Что бы они без меня делали

В ветвях переливчато щебетали птицы. В это время года и суток их было много. Очень много. Поймать же надо самую редкую и красивую – Голубого ангела. За неё заплатят больше всего. Кори расставил ловушки, насыпал немного зерна. Несколько зернышек кинул в рот, обмануть голодный желудок. Распутал сигнальные нитки и приготовился ждать. Умение слиться с местностью не раз спасало жизнь. Вот и сейчас не так далеко проехал конный патруль. Благородные светлые эльфы. Кори тоже был эльф, но давно не благородный, а очень даже беглый. Там, где он жил, не считалось зазорным устроить облаву на лесных эльфов, ведь они не люди. И продать их в рабство другим людям вполне возможно. Ведь людская магия позволяет запечатать эльфийскую клеймом. Он потер метку на лбу и сосредоточился на силках. Поймает птицу – будет еда, не поймает – опять копаться в земле, в поиске луковиц и корней. Ранняя весна не богата на плоды. «Голодный, но свободный», - уговаривал сам себя. Свобода была относительной. Приходилось постоянно прятаться, выходить на рынок, замотавшись в грязное рванье и приволакивая ногу. Женщины жалели, давали лепешки и куски старого сыра. Кори осторожно переменил положение затекших ног. Маленькие птички залетели в ловушку и грозили оставить его без приманки. Пришлось поймать их и посадить в маленькие плетеные клетки. Вдруг кто позарится. Вернулся очень вовремя, едва не испортив все шумом. Крупный Голубой ангел залетел в ловушку и клевал зерно. Заслышав треск ветки, дернулся, но эльф был быстрее. Еда! Сегодня будет еда! Он осторожно замотал птицу в тряпку, стараясь не помять ни одного перышка. Бегом сбегал за клеткой из лозы и отправился в город. По местным законам ловить ангелов нельзя, но желающих купить было предостаточно. Кори выставил клетку и положил одно голубое перышко, это был условный знак. Рядом выставил маленьких птичек, пусть привлекают внимание. Покупатели подходили, но цену давали совсем уж мизерную. Один начал было громко торговаться, пришлось натужно покашлять, покупателя как ветром сдуло, мало ли чем болен бродяга. Стражу прозевал, торгуясь с очередным покупателем. Крепкая рука схватила за шиворот. Мгновения хватило, чтобы оценить обстановку. Вывернулся, оставляя стражу на память ветхий клок, и нырнул под прилавки. Быстро от погони уйти не удалось. Хозяева перевернутых лотков лупили чем придется и орали, выдавая его местоположение. Выскочил на дорогу. Как назло кругом поля, ни строений, ни кустиков. Немного оторвался, прячась за телегами крестьян. До леса уже было рукой подать, но с лошадьми в беге он явно проигрывал, расстояние стремительно сокращалось. На перекрестке, откуда-то сбоку, выскочил всадник, поравнялся, гикнул и пришпорил коня. Следующее, что почувствовал беглый эльф, это впивающуюся в ребра луку седла. Его перекинули поперек лошади, как мешок и куда-то стремительно увозили. Звук затихающей погони за спиной радовал, пыль, набившаяся, где только можно и нельзя, нет. Висеть таким позорным образом было жутко неудобно, но особого выбора не было. Попытка пошевелиться привела к болезненному тычку. К счастью, вскоре, лошадь процокала по подвесному мосту и вошла в пустой двор. Всадник ловко спешился и первым делом поднял мост. Пути отступления отрезаны, приехали. - Это чтобы никто не вломился без стука, - пояснил глухой голос за спиной. – Слезай уже. Кряхтя и охая Кори сполз на землю, ноги совершенно не держали. Незнакомец хмыкнул, взвалил его на плечо и занес в дом. Обычный замок. Узкие коридоры, темнота и сырость. Окна в комнате тоже задернуты, поэтому разглядеть что-либо проблематично. Его сгрузили на кровать, если так можно было назвать это шаткое сооружение с кучей тряпья, когда-то бывшего постельным бельём. Бардак был жуткий, но эльф благоразумно придержал рвущееся "фи" вдруг хозяин обидчивый. Хозяин развернулся и стремительно удалился, не