Расколотая маска безразличия. Открой мне чувства

Среда. День 24. 02:03. Дом Аиши. Я намеревалась спать не долго, но не до такой же степени. Не смея шевелиться, я смотрела в потолок и рассуждала о своей повседневности. Всё так будоражит, что устаёшь. А мысли всё лезут в голову, и лезут. Мой мозг хочет отдохнуть, но в то же время я никак уснуть не могу. Устала я, но видимо всё то, что приходит мне на ум, так не решило. То, к чему я стремлюсь — прекрасно. Чувства. Для других, не имеющих представления о моей болезни, они не кажутся столь впечатляющими. Некоторые даже считают, что им лучше без них. Но они совершенно ничего не понимают. Быть пустой это так… Пусто. Иного описания я не могу найти. Просто ничего. Ты робот, ты знаешь это, но ты не можешь до конца понять это. Ты не знаешь, какого это — иметь чувства, ведь тебе не дают шанса сравнивать. Просто оно так есть и всё. Ничего не сделаешь. А потом, когда бездонная глубина твоего тела и так называемой души заполняется пролитым светом, как солнышко, согревающем тебя, бьющее все привычные устои твоих мыслей, пробуждая глубины моей души. Он мне необходим. Будто бы воздух. Понимаете ли Вы как мне обидно? Сразу после этого становится невероятно жаль себя. И это… И это вырвали из тебя задолго до твоего рождения! Быть неспособной к самым прекрасным вещам. Всё кажется таким, пока ты это чувствуешь. Даже головокружение ощущаешь от резко сломленной меня старой. Хочется забыться, а от несправедливости зарыдать так, чтобы слышал каждый прохожий! И смеяться. Смеяться во весь голос, душить в объятьях, идти вприпрыжку. Желать поглотить все эмоции, хотеть кричать, даже когда твой голос смеётся в этот момент до хрипоты. Потерять сознание. А после очнуться рядом с источником всех этих неземных ощущений. Прильнуть и никогда не отпускать. Быть очарованной, стать зависимой. Это не столь важно, сколько ещё я буду идти по этому пути. Конец навсегда останется неизменным. Потому что это мой конец. Я заслуживаю его, а если нет, то мне плевать. Я так хочу. Так оно и будет. Конечно, все они не виновны, влюбится в такое прекрасное существо просто не невозможно. Но они и без него смогут жить обыденно. Они имеют всё то, что не могу я. Значит, он не нужен им. Поэтому я помогаю им «определиться». Чувства оправдывают всё то, что я делаю. Или…? Сев, я посмотрела на алтарь. Ноги сами спустились на прохладный пол и понесли меня к моей коллекции. Я взяла фото сероволосого парня, что смотрел куда-то в сторону. Сердце невольно дрогнуло. Как же мне нравятся его вещи! Знакомое тепло растеклось от рук до самых потаённых уголков моего тела и души. Пальчиком, я провела по стеклу. Так горячо. Я помню, когда сделала это фото. Это было на выходных, он ходил в магазин. А я шла следом. Он свернул на повороте так, что я смогла увидеть половину его лица. Такой… Прекрасный. Я сделала много фотографий, но именно эта вышла самой удачной. В тот же день я распечатала её и поставила в рамку. В тот момент он так по-семейному ходил в магазине со списком! Я представляла, что это наш совместный поход сюда. Таро руководит процессом и делает всё за меня, считая, что я или глупенькая, или слишком маленькая, чтобы брать всё нужное с верхних полок. Я, доверяя ему, просто иду позади, наблюдая за его движениями. Он бросает взгляд на полки с продуктами, на список, а потом кладёт нужное в корзину. Мы собираемся устроить небольшой ужин вечером. Мы будем готовить вместе, но, по-моему мнению, он будет своеобразно