Черновики

Если кто спросит, то Чимин скажет, что Чонгук — скот последний, но он не жалуется, ведь знал на что шёл. Но никто не спрашивает, что жаль. Возможно, отвечая на вопрос, Чимин поверил бы в то, что он правда знал на что идёт и ни капли не болит. То, что Чонгук беспощадно влюблён в Тэхёна ни для кого (включая самого Тэхёна) не секрет и Чимин, если честно, и сам не понимает почему согласился потрахаться с Чонгуком тем вечером. Ну подумаешь, у Тэхёна появилась очередная девушка, велика беда. Он их чуть ли не каждую неделю меняет. Но когда Чонгук зажимает его в кабинке туалета взгляд у него настолько убитый, что кажется ещё секунда и здравствуй самовыпил. Чимин поддаётся напору, оправдываясь тем, что мелкому совсем плохо, а секс в туалете ночного клуба это такой соеобразный жест дружеской поддержки. После они об этом не говорят. Когда Чонгук как-то ночью приходит вдрызг пьяный к нему домой Чимин снова идёт на уступки, хотя задетые гордость и самоуважение огрызаются ещё за тот случай в клубе. В этот раз Чимин не может найти себе оправдания. Разве что «Чонгука жаль», но это звучит до того тошнотворно, что лучше никаких обоснований чем такое. На утро Чонгук даже не смотрит на него. Безразлично извиняется и, быстро одевшись, уходит. Чимин чувствует себя половой тряпкой и обещает, что больше никогда. В следующий раз всё происходит так же, с той разницей, что Чонгук не извиняется после, а молча уходит, даже не взглянув на уткнувшегося лицом в подушку Чимина. У Чонгука фетиш на глубокий голос Тэхёна, Чимин в курсе. Поэтому стонет нарочито громко своим высоким голосом, мол подавись, сука. Чонгук затыкает ему рот рукой и холодно бросает «тише». Чимин понимает, что стоит прекратить. И спать с Чонгуком, и в целом видеться бы перестать после всего, что случилось. Но почему-то не может. Глупое, до смешного глупое желание хоть раз почувствовать заботу в касаниях Чонгука, хоть раз увидеть теплоту в его взгляде не позволяет этого зделать. На самом-то деле отвратительное желание, ведь Чонгук никогда не даёт ничего кроме грубости, оставляя после болючие укусы и синяки. Тэхёна он касался бы нежно Но когда Чонгук в очередной раз придёт Чимин без раздумий разрешит ещё раз собой воспользоваться и будет громко стонать под ним, пока рот не заткнут рукой или футболкой. А когда Чонгук уйдёт, будет тихо плакать от отвращения к себе.