Боец в подарок

С тихим скрипом открылась балконная дверь и в комнату ворвался морозный воздух, а с ним несколько своевольных снежинок, одна из которых приземлилась на нос спящему Рицке. Он смешно фыркнул и забрался под одеяло с головой – только тёмная макушка продолжала торчать снаружи. Соби курил, стоя на балконе, и с улыбкой смотрел, сквозь стекло, на своего любимого Бойца. Сегодня его любимому котёнку – хоть применять к взрослому безухому парню эпитет котёнок не самый лучший вариант, Соби не мог отказать себе в удовольствии, ведь Рицка для него всегда останется котенком – исполняется 27 лет. Задумавшись, Соби отвлекся от созерцания своего возлюбленного и облокотился на перила. Он уже приготовил всё для праздничного стола и пикника – да, список мероприятий в этот день был просто колоссальный и пикник, несмотря на глубокий декабрь, был одним из пунктов – упаковал подарок, обзвонил родных и друзей, а ещё… Агацума вздрогнул и обернулся. Обнаженный Рицка сидел на кровати и, улыбаясь, наблюдал за своей Жертвой. Он не звал, а просто смотрел, потому что знал, что буквально через несколько секунд его родной и горячо любимый Соби обязательно обернется, почувствовав взгляд. Аояги поднялся с кровати и подошел к окну, подышал на стекло и вывел сердечко, смущенно улыбаясь. Несмотря на то, что они столько лет вместе, Рицка продолжал смущаться. С Соби он до сих пор чувствовал себя пятнадцатилетним мальчишкой. “Соби, ты замерзнешь”. “Ну, ты же меня согреешь?” “Если сам раньше не замерзну”, – Рицка облизнулся, а у Соби из пальцев выпала сигарета. Поднимать он её не стал, только сразу распахнул дверь, вновь запуская в комнату холод. Кожа Рицки мгновенно покрылась мурашками, и он вздрогнул, ощущая на плечах холодные пальцы Жертвы. – Мой Рицка… – путаясь в одежде, он пытался притянуть к себе Бойца, но тот, смеясь, отступал к кровати. – Котёнок, подожди, я ещё не поздравил тебя с днём рождения! – Сейчас и поздравишь, – Аояги обхватил лицо Жертвы руками и нежно поцеловал. – Надеюсь, что поздравишь ты меня не один раз. Надежды Рицки оправдались – Соби поздравил его не один раз и даже не два. С поздравлениями он постарался на славу. Блаженно улыбающийся Страж возлежал на Агацуме и выводил на его груди какие-то, одному ему известные узоры. – Я так и знал… – выдохнув, вроде как и печально, но с такой довольной улыбкой, что становилось понятно: до печали там как до России пешком, Соби поцеловал своего любимого именинника в нос и хохотнул. – Что ты знал? – Знал, что половина запланированных мероприятий так и останется в планах, – Агнец веселился, глядя на приподнятую бровь Бойца. – То есть, тебе не понравилось и лучше бы мы сейчас воплощали в жизнь твои идеи с пикником? – Именно так. – Ну, ты и мерзавец, Агацума Соби! – Рицка обрушил на голову мужчины подушку. И они выпали из реальности ещё на полтора часа. – Ты опять поставил мне засос, – Аояги придирчиво разглядывал себя в зеркале и косился на Соби, хлопочущего на кухне. – Они не успевают сходить. – А мне нравится. Тебе идёт, – Агацума заглянул в комнату, улыбнулся и протянул Рицке на пробу мясо в пряном соусе. – Необыкновенно вкусно, – зажмурившись и прожевав, Рицка потянулся за Жертвой на кухню. – Знаешь, я согласен, что мне идёт, но мне приходится носить одни только водолазки. – А почему ты носишь только водолазки? – Соби помешивал очередной кулинарный изыск в кастрюле и улыбался, спрятав улыбку за выбившейся прядью волос. – Ты издеваешься надо мной? Нет, точно издеваешься. Представляешь реакцию моих студентов и коллег? – Боец покосился на Агацуму и нараспев добавил: – Наверняка пристава-а-а-ать начнут. – Рицка. – М? – Носи водолазки. Аояги засмеялся, обнимая Жертву со спины. – Ревнивец. – Собственник. Ты только мой. – Да кто бы спорил, – от разбирательства, кто кому принадлежит, Нелюбимых отвлек звонок в дверь. – Странно, вроде ещё рано для гостей. Ты какое время всем сказал? – Все должны прийти только