мешаться, я буду говорить это, но ни за что не позволю ему уйти. Невольно смеяться сквозь слёзы, когда он чистит лук, сидя в очках, даже при этом щурясь и вытирая выступающие капельки слёз. А потом, когда мы всё сделаем… Моя рука упадёт на заколку… Я опустила глаза, вернувшись из мира фантазий, на предмет в виде бело-лилового цветка, отдалённо напоминавшею лилию… Что??? Ах, да. Сунобу отдал мне её, когда Мари нагло сорвала с меня резинку, поясняя это тем, что платья совершенно не идут мне, когда я «лысая». Вернуть её я не смогла, потому мне пришлось носить все вещи из клуба в клуб с лезущими в глаза и рот волосами. И они щекотали мою шею. Это было неприятно. Тогда актёр, фыркнув на меня, заделал мне передние локоны назад. Пусть, лучше от этого коже шеи не стало, но глаза и рот были теперь в порядке. Надо бы вернуть ему завтра. Я присмотрелась к предмету. Лепестки имели элегантную волнистую форму, медленно к середине приобретая более яркий оттенок розового. Если честно, то этот предмет не кажется мне свойственным его стилю. Да и не уверена я, что это точно актёра, а не клуба. Я поставила фотографию на место и, взяв заколку, села на кровать, внимательно изучая каждую деталь. Не сказать, что она кажется дорогой. Бижутерия. Но очень красивая, должна признать. Я немного изумлена такой точностью и аккуратностью. Никогда подобных не видела. Изгибы довольно тонки, маленькие алые прутики, идущие из центра цветка, искусно оплели лепестки, как нити. И, если приглядеться, на всей заколке можно различить еле-еле заметные при свете луны, что проникает через щель штор, надписи. Я почувствовала неумолимый интерес, узнать, что же там написано? Быстро проследовав к окну, я немного раскрыла шторы так, чтобы стать освещённой этими «лучами». Бледный свет пал на заколку и мои руки, сделав кожу и этот предмет абсолютно белыми. Я внимательно стала вглядываться в надписи. На английском. К сожалению, я не так сильна в этом языке. Там было написано на каждом лепестке по предложению. «Your chosen path will not change the fate, because you are it.» «Deep feelings will hide the disease from the eyes of strangers» «A world covered in ash, blossom, if fall on it a drop of confidence.» «Change your image, otherwise it will grow into a curse.» «Behave better and others believe in it.» Интересно, для чего они? Не вижу смысла писать нечто подобное на заколке, так ещё и практически прозрачным текстом. Хотя всё равно любопытство берёт верх, выпрашивая перевода. Спрошу завтра. Я ещё немного стояла статуей, любуясь красотой украшения, переливами. Но сейчас мне нужно не медля в кровать! 07:29. Школа. — Аяно, ты в порядке? — заботливо спросила меня Харука, на что я лишь покачала головой из стороны в сторону. — Как я могу быть в порядке, когда… — Прекрати делать всё наоборот, маугли!!! — разнеслось на весь спортзал не в первый раз. — Прекрати выть, трагик! Нормально оно стоит! — в ответку кричал с толикой пофигизма менее громко блондин. — Нет! По середине, я сказал! По середине! Не правее, не левее, а по середине!!! — не унимался, яро отстаивая своё мнение, Кизано. Я вздохнула. Уши вянут и скручиваются в трубочку. А этот ор стоит на весь спортзал всё утро. Неужели сложно обсудить что-то тише? Плюсом к этому меня беспрестанно клонит в сон. Нужно было спать, а не пялится на фото Семпая до четырёх часов… Хотя оно того стоило. Но лучше б поспала и увидела сон о нём. Эх… Мир жесток без Таро… И сколько можно орать? — Это и есть середина! — перечил