говоря ни слова, только черный плащ колыхнулся. Немного посидев и придя в себя, Кори начал разведывательные действия. Тяжелые шторы были немного растянуты в стороны, через грязные стекла робко просочился свет. Окружающая действительность оказалась еще безрадостней, чем предполагалось. - Тлен и запустение, - констатировал эльф, стряхивая пыль с ушей. Может его притащили в нежилую комнату, а хозяин живет в роскоши? Пошел прояснять вопрос. На этом же этаже нашлись две еще более запущенные комнаты, хотя, куда уж хуже, огромная пыльная библиотека и просторный пустой зал, в котором каждый шаг отдавался гулким эхом, даже если красться на цыпочках. Лестница вниз явно не использовалась сотни лет, так же как и лестница, ведущая к верхним этажам и башням. Оставался еще один небольшой коридорчик, приведший к кухне. Там и нашелся хозяин замка. Сбросив плащ прямо на пол, он что-то увлеченно помешивал в котелке. Пахло… так себе. Кори попытался понять, кто бы это мог быть. Вампир? Эльф? Человек? Дракон? А может оборотень? Черная мешковатая одежда, будто с чужого плеча, и свалявшаяся грива давно не чесанных черных же волос, ничего не говорили о своём владельце, кроме как о крайней нечистоплотности. Желая заглянуть в лицо спасителю Кори приблизился на пару шагов и чуть не получил в лоб кочергой. Отскочил, проводил глазами железяку, обернулся и встретился с немигающим взглядом черных глаз, глядящих через узкие прорези в глухой маске. - Думал опять крысы, - прокомментировал свои действия незнакомец и повернулся к котелку. – Есть будешь? Варево выглядело малосъедобным, но обижать хозяина не хотелось. Все же он его спас. Зачем, интересно узнать. - Меня зовут Кори, - поклонился эльф. – Благодарю за помощь. Если я вас стесняю, то могу уйти прямо сейчас. - Прямо сейчас не можешь, - прислушался к чему-то хозяин, взял тазик, валявшийся у стены, и переставил его к другой стене. Кори не успел удивиться непонятным действиям, как в тазик бодро закапало с потолка, терявшегося в темноте. Даже через закрытые ставни был слышен шум ливня и завывания ветра. Пару раз до слуха долетели вполне ощутимые раскаты грома. За стенами бушевала гроза. На замызганный стол перекочевал котелок с варевом и пара ложек. Эльф попытался разглядеть в темноте, нет ли где воды, помыть ложку. Ничего подходящего не находилось, разве что таз с дождевой водой. Вымыл ложку там. Хозяин даже бровью не повел, погруженный в свои мысли. Варево оказалось невкусным, но безвредным, какие-то овощи, местами в кожуре и с кочерыжками. Закончив трапезу, хозяин замка встал и ушел, не говоря ни слова. Кори остался на кухне, изредка подкидывая дрова в огонь. Уходить в темноту от тепла и света совершенно не хотелось. Видимо он уснул прямо за столом, потому что проснулся от дикого воя, свалившись под этот самый стол. Завывания леденили душу, от криков кровь стыла в жилах. Посидев немного, Кори решился выйти на разведку. Двум смертям не бывать, одной не миновать. Хозяин нашелся в зале. Он катался по полу, выл и бился в судорогах, из-под маски текла пена с кровью. Зрелище было отталкивающее, если не сказать пугающее. Вернулся на кухню, закрыл уши руками. Крики просачивались в каждый уголок сознания. Уйти возможности не было, приходилось ждать, пока это закончится. Робкие лучики света пробились через щели в старых ставнях. Кори потянулся, расправляя затекшие плечи, открыл ставни и окна, впуская свет и воздух. При свете дня кухня оказалась неожиданно большой, с посудой и мебелью, которые должна иметь каждая приличная кухня. Нашлась и дверь в кладовку, где среди пыли и паутины удалось разыскать немного разной крупы, сушеных фруктов, пучки трав. Все, что могло протухнуть, давно протухло и покрылось плесенью. Нда, странное местечко, вполне под стать хозяину, которого почему-то стало немного жаль. Если он каждую ночь так бьется и воет, то понятно, почему нет слуг. А где