какого хуя айфон в снегу?

— Кашин-Какашин, ты сдох? Это самая веская причина, чтобы не встречать меня! — Лиза усмехается, быстро расправляясь со шнурками на кедах и вешая кепку на крючок в коридоре. — Он сегодня умирает, — Лера дает пять подошедшей подруге, — Привет. Лиза вскидывает брови, молча кивая на гостиную, на что получает немое «Да» и направляется туда, скользя по ламинату белыми носками. — Он полы не мыл со времен переезда, — Лера кривится, кивая на собственные ноги, на что Лиза лишь хмыкает. Лиза Неред — самый противоречивый человек в жизни Кашина. Самый нелогичный. И самый родной. Правда, последнее парень всячески отгонял, ведь Вы что, он же ДАНЯ КАШИН, он не может привязываться к людям! Они познакомились на какой-то очень тухлой вписке, уйдя гулять по ночному Питеру с початой бутылкой Джека. Парень воровал им яблоки в каком-то саду, ведь «Нет яблочного сока, зато есть яблочные яблоки!», а девушка находила нужные подворотни, чтобы убежать от полиции. Тогда Лиза вернулась домой только в девять утра, когда все ночные развлечения уже закрылись, а дневные еще не открывались. С того момента прошло почти два года, 1000 бутылок пива и несколько крупных дружеских ссор, после которых Лиза неожиданно уезжала в Чайковский. Нет, они с Даней не встречались и даже не были любовниками. Между ними определенно происходила какая-то странная химия, но никак не любовь. Она была той, кого он мог смело назвать сестрой. Как говорится, инцест — дело семейное. Все, на сегодня хватит таких очевидных шуточек. Они правда были как брат и сестра — только брат не целует сестру на чердаке собственного дома по пьяни. Этот случай обоими было решено забыть раз и навсегда, правда Даня иногда вспоминал свои губы, разодранные ее брекетами, а Лиза запах его толстовки, пропитанной алкоголем и дорогими сигаретами, которые парень пытался заглушить хорошей туалетной водой. Все: Лера, Руслан, Настя, Юлик, Кузьма — они точно знали, что их друзья — это всего лишь друзья. Знали, но строили немые догадки о том, что «Они все-таки ебутся, отвечаю!». Никто не лез в их пиздец-какие-странные отношения, которых как бы и не было. Камон, сами Лиза и Даня порой не знали, кто они друг для друга. Лиза не любит запах сигарет и когда лезут в ее жизнь. Но определенно точно она любит черный чай и максимально своеобразно этого рыжеватого уебка. Который наконец поднял глаза от телефона: — О, Лайзка пришла. — Пришла и нахуй пошла, — и еще Лайза не любила, когда ее называют Лайзой, — Вставай, чего разлегся. — Закрой ебучку, голова болит, — Даня кидает в подругу подушку, от которой она не успевает увернуться, получая по носу. — Так выпей Аспирин, кусок долбаеба, — Лиза закатывает глаза а-ля «Ну ты и тупой», направляясь на кухню за таблетками и водой. Это и отличало Лизу от Леры — первая давала подзатыльники и заставляла думать/решать/делать, когда вторая лишь утешала и говорила, что он со всем справится. И почему-то первое действовало намного эффективней, — Лер, во скок уезжаете? — Около 9 машина приедет. Загрузим все, да погоним. — Че, завидно? — Даня подпирает дверной косяк, вертя в руках злополучный телефон. — Не льсти себе, — Лиза с усмешкой протягивает парню таблетку Аспирина с открытой бутылкой воды. — Камон, ты не сможешь три месяца чалиться по отелям с общим душем. — На слабо берешь? — А ты клюнешь? — А ты хочешь, чтобы я поехала? — Я хочу, чтобы ты чалилась по отелям. — Дохуя хочешь. — Так ты едешь? — Конечно. Лера тихо улыбается в стол, вписывая в состав труппы «+1».