блондин «заведующему» сего представления. — Ребята, ребята! Ну же… Асо-кунчик, прекрати. Просто переставь это в другое место. — слащаво вмешалась в разговор моя соперница, наверняка ухмыляясь своей королевской улыбкой. — Нет! Таскать эту громадину моя команда больше не будет! Пусть борцы этим занимаются! — Боже мой… — тихо прошептала Кокона, опустив голову. Уверена, не мне одной надоело слышать эту ругань. Вся атмосфера в здании царит напряжённая. Девочки из клуба Садоводства также раздражительны и практически затыкают уши ватой, как и мы. Борцы и спортсмены, приходящие иногда, тихо жалуются на тяжесть декораций и устраивают небольшие перепалки в двух словах или взглядах. Я же, мне кажется, готова порвать все украшения. — Да-а-а. — протянула я ко словам фиолетоволосой. — Убейте меня. Я уткнулась в стену лбом, закрыв глаза. Хочу стать глухой. И завалиться спать. И сон о Семпае. Или всего Ямада мне. Уф… И долго, интересно, это будет продолжаться? — И меня, пожалуйста. — проговорила моя подруга. А после встрепенулась, будто её током ударило. — А лучше не надо… — А, ну да… — вспомнив всё-таки недавние события, сказала я. — Подай мне скотч. — Пожалуйста. — девушка протянула вверх этот прозрачный рулон, а я приняла. Просто я стояла в это время на лестнице и украшала стены поверху. Это довольно такое занятие, немного утомительное. Хотя, может, мне это казалось из-за того, что ужасно хотелось поспать. Блин, мысли только об этом. — Спасибо. — пробубнила я и стала прикреплять эдакую мишуру к стене. Утро складывается не самым лучшим образом. Сунобу отчитал меня за «опоздание», Мируа как только не исковеркала моё имя, Кокона мне все уши проездила обо всём, Асо хмурый. К тому же из-за последнего страдали все левые и правые. И я одна из тех, кто успел получить свою порцию неодобрительного взгляда и многозначного молчания. А теперь я стою на лестнице, думая о том, как не уснуть стоя и не упасть. Всё это и раздельно, и слитно. В то время на сцене слышны крики двух (а иногда и трёх) разных на мой взгляд людей, но сходно раздражительных. Актёр тоже не отстаёт от Рито в своём легковоспламеняющемся поведении. Казалось, брось сейчас спичку сюда и нахрен взорвётся. Все нервничают, а я сплю. Лучший день, зашибись. Ой, кажется это настроение заразно. Или я всегда такая? — Ну и ладно, уходи! Уходи так, как ты всегда это делаешь. — ныла Мируа, привлекая неодобрительно внимание большинства к себе, мол «ну сколько можно?!». Её лицо имело такую страдальческую и жалобную морду, аж непривычно. Всё то время она высокомерничала и смеялась. — Ох, только не начинай строить из себя героиню трагедии. — в ответ воскликнул блондин, и кажется ещё что-то пробормотал, но я не услышала. — Хм! И не планировала! — сказала блондинка, а после менее тише добавила — Лучше бы никогда не возвращался. Она, не дав шанса ответить, гордо развернулась и пошла в сторону. Нет, их точно связывали какие-то отношения. И похоже очень близкие, если не романтические. Но от этой мысли меня воротит. Я представляю их отношения… А лучше не стоит представлять… — Ну и ладно! — сердито бросил ей голубоглазый и ушёл, чуть ли не хлопнув дверьми. Напряжение застыло. Сложив руки на груди, актриска фыркнула в сторону двери: — Пусть уходит! Он всегда так поступает! Да, Аячка? Ты же знаешь?! Ты ведь такая же, как и другие — брошенка, а?! Что?! С чего, блин, я то стала виновата? Не ожидая такого поворота событий, я обернулась на высокомерную особу, что усмехалась, глядя