он, кстати? Хозяин нашелся все там же среди зала, спал, скорчившись на холодном полу. Перетаскивать его в комнату Кори не рискнул, все же весовые категории разные, а что-то похожее на подушку и одеяло принес, подсунул под голову, укрыл. С чувством выполненного долга пошел осматриваться. Едва вышел во двор, как к нему начали сбегаться куры, до этого копавшиеся в навозе, с надеждой заглядывая в глаза. Выяснив, что зерна не дадут, опять разбрелись какая куда. Кто-то подергал за волосы и дохнул в затылок. Эльф крутанулся на месте и уткнулся в лошадиную морду. Фу ты, мрак тебя побери. Лошадь так и ходила под седлом и была явно голодна. - Что ж тут творится-то, - вздохнул эльф и занялся работой. Скоро лошадь была разнуздана, вычищена, напоена водой и накормлена травой, которую пришлось рвать руками, помогая себе кинжалом, потому что подходящих орудий труда не нашлось. Благо травы было в достатке в запущенном фруктовом саду, который обнаружился в пределах замка, как остров отрезанного от остального мира широким рвом с вонючей цветущей водой. Подсмотрев за курами нашел целое лукошко яиц. Часть наверняка уже протухла, но и свежие точно были. Вернулся на кухню. Жарить яйца было не на чем, но кто помешает сварить или выпить просто так, что и было тут же выполнено. Натаскав и нагрев воды, эльф увлеченно принялся наводить порядок на кухне. Отличное, теплое место, почему бы тут не пожить, если не выгонят, конечно. Тем более, что в одном из закутков нашлось что-то вроде лежанки, значит спать можно тут же. Мысль, что его может вышвырнуть проснувшийся хозяин, неприятно царапала острым коготком, но Кори всегда отличался стойким оптимизмом и надеялся отсидеться здесь, пока в городе о нем позабудут. Или пока не решит, в какой другой город податься. Насвистывая веселый мотивчик, он драил пол, отступая назад и возюкая мокрой тряпкой. В котелке булькала каша, за окном пели птички, ничего не предвещало неприятностей, пока он с размаху не впечатался в кого-то задом. За спиной крякнули, но устояли. Медленно разогнувшись и еще медленнее повернувшись, он встретился с черной грязной рубашкой и волнами гнева и недоумения. - Что здесь происходит?! – прохрипел хозяин, сверкнув глазами. Он бы точно проорал это, но сорванный за ночь голос не слушался. - Пол мою, - от страха и неожиданности пробормотал Кори и переступил босыми ногами. Вода с тряпки натекла лужицей, стоять было мокро. Хозяин опустил глаза на его ступни, потом опять посмотрел в лицо и схватил за челку, открывая рабское клеймо. Занявшись уборкой, эльф скинул тряпки, которыми обматывал голову, и клеймо ярким красным пятном алело на бледной коже. - Раб?! – в ужасе отшатнулся черный, поскользнулся, взмахнул руками и вцепился в его плечи, пытаясь удержать равновесие. Дальнейшее объяснить эльф не взялся бы. Лоб полыхнул огнем, в глазах потемнело, хозяин глухо вскрикнул и все же свалился на пол, здорово приложившись затылком. Кори тоже разбил нос о жесткую маску, но даже не заметил этого, кинулся осматривать хозяина, пытаясь оценить повреждения. Затылок тот разбил знатно, до крови. Если бы Кори был чуть наблюдательней, то заметил бы, что кровь, смешиваясь, превращается в тонкий орнамент на их руках, а рабское клеймо изглаживается со лба. Пока же он старался привести хозяина в чувство. Это получилось, едва попытался расстегнуть ремешок маски. Хозяин сразу ожил, едва не сломал ему руку, рыкнул и ушел, хватаясь за стены. Грохот засова оповестил, что он заперся в спальне. Не убил и ладно, радостно констатировал эльф и опять схватился за тряпку. Несмотря на произошедший инцидент, настроение было великолепное, временами переходящее в эйфорию. Причина шикарного настроения выяснилась чуть позже, когда вышел побродить по саду. Он слышал деревья, траву и живность, копошащуюся в траве. Магия вернулась. Запечатанная рабским клеймом, она пропала, казалось, что