colors

— Я не нравлюсь Алеку. Что я ему сделала? Только вчера все было так хорошо, а сегодня он словно с цепи сорвался. — Клэри, он… он запутался, дай ему время. — Время на что? — Ты должна узнать это сама. *** — Иди ты к черту, Лайтвуд. — Во всех наших бедах виновата ты! Чертова примитивная. Одну проблему решаем, появляется другая. Это все из-за тебя. — Что я на этот раз сделала? Ты все время кричишь и ругаешься на меня. Разберись в себе, а потом уже накидывайся на людей, доброй ночи.       Рыжеволосая развернулась и пошла в свою комнату.Сейчас институт показался ей таким огромным. Такое ощущение, что она добиралась до комнаты вечность.       «Ну почему он так себя ведет? Почему? Неужели я не заслуживаю счастья?»       Девушка уткнулась в подушку и заплакала. Столько навалилась на нее. На эту хрупкую и маленькую девушку, но она не сдавалась. Внутри нее все же был стержень. Это только снаружи она казалась маленькой. «— Конклав четко сказал, чтобы маленькая девочка не покидала территорию.  — Я тебе не маленькая девочка, ясно? Мне плевать, что хочет Конклав. А тем более ты!» Чертов Александр Гидеон Лайтвуд. *** Парень запустил руки в волосы. Неужели эта рыжая бестия свела его с ума? Каждый новый день ему все тяжелее дышать рядом с ней. Тяжелее осознавать, что она никогда его не выберет. ㅤ«Ты не заметила, но я уже тогда был влюблён в тебя, когда только встретил.»       Слишком упрямая, чтобы выслушать его. Ну, а если он не будет к ней жесток, проявит слабость. Сумеречные охотники доверяют уму, а не сердцу. Нельзя поддаваться чувствам. Это ты виновата. Ты во всем виновата.       Алек сел за письменный стол и принялся, что-то очень быстро писать.Писать так, как не писал раньше. Кому будет адресовано письмо? *** — Как можно быть таким придурком? Накричать на меня просто так? Замечательно, теперь я разговариваю со стенами! Просто прекрасно, теперь я похожа на сумасшедшую! — Ты не сумасшедшая. Ты очень хорошая и чистая.       Девушка обернулась и подняла голову. В нее впились голубые глаза. Настолько любимые и дорогие, но в тоже время обжигающие и совершенно недосягаемые. — Что ты тут делаешь? — Я… я… я пришел извиниться. — Что, прости? — Я пришел извиниться. Думаю нам стоит выпить по чашке чая и поговорить. — Хорошо, проходи. — Алек, ну почему ты не можешь быть всегда таким милым? — Я не знаю, но знаю, что буду жалеть об этом поступке. — О каком еще… — договорить девушка не успела, парень накрыл ее губы своими.       Она не оттолкнула его. Он был удивлен, но и в тоже время рад, та, которую он любил, из-за которой его дыхание учащалось, а по коже бегали мурашки, ответила. И не важно, что будет потом, главное, что происходит сейчас.       Аккуратно берет ее за шею, она кладет ему руки на грудь, поцелуй длится словно целую вечность. Разрывают его чтобы перевести дыхание. Алек подхватывает на руки, та обхватывает его бедра ногами. Целует его робко и нежно, будто боясь обжечься.Поцелуй из нежного перерастает в страстный, парень кидает девушку на постель, снимает с нее футболку и целует оголенную грудь. Она дрожащими руками тянется к ремню на его штанах и расстегивает, медленно. Боится. Вдруг он передумает. Парень не выдерживает и сам снимает с себя штаны, оставаясь в одних боксерах. Рыжеволосая тоже освобождается от джинс и притягивает парня к себе, целует уже без опаски, она уверена в нем, что он не убежит, что он останется с ней. Алек разрывает поцелуй, жадно глотая воздух. Целует девушку спускаясь все ниже, доходя до трусиков, аккуратно снимает их, после они летят в дальний конец комнаты. Клэри вся дрожит, но не от холода, а от возбуждения. Расстегивает лифчик, вряд ли она сможет найти его утром. В темноте видны лишь его глаза, голубые, словно океан, она утопает в них, тонет с каждой минутой все сильнее. Сильнее и Сильнее. ***       Парень проснулся раньше девушки. Они переспали. Вчерашний вечер был словно в тумане. Но он не жалел или жалел? Теперь все могло измениться. Не в его пользу. Он не мог позволить быть ей рядом с собой.       