на меня. — Ч-что??? — всё, что смогла выдавить я. — Ой, не надо! Не надо отнекиваться! Ну как тебе он? Нравится? Уже было, а?! Я услышала, как Харука подавилась воздухом и чуть пошатнула мою лестницу!!! Резко схватившись за балку руками, я пялилась на бунтующую Мари. — Что?! Да что Вы такое говорите?! Нет! — Ах, да как он может тебе не нравится?! Только и делал, что на прошлой неделе носился за тобой! Все это знают!!! — Н-нет! Пусть он и носился, то это не значит, что мы, кхм! Я была просто новенькой! — Ага, ага! Новенькой. В постели, не так ли? — Заткнись! Ничего такого не было!!! — Хорош врать! Я видела всё, Аячка! Вот как вы мило гуляли! Ни с кем он так не бегал, как с тобой! Хотя-я-я… Не, со мной он был живее. Да и верно, я же поприличнее буду! — Да? Ну да-к иди и спи с ним, коль так хочешь! — Что?! Я не подстилка как некоторые! — Что за чушь ты несёшь?! — Ха! А вот! Я видела, как он тебя в пятницу пьяную тащил в неприличном виде!!! И не отворачивайся! До этого я была раздражена. Теперь я просто в бешенстве!!! КАК она смеет обвинять МЕНЯ в измене Таро?! — Ничего подобного! Я НИКОГДА не была пьяна!!! Я кричала. Нет, практически рычала! Да как эта сука только посмела сказать, что я не верна моему Семпаю?! Скрипнув зубами, и руками сжав перекладину, я спустилась вниз. — Аяно-тян, не надо. — тихо прошептала Кокона и даже попыталась остановить меня за плечо, но я проигнорировала её. Всё во мне бурлило! Вся та ненависть к ней, что таилась в глубине, плещет, как из вскипающего чайника. Я быстрым шагом направилась к ней, сдерживая себя от того, чтобы не наброситься на неё. Другие же стали подходить к нам, видимо, готовясь растаскивать в разные углы. — Ой, да ладно! Я видела как тебя, в непристойном виде, спящей, Рито нёс к раздевалке! Хочешь сказать, мне всё привиделось в прошлую пятницу? — Вовсе не так, Мируа! Я никогда̀ не видела в нём то̀, что Вы имеете в виду! И тем более, я никогда̀ не употребляла! — И что же тогда это было?! Хочешь сказать я вру? — Нет. Вы не врёте, но тогда я была НЕ пьяна! — Ой, как злишься! Значит за живое задела?! Значит правда! Боже, какие же безвкусицы стали нравиться Рито! — Дело не в этом!!! — Тогда объясни, что такое я видела? -… Я промолчала. Рассказывать о таком происшествии не очень то хочется, знаете ли. Я не хочу казаться слабачкой. Хотя, с другой стороны, мне на руку, если рассказать. Только бы сделать это осторожно, а то я сейчас за себя не ручаюсь!!! — Вот. Что я говорила! Боже, какая… — Это на меня̀! На меня̀ напала ТА самая ученица, о которой вы всѐ упорно болтали!!! Это я оказалась чуть ли не придушена прямиком в школе! Это У МЕНЯ синяки от рук психопатки! У меня!!! Это мне теперь ходить с этим, говоря, что решила сменить стиль, а на деле помнить, как кашлять со сдавленным горлом и без пользы царапать руки психованной, помнить как взрывалась голова и размывалось в глазах! Чувствовать какого это, быть беспомощной тряпкой! Это Я оказалась на грани жизни и смерти! И ТЫ судишь меня ЗА ТО, что я просто НЕ смогла спастись от убийцы?! Ты̀ говоришь ТАКОЕ, когда я могла чуть ли не умереть?! Обвиняешь за то, что я нѐ делала?! Я взбешённо сорвала с себя этот чокер и со всей силы бросила в пол. Бесит! Бесит, сучка! Она ничего не понимает!!! И повисла тишина, разве что я слышала своё тяжёлое дыхание, как у злого быка, из-за чего плечи непроизвольно поднимались и опускались. Зубы чуть ли не скрипели, ногти впивались в кожу, грозясь оставить раны. Все молчали