навсегда, а теперь вернулась. От восторга Кори пел, орал и носился меж деревьями, заставляя их сбросить сухие ветви, отряхнуться и выпустить маленькие веточки и бутоны цветов. Старый сад оживал на глазах. Разобравшись с садом, побежал к полю, где когда-то был огород. Теперь тут шумели заросли бурьяна, но это не беда. Созванные грызуны и подземные копатели принялись очищать пространство. Завтра можно сеять, только достать бы семена. За приятными хлопотами не заметил, как пролетел день. Хозяин из комнаты не показывался, и только чутьё подсказывало, что он спит. Набив тюфяк свежим сеном, Кори устроился на лежанке. Полночь ознаменовалась жутким криком. Хозяин опять бился на полу зала. К утру кричать уже не мог, только хрипел. Затих на рассвете. Едва смог встать, заперся в комнате. То же повторилось на третий день, четвертый и пятый. В эти дни Кори уходил днем, надеясь, что хозяин выйдет из комнаты и хотя бы поест, но еда оставалась не тронутой, а комната закрытой. Тогда Кори забрал засов. Ранним утром, пока тот валялся на полу грязной тряпкой, Кори зашел в его комнату и первым делом унес засов и выломал крюки, чтобы нельзя было положить ничего другого. А так как двери распахивались наружу, подпереть изнутри было невозможно. Потом он открыл окна и выгреб всю рвань с кровати. Скитания по замку давно привели его в комнаты с различными полезными вещами, в том числе с постельным бельём, неплохо сохранившимся. Навести порядок помогла бытовая магия, а пауки сами собрали свои тенёта и отправились искать новое место жительства. Теперь можно и перевести хозяина. Кори так и не знал его имени, поэтому пользовался универсальным словом «хозяин», подразумевая, что тот хозяин замка, а не его, Кори. Однако, при всей свободе, которую он сейчас ощутил сполна, появилось навязчивое чувство, что он в ответе за это замызганное, орущее существо. Благодарность за спасение? За снятие клейма? Или произошло что-то, недоступное его разуму? Тогда хорошее или плохое? Ответы мог дать только хозяин замка. Поэтому Кори с энтузиазмом и терпением приступил к возвращению того к жизни. Тащить такую грязюку на чистые простыни совершенно не хотелось, но и под одеждой он вряд ли был чище, судя по рукам и шее. Решил согреть воду и устроить банный день. Лишь бы он не очнулся раньше времени и не сбежал. Сказано-сделано. Купальня, которую Кори отмыл для себя, вполне подойдет. Тем более, что она на этом же этаже, по лестницам не придётся тащиться. Даже в истощенном состоянии хозяин был вовсе не пушинкой. Раздевал с внутренним трепетом. Открывшаяся картина не радовала. Шрамы уродливыми жгутами обвивали туловище, ветвились и расползались, превращаясь в устрашающий узор. На руках и ногах шрамы были совсем тонкие и будто отступали под напором зеленоватого орнамента, такого же, как на кистях и запястьях Кори. Маску трогать не решился, помня, к чему это привело прошлый раз. На данный момент бессознательный хозяин его устраивал больше. В теплой воде, под аккуратными движениями, он явно расслабился и дышал не так хрипло. Под конец, когда Кори принялся за волосы и все же задел застежку маски, он дернулся, распахнул глаза, увидел эльфа и… успокоился, позволил возиться тому дальше. - Почему ты не сбежал? – не открывая глаз, спросил хозяин. - Не хотел. Мне тут нравится. - Возиться со страшилищем и слушать вопли? - Да, - не лукавя подтвердил эльф. – Разреши снять маску и умыть тебя. Хозяин помедлил, но все же расстегнул застежку. Кори напрягся, ожидая увидеть какое-нибудь увечье, но на лице, как на руках и ногах, орнамент боролся со шрамами. Ничего нового. Если не обращать внимания, то вполне пропорциональное лицо. «Светлый эльф», отметил про себя Кори и осторожно начал обмывать лоб и скулы, стараясь не попасть мылом в глаза и рот. - Спасибо. - За что? – удивился светлый, даже приоткрыл глаза. - За снятие рабского клейма. Ко мне вернулась