История, которую занесло снегом

      Санджи резко выпрямился, все еще будучи насаженным на член Зоро и сидя у него на коленях.  — Ахринеть! У тебя тут есть интернет?! Но мы могли вызвать аварийную службу! Ты грязный извращенец, скрыл это специально! Ты… Ах, ах, ааааах!       Как только Санджи начал пытаться высвободиться от объятий Зоро, тот прижал его к себе сильнее, обхватил за спину, вдавливая живот в живот, обнял за плечи, прижимая голову блондина к своему плечу, но при этом не переставал двигаться. «Я объясню, я все объясню», — шептал он с хрипотцой на ухо, ничего не поясняя. Санджи поначалу трепыхался, но затем Зоро нашел правильный угол, под которым сохранять четкость рассудка было сложно. Да и переигрывать что-то было поздно, сегодня последняя «ночь», Санджи уже во всю «отбывает свою повинность», потому он в итоге расслабился и позволил себе получать удовольствие. Он внезапно смирился и с этой мыслью, да он получает удовольствие, когда его трахает малознакомый мужик. Интересно, неверующим можно замаливать грехи?       Когда все закончилось, Зоро откинулся на кровать на спину, все так же прижимая к себе Санджи, не обращая внимания на измазанный спермой живот. — Пусти, сумасшедший извращенец, — пробубнил Санджи что-то ему в плечо. — У тебя была связь с миром, ты просто решил соврать нам, чтобы попользоваться кем-то из нас.       Зоро прикрыл глаза и повернул голову к Санджи, поскольку отпускать его было рано, он уткнулся лицом в макушку со светлыми волосами. — Я неудачно пошутил. Я правда ненавижу гостей, но техническая служба в этом округе работает только до четырех вечера из-за метелей зимой. Утром бы они прибыли к вам, потому я сказал, что вы можете остаться до девяти часов утра и вызвал их… Дурацкая шутка, из-за которой я стал маньяком… Кто же знал, что ночью я проснусь от того, что кто-то страстно меня целует, я наполовину был уверен, что все это сон такой реалистичный из-за одиночества, когда мы переспали, я думал, поэтому мне так нереально хорошо. Но утром ты мирно спал в моей постели… Я отменил заказ неотложки на это утро, я сам не понял, что сотворил, велел им приезжать на следующее утро. А потом ты пришел второй раз, я правда не хотел, но это было так… Я не удержался и перенес ее опять на следующее утро, чтобы теперь все обстоятельно погуглить, — он хмыкнул Санджи в волосы, — я оказался такой слабак, я никогда такого не испытывал. И потому каждый раз проигрывал соблазну продлить это еще на день…       Санджи лежал, замерев, вслушиваясь в рассказ. Он больше не ругался и не вырывался. — Ты все равно маньяк.       Зоро снова легонько улыбнулся: — Знаю, у меня какая-то одержимость. Мне жаль, что я делал все не правильно и делал тебе больно. — Только поэтому тебе жаль?! Не приближайся к Нами-сан, извращенец! И смотреть на нее даже перестань!       Он не видел, как Зоро закатил глаза, а потом его руки плотнее сжались вокруг Санджи: — Да, да, знаю… ты едешь с ней к ее родне? — Да, она сказала, что если я хочу быть ее парнем, то ее строгие родственники должны сначала… — он не успел договорить, потому что Зоро рванул, резко меняясь местами — теперь Санджи лежал, придавленный Зоро, а тот целовал его голые плечи, оставлял засосы на шее. — Мм… Зоро, что ты… Ах…       Что бы Зоро ни делал, делал он это хорошо, что даже сопротивляться из каких-то принципов морали не хотелось. — А ты можешь не ехать? Останься здесь… — Зоро гладил его бока и бедра, сантиметр за сантиметром избавляясь от все еще висящих на бедрах штанов. — Что? — Санджи соображал не четко, к чему этот разговор. — Нет, я… я же обещал Нами-сан… я не могу подвести ее перед родней… ох, Зоро, что ты творишь, завязывай… — Просто целую, не вырывайся, — пальцы