Парень быстро оделся и вышел, даже выбежал из комнаты девушки, не забыв прикрыть дверь. В висках у Алека стучало, и он с силой захлопнул дверь. Парень опустился на кровать, голубые глаза бегали из стороны в сторону. Он бросил ее. Убежал, как последний трус. Но он пытается ее защитить. Что-то все время мешало им. Была какая-то стена. И эту стену выдвигал он, он стал делать это первым, она же просто делала в ответ. Вчера же стена рухнула, а сегодня им ходить по ее осколкам. Что же воздвигало эту стену? Его демоны. Алек считал, что не достоин этого лучика света в его жизни. Она должна была найти лучше, лучше чем он, такого же светлого и доброго, но не его.       Но только вот она не хотела. Ей бы окунуться в этот омут с ног до головы, и плевать, что будет дальше, главное, с ним. С ним единственным она хотела быть. И только его жаждала по настоящему. И любила его настолько сильно, насколько могла.       Ненавидела ли она его? Может быть, только в самом начале. Он сам дал ей повод. Только вот потом эта «ненависть» переросла в нечто большее. Что-то настолько прекрасное и недосягаемое, что хотелось кричать. И она кричала, каждую ночь, пока все спали. Предыдущая ночь была последней, когда она закричала. Она не намерена сдаваться! Она хочет победить. ***       Проснулась девушка одна в постели. Быстро приняв душ и одев сексуально платье Изабель. Она все еще не любит такие вещи, но ради него готова на все. Идет прямо в его комнату и тарабанит в дверь. — Я знаю, что ты там. Открывай.       Дверь открывается: — Что тебе нужно? Парень растерян, его глаза потухли. — Алек ты чего? — касается его руки, сначала парень ни как не реагирует, но потом отдергивает руку. — Уходи, эта ночь была ошибкой. — Я не верю! Не верю не единому слову! Слышишь я не уйду отсюда, пока мы не поговорим. — Тогда ты просидишь тут вечность. — Я пришла все разъяснить между нами. Я не хочу ничего тебе доказывать. Просто… как ты не понимаешь… я… я же. Я люблю тебя, Александр Гидеон Лайтвуд. — Что? Что ты только что сказала? Это ложь, ты все врешь. Это не может быть правдой. Такого не бывает. Я не могу тебе нравиться, не могу! — парень хватает себя за волосы, а потом содержимое стола летит на пол. — Алек, я люблю тебя! И это чистая правда. Не отталкивай меня. Я хочу узнать тебя. Узнать тебя всего. Я хочу утонуть в тебе, целиком и без остатка.       Парень смотрит в глаза девушки взглядом, полным доверия и искренности, она отвечает ему тем же. — Я написал тебе это письмо. Если вдруг тебе станет грустно, то прочитай его. И да, я тоже тебя люблю, Кларисса Адель Фэирчайлд. ***       Благодаря тебе, Клэри, моя жизнь приобрела яркие цвета. Теперь они не только черные, но и разноцветные. В особенности много рыжего. Да, именно его. Ведь теперь ты везде со мной. Моя маленькая девочка.       Клэри открыла письмо. Дрожащими и вспотевшими руками достала листок. Развернула. Аккуратным и ровным почерком было написано невероятно длинное письмо. Ну, а что там написано, пусть останется между ними. Главное, что теперь он ее лидер. А она его маленькая девочка.