магия. - Это не моя заслуга, - опять зажмурился он и поджал губы, явно не собираясь больше разговаривать. Кори не стал настаивать, поспешил закончить с мытьём, вода остывала. - Если сможешь, дойди до комнаты сам. Я поддержу, но не донесу, - попросил Кори, встал перед ванной с чистой простыней. Светлый завозился, с трудом вышагнул на пол, едва не упал, но был удержан за талию. Пошлепали в комнату. - Ты нанял слуг? – оглядываясь вокруг, удивился светлый. - Зачем? Я и сам могу. Тряпкой махать, не велико умение, - улыбнулся Кори и помог улечься и укрыться своему подопечному. – Есть будешь? Хозяин уже спал. Кори тихонько ушел на кухню, варить успокоительный и обезболивающие отвары. Может это поможет легче пережить ночь. К вечеру хозяин проснулся, немного поел и выпил отвары, под настойчивым взглядом добровольной няньки. К полуночи сознание начало мутиться, тело скручивать, предсказуемо оказался в центре гулкого зала. Кори сидел у стены, смотрел, как бьется светлый, и ни чем не мог помочь. Сознание незаметно уплыло за край реальности, и он увидел этот же зал, но наполненный десятками светлых эльфов. В центре хозяин, красивый и надменный, как и положено высокородному, напротив эльф постарше с посохом в руке, а в самом углу, спрятавшись за собравшимися, седой горбун, творящий заклинания: «И будешь ты проклят, Янилиэль тер Иктер, пока черное семя не увидит свет!» Грохот, крики, хозяин отчаянно кричит и на глазах у всех его волосы чернеют, а по телу ползут жуткие шрамы, сдавливая и душа, заставляя срывать голос от крика. Кори замотал головой, гоня видение. Проклятие. Гадкое, непонятное проклятие, заставило его эльфа страдать. Его? Конечно его, других претендентов что-то не видно. И зовут Янилиэль. Отлично, будет Ян. Кори это же тоже не полное имя. Полное слишком длинное и витиеватое, оно осталось в прошлой жизни. Сегодня Яна отпустило немножко раньше. Может, травки все же действуют? Кори перекатывает его на покрывало и тащит в спальню. Светлый валяется безвольной тряпкой, приходится напрячься, чтобы поднять на кровать. Что-то с этим надо делать. Пандус или обрубить шаткие ножки. Кори решает пока никуда не идти, немножко полежать на мягкой кровати. Не заметил, как уснул. Снилась какая-то ерунда. Его догоняли, он убегал, сжав в кулаке черные семена. Вот он уже на какой-то башне, подставляет семена солнцу, но те только смеются и прыгают по ладони, как блохи. Одна заскакивает в нос. Кори чихает и просыпается. Ян лежит на расстоянии вытянутой руки и внимательно смотрит ему в лицо. Кори смущается, сползает с кровати, оглаживает помятую одежду. - Извини, заснул, - бормочет своим ногам. У самой двери его догоняет хриплое: «Стой!» - Да. - Расскажи, что тут в замке? У тебя еда-то есть? Я могу съездить в город. Кори не уверен, что Яну так уж необходимо садиться в седло, тем более, что он уже нашел возможность переправляться через ров, не опуская моста. Он садится на край кровати и рассказывает про кур, лошадь, цветущий сад и засаженный огород. Без клейма и с магией ему гораздо легче зарабатывать. В маленькой деревеньке неподалёку были очень рады магу - природнику, возродившему сады и поля. - Мне семян разных дали и крупы на еду. Могу сходить за молоком, если хочешь. Ян смотрит на него, такого лопоухого и лохматого, с распушившейся зеленой косой, и внутри немножко ослабевает тугой ком, скручивающий внутренности. Кори тоже смотрит, все сильнее распахивая глаза. Орнамент поедает шрамы на шее, движется, выбрасывая новые завитки. Эльф прикладывает свою руку к руке светлого, тычет пальцем в рисунок. - Что это? - Где? - Рисунки у нас на руках. - Я не вижу никаких рисунков, только шрамы. Забавно, они стали меньше. Кори кивает и отодвигается. Значит Ян этого не видит, значит это только для него. - Пошли, поедим, - стряхивает задумчивость эльф. - Оденусь и догоню. Ян пришел, когда на стол уже было накрыто, и каша