Спасти любой ценой

Двери лифта растворяются, и перед нами предстает огромный тренировочный зал с множеством оружия полосами препятствий. Мы пришли последними. Остальные трибуты стоят тесным кружком, у каждого на одежде номер дистрикта. Присоединившись ко всем, подходит главный тренер, высокая, спортивного телосложения женщина, знакомит нас с программой тренировок. Зал разбит на секции. В каждой секции свой инструктор. В одних секциях обучают навыкам выживания, в других - приемам боя. Пока тренер читает перечень секций, я рассматриваю трибутов. У меня есть шансы. Добрая половинная девушек и парней ниже и тоще меня. Видно, сказалась работа в пекарне. Думаю моё здоровье крепче, чем у большинства трибутов. Конечно, есть крупный парень из Одиннадцатого и доброволец из Второго. Вот пред ними у меня точно нет шансов. Дистрикты 1,2 и 4- всегда были поставщиками бойцов, их чуть ли не с пеленок готовят к Играм. У нас в Двенадцатом их называют профи. Можно хоть поставить десять против одного, но все ровно победит кто-то из них. При виде таких соперников, та маленькая часть ликования просто испаряется. То, что я такой пухленький и высоконький, им только на пользу. Они будут смотреть на меня как на самый лакомый кусочек. Тем более наше феерическое выступление только больше их раззадорило, почему бы не прихлопнуть ту огненную парочку, уж больно у них личики смазливы, подправить надо бы. « А я ни бегать, ни по деревьям лазить, ни еду добывать не умею»,- думаю, я и вздрагиваю, когда меня кто-то берет за плечо. -Эй, Пит ты слышишь меня?- это Прим, она рядом, как и наказывал Хеймитч, и лицо у неё явно обеспокоенное. -А да, что? Повтори, пожалуйста,- пытаясь вернуться в реальность, говорю я. - Я говорю, с чего хочешь начать? Я смотрю на профи, которые ,бедные, из кожи вон лезут лишь бы выпендриться, явно стараясь всех запугать. Потом на их соперников - тощие и неумелые, впервые берущие в руки нож или топор. Жалкое зрелище. -Может, займемся ловушками?- предлагает Прим. -Давай -, соглашаюсь я. И мы идем в пустующую секцию. Инструктор даже, по-моему, рад, что к нему пришли ученики. После нескольких простых узлов, он показывает нам простую, но эффективную петлю-ловушку, вздергивающую противника за ногу вверх. Мы сосредотачиваемся и за час оба в совершенстве осваиваем это искусство. Потом, я предлагаю Прим сходить в секцию маскировки. И я с нескрываемым удовольствием размазывать по кожи комбинации грязи, глины и раздавленных ягод, составляя рисунки стеблей и листьев. Инструктор буквально чуть ли не визжит от восторга. -Где ты этому научился?- с восторгом в глазах спрашивает Прим. - Я имел дело с пирогами,- объясняю я.- Глазированными, для праздников. -Я видела. Мы с Китнисс, особенно любили смотреть на пироги на витрине пекарни. Когда мы были на площади. Хотя - её голос срывается. Но лишь на секунду, и она продолжает.- у нас никогда не было денег, но мы просто любовались, дома… дома мало чего красивого. Её голос дрожит. Отрываюсь от маскировки своей руки, и замечаю, что Прим вот-вот разрыдается. -Хеей, ты чего?- спрашиваю я, хотя прекрасно знаю на это ответ. -Я хочу домой, мне страшно,- шепотом отвечает мне Прим. Ох, знала бы ты, как мне хочется домой, и как мне страшно. -Мне тоже. Но это не повод перестать сражаться. Надо собрать всю силу в кулак и побежать в бой. Ни в коем случае, никогда, не переставай верить в себя и тем более сдаваться. Всегда есть шанс, поняла? Прим кивнула и легко улыбнулась. Пропали слезы. Это самое главное, не показывать чувства и тем более свою слабость. А то профи, в первый же день поймут, что мы легкая добыча. А ведь у нас есть козырь в рукаве. У нас есть за что побороться. И мы поборемся за это. И один из нас вернется домой. -Так, а давай и тебя разукрасим?