Зоро гладили затылок и шею, те места, которые напрочь отключали у Санджи мыслительный процесс, у Зоро же наоборот — мозг старательно пытался найти выход. — А если это не потребуе…       УРРРРР! Мысль была прервана невероятно громким урчанием в животе Санджи, особо громким в тихой устланной коврами комнате, в покрытом снегом особняке, крадущим каждый звук снаружи. Зоро приподнялся на локтях, чтобы увидеть, как покраснело до пунцового оттенка лицо Санджи. — Сле… слезь с меня, — выдавил из себя блондин. Зоро вздохнул, сел на кровати и дотянулся до корзины с перекусом. При этом одна его рука не покидала торса Санджи, чтобы тот не вздумал вставать — разговор ни разу не окончен. — Я же говорил, что принес перекус. Я сказал рыжей, что ты заболел и спишь, потому она решила принести тебе еды в комнату, — Зоро не стал распространяться, по каким причинам вышло так, что принес ее он. — Тебе лучше остаться тут, чтобы не разрушать легенды, если ты выйдешь здоровым, она что-то заподозрит. — А ты просто король лжи, как я посмотрю, — хмыкнул Санджи, натягивая на себя хотя бы одеяло, раз брюк его лишили. — Сам просил сохранить тайну, — Зоро сказал это слишком уж довольно. Санджи вздохнул, эти четыре дня и из него сделали лжеца.       Они ели прямо в кровати, поставив корзину на колени. Зоро забыл приборы, потому рис с ароматной грибной подливкой ели руками, облизывая пальцы. — Ах, Нами-сан такая заботливая, а я отрубился, как слабак, и взвалил на нее мои обязанности, — вздохнул Санджи. Зоро едва удержался, чтобы не ляпнуть, что у Санджи другие обязанности в этом доме. Нельзя, он же только что пытался объясниться, что не совсем маньяк. Вместо этого, когда тарелка закончилась, он взял руку Санджи и медленно по отдельности облизал его пальцы. Тот запунцовел второй раз. Зоро поцеловал запястье, Санджи попытался выдернуть руку. Зоро скинул корзину с кровати и закинул его руку себе за спину, устраиваясь на боку, чтобы они лежали на кровати лицом к лицу. Санджи уставился на него молча, изучая шрам на глазу, пробежавшись взглядом по линии подбородка… Лежать так было тепло и уютно. Рука Зоро пробежалась вдоль бока до ягодиц Санджи. — Ну нет, — немного сонно пробормотал он, закапываясь лицом куда-то в подмышку Зоро, — Я договор выполнил, дальше это будет уже наглой изменой Нами-сан. — Тц! Какой принципиальный, — Зоро явно был не доволен, он выудил лицо Санджи за подбородок и заставил посмотреть на себя. — А где пролегает грань наглой измены? — Я не знаю, дай мне согреться, — теперь Санджи уткнулся носом ему в шею. Но Зоро не отставал, вновь заставляя смотреть ему в лицо. — Это измена? — он аккуратно поцеловал Санджи в губы. — Н-н-не знаю… нет… — внутри блондина боролись чувства. Поцелуя хотелось, хотелось даже большего — ласки, касаний, согревающих от любого холода объятий, но правильно ли это? И почему он всякий раз задает себе этот вопрос, раньше же было ясно, что совсем не правильно! Зоро же его ответ весьма удовлетворил. Он погладил Санджи за шею, наблюдая, как тот совсем расслабляется, и поцеловал долгим провоцирующим поцелуем в плечо. — А это измена? — Н-н-не уверен. Не зна… — А это измена? А это? — Санджи получил все, что хотел — горячие руки в эту декабрьскую стужу, ощущение близости, теплоты… Всякий раз Зоро спрашивал его, и всякий раз оказывалось, что грань еще не пройдена, а значит Санджи может себе это позволить… Под поцелуями начерченная Санджи моральная грань отступала все дальше, но и Зоро не был дураком, не провоцируя его откровенно. Ему не был важен секс, он хотел, чтобы Санджи еще раз заснул в его кровати до утра, как в те первые разы. И пока тот ранним утром будет спать в самой тихой комнате дома, у Зоро будут дела внизу…       Санджи всегда просыпался рано, сегодня он сделал это еще и с особым удовольствием — сотню лет так много и с таким удовольствием не спал, главное — не признаваться себе, из-за кого ему было так было тепло и спокойно, ведь… Нами-сан! Сегодня же пятница!       