дымилась в тарелках, медленно остывая. Он опять натянул черную одежду, но теперь она чистая и смотрится гораздо лучше. Ели молча. Ян думал о чем-то своём, Кори рассматривал его исподтишка. Без маски ходит и то радость. Еще бы волосы расчесать, он уже и масло специальное припас. Сытый Ян начал тут же засыпать, пришлось отправить его в спальню. Ночь прошла по старому сценарию, травки отвоевали лишь несколько минут. Кори уже не сидел у стены, а был рядом, пытался подстраховать, не дать разбить голову о каменный пол. Утром дотащил до кровати, плюхнулся рядом, прижался к спине и обхватил совершенно по свойски. Проспали совсем не долго, Ян елозил и пихался во сне, пока не вырвался из-под руки. - Горячо, горячо, - бормотал и рвал на себе рубашку. Кори помог ему расстегнуться. Там, где лежала его ладонь, на солнечном сплетении, шрамы заменились орнаментом. Ян видел только четкий след от ладошки на шрамированной коже. Схватил руку эльфа, прижал в другом месте, но ничего не изменилось, разве что Кори смутился и осторожно отодвинулся. - Спи, мне нужно по хозяйству пройтись и в деревню зайти обещал, укрепить всходы на полях. Ян послушно закрыл глаза и провалился в сон. Снился горбатый маг, подталкивающий к нему свою кривую дочь. Девушка пытается кокетничать, но её глаза постоянно разъезжаются в стороны и теряют объект вожделения. Пытаясь собрать их в кучку, она, от усердия, высовывает язык, и становится еще противнее. Янилиэль смеется ей в лицо, бросает отцу резкие слова, разворачивается и уходит. Маг молча провожает его яростным взглядом, шепчет что-то себе под нос. Эльфа охватывает тоска, боль скручивает тело, он видит, как чернеют его шикарные серебристые волосы, кричит… и просыпается от сильных толчков. - Проснись, это сон, - трясет его Кори за плечи. Ян хватает его за руку и валит на себя, прижимает изо всех сил. Кори не шевелится, зато под кожей начинает печь. Приходится отпустить. Становится стыдно за порыв. - Я не уйду, - заверяет его Кори и гладит по волосам. Ян немного расслабляется, это именно то, что хочется слышать. Вечер проводят в прогулках по саду и нейтральных разговорах. К полуночи напряжение нарастает. Ян боится боли, но уйти от неё нет никакой возможности. Они вместе сидят посреди пустого гулкого зала и балуются, вызывая разноголосое эхо. Первый спазм накатывает внезапно, Ян выгибается дугой и оказывается в объятиях Кори. Эльф сжимает его изо всех невеликих сил и читает заклинания снятия боли, ясного ума, даже плодородия, хотя это сейчас совершенно не к месту. Ян хватается за него руками, оставляя синяки и сипит, пытаясь вдохнуть. Боль отпускает так же внезапно, как и накатила, еще совсем темно, но эльфы не замечают этого, поднимаются, поддерживая друг друга, и бредут в спальню. Кори кладет ладонь у самого горла, на толстый жгут шрама. Ян пытается протестовать, но сил нет, а зеленый не отпускает, только немного смещает ладонь. Утром они дружно рассматривают очищенный кусок кожи размером с ладонь. - Получилось, - довольно улыбается Кори, глядя на свою работу. – Постепенно все уберем. - Знаешь как больно, - жалуется Ян, но видно, что он тоже доволен. Весна подошла к концу, жаркое лето вступило в свои права. Кори носился по округе, магича, не покладая рук, увеличивая будущие урожаи. Откидной мост поднимали только на ночь, потому что днем уходили сами, приходили крестьяне, просить помощи, и крестьянки, чтобы помочь по хозяйству. Замок отмыли, он теперь блестел чистыми окнами и благородно зеленел мхом и плющом. Надо рвом тоже удалось поколдовать, теперь в его воде можно купаться в жаркие дни. Только ночь по-прежнему приносила боль и страдание. Шрамы с тела почти свели, а вот внутрь проникнуть было невозможно. Они обращались к магам и целителям, но те только разводили руками. - Ничего, мы что-нибудь придумаем, - заверял Кори, расчесывая Яна. Ян млел от прикосновений и ждал, пока