и, казалось, не дышали вовсе. Их лица. Господи, такие удивлённые и тупые лица. Р-р-р!!! Но вдруг меня пробило сознание. Ох… П-постойте… Я… Сказала всё это? Б-блин. Это… Стрёмно. Я как-то не планировала рассказывать всё это вот так… И почему я кричала? Мне казалось, меня никто не слышит. Ч. Чёрт… Дрожь пробила. Смотря на меня шокированным взглядом, блондинка застыла. Её лицо исказилось. Она больше не была так самоуверенна. Я почувствовала, как меня отпустило. — Что? Т-ты думаешь я поверю?! — воскликнула блондинка, растерянно. — Мари! — вдруг повысил свой голос Кизано, вплотную подойдя к девушке. — Что? О-она врёт! Я видела, они…! — Молчать! — скомандовал парень, смотря на голубоглазую снизу вверх, похоже таким взглядом, что та медленно посинела. — Мари… Смолкни! — приказным тоном глава Драм клуба продолжал говорить таким голосом, что у меня мурашки пошли. Даже когда злится говорит так… Ох, о чём я думаю?! — Ты достаточно сегодня наговорила. — Н-но! П-постойте, Сунобу-семпай, я не думала, чт… — та быстро начала заикаться, бегая глазами по помещению. — Да. Ты не думала. И никогда не думаешь. Ты не умеешь следить за языком. Если так продолжится, и ты не научишься держать язык за зубами, вылетишь из клуба! — грозно выговорил фиолетоволосый, подойдя ко мне. Он поднял моё украшение и положил в руку. От прикосновения я чуть расслабилась. Горяч во всём теле потупилась. — Н-нет, пожалуйста, я… Кх… Я не хотела, прошу прощения… — девушка вдруг низко наклонилась, свесив голову. Она выглядит теперь такой робкой. Ох уж эти актёры… — Продолжай. Всё, что ты делаешь, никуда не годится. — Сунобу неожиданно повёл меня, чуть приобняв со спины. А я лишь шла, стараясь обдумать, что делать дальше именно сейчас. А в итоге просто поддалась… Не хотелось смотреть на других. Сейчас главное остыть, а их лица могут рассердить ещё больше. Я, опустив голову, восстанавливала дыхание и покорно шла куда вели. Мы вышли из здания. — Ты в порядке, дорогуша? — спросил с волнением в голосе парень, отчего стало не по себе. И когда мы стали такими нежными? Аха… Ха… Нет. Я не могу думать даже о его тоне. Нет. Чёрт, не хотела сообщать об этом публике. Теперь на меня точно обратят внимание. Я кивнула. У меня сейчас нет слов. Не хочу пояснять свои действия, когда сама же не понимаю, почему взбесилась. Или понимаю, но озвучивание их меня разозлит ещё пуще. Это сделает только хуже. — Тебе стоит вздохнуть. Всё закончилось. Пройдём. — Кизано медленно всё в таком же положении повёл меня в сторону раздевалок. — Простите. Не хотела, чтобы… Так всё получилось. — выдавила я, глубоко вдыхая свежий воздух. Сегодня немного прохладно, отчего кожа стала в крапинку. Но это бодрит. Конечно, не так, как яркая ссора, но вполне хорошо. В отличии от ненависти, что слепит, это наоборот проясняет разум. — Это не так. Иногда, нужно выплёскивать эмоции. Тебя просто довели, но в глубине души ты желала это, не так ли? — спокойно спрашивал Сунобу, идя неторопливым шагом. — Ну, наверное… Эхе… Хе… — я нервно усмехнулась. Возможно, так оно и есть. Но ненависть после всего не исчезла… Стала только сильнее. Убью, сучку… Убью, и ничего ей не поможет. — Теперь стоит просто проветрить свою голову и собраться с мыслями… Поговорить с кем-то близким или незнакомым… Или помолчать. — Аха-х… Вы правы. — от чего-то я стала улыбаться, но с тяжкой мыслью. Мне правда стоит расслабиться. Мы дошли до небольшого фонтанчика, дерева и двух скамеек. Актёр практически усадил меня на одну из них