ночной клуб

      Свет прожекторов освещает большую комнату, где на танцполе танцевали почти обнаженные парни. Золотые боксёры, обтягивающие аппетитные попки танцоров, голый, блестящий, от пота, торс поблёскивающий от пурпурного цвета прожектора, чёрные маски на лицах, через которые видно лишь глаза. Кёнсу сразу догадывается куда его заманили - гей клуб. Бэкхён тут как свой, работает барменом вот и пригласил Кёнсу именно в этот клуб. Сам парень знал на что соглашается и был не очень рад, что всё же явился сюда.       Кёнсу оглядывается по сторонам и замечает несколько взглядом на себе: танцоров, посетителей и лишь одного бармена, что машет ему ручкой и нахально улыбается.       - Пупсик, ты пришёл... - сладко тянет Бэкхён и облизывает губы. - Думал - испугаешься, но ты тут. Смело, - Бэкхён протирает стаканы и рассматривает их на свету, ни пятнышка. Любит же он эту работу. - Пить будешь? - бармену не нужен ответ, он уже делает ему свой фирменный коктейль. - Держи.       Кёнсу залпом выпивает содержимое стакана и голова тут же идёт кругом. Этого и добивался его друг. Он лишь хотел одного, чтобы Кёнсу подался нирване. Хотя бы раз испытал - какого это. Резко стало жарко. Кёнсу стягивает с себя шарф и идёт к ближайшему диванчику. Падает на него, какое-то время приходит в чувства и смотрит в сторону барной стойки. Его друг разговаривал с одним из танцоров и что-то шептал на ухо. Танцор смотрит в сторону Кёнсу и довольно улыбается. Кёнсу громко сглатывает. Ладошки вспотели, глаза бегают из стороны в сторону, задница ёрзает на диване и кажется скоро дыру протрёт, но деваться уже некуда. Этот парень идёт прямо к Кёнсу.       - Привет, - он переваливается с ноги на ногу и с интересом рассматривает Кёнсу.       Кёнсу молчит, как будто воды в рот набрал. Что ему ответить? У него же никогда не было подобного опыта.       - Это твой первый раз в таком месте? - догадывается тот.       Кёнсу опять сглатывает вязкую слюну и активно кивает. Мол, я невинный мальчик, не трогай меня пожалуйста.       - Ты забавный, мне такие нравятся, - танцор в маске ухмыляется и садится на бёдра Кёнсу, прислоняясь к уху, томно шепча. - Не бойся, будет приятно.       Он облизывает ушную раковину Кёнсу проходя кончиком языка в глубь уха. Кажется Кёнсу снесло крышу и он готов кончить только от этого. Но не тут-то было. Танцор кончиком языка ведет по скуле и останавливает у шеи, засасывая белоснежную кожу, оставляя багровый засос. Танцор устанавливает зрительный контакт с Кёнсу и начинает тереться своими бёдрами о бёдра Кёнсу. Сначала плавно, чтобы его клиент вдоволь насладился приятным моментом, затем чуть ускоряется, но не даёт Кёнсу кончить, переворачивается на спину и начинает ёрзать своей задницей по эрогенной зоне Кёнсу.       Кёнсу безумно приятно от таких прикосновений. Он ещё никогда не испытывал подобного чувства. Да и он бы никогда не подумал, что на его бёдрах будет сидеть стриптизер и сам балдеть от таких ласк.       - Ну как? - танцор перевернулся обратно и спокойно сидел на Кёнсу томно дыша тому в губы.       Кёнсу молчал. Ему было стыдно ответить.       - По глазам вижу, что понравилось. Есть таблетка? - Кёнсу не сразу понял, что за таблетка, но опомнившись достал из кармана пальто белую пилюлю. Танцор открыл рот и протянул язык, Кёнсу нерешительно положил лекарство танцору на язык. Тот воспользовавшись моментом облизывает палец Кёнсу, вбирает его в рот и начинает посасывать. Послышался стон со стороны танцора. Кёнсу смотрел как завороженный с широко открытым ртом. Кажется в глазах начинает темнеть. Дым от сигарет распространился по всему периметру клуба. Кёнсу начинает закашливаться. Танцор резко встаёт с Кёнсу и он в нужный момент успевает убежать из клуба на улицу.       - Эй! - за спиной послышался голос Бэкхёна. - Ты какого хуя сделал, что он сбежал?       - А я причём? Пацан слабенький и явно не понял, что для него было сделано. Кого ты притащил сюда?       - Своего друга, урод, - Бэкхён вскипел и бросил стакан в танцора, тот успешно уклонился и показал ему фак. - Получил пилюлю? - поинтересовался Бэк.       