Кори закончит и ритуально поцелует в макушку. Значит можно его обхватить и завалить, целуя до звездочек в глазах. Они не раз пытались зайти дальше, но Яну неизменно становилось плохо, он бледнел и едва не терял сознание. Этого тоже никто объяснить не мог. Приходилось ограничиваться поцелуями. - Может, тебе девушка нужна? - теоретизировал Ян, сидя в пене по самые уши. – Ты молодой, красивый, маг. Только свистни, все девушки твои будут. - Угу. Местные так и млеют по мелким ушастым с зелеными волосами, - скептически хмыкает Кори и еще яростней трет ему спину. – Не для того я столько мучился, чтобы уйти к другой. Яну так нравится это слышать, что хочется тут же обнять и зацеловать, но тогда Кори перестанет ворчливо перечислять, как он любит и за что этого несносного светлого эльфа, хоть тот сейчас совсем и не светлый, а очень даже черный. Каждый день они пытаются расшифровать проклятие, поворачивая его так и этак, но смысл ускользает из-под самого носа. Первый день осени ознаменовался большим праздником и большим же котом, которого Ян притащил с ярмарки. - Силы мрака, ты хоть знаешь, кого приволок? – ужаснулся Кори, только взглянув на потрепанное и истощенное животное. - Пантеру? Тигра? Рысь?– озадаченно выдвигал версии Ян. – Он в клетке сидел в передвижном цирке, доходяга совсем. Хозяин даже торговаться не стал, отдал почти даром. Кори только глаза закатил и принялся читать лечебные заклинания. - Чего стоишь, молока принеси, - бросил через плечо. – И воду грей, его помыть надо. Когда Ян вернулся с кувшином молока, на полу лежал не кот и не тигр, а подросток в ссадинах и синяках с копной рыжих волос. Кроме ожерелья из когтей и зубов на нем ничего не было. - Неси его в ванную, - велел Кори, а сам принялся смешивать что-то странное из молока сырых яиц и травок. Оборотень оказался легкий и удобно ложился на плечо. Разве что пованивал прелой соломой и стойким запахом зверинца. Возня со спасенышем затянулась до вечера. В себя он пришел, но был очень слаб. Сперва огрызался, но Кори пошептал ему что-то на ухо и звереныш успокоился, только с интересом поглядывал, то на одного, то на другого эльфа. За минуту до часа икс Ян быстро ушел в зал. Сопротивляться заклятию он не мог, смена места делала мучения в разы сильнее. Кори бросал тревожные взгляды на дверь, но не уходил. - Иди, - внезапно велел оборотень, отталкивая его рукой. – Связь. Ты нужен ему. Кори благодарно кивнул и ушел к закричавшему Яну. Оборотень велел называть себя Ры, хотя, чаще его звали Рыжиком. Он действительно был юн, что не мешало ему иметь кучу шаманских знаний и умений. Кори как-то заикнулся, что можно найти племя, откуда его украли, и вернуться, но Ры устроил такую истерику с перекидыванием в звериную сущность и погоней по этажам, что этот вопрос больше не поднимали. Зато Ян выяснил, что ведро ледяной воды мгновенно приводит в чувство и звериную ипостась и человеческую. - Ладно, найдем тебе учителя. Шаман-недоучка звучит очень уж опасно, - кидая в него полотенцем решил Кори. Ры только кивал и дрожал. Капли холодной воды стекали по волосам и висели на кончике носа. К зиме Яну стало хуже. Боли опять усилились, Кори ходил мрачный и подавленный. Ры подстерег его в коридоре, загородил дорогу. - Что ты хотел? - Почему ты не выгонишь из него черное семя? Он не переживет зиму. - Выгонишь? Оно у него внутри? – Кори искренне не понимал. Ры закатил глаза, заалел ушами. - Да, внутри. Он мужчина, в нем семя, оно проклято, черное. До Кори начало доходить. - Ты должен взять его, чтобы он выбросил семя, а я уничтожу. - Но я же… Но он же… Ему становится плохо! - А сейчас хорошо? – сощурился звереныш. – Это защита заклятия. Кори понимающе кивнул. - Только безо рта, иначе все достанется тебе. Сегодня утром, когда магия слабее всего. Я буду готов, - решительно припечатал Ры и ушел. Готов ли Кори, никто как-то не поинтересовался. То, что