Уязвима

Raving George feat. Oscar & The Wolf — You’re M Глава 31 Pov Дейзи «Но я никак не думала, что моим палачом станет мой родной брат… Мой родной брат… Мой родной брат». С треском я закрыла дневник и швырнула в стену. — Ааа, — я ненавидела свою жизнь, я ненавидела всех, кто присутствовал в ней. Я ненавидела буквально всё. И даже мобильник, который сейчас разрывался от многочисленных звонков. Моя агрессия не заставила себя ждать, потому что в следующий момент он буквально полетел в стену. А мои крики стали ещё громче, а истерика ещё больше. — Ненавижу, ненавижу, — я скинула со своей тумбочки всё, что было, затем швырнула всё с комода, — ненавижу, — упав на колени и прикрыв лицо руками, я заплакала, — почему я? — но ответа не последовало. Я просто сидела в таком положении, прикрывая лицо руками. Когда слёзы кончались, я успокаивалась, но уже через какое-то время я снова начинала плакать. Всё, чего я боялась, это случилось. Я боялась потерять родных., Я потеряла отца и даже по нему я убивалась больше чем по маме. Всё потому что её ужасное отношение к Одри всё испортило. Мой отец, Алекс Рид, был великим человеком. Он занимался разными делами. Но главным его хобби было коллекционировать марок. Он любил это. В основном он занимался машинами. Он любил копаться в них, перебирать запчасти, а потом создавать свои. Он просто обожал своё дело. Но однажды вечером, когда он не вернулся домой с работы, нам позвонили и сказали, что его нашли мёртвым на улице. Потом оказалось, что он заступился за женщину, в результате чего и поплатился. Мой отец был отважным человеком. Я потеряла мать… Но я не жалею об этом. Хотя изредка мне не хватает её. Хотя, если бы она осталась живой, я бы возненавидела её. Я бы уехала далеко-далеко, где не было бы никого. Что мешает мне уехать сейчас? Вы все прекрасно знаете. Я бы хоть сейчас свалила бы от сюда. Но совесть не позволяет мне. Смерть моей сестры окажется безнаказанной. А Мейсон так и будет продолжать прятаться, потому что он виноват. Он убийца, он убил её. А всё то, что было после похорон? Они с мамой заранее сговорились? А как играли то, а как играли. Вы тоже это заметили? А ведь я поверила им. Они все просили не лезть меня в это дело. Но поздно, дорогие друзья, слишком поздно. Я уже в этом деле, и теперь мне остается ждать, пока палач придёт по мою душу. Но вы уверены, что он придёт? Я потеряла сестру… Единственного человека, которого понимала и кто понимал меня. Как я могла допустить это? Как? Я же слышала по её голосу, что что-то не так. Почему я не приехала? Почему не поговорила с ней? Почему? — Прости меня, Одри, — качаясь из одной стороны в другую, говорила я, — прости, — я снова накрыла лицо руками. Стало так больно и невыносимо, — моя малышка, моя принцесса… И наконец я потеряла брата… Как ты красиво лгал и скрывал. А может причина вашей с мамой ссоры была в том, что ты убил человека? Может, в этом была ваша гребаная проблема. Может, ты с мамой заранее сговорился, чтобы убрать её? Вы были в сговоре? Именно поэтому вы так правдоподобно играли передо мной? Если так, то я ни капли не жалею о том, что ты, мама, погибла, и о том, в каком ты положении сейчас ты… Мейсон. Я буду молится, чтобы палач забрал твою душу, а не невиновных. Слышишь? — Ты поплатишься, — на ватных ногах, шатаясь из стороны в сторону, я подходила к шкафу, затем достала первое попавшееся бельё и одежду. Я даже не посмотрела на себя в зеркало, потому что я знала, как я выгляжу. Я знала, что увижу снова бледную кожу, посиневшие губы и заплаканные глаза. Я приближалась к лестнице словно привидение. Мне было тяжело перебирать ногами. Слабость давала о себе знать. Я не ела уже на протяжении двух недель, также, само собой, я и не спала. Это плохо, я знаю. Когда оставалась последняя ступенька, я запнулась и упала, в мою руку воткнулось что-то острое. Но не обращая на это внимание, я вышла из дома. Свет моментально ударил в глаза. Отчего я сильно со жмурила глаза. Я вижу возле своего дома чёрную иномарку, дверь которой тут же открылась, и из неё вышел Джастин. — Дейзи, какого чёрта? — с ходу начал он. Но я совершенно не могла понять, о чём он говорил. — Уходи, — смотря сквозь него, произнесла я. — Какого… Что с твоими губами? Твою мать, у тебя кровь, — но я, кажется, была в вакууме. — Рид, блядь, я с тобой разговариваю, — он потормошил меня за плечи. — Ты можешь просто оставить меня в покое? — тихим, безжизненным голосом произнесла я. — Нет, — он тут же схватил меня за руку. — Нет, отпусти, — но, кажется, мои отговорки не действовали на него. Он силком схватил меня на руки и посадил в машину. — Что за истерика? — я вижу, как он хватает аптечку и подходит ко мне. — Я с тобой говорю… — А я не хочу с тобой говорить. Также, как и ты не хотел со мной говорить тогда. Ты ушёл…Оставил меня одну. Ты обещал, что никогда этого не сделаешь, — он сжал мою пораненную руку, но я не чувствовала этой боли, —ты ушёл тогда, п…по… — кажется, пришел мой конец. Дышать становилось очень трудно. — Дейзи… — я вижу волнение в его глазах. — Почему не уйдёшь сейчас? — я заревела. — Потому что я люблю тебя, дура…