Танцор довольно кивнул.       - Это твоя плата, придурок. Иди к другому клиенту. Тебя вон ждёт мужик с явной импотенцией, - с насмешкой прыснул Бэк, сорвал с себя фартук и направился к выходу.       Выбежав на улицу он заметил Кёнсу, который согнувшись в три погибели и опиравшийся на поручень не мог прокашляться.       - Кёнсу, ты как? - Бэк подбежал к другу и начал поглаживать по спине, чтобы стало чуть легче.       - Всё нормально.       Кёнсу снизу посмотрел на перекосившееся лицо друга и залился громким смехом. Бэк тут же подключился к истерике друга.       - Тебе хоть понравилось?       - Всё было круто, чувак. Только вот... что это за таблетка? Ты сам мне её дал и сказал, чтобы я вручил пилюлю танцору. Для чего она?       - А, это, - Бэкхён затянулся косяком, что они курили на пару. - Наш босс категорически против того, чтобы его танцорам платили деньжата в трусы, - усмехнулся Бэк. - Поэтому, плата за такого рода ласки обычная наркота. За каждого клиента ведётся счёт. Сколько пилюль ему дадут за одну ночь, столько бабла он и получит, когда его смена закончится. За одну ночь получают около трёхсот баксов, - Кёнсу присвистнул и отобрал косяк у друга. - Не хило, да? Вот я тоже думаю. Может самому податься в танцоры? Хоть деньжат подзаработаю.       - Стой на ногах ровно. Ублажать будешь своего парня, который неплохим сексом тебя обеспечивает. Ты тоже неплохо зарабатываешь.       - И вновь наша заучка До Кёнсу оказывается прав, - начинает хохотать Бэкхён с сигаретой в зубах. - Ладно, сладкий, - он всучивает косяк Кёнсу в руки. - Мне пора, а то босс три шкуры сдерёт.       Бэк машет ручкой и убегает в клуб. Кёнсу чуть подождав уходит домой.

***

      Следующий день Кёнсу встречает с головной болью и мыслью, что сегодня зачёт по философии, к которому он совершенно забыл подготовиться.       - Да блять! - ругается Кёнсу, когда наступает на что-то твёрдое на полу. Этим "что-то" оказалась фарфоровая статуэтка подаренная Бэкхёном.       Он наливает себе стакан кристально чистой воды, кидает туда таблетку аспирина и ждёт пока та растворится. Выпивает залпом и идёт собираться в универ.       Не успевает он зайти в универ как тут же на него набрасывает Бэкхён и раздражает вопросами пошлые ли сны ему снились.       - Да ты озабоченный, отъебись! - Бэкхён лишь смеётся и высовывает язык облизывая им зубы, а затем губы. Кёнсу закатывает глаза.       Первая пара ничего не предвещала, но вот на второй должен был состояться зачёт, к которому Кёнсу по вине друга не то, чтобы не успел подготовиться, он даже забыл, что такое философия. Звенит звонок и все как ошалелые бегут к своим местам, зная, что препод строгий и лучше его не злить в день зачёта.       Первый студент сдаёт зачёт на ура. Второй, третий... но вот четвёртый - это До Кёнсу. И как не странно, он даже не волнуется. Слегка подслушал вопросы, которые задавались другим студентам, немного полистал конспекты и кажется он всё знал. С лёгкой душой Кёнсу направляется к преподу, садится напротив наглой морды и вытягивает билет: "Кризис греческого полиса, особенности эпохи эллинизма. Киники. Скептики." У Кёнсу ступор. Только что он это и заучивал, он усмехается себе под нос и начинает отвечать. Ответ на вопрос затягивается и препод уже сам не желая его слушать, ставит отлично и гонит его прочь. Кёнсу победно улыбается и направляется на своё место.       - Охуевший, ты ж ни черта не учил, какое отлично? Признавайся, ты с ним спал, поэтому он тебе поставил отлично? - начал подтрунивать Бэкхён. Кёнсу пихнул его в бок и пожал плечами. Дуракам везёт. Но Кёнсу и не считался дураком. Он был в десятке лучших студентов на курсе.       Очередь Бэкхёна пришла не заметно и для него, но тот получил твёрдый трояк и со спокойно душой уселся на своё место.       - Лодырь.       - Заучка.       Прозвенел звонок с пары и все как оголтелые сорвались со своих мест. Учеба конечно хорошо, но обед по расписанию. Да и кормили их очень даже прилично, никто не жаловался.       - Сладкий, не хочешь повторить вчерашнюю "тусу"?       - Йа! Просил же не называть меня так в стенах универа, - Бэкхён поднял руки вверх, мол, прости, виноват.       - Ну так что?       - Предложение заманчивое, но нет. Не хочу подсаживать себя ещё на один наркотик.       - Ну как знаешь, - Бэк пожал плечами. - Ты будешь доедать? - он указал на оставшийся рис на подносе Кёнсу. А сам парень пододвинул тарелку с рисом Бэку.       - Бэкки~~ - Кёнсу сложил руки в замочек и начал стрелять глазками.       - Фу, блять. Я же ем! Говори сразу, чё ты хочешь, наглая мордашка? - Бэк потрепал Кёнсу за пухленькие щёчки.       - А как зовут того танцора? - Бэкхён не понимающе посмотрел на друга, который то и дело продолжал хлопать глазками и нагло улыбаться.       - Не понимаю я тебя, тебе же не нужны проблемы. Могу сказать одно, он учиться с нами в одном универе, только на курс младше.       - Младше!? - кричит во всё горло Кёнсу, чем привлекает внимание всей аудитории столовой.       - М, - мычит Бэк. - Больше скажу, он сейчас ест в этой столовой. Как поступать дальше - решай сам, - Бэкхён встаёт, забирает свой поднос и поднос Кёнсу и уходит прочь из столовой, оставляя Кёнсу одного с этой мыслью.       Кёнсу туго соображал, что ему только что сказали, но понимал одно: его в лицо он не знает, а тот танцор вероятнее всего смотрит прямо на него. Только вот кто это? Кёнсу начал рыскать взглядом, но так и никого не нашёл. Совсем потеряв мысли он встаёт из-за стола и направляется в уборную. Справив нужду он подходит к умывальнику и слышит как дверь открывается и громко закрывается. Кёнсу смотрит через зеркало. Знакомый силуэт, можно сказать, испепеляет его взглядом и оценивающе смотрит на пятую точку Кёнсу.       - Насколько я помню, ты Кёнсу.       - Насколько я помню, мы не знакомы... - Кёнсу прищуривается. - Минуточку ты...?       Смуглый парень не дождавшись конца предложения тут же вдалбливает Кёнсу в мраморную стену университетского туалета и начинает жадно целовать. Нагло просовывая свой язык в рот Кёнсу, исследуя каждый миллиметр ротовой полости парня. Сжимает ягодицу и Кёнсу желанно стонет в поцелуй.       - Ещё вчера хотел это сделать, хотел попробовать тебя на вкус. Какой же ты сладкий, - танцор вновь засовывает свой язык в рот Кёнсу и начинает играть с языком хозяина.       - Дай хоть имя твоё узнать...       - Чонин. Ким Чонин. Учусь на курс младше тебя на факультете искусств.       - Паршивец, я просил только имя... - Чонин ничего не успевает сделать, как Кёнсу кончает лишь от одного поцелуя. - Прости, - смеётся Кёнсу.       - Ничего, - он смачно чмокает Кёнсу в губы и поглаживает за ушком. Оба улыбаются.       - Ставлю ультиматум: больше никакого оргазма и поцелуев, пока мы не познакомимся получше. Я хочу романтики... - не успевает Кёнсу закончить, как Чонин утаскивает Кёнсу в кабинку, закрывает дверь на щеколду и начинает расстёгивать брюки Кёнсу. Спускает их до щиколотки, садится на бёдра Кёнсу и начинает тереться своим возбуждением о новое появляющееся возбуждение Кёнсу. Теперь стонут оба. Блаженно кончают и смотрят друг на друга.       - Почему ты проделывал тоже самое со мной вчера, но не кончил?       - Из-за наркоты, что ты мне дал, - улыбается Чонин и целует Кёнсу в нос. - Она затормаживает эрекцию. Знал бы ты, как этой ночью я дрочил, лишь думая о тебе... Стоило только таблеткам вывестись из организма, как я начал чувствовать тягу к тебе и тупо возбудился. Поставил себе цель, что отыщу тебя и отымею такого сладкого мальчика.       - Ещё одного одержимого сексом я не перенесу, - смеётся Кёнсу.       - Не придётся. Я очень мягок в плане отношений, и когда дело касается секса, ты только наркотой меня не пичкай, и буду таким же мягким и в постели, - пожимает плечами Чонин.       - То есть, это наркота тебе так крышу сносит?       Чонин кивает.       - Так, стоп. Я не ослышался? В плане отношений? Ты хочешь чего-то серьезного?       - Как много вопросов, ответ на который лишь один: я.хочу.тебя. - по слогам произносит Чонин и целует Кёнсу, на этот раз более нежно.