от него требовалось, он хотел проделать давно, правда в другом качестве, но так тоже неплохо. Особенно, если это поможет. Вряд ли Ян будет что-то помнить, если только Рыжик выболтает. Кори казалось, что узнай чистокровный и высокородный эльф, что его трахнул мелкий лесной сородич, он не простит этого никогда. Но между Ян здоровый и Ян выгоняющий, перевешивало первое. Ночь пережили с трудом, Ян совершенно выдохся и без сил раскинулся на кровати. Обычно Кори обтирал его мокрым полотенцем и оставлял спать, сегодня же устроился рядом и осторожно поцеловал в губы. Ян попытался открыть глаза, но не преуспел. - Прости, - целуя его все более страстно и оглаживая тело, шептал Кори ему в губы. Он постепенно спускался вниз выцеловывая каждый сантиметр тела, будто прощаясь. Никакого возбуждения это не вызывало. - Я не могу! – выпалил он в сторону Ры, тихонько сидевшего в углу. Тот перетек в звериную форму и устроился рядом на кровати. Его шершавый язык прошелся по боку Яна, потом по Кори, сильные лапы перевернули Яна на живот, вздернули на коленки, подтолкнул зеленоволосого, сам устроился сзади, прошелся шершавым языком от яичек до поясницы. Кори понял, что от него требуется, принялся вылизывать Яна, проталкивать масляные пальцы в его сжатый анус, преодолевая заметное сопротивление. Ян стонал в подушку, но не от возбуждения. Кори хотелось остановиться, все бросить и бежать, куда глаза глядят. Это же форменное насилие! Ры толкнул его лбом в зад, старательно лизнул и заурчал. Вибрация волной пошла по телу. «Лечение», старательно вымуркивал Ры и эльфа повело, в паху потяжелело, член принял боевую стойку. Яна пришлось опять перевернуть и прижать, стараясь зафиксировать, не давать вырываться. Одновременно приходилось растягивать и смазывать. Войти оказалось жутко сложно, будто внутри стояла стена, хотя пальцы не встречали никакого препятствия. Кори выругался, немножко вышел, потому что его сжимали так туго, что было больно. И тут опять поучаствовал Ры, боднув его под задницу. Кори охнул и вошел до упора. Ян вскрикнул, выгнулся и начал сам насаживаться на член, поддавать с яростной решимостью, будто это не Кори брал его, а он выдаивал всю силу, что была заключена в зеленом маге. Кори включился в процесс, добавляя ярости и страсти, рыча и выгибаясь, удерживая царапающегося светлого. Кори чувствовал, что долго не продержится, внутри нарастал огненный ком, ураган, торнадо. Он посмотрел на судорожно зажмурившегося Яна и понял, что тот тоже на грани. - Ры! - Готов! Взрыкнув он прибавил темп и заставил Яна кончить первым. Кори еще успел увидеть, как черное семя выплескивается в подставленную раковину. Где только Ры такие достаёт, ведь море далеко. Дальше его захлестнуло собственным цунами такой силы, что Рыжику пришлось приводить его в чувство. - Получилось? – отплевавшись от холодной воды, завертелся Кори, пытаясь увидеть Яна. - Ты многое пропустил, - довольно рассматривая мокрого эльфа заверил Рыжик. – Черное семя мы уже сожгли. Янка лично это проделал вернувшейся магией. Хочешь на него посмотреть? Кори быстро натянул штаны и пошлепал за подпрыгивающим на ходу мальчишкой. Ян сидел на кухне и ел. Вернее он стремительно метал в рот все, что было в пределах досягаемости, отодвигая пустую тарелку и пододвигая следующую. Копна серебристо-белых волос срочно нуждалась в заплетании, завешивала лицо, лезла в еду. - Ян, - осторожно протянул Кори, подходя чуть ближе. Светлый прекратил жевать, откинул волосы с лица, поднял пронзительно голубые, смеющиеся глаза, поманил пальцем. Как только тот оказался на расстоянии вытянутой руки, подтянул к себе, сгреб в охапку и впился губами. Они целовались с яростью и остервенением, горечью и сожалением, наконец, нежностью и бесконечной любовью. Ры стоял, привалившись к косяку, и читал их, как увлекательную повесть, краснея и улыбаясь. Силы мрака, что бы они без него делали.