и сам расположился рядом. — Не волнуйся. Мари вовсе так не думает, она просто возместила месть на тебя за обиду. В скором времени она одумается и извинится. — Угу… Месть? — спросила я, подумав о том, что сейчас хороший момент расспросить его обо всём. Не откажет же он морально подавленной девушке? — Неприлично об этом говорить, но они оба затаили обиду друг на друга. Так что их «общение» состоит из… — он смолк, как бы подбирая в уме правильные слова. — Состоит из?.. — Взаимных упрёков. Прошу тебя, прелесть, не замечай этого. Это не столь важно, как твоё самочувствие. А вот это было поистине внезапно! Ч-что он сейчас сказал??? Моё самочувствие?.. Я в замешательстве уставилась на фиолетоглазого. — Моё??? — Ваше… Кхм… Поведение всерьёз заставляет… — у парня в глазах читалось сомнение, отчего он вдруг прервал фразу — Ах, неважно, дорогуша! Тем не менее, тебе необходимо найти этого бездыря, что так мудро ушёл от обязанностей! Найти и привести его обратно! Отлынивать у него не получится! Встав с места, актёр с высоко поднятой головой, смахнул плащ назад одним размашистым движением. — Я не думаю, что он хочет меня сейчас видеть, ровно столько, как и Мируа. — вымолвила я, не спеша расставаться с таким удачным шансом выудить информацию. — И что? Какое это имеет дело к представлению, дорогуша?! Твоё нежелание сгубит мой дебют на сцене! Мне просто необходимо вернуться в зал! Так что, поспеши, прелесть! Он нужен мне и немедленно! — Да, простите. — я встала с места под строгим взглядом Кизано, внутренне сожалея об упущенной возможности. — Вы не поняли… Как я говорил ранее, тебе просто необходимо поговорить с кем-то знакомым! Неужели ты пропустила это мимо ушей?! — будто бы злился парень, чем меня встревожил. Но это было настолько нелепо, что поверил бы только очень недалёкий. — Прошу прощения… — И снова извинения! Ах, дорогуша, так ты никогда не научишься ценить себя по-настоящему. Отстаивание своего мнения — один из способов любить себя! — Да. Видимо, это так. Мне правда стоит говорить с ним? — Он зол на тебя. Чтобы разозлить этого маугли, нужно моё упорство и говор Мари! Ты не такая как мы. Простая. Все твои фальшивые эмоции насквозь видны! Потому… Разберись с этим блондином, ему ещё столько сделать надо! — парень всё время уклонялся от собственных слов. Будто бы заменял одно на другое, что было на него не похоже. — В конце концов, ему просто требуется поддержка. Или сообщение о том, как ты себя чувствуешь. — Что Вы имеете ввиду? — Разве не видно, дорогуша? Твой друг волнуется, но в то же время сердится на тебя. Просто необходимо исправить ваши отношения, возможно, именно это так влияет на настроение вас обоих, прелесть. — Вы… Беспокоитесь об этом? — Можно сказать и так, а можно и не говорить так. Не смотря на свою гордость, ошибки стоит исправить, хотя бы для собственного блага. Ты так не считаешь, дорогуша? Кизано стоял рядом, смотря на меня каким-то задумчивым взглядом. Таким серьёзным, даже презирающим, отчего становилось не очень приятно. В грудь закралось предательское ощущение чего-то. Он ведь, правду говорит, да? Такую тяжёлую и прекрасную. И глубокую. Глубокую настолько, что меня продрало чувство… Вины??? Почему, я же ничего не сделала! Но ведь убийства — это… Неважно! Хватит придумывать, Аяно! Ты всё навоображала! Хватит. — Хорошо. Через пару минут он будет у Вас. — Поторапливайся… Я убежала в школу с большим нежеланием. Где может находиться этот… Придурок… Обойдя все коридоры, я поняла всю