Смерть во благо

Через три дня после гибели Мэйбл. Серые облака, нависшие над городом, медленно ходили по небу, оставляя чёрное пятно грусти в душе Диппера. Вот уже несколько дней нет ни слуху ни духу о его родной сестре, словно она исчезла во мраке, царившем тогда в тот вечер. Девчонка внезапно появилась и также быстро ушла. Слова сказанные ею в палате больницы Уискфорд оставили глубокий след в сознании Пайнса и ему казалось, что всё это было каким-то образом похоже на предсмертную речь. Но может не всё так плохо? И ему лучше перестать себя накручивать? Он хотел надеяться, что с Мэйбл всё отлично и она в скором времени вернётся, но жгучая боль в районе груди давала обратный настрой. От глубокого размышления вывел Диппера звук открывающейся двери и аккуратные шаги в его сторону. Шаги были тихие, невесомые, словно человек парил над полом. Шатен повернул голову от деревянного окна на гостя, посетившего его комнату. — Привет, моё золотце! Как ты? — мягкий голос с долей волнения, донёсся до ушей кареглазого. Перед его взором стояла фигура исхудавшей матери. В руках у неё поднос с аппетитной едой, чей вкусный запах юноша прекрасно уловил. Миссис Пайнс присела на край кровати и положила тарелку супа на прикроватную тумбочку, а после сцепила свои тонкие пальцы в замок, в ожидании ответа. — Я в порядке, мам, — снова солгал близнец, смахивая пятерней прилипшую чёлку со лба. Ему не хотелось говорить о своих внутренних эмоциях, он давно никому не раскрывался, кроме Мэйбл, которой в этот момент отсутствует. Если дать слабину, то дальше восстановить стену от бушующих потоков тревоги, страха и прочей ерунды, спрятавшиеся в душе младшего Пайнса, будет трудно и, даже в какой-то части, невозможно. Мать словно уловила фальшивость его слов или же учуяла. — Я же вижу, что тебе нездоровится и, что тебя мучает отсутствие сестры. Не переживай, милый, она вернётся, обязательно, — теперь слова женщины, сидевшей возле шатена, звучали тверже камня, будто она слепо верила в это. — Я надеюсь на это, мам. Очень надеюсь, — парнишка опустил взгляд в пол, а после поднял голову, обратив своё внимание на неостывшую тарелку супа. Голод так и не давал о себе знать за эти трое суток и еду, приносившую ему в больницу, буквально, запихивала в рот мама. — Тебе нужно хоть пару ложек супа съесть, а то на тебя больно смотреть. Ты хоть видел как ты исхудал? На тебе эта футболка просто висит. — как же приятно слышать, что хоть кто-то волнуется за тебя, появляется чувства нужности и этого становиться вдвойне теплей. Диппер усмехнулся и взглянул на миссис Пайнс. — Как и на тебе, — порой кареглазому хотелось и как раньше шутить, смеяться, радоваться жизни, но всё так резко поменялось из ярких тонов сразу в серые и чёрные, от которых хочется глаза выколоть, лишь бы не видеть этого всего. — Ох, это точно, — женщина оглядела свои руки и покачала головой. И в правду за эти дни мать Диппера сильно исхудала; бледная кожа и каштановые волосы на фоне белого лица стали на оттенок темней, глаза поблекли, губы растрескались. И в целом на них, действительно, страшно смотреть. — Знай, что я не отстану от тебя, если ты нормально не поешь, — все также на своём настаивала миссис Пайнс, теперь разжав пальцы и в одной руке держа ложку. — Так уж и быть, — близнец потянулся к тарелке и взял из руки матери ложку. Шатенка, пожелав сыну приятного аппетита, вышла из комнаты, оставив Диппера одного наедине со своими мыслями. Спустя неделю после гибели Мэйбл. «Сегодня в штате Орегон пройдут сильные осадки, а также будет северо-восточный ветер 12 м/с. Просим всех жителей этого штата быть крайне внимательнее на дорогах. Перейдём к следующим новостям этого дня…» Шум, исходивший из телевизионной коробки, потихоньку начинал действовать на нервы Пайнсу. Каждый раз ему приходилось тыкать на кнопки пульта и переключать эти долбанные каналы с одного дерьма на другое. Нервы Диппера натянулись до неузнаваемости, а в следующий момент просто-напросто разоврались, и поэтому он полностью отключил телевизор, за одно выкинув «дополнительную штучку » в другой угол комнаты. Шатен медленно поднялся с дивана и поплёлся на кухню. Окно, выходившее на красоты родного города близнеца, полностью было в дождевых каплях, которые медленно сползали вниз. Конец июля, а вот такая «замечательная» погодка царила в штате Орегон. Диппер подошёл к окошку и, вглядевшись в улицу, натянул шторы. За целых семь дней ни единого звонка или сообщения от Мэйбл. Теперь страх за родного человека в душе шатена нарастал с каждым минутой. Он не знал, что делать, объявить старшую Пайнс в розыск или же она вернётся? Но в последнее парнишка верил с трудом. Звонок в дверь снова разрезал нити разума кареглазого от размышления. Он вопросительно поднял брови, удивляясь, кто в такую погоду припрется к нему домой? Родители Диппера уехали по делам точно до вечера, дядюшки отправились в Гравити Фолз и он один остался в этой злосчастной квартире. Младший Пайнс добрался до входной двери и открыл её перед незваным гостем. Взор парня остановился на мужской фигуре в серой куртке, чёрные волосы небрежно растрёпанные и влажные, а глаза, скрывавшиеся среди прядей его волос сверкали бледно-голубым оттенком. Диппер напряг память и вспомнил, что он недавний друг его сестры — Ник Лэрсон. — Здорова, приятель. Как ты? — веселый тон вырвался из уст брюнета. — Я очень рад тебя видеть, Диппер. Так хорошо, что ты выздоравливаешь! — парень провёл пятерней по мокрым волосам, растрепав их ещё хуже и влага, находившаяся на его шевелюре, попала на лицо хозяина этой квартиры. — Я тоже рад тебя видеть, Ник, — Диппер пренебрежительно улыбнулся, смахивая с физиономии пару капель воды. — Заходи, — Ник благодарно кивнул головой и зашёл вглубь в квартире, попутно снимая куртку.