через два часа, – Соби нахмурился, но не успел больше ничего сказать, как Рицка открыл полусистему и, нахмурившись, уверенным шагом двинулся к входной двери. – Рицка, подожди! Соби рванулся за Бойцом, но вспомнил, что включена печка, кинулся обратно, чтобы выключить и, пока проделывал все манипуляции, Рицка уже вернулся. Он стоял в дверном проеме между кухней и комнатой и держал в руках увесистый сверток синего цвета, который подозрительно пищал. – Рицка? – Агацума осторожно подошёл, с недоумением глядя на Аояги, таращившего глаза и кивающего на куль, заглянул в него и охнул – из конверта на них смотрел младенец, почти полная копия Рицки, но с такими же голубыми, как у Соби глазами. – Рицка?! – Что – Рицка? Я сам обалдел. И вообще, не ори, ты его напугаешь, – Страж протянул руку и потрепал малыша по пушистому угольному ушку. Тот зажмурился и радостно загулил в ответ. – Соби, он такой красивый… – Красивый, – эхом ответил Соби и, улыбнувшись, погладил ребенка между ушек. – Но чей он? Посмотри внимательно, должна быть какая-то записка. Не могли же оставить ребенка под дверью в зимнюю стужу просто так. Рицка развернулся и в два шага достиг дивана, куда уложил малыша и развернул одеяло, в которое тот был завернут. Сразу же взору мужчин явился черный хвостик и ручки, которые мгновенно потянулись к Рицке. – У него даже хвост, как у тебя был, – Соби с улыбкой наблюдал за тем, как маленький котенок пытался дотянуться до Бойца, а потом перевернуться, раз уж достать Рицку не получалось. – Ну, как, есть письмо? – Есть вышивка на одеяле: Такао. И больше ничего… – Аояги несколько секунд смотрел на улыбающегося, егозящего ребенка, и взял его на руки. Тот сразу прильнул и ухватил Рицку за отросшие волосы. – Значит, ты Такао, да? – У-у-у! – Кажется, ты ему понравился, Рицка, – Соби тихонько засмеялся, но буквально через несколько мгновений посерьёзнел. – Что будем делать? После такого вопроса Жертвы воцарилась тишина, слышно было только тихое мурчание и невнятное агуканье малыша, который по-хозяйски обвил руку Рицки своим хвостиком. – Соби, а, может… – Рицка, как ты себе это представляешь? А вдруг его украли, а нам подбросили, и сейчас родители Такао его ищут, – Агацума пытался воззвать к голосу разума, хотя сам не хотел уже никому отдавать малыша. – Соби, сегодня выходной, к тому же уже вечер, ну, вот куда мы можем его отдать сейчас? – он умоляюще посмотрел на свою пару, а Соби никогда не мог сказать Рицке нет. Малыш на руках Бойца тихонько заплакал, и у Аояги началась паника. – Соби, он плачет. Почему он плачет? Я сделал ему больно? – Я думаю, он просто хочет есть, – Агацума подошел в шкафу и, порывшись в вещах, отыскал бутылочку и ринулся на кухню подогревать молоко. Пока Соби был на кухне, Рицка развлекал малыша как мог, только бы немного отвлечь от чувства голода. – Ты похож на заботливую мамочку. – Соби, давай уже молоко, – перехватив бутылочку с молоком из рук лучезарно улыбающейся Жертвы, Боец принялся кормить ребенка. Тот забавно причмокивал, зажмурив глазки, обхватив бутылочку своими маленькими ручками поверх руки Рицки. – Ками, какой же он чудесный… Соби, сходи, в магазин, малышу надо кое-что купить. – Но, Рицка, а как же… – Соби. – Тон Стража не терпел каких-либо возражений и Агацума, тяжко вздохнув, пошел переодеваться. – Вот уже который год я сомневаюсь в том, что Жертва в нашей паре я. Соби успел уйти и вернуться, а Рицка всё продолжал прижимать к себе этот мягкий теплый комочек, который доверчиво льнул к нему, лепетал что-то на своем младенческом и смотрел своими огромными голубыми глазищами. В тот момент Аояги понял, что, если с малышом Такао придется расстаться, то это будет одно из самых тяжелых расставаний в его жизни. С помощью всемирной паутины Нелюбимые отыскали рекомендации для молодых родителей, помыли ребенка, переодели и Рицка стал его укачивать. Много времени не потребовалось, чтобы малыш заснул. Но, заснув, его хвост