Спускаясь по лестнице по мягкому ковру, в чьем приятном тепле блаженно утопали пальцы его вечно мерзнущих ног, Санджи услышал голоса, а потом и заметил тени стоящих около дверей людей. — Нами, ты же даже не успела к нему привязаться! — Сначала ты велишь мне привозить сюда на твою проверку всех своих новых парней, бракуешь их пачками, а когда мы наконец находим хоть кого-то, кто готов ради меня на все и не кричит на твое предложение об оплате за проживание: «Трахни ее, я подержу ее для тебя», ты просишь меня о таком! — Сестренка… — А теперь мы это вспомнили! Ты используешь грязные приемы, братец! Зачем он тебе, ты ведь даже не гей! Да и он за каждой юбкой… — Да какая разница, если… Оставь его мне, уезжай сегодня, как и планировалось, дорогу уже расчистили, вот свеча зажигания, вставишь ее на место старой. Да тебе же не впервой так чинить… прошу тебя…       В прихожей повисла тишина, а потом послышался вздох рыжей, и она заговорила: очень ласково и со смешинкой. — Ты заставил меня убираться в особняке! Воспользовался тем, что мы задержались здесь. Хотя я сразу должна была догадаться, что тут есть подвох, когда ты заявил мне в библиотеке, что отменил вызов техслужбы… — Ты на прошлые праздники вдвоем с Пероной по всему дому срач развела. Это маленькая месть! — Месть. Я ведь тоже могу отомстить, пойти и разбудить Санджи… — Не надо, Нами, — голос Зоро был надорванный, полный боли. От тени Нами отлепилась тонкая ручка и коснулась головы высокой тени, принадлежащей Зоро. — Ты впервые просишь о чем-то за десять лет, как я могу отказать, горе мое луковое. Еще и мучился так, что порезался, бедненький. У овечки боли, у ежика боли, а у Зоро сердечко не боли… — ласково пропела Нами видимо заученное братом и сестрой с детства «заклинание». — Ладно, брошу тут парня тебе «на съедение», хоть проследит, как рука заживает. Не обижай его, ты же видишь, Санджи хороший человек. Но если я найду еще одного парня, который готов ради меня на все, он точно мой, не лезь без очереди. И да, это от меня тебе на Новый год, другого подарка не жди! — Нами, ты лучше всех, другой мне не нужен. — Смотри, если не упустишь его, то на семейных праздниках буду эту историю рассказывать при всех! — Пффф, напугала, да мне плевать.       Нами хихикнула. — Тебе-то да, а вот Санджи как пить дать поперхнется и покраснеет до корней волос. — Все же ты рыжая стерва. Люблю тебя. Позвони, как доберешься, — голос Зоро был полон счастья.       Тень Нами приблизилась к тени Зоро, рыжая девушка оставила поцелуй на щеке брата. Послышался щелчок двери, в дом залетела противная поземка, и Санджи поспешил назад от нее и от своих мыслей в комнату с большой кроватью, где он уснул вчера в объятиях Зоро. Братец? Сестренка? Теперь многое стало ясно: теплые взгляды Нами, то, как она сорвалась с места, стоило Зоро порезаться… Ха-ха, а ведь это Нами сказала ему, где в доме искать аптечку, а он и не заметил. Так это был тест, и они проворачивают такое с каждым кандидатом в парни Нами? И Санджи такой дурак, что первый из всех не просто согласился, а так старался не пугать Нами, что сам к Зоро в постель ночью приперся, чуть ли не насильно ему отдавшись?! Так это и была та самая «встреча со строгими родственниками»… А Санджи так виртуозно ее провалил. Он ведь только хотел защитить Нами-сан, но это был ее брат! Какой стыд, вечно Санджи с девушками перебарщивает в самоотверженности.       