- предлагаю я. -Я бы с радостью, да вот только нам бы лучше было пойти дальше,- говорит Прим. И мы идем дальше. Следующие три дня мы так и ходим от секции к секции, учась полезным вещам: от разведения огня и метания ножей с копьями до постройки шалашей. Больше всего у меня получается метание копья. По крайне мере инструктор меня очень даже хвалит, и советует выбрать именно это оружие. Правда, несмотря на приказ Хеймитча, я все-таки отличился в рукопашном бою, а Прим шутя, прошла тест на знание съедобных растений. Но от тяжелой атлетики и стрельбы мы держимся подальше, пусть козыри останутся в рукаве. Распорядители Игр появились в первый же день, вскоре после начала тренировки - около двадцати мужчин и женщин в пурпурных одеяниях. Они сидят на скамьях, иногда прохаживаются, смотрят, шушукаются, записывают. А чаще всего пируют за огромным столом, куда слуги подносят все новые кушанья. На второй день тренировок мы обнаружили за собой хвостик. Мы пробовали свои силы в метание копья, и Прим тихо сказала, что у нас появилась тень. Я метаю копье, и выходит не так уж и плохо, и вижу - поодаль сзади за нами наблюдает девочка из Дистрикта-11, ей тоже двенадцать, как и Прим, да и вообще они так с ней похожи.… Вблизи она выглядит на десять. Пока Прим бросает, я наклоняюсь за другим копьем. -Кажется, её зовут Рута,- негромко говорю я. -И что делать?- слегка растеряно спрашивает Прим. -Ничего, я просто поддерживаю разговор -Мог и по-другому поддержать,- отвечает она -Раз я не умею поддерживать разговор, то давай поддерживай его сама,- ответил я несколько резче и грубее, чем хотел. Но она прекрасно должна понимать, что я здесь не на курорте, и что мне тоже страшно, и что я тоже могу злиться. Из-за этого я попал копьём, прям в десятку. -Ничего себе! Прям в яблочко!- восклицает Прим.- А ну-ка попробуем-с. Копьё попало совсем рядышком с десяткой. -Ещё чуть-чуть и ты будешь метать копьё совсем как я! Еще пару уроков и ты превзойдешь своего учителя! Я парадирую какого-то профессора и делаю вид, что подкручиваю длиннющие усы. Сначала Прим заливается смехом, а потом мрачнеет, и я не сразу понимаю почему, хотя разгадка ясна как белый свет. -Жаль, что нет времени на эти «пару уроков»- говорит она. Неужели сейчас даже шутка является дегтем? Я поднимаю взгляд на распорядителей, которые престали обращать внимание на нас, и теперь то и дело тянутся за новой порцией или громко смеются. Я испытываю такую ненависть к ним. Как можно отправлять детей на верную гибель? А самим сидеть и наблюдать за этим будто это все не правда? Неужели они не понимают что мы тоже живые люди? И это все настолько поражает меня, что я начинаю испытывать гнев, но из мыслей меня выводит стальной женский голос, сообщающий о том, что последняя тренировка окончена. Что ж скоро начнется самое интересное. *** После ужина, я иду в свою комнату абсолютно без сил бреду в своё купе. За ужином, да и не только за ужином, а ещё за завтраком и обедом Хеймитч и Эффи дотошно выспрашивают нас о каждой минуте, проведенной в тренировочном зале: кто посмотрел, что делали, какое впечатление производят, другие трибуты, да еще со своим это делай это делай! Конечно, между собой они грызться перестали, но единогласно перешли на нас! Я без малейшего понятия как это терпит Прим, но я уже на стенку лезу. Перед дверью своего купе я сталкиваюсь с Порцией. Ох боже, а счастье было так близко. -Привет Пит - мягко начинает она, без всякого капитольского писка. -Здравствуй Порция -отвечаю я, как можно мягче, но выходит плохо, и она это понимает. -Что ж я быстро тебя кое-что спрошу и всё, ладно? Вот и хорошо, -дальше она начинает что то тараторить и не понимаю ни слова. -Подожди, повтори все тоже, но только чуть медленнее. -Какой у тебя любимый цвет? Я хочу тебе сделать подарок!