продолжал обвивать руку Аояги. – Рицка, скоро придут гости, – Соби положил голову на плечо Бойца и поцеловал его в висок, с умилением глядя, как его любимый осваивает новую профессию мамочки. – Какие гости? Ох… точно, день рождения… сейчас примчится весь этот бодрый табун, – Рицка устало выдохнул, но его взгляд упал на спящего котенка и он вновь улыбнулся. – Может, уложить Такао в другой комнате и плотнее прикрыть дверь? – Ты с ума сошел? А если он проснется, поползет по кровати и упадет? Ну, уж нет. – Можно открыть купол и тогда мы точно будем знать, когда он проснется. – Со-о-оби, малыш – универсал, неужели ты не чувствуешь. В таком возрасте он бессознательно прикроет любой купол, – внезапно Рицку осенило. – Соби, он принадлежит к нашему миру. – Это я заметил. Да и ты ещё и уточнил. – Он похож на меня и на тебя. – К чему ты ведешь, котенок? – Соби. Шестеренки в голове Агацумы закрутились. Не тот случай, когда достаточно сложить дважды два, но Жертва усиленно думала. Он понял, к чему ведет Боец, но поверить в подобное был не в состоянии. – Нет. Точно нет. Рицу-сенсей такое бы точно не сделал. – А Нагиса запросто. Развить мысль Рицке не позволил звонок в дверь. Соби нехотя отстранился от Стража и пошел к двери, готовый утихомиривать вечно шумных Зеро и Возлюбленных – то, что за дверью именно они, было ему понятно без слов. Но они сумели его удивить – эта четверка не произнесла ни звука, они просто помахали Агацуме ручками, радостно скалясь, пихнули ему в руки пакеты и так же бесшумно просочились в квартиру. – Где они? – Нисей нетерпеливо вопрошал обалдевающего Соби. – Они? – Придурок, – Сеймей отвесил неслабую оплеуху своей Жертве и криво улыбнулся Нелюбимому. – Он имел ввиду, где… где тапочки! Он же не может без тапочек, ноги боится застудить. Сам понимаешь, возраст не тот уже, иммунитет ослаблен, болеет часто. Настолько разговорчивым Соби Аояги старшего, за столько лет, не видел ни разу, а потому зерно подозрения росло в его душе просто с невероятной скоростью – Что происходит, Сеймей? – Сей молчал, как партизан на допросе, переминаясь с ноги на ногу, периодически отвешивая Нисею тычки, но в комнату, по какой-то причине, без приглашения не проходил (хотя, раньше ему не требовалось особых приглашений). – Нисей? – Жертва Возлюбленных избрала беспроигрышную тактику. Акаме стоял и улыбался, хлопая ресницами. – Йоджи, Нацуо? Всё то время, которое они уже находились в квартире, Зеро тихонько посмеивались над потугами Возлюбленных хранить молчание и попытками Соби выудить из них хоть какую-то информацию. В прихожей возник Рицка с проснувшимся Такао на руках. – И что здесь происходит? – Вау… правда, похож, – Йоджи смотрел на малыша с неподдельным восхищением. – Ещё и универсал, – Нацуо хотел было протянуть к котенку руки, но получил по оным от гневно смотрящего Соби. – Сначала помыть? Сеймей и Нисей вообще не могли вымолвить ни слова. Только через пару минут Акаме выдал: – Надо Нагису попросить и нам такого сделать… – за эту фразу он снова получил от любимого Бойца зуботычину. – Ты против? – Я не против, но ты придурок. Это в тебе с годами не меняется. – Может, кто-то объяснит мне, что, чёрт возьми, происходит?! – Рицка повысил голос и Такао на его руках захныкал. – Тише, тише, малыш, прости… – он повернулся и пошел в комнату, кивнув всем, предлагая следовать за ним. Кое-как успокоив ребенка, он задал свой вопрос ещё раз, чувствуя, как со спины его обнимает Жертва. – Ну, и? – Гармонично смотритесь, – Сеймей улыбался вполне по-человечески. – Согласен, очень гармонично. Нет, ну, нам всё-таки нужен такой малыш, Сей! – Нисей сказал и прикрыл голову руками, но его Боец только закатил глаза и прошептал очередное ругательство в адрес своего Агнца. – Нагиса? – Рицка обратился ко всем четверым разом. – Само собой. Не Рицу же, – Йоджи корчил Такао рожицы, а тот веселился, поджимая маленькие ушки. – Ну, кажется, её сюрприз удался… С днём рождения, Рицка!