***

— Так зачем ты пришёл? — спросил Пайнс, наливая в керамическую чашку горячую воду. Диппер хотел ещё добавить пару слов, но его перебил гость. — Я решил показать тебе это., — Лэрсон загадочно засунул руку в карман брюк, и вынимая из него скомканный лист бумаги. — Это письмо написала твоя сестра, Пайнс. А после вовсе исчезла на неделю. Как я заметил по твоему выражению лица, то ты тоже не восторге и я подумал, что с Мэйбл случилось что-то плохое. Диппер резко повернулся в сторону друга, обратив внимания на письмо. Он подошёл ближе к столу, аккуратно поднял лист бумаги, и стал внимательно читать содержимое. « Дорогой Ник Лэрсон, в этом письме я хотела бы выразить огромную благодарность за нашу весёлую дружбу. Времяпровождение с тобой для меня было сказочным. Наши просмотры комедий, прогулки по ночному городу всегда останутся в моей памяти и также твой незабываемый образ. Я всегда буду помнить твои ярко- голубые глаза, которые служили для меня маяком в вязком тумане. И также не выкину из моей памяти наше первое знакомство в „Полярной Звезде“. Все эти события, произошедшие между нами, изменили мою жизнь в лучшую сторону. Ник, ты всегда был лучшим из всех, кого я знала, добрым и отзывчивым. Очень сильно прошу тебя беречь себя и позаботиться о Диппере. И помни, что я всегда любила тебя и буду любить твою милую мордашку.

С любовью, Мэйбл.» Диппер присел на стул и поднял свой озадаченный взгляд на Ника. — Что это значит? — пробурчал близнец, понимая, что это не ведёт ни к чему хорошему. — Это означает, приятель, что с ней что-то случилось и это что-то очень ужасное, — произнёс Ник, невольно прикрыв глаза. — И что мы будем делать с этим, Диппер? Что будем предпринимать? — брюнет открыл свои очи и задумчиво взглянул на шатена. — Я не знаю, — в голосе Пайнса слышались нотки тревоги и безвыходности. Он не знал, что делать, но, обязательно, что-нибудь придумает.