Он завернулся в пушистое одеяло, притворился спящим, скрывая горящие щеки, когда в спальню вернулся Зоро. Тот был явно счастлив, насвистывал что-то себе, а потом тоже улегся на кровать и обнял его сзади прижимая к себе. Через минуту Санджи ощутил, как тот поцеловал его в волосы на затылке и прошептал: «Теперь только мой». Санджи стало тепло и уютно, многие вопросы отпали сами собой, он конечно хотел еще подумать о чем-то трагическом, но нечаянно согрелся и уснул.                                                                   ***       Когда минул Новый год, прошли январские морозы и дикие февральские метели, а снег в начале марта блестел на солнце, обещая скоро растаять, перед особняком Ророноа снова сломался яркий красный автомобиль. На этот раз за руку к дверям особняка дико мерзнущую рыжую девушку вел черноволосый парнишка. По традиции они поторчали у входа, Зоро все прекрасно слышал, просто давал гостям время «настояться» и дойти до нужной степени отчаяния. Наконец он открыл дверь.  — Ой, ты живешь один в снегах и у тебя такие странные волосы. Дядька, ты часом не йети? — спросил парнишка с порога, когда Зоро еще и рта раскрыть не успел. Рыжая девушка прыснула в ладошку, кажется, что ее смех прошелся эхом по всему огромному особняку. По крайней мере в спальне смешки тоже слышались. Все это заставило Зоро разыграть еще более угрожающего и жуткого хозяина одинокого особняка. Однако, когда в гостиной он угостил их чаем с ароматным свежеиспеченным печеньем и выдвинул парочке свои требования: один из вас должен удовлетворять меня, и брат с сестрой пытливо уставились на черноволосого парнишку — как он отреагирует? Их ждал сюрприз. — Но ведь тебе это не нужно, дядька, — озадаченно сказал парень. — У тебя на шее засос.       В образовавшейся вдруг в гостиной тиши показалось, что наверху прокатилось звонкое эхо смеха, родившееся где-то в коридоре второго этажа. «Жуткий хозяин» смутился как девочка и хлопнул себя ладонью по шее, пытаясь прикрыть засос. — Ты живешь не один, дядька? Эй, кто там, может тебя подвезти до города, когда мы починимся? Эй, кто там еще живет, давай дружить! — паренек по имени Луффи орал на весь особняк, Зоро чуть не кинулся затыкать ему рот руками, он надеялся спровадить парочку, пока уставший от недавнего «дневного перерыва на секс» блондин спит в теперь уже их комнате. — Здесь пахнет сигаретами, — хмыкнула Нами. — А еще жареным мясом. Дядька, у тебя в духовке жареное мясо?! — П…проваливайте! — рявкнул жуткий хозяин особняка, находясь в растерянных чувствах. Парень предложил увезти Санджи?! — Да не волнуйся, дядька, мы тебя не объедим. У нас все заднее сиденье завалено коробками с едой. Мы сейчас принесем. Если придется долго тут пожить, то и место на заднем сиденье освободится как раз, чтобы того, кто тут курит, с собой в город захватить. Все отлично сложится, вот увидишь! — лучезарно улыбался новый кандидат в женихи Нами. — А ты, Нами, не бойся, я тебя в обиду не дам, раз уж ты согласилась перевезти на своей машине мое мясо. — Стой. Это даже не твой парень? — оборвал его Зоро. Рыжая пожала плечами. — Он мне понравился, и я его заманила на проверку перевозкой мяса. — Он мне тут личную жизнь портит! Проваливайте, пока он спит! Вот свеча зажигания!       Зоро вытолкал их через полчаса пребывания в доме и с облегчением закрыл дверь. — Как удачно все сложилось, правда, Нами? Прикольный дядька, да? — болтал удаляющийся по дорожке паренек, взявший с собой еще и свежего печенья в дорогу.       Рыжая девушка только улыбалась. Наконец братец обрел собственную личную жизнь и перестал лезть в ее. В конце заснеженной дорожки от особняка она обернулась и показала большой палец вверх высокой фигуре, стоящей в окне второго этажа.