Animator with circlet of flowers

      Сначала парни задумываются о душе, и первым туда отправляется Луи, а Гарри тем временем решает перенести свои вещи к нему в комнату.       Расположившись, он подготавливает себе одежду и, чтобы занять время, начинает рассматривать фотографии на стене. На одной Луи вместе с каким-то парнем на фоне школы, очевидно, это фото со дня выпуска. На другой он в футбольной форме и с кубком в руках, рядом висит фотография парня с маленькими близнецами в роддоме, а в самом центре красуется снимок всей семьи на пикнике. Гарри долго рассматривает фото и поражается Луи. Тот создаёт образ дерзкого и серьёзного, но в то же время совершенно милого и нежного парня. Его любовь к семье и забота о них просто безгранична, и Стайлс мечтает о том, чтобы однажды кто-то так же любил его. Конечно, его любят родители и сестра, хоть она та ещё заноза, но он сейчас говорит о своей второй половинке. Гарри чувствует, что влюбляется в этого парня, и его тянет быть с ним, но расстояние — штука дерьмовая. Завтра кудрявый уедет домой, а Луи останется здесь, и это неизбежно. Решив, что сейчас не стоит думать о грустном, Гарри принимается искать другие темы для размышлений, но в этот момент открывается дверь ванной. Луи выходит в одних боксёрах и белой футболке. Да-да, в той самой незаменимой футболке. С его волос стекают капли воды и катятся по ключицам, скрываясь под белой тканью. — Хаз, ты пойдёшь в душ? — спрашивает он, вытирая волосы полотенцем. — Да, уже иду. И мне нравится это прозвище, мишка Бу, — Гарри проходит мимо и быстро чмокает Луи в губы, ухмыляясь. — Я же предупреждал! — кричит тот, но Стайлс уже скрывается за дверью. Он находится там недолго, поэтому Луи успевает лишь снять футболку, отыскать пульт от телевизора и лечь под одеяло. Гарри выходит из душа через пять минут. Он накинул на себя полотенце, но вид на кубики остался открыт, отчего Луи, замечая это, тяжело сглатывает. Кудрявый в невероятной форме. Шатен не может поверить, что человек, который работает в пекарне и всё свое свободное время уделяет детям, находит возможность заниматься в зале, да ещё и так усердно. Возможно, Луи был бы в такой же потрясающей форме, не будь у него плотного графика и лени. — Иди ко мне, милый, — говорит он, похлопывая по другой стороне кровати. — Посмотрим фильм? — С удовольствием, — отвечает Гарри, присаживаясь на кровать. — Но сначала я хочу поговорить. Луи совсем не нравятся такие фразы. За ними всегда следует что-то плохое и разбивающее сердце. — Мы знакомы от силы двенадцать часов, и, знаешь, я чувствую себя подростком, который в первый раз влюбился. Надеюсь, что это взаимно, и я не выгляжу полным идиотом, так вот, — кудрявый быстро переводит дыхание, потому что волнение просто зашкаливает. — Мне так хочется узнавать тебя и наслаждаться твоим присутствием, потому что ты удивительный, но… — Гарри останавливается. Всегда есть это «но». — Я не хочу говорить это, Лу, но я уезжаю завтра в Лондон, и мы не сможем видеться, что очень важно, ведь я хочу видеть тебя, прикасаться к тебе и водить на свидания, а ещё… — он говорит без остановки, даже не выдыхая, но вдруг его речь прерывается громким смехом шатена. — Я что-то сказал не так? — обиженно спрашивает он. — Хаз, не обижайся, но ты такой дурак, — успокоившись, говорит Луи. — Поверить не могу, что ты уедешь в Лондон, потому что я переживал, ведь думал, что это ты останешься в Дони, а я уеду в Лондон. — Что? — не понимает Гарри. — Я говорю, что мы вместе уедем в Лондон завтра. Можешь не вычеркивать свидания из своего списка, — отвечает Томлинсон, счастливо улыбаясь. Он поверить не может, что этот парень не только признаётся ему в чувствах, но и живёт с ним в одном городе. — Лу, ты шутишь? Что ты забыл в Лондоне? Кажется, до кудрявого ещё не совсем доходит. — Я живу там, Гарри. — Что? Постой. Что? Ты живёшь там? Мы сможем видеться и ходить на свидания? Чёрт, Лу, — Стайлс бросается вперёд и утягивает Луи в объятия. Он счастливо улыбается, утыкаясь парню в шею. — Ауч, мне щекотно, — шатен заливисто смеётся и толкает Гарри с кровати, на что тот лишь привстаёт и сразу же седлает бёдра Луи. — Кажется, я нашёл слабое место медвежонка Лу, — он озорно улыбается и тянется к ребрам старшего. — Даже не смей, кудрявый наглец, ты отправишься в свою комнату, — угрожает тот. — И сними уже полотенце, оно закрывает прекрасный вид. Гарри ухмыляется и послушно скидывает ткань, открывая взору Луи свои мышцы и татуировки. — Боже, серьёзно? — Томлинсон вновь начинает смеяться и в неверии прикасается к одной из тату на руке цветочного ангела. — Что? — Гарри снова в заблуждении смотрит на парня. — Чёртов корабль и… якорь! Как я мог не заметить якорь, — Луи в шоке и, наверное, улыбается слишком широко, потому что кудрявый дико смотрит на него. — Что не так с моими тату? — в его голосе слышно сомнение. — Гарри, они потрясающие. И ты потрясающий, а знаешь почему? — спрашивает Луи, кладя ладонь на его щеку.  — Почему? И Луи наконец чувствует это. Он чувствует, что пришло время, что он встретил того самого человека, который будет дополнять его. Который будет любить его и их детей больше жизни. Будет вместе есть мороженое и смотреть мелодрамы, а ночью ложиться ему на грудь и позволять перебирать спутанные кудряшки. И, конечно же, готовить блинчики по утрам, без этого никак. Это именно то, что Луи так долго пытался найти и поймать, и именно то, что никогда больше не упустит. И Гарри должен знать об этом. — Потому что ты — моя судьба.