Глаза-незабудки.

— Митчи, ты пьян, что случилось? — взволновано спросила Кирст. — Я сейчас же к тебе приеду. Брюнет заканчивал со второй бутылкой виски. Его чувства накалились до предела: напиться и забыть— вот то, чего он хотел. Запах алкоголя распространился по всей квартире, вещи были разбросаны, колонки гремели на полную. Весь этот хаос дополнял ужасное настроение Митчелла, глаза помутнели – в них читалось и отчаяние, и безразличие, и безнадёга. Его ноги подкашивались от опьянения, и поэтому открыть дверь, когда Малдональдо приехала, стоило ему огромных усилий.  — Что здесь к чертовой матери происходит, Митчелл, ты выглядишь как запойный алкоголик! — Кирст была не на шутку шокирована происходящим. Нельзя было сказать, что брюнет никогда до этого не напивался, но чтобы довести себя до такого состояния… Подобное впервые.  — И как это понимать?!  — Никак. Хочешь виски? У меня есть еще одна бутылка, — с ухмылкой произнёс Митч. После этого он начал смеяться: от виски его рассудок помутился, он абсолютно не контролировал свои действия и эмоциональное состояние.  — Митч, ты пьян. Ч-что ты делаешь… Он вдавил Кирстин в книжный стол, обжигая теплым дыханием её лицо и впиваясь в тонкие губы, абсолютно не осознавая, что творит в этот момент. Сначала Кирстин пыталась остановить брюнета, но устоять перед этим миниатюрным и горячим парнем не было сил. Мальдонадо вырисовывала круги на его животике, пока он спускался к её ключицам. Всё ниже, и ниже. Это определённо не было проявлением высоких чувств — самая обычная похоть, вызванная алкоголем. Срывая одежду, Митчелл оставлял засосы на её теле, и через несколько секунд его член плавно вошел в хрупкое тело девушки. Зажмуренные глаза и тихое постанывание Кирст доставляли ему неимоверное удовольствие. Этот секс был неким освобождением от всего случившегося. Того, что так сильно ранило брюнета. Можно с лёгкостью утверждать, что к утру он и не вспомнит об этом, но всё то недельное напряжение скорее всего пройдёт. *** Воскресное утро выдалось неописуемо тяжелым для Митча. Он совершенно не помнил событий прошлой ночи, и лишь обнаженное тело Кирст вернуло его в реальность. Он начал вспоминать всё до малейших частиц, каждую секунду, каждый поцелуй. Всё это вызывало у него жуткое отвращение: он переспал с лучшей подругой. Размеренное дыхание Мальдонадо сопровождало утреннюю тишину. Брюнет встал с кровати, накинув на себя первую попавшуюся футболку, и пошел на кухню, чтобы заварить кофе, по дороге ужаснувшись, увидев свое отражение в зеркале. Заваривая латте, он обдумывал, как же поступить дальше. Ему не хотелось испортить настолько близкие отношения с Кирст, потерять бесценную подругу.  — Доброе утро, Митчи. Я хотела спросить, что вчера случилось? — брюнетка присела рядом с Митчи, попивая теплый кофе и всматриваясь в утренний пейзаж за окном.  — Погоди, я помню, что между нами произошло. Я не хочу тебя ранить и обидеть, но это лишь алкоголь ударил мне в голову, — нервно теребя чашку в руках, говорил парень. Было видно, насколько этот разговор тяжело давался ему. Он пытался подбирать слова, которые не задели бы чувства Кирст, однако в тоже время прекрасно осознавал, как это, когда у тебя появилась мимолетная надежда, которую разбивают на следующий день.  — Знаешь, что произошло вчера? Скотт выходит замуж, и он, он пригласил меня на вечеринку в честь помолвки… И, Кирст, ты плачешь, я не хотел тебя обидеть. Ты ведь знаешь, что я — гей. Кирст… Он не успел сказать больше ни слова, как Кирст в слезах выбежала из квартиры. Теперь он остался совершенно один, упрекая себя за вчерашний вечер, ведь обычная похоть отобрала у него лучшего друга, человека, который всегда поддерживал и искренне сопереживал в самые трудные моменты. Неудивительно, если Мальдонадо теперь ненавидит брюнета и хочет навсегда забыть о нём.