тепло, запах кофе вперемешку с гелем для душа и просто его ванильным запахом кожи. В такие моменты я сидел и представлял, мол, это реальность, что папа счастлив со мной и любит меня. Я мечтал о таких днях, об этих утрах, что были столь приятны мне. Ну вот, снова в штанах стало тесно. Резко подрываюсь и начинаю накладывать завтрак себе на тарелку, пряча стыдливо глаза. Отец мило улыбается и откусывает тост, снова отпивая кофе. - Ты как всегда меня стесняешься, Тош. - Папа смотрит мне в спину, я неуверенно поворачиваюсь и сглатываю. -Пап. – Протянул я и снова покраснел. - Ну, что пап? Я ведь уже пятнадцать лет, как папа. – Довольный смешок вырывается из его губ. - Я…. – Я не знал, что ему сказать, ну вот как я могу рассказать? Он внимательно смотрит на меня, ожидая объяснений. – Я люблю тебя. – Выпалил я и выбежал с кухни. Закрываясь у себя в комнате, мое лицо горело, сердце отбивало безумный ритм в груди, руки дрожали. Что я сделал? Я не подумав, признался ему, что я гей. Мало того, что гей, еще и он, то есть отец, и есть тому причиной. Я сполз спиной по стене и закрыл глаза руками, лицо было влажное от слез. Хм, странно, я даже не заметил, как начал плакать. В дверь тихо постучали, и через секунду папа вошел в полумрак комнаты, потому что я еще не открыл шторы. - Тош. – Он позвал меня, так как не заметил, но услышав мой всхлип, повернулся и сел на пол напротив меня, погладив по волосам. – Ну, ты чего? Я ведь тоже люблю тебя…. О нет! Он не понял, в чем я ему признался….