- выпаливает она. -Оранжевый, - в недоуменнее отвечаю я.- А что? -Говорю же сюрприз, ярко оранжевый, как парики? - Нет, мягкий и нежный как закат. -Я поняла, остальное расскажу завтра. Я кивнул, и Порция пошла по коридору, видимо она хотела не только мне что-то рассказать, но и Эффи. -Постарайся лечь пораньше, ты сегодня туго соображаешь, Пит,- останавливаясь и смотря на меня, говорит она. -Ладно, я постараюсь,- отвечаю я и пытаюсь улыбнуться -Спокойной ночи, Пит,- говорит она и исчезает за углом. -Спокойной ночи, Порция, - ели слышно в ответ говорю я. Она единственная из всего Капитолия, не вызывает у меня отвращения. Она такой же человек, как и я, Прим, Китнисс, и за это она мне нравится. Открыв окна, я вдыхаю свежий воздух и иду спать, несмотря на все сегодняшние вопросы, я быстро засыпаю. *** На третий день, после обеда, нас всех вызывают на индивидуальные показы. Все мы сидим на одной железной скамейке и ждем своей очереди. Дистрикт за дистриктом, сначала девушку, потом юношу. Как обычно, Дистрикт-12 последний. Те, кто уходят, обратно не возвращаются. Комната постепенно пустеет. Я сижу и смотрю в пол, но такое чувство, будто на меня кто-то смотрит. Поднимаю голову в поисках неизвестно чего, и замечаю, что на меня смотрит девушка, рыжая, по-моему, из дистрикта 5. Заметив, что я смотрю на неё, она поспешно оторвала взгляд. И я тоже. В данный момент меня ничего не волновало и не интересовало кроме показа. Когда вызывают Цепа, мы с Прим остаемся совсем одни и сидим, молча, пока не приходит её очередь. Но она не встает, она сидит и дрожит. -Пит, мне страшно,- говорит она. -Мне тоже, но ты должна понять, что сейчас у тебя есть шанс понравиться,- говорю я. Сейчас ты должна поверить в себя, и пойти показать свои козыри, так что иди. Она молча встает, останавливается, выдыхает и расправляет плечи, будто вот-вот взлетит. -Покажи себя, Пит, - тихо говорит она и уходит. Через пятнадцать минут называют моё имя. Войдя в зал, я испытываю тоже, что и на второй день тренировок, ненависть и отвращение. Распорядители сидят, как и тогда и глазом на меня не водят, всё смотрят на свинью с яблоком во рту. Я пытаюсь понять их, ибо слишком долго они здесь просидели, слишком много демонстраций посмотрели, им сейчас хочется домой, собственно как и мне, так пусть изволят обратить внимание не на свинью, а на меня. Но для них что я, что свинья, всё одинаково. Но свинья им больше нравится, понятно почему. Мне не остается ничего другого как выполнить задуманное. Сначала я хотел пойти к секции тяжелой атлетики, но обратил внимание на копья, сначала я промахиваюсь на несколько дюймов, и теперь на меня уже никто не смотрит. Я собираю волю в кулак и направляюсь за другим копьем и в этот раз попадаю точно в сердце. Решаю, не останавливаюсь, беру самый тяжелый груз, размахиваюсь и сбиваю еще двух манекенов, делаю кувырок и одни ножом перерубаю веревку, на которой подвешен мешок с песком, на котором я должен был показать свои навыки драки. Мешок падает и с треском лопается. Вот теперь то, что надо! Я поворачиваюсь к распорядителям, ожидая их реакции. Некоторые одобрительно кивают, но большинство увлечены жареным поросенком. Меня охватывает ярость. От этого, моя жизнь зависит, а им дела нет. Поросенок куда важнее, да. Ну вот и будет вам поросенок. Беру копьё и хорошенько замахиваюсь на эту компанию, но не сильно, чтоб не попало в них. Копьё попадает в краешек между промежутком стекла и стены, теперь-то все оторвались от поросенка и смотрят на меня. -Спасибо за внимание, уважаемые распорядители,- Последние слово я говорю как можно ядовитей. И покидаю их весёлую компанию, важной походкой.