свою глупость. Он глава клуба Спортивного плавания! А где может находиться глава такого клуба, дабы побыть в одиночестве? Где мало кто бывает? Конечно, в бассейне! Или раздевалке, но туда я заходить не хочу… И знаете, предположение оказалось верным. Когда я очутилась там, то заметила сидящего Асо на скамье и смотрящего вдаль, на сакуру. Я молча подошла и посмотрела в ту же сторону. Он проигнорировал это или не заметил. Ветер снова обдал меня холодной порцией, и я чуть съёжилась. Так продолжалось пять или больше минут. Я всё же решилась первой оборвать тишину. — Асо-семпай, Вы… В порядке? Блондин повернул на меня голову в замешательстве, на что я посмотрела ему в глаза. Он так удивлён. Видимо, это было не игнорирование. — Аяно? Что ты здесь делаешь? — его голос не был злым или раздражённым. Он был… Обычным, как раньше. Что было… Странным. — Я искала Вас. И… — я замялась, раздумывая о том, что хочу сказать. И вот, на что решилась я. — Хотела… Извиниться. — Извиниться? За что? — он иронично улыбнулся, потянувшись. А? То есть «за что»? На что он намекает??? — За. Уход… Вы так раздражены, что… Эм… — не лучшее, с чего стоило начать. — Простите. Просто простите за моё поведение. Я… Не хотела Вас обижать этим. Пожалуйста, не злитесь. Я не хотела, чтобы всё случилось вот так. А, я… Прости… Те Рито молча смотрел на меня ещё пару секунд, всматриваясь. Я же бегала глазами повсюду, ощущая нервозность, а как только наши взгляды сталкивались, тут же чуть ли не паниковала. Руки немного вспотели, пальцы сплетались в «узелки». Что говорить уж о дыхании, что скакало верх и вниз. Я не хочу… Смотреть в глаза. Ему тем более. Что он ответит? Что подумает обо мне? Наверняка лишь отвернёт голову и ничего не скажет. Я не уверена, что он сможет простить меня, ведь я… Но вдруг он рассмеялся. — А-ха-ха! Ты вообще о чём? Какая обида? Ты чего, Аяно? Ахах! И почему ты обращаешься ко мне на Вы? Когда я успел постареть?! Я посмотрела на его весёлое лицо. Я… Я не понимаю. Но ведь, я столько всего наговорила ему! Он так смотрел на меня, будто я причина всех несчастий! Не может быть, чтобы он вот так спокойно… Не верю! А почему… Я так волнуюсь по этому поводу? — А… Э, не… Никогда. Я просто… — да почему я так неуверенна?! Просто скажи всё как обычно! — Хах. Аяно, всё нормально. Обращайся ко мне как обычно! О чём ты говоришь? Я понятия не имею о каких извинениях идёт речь! — снова, как тогда с ватой, он лукавит, будто бы ничего не понимает. — Видимо, не о чём?.. — Ага. Это странно, не находишь? — У-угу. — я села рядом — Что ты тут делаешь? — Я? Скрываюсь от навязчивого актёра и успокаивался от той особы. — Вы ненавидите друг друга? — Кто мы? Мы с Сунобу или с.? — С… — Это трудно-о-о объяснить… Раньше сильно нравились, узнали друг друга получше, испытали отвращение. Лучше… Не думай о нас. Сегодня я весь день не могу вынести компанию этой. Понятно… — Она настолько плоха? — Да нет… Просто, у неё своя правда, у меня своя. Всего то. Так, а теперь отвечай ты: что ты здесь делаешь? — Сунобу-семпай искал тебя, ну и… Просто я. Пришла. — сказала я сумбурную фразу в конце, недопонимая, что имела ввиду на самом деле. — О-о-ох… То есть мне снова туда возвращаться… Ла-а-адно, передай ему, что я приду через пару минут. Пока мне надо… Ещё немного успокоится, окей? — Ух. Окей. — я с долей разочарования встала и пошла прочь. Я надеялась, что он расскажет. Но видимо он сейчас замкнут больше, чем кто-либо. Донимать вопросами я не стала. Может, и стоило.