Молочный коктейль

      Это вырвалось как-то само собой, у Питера так часто бывает. Он сначала говорит, а только потом думает… Впрочем, так ведь делают все подростки, разве нет? Он просто сказал:       — Мистер Старк, я влюблён в вас.       А этот самый мистер Старк сначала просто потерялся от подобного признания. Затем же так же просто пустился в речи о том, что это всё Питеру только кажется. Это всё из-за того, что Питер ни с кем больше столько времени не проводит. Это всё из-за того, что Питер провёл с этим самым мистером Старком целое лето. Вот почему ему кажется, что он в него влюблён. На самом деле это просто заблуждение.       Но Питер-то прекрасно знает, что никакое это не заблуждение. Он давным-давно разобрался в себе и во всём, что хоть как-то соприкасалось с такой темой как «Тони Старк». Поэтому Питер вообще не слушает все эти дифирамбы. Поэтому Питер просто подходит к не понятно зачем распинающемуся перед ним мистеру Старку и просто обнимает его. Крепко и долго. Так, что этот самый мистер Старк перестаёт что-либо говорить. Он лишь устало вздыхает, гладя Питера по спине и называя его несмышлёным карапузом, который ещё многого не знает.       А потом этот самый мистер Старк провожает этого самого несмышлёного карапуза до дверей лифта, ободряюще улыбается и прощается. Надолго. И этот самый мистер Старк надеется, что этого самого надолго хватит с лихвой, чтобы Питер, да и он сам, чего уж там скрывать, остыли и всё бы вернулось на круги своя.       Но ничего не вернётся на круги своя. Это стало понятно уже после первой недели.

***

      Им обоим нужно было поговорить, объясниться… Расставить все точки над «i». И это стало понятно на второй месяц игры «Пытайся игнорировать Питера Паркера», в которую с каждым днём было всё труднее и труднее играть. И здесь всё опять было просто: когда Тони вспоминал его честные большие глаза, когда Тони вспоминал его рвение помочь всем и вся, хотя он, конечно же, того сделать не сможет, когда Тони вспоминал вообще всё, что только было связано с этим невероятным созданием по имени Питер... Мужчине было жизненно необходимо его увидеть. Хотя он мог воспользоваться камерами, хотя он получал огромное количество информации от Хэппи и от Пятницы попеременно, — всего этого ему было мало. Питера нужно было увидеть вживую, услышать вживую.       Но потом Тони смотрел на своё отражение в зеркале, оглядывался назад на свои прошлые деяния, да и вообще на всю свою жизнь. И понимал, что сказать «да» — сломать жизнь мальчонке. Сказать «да» — чувствовать себя ещё омерзительнее, хотя куда уж больше.       А ещё, сказать «да» — это просто «да», которое откроет дверь для всего прекрасного, что собой олицетворяет Питер Паркер. И, кто знает, возможно, это стоит того, чтобы попробовать.       Поэтому Тони берёт свой телефон и отправляет Питеру сообщение.       Как насчёт кофе?       И будь что будет.

***

      Как насчёт кофе?       Лучше сообщения Питер, кажется, в жизни не читал.

***

      В кафе, куда пригласил его мистер Старк, — Господи, пригласил, о таком и мечтать нельзя было! — было людно, Питер еле разглядел поднятую вверх руку нужного ему человека. В кафе, куда пригласил его мистер Старк, было слишком шумно и слишком светло, поэтому, добравшись до нужного ему столика, Питер ощутил лёгкую головную боль. В кафе, куда пригласил его мистер Старк, вообще всё было немного слишком, в том числе и чувства, которые при виде мужчины, впервые за два месяца молчанки, слишком сильно расшалились.       — Здравствуйте, — поздоровался Питер, садясь за небольшой столик.       Тони медленно кивнул и улыбнулся, протягивая меню.       — Привет, как добрался? — будничным тоном поинтересовался мужчина.       — Отлично, — быстро ответил Паркер, принимая меню из рук миллиардера и стараясь, чтобы их пальцы не соприкоснулись. — Спасибо.       Он принялся внимательно изучать заламинированный лист. На выбор предлагалось не так уж и много… Но это было очень хорошим предлогом, чтобы оттянуть момент выяснения отношений. Оба это прекрасно понимали.       — Слушай, Питер, — спустя пять минут начал Тони. — Я, конечно, всё понимаю, но и у подобного есть предел, — он многозначительно посмотрел на застывшего юношу. — Ты ведь меня понимаешь?       Питер медленно поднял голову и посмотрел на усмехающегося мужчину. Затем он быстро отвёл взгляд и посмотрел на его пальцы, которые сейчас выстукивали какой-то ритм по металлической поверхности стола. Питеру всегда нравились руки мистера Старка, такие большие и всегда тёплые, с множеством приятных на ощупь шершавых мозолей и…       — Питер? Ты заказывать будешь? — Паркер непонимающе посмотрел на мужчину, а тот в свою очередь указал на стоящего рядом официанта.       — Молочный коктейль, — не задумываясь, выпалил юноша. — Ванильный.       Официант закатил глаза и, устало вздохнув, спросил:       — Это всё?       — Да, — бодро ответил Тони.       Официант ушёл, забрав меню, а следовательно — последний шанс оттянуть разговор по душам. Питер нервно сглотнул, осматриваясь по сторонам, в поисках нового объекта внимания… Не пялиться же ему всю их встречу на пальцы мистера Старка!       Тони же оглядел Питера и с неким удовольствием отметил про себя, что юноша волнуется. Каждый неспешный поворот головы предоставлял лучшие ракурсы для созерцания нервно подрагивающего кадыка и слегка порозовевшей то ли от смущения, то ли от волнения кожи, которую покрывали множество родинок. Если бы он мог, то поцеловал бы каждую родинку на его теле, особое внимание уделяя шее.       Но нужно было возвращаться. Мужчина пару раз моргнул и покачал головой из стороны в сторону, прогоняя непрошеные мысли.       Питеру ведь только семнадцать. Господи, это какой-то бред... Сейчас происходит какой-то бред.       — Ты ещё такой ребёнок, — с некой досадой в голосе произносит Старк.       Юноша резко оборачивается, и мужчина готов поклясться, что на секунду увидел в его глазах обиду. Они ведь только недавно установили обратное. Но в следующую секунду Паркер уже спокойно смотрит на Старка, хмуря брови. Кажется, он вспоминает те самые обстоятельства, при которых было установлено, что малец — кто угодно, но точно не ребёнок.       — Почему? — только и спрашивает он.       — Ванильный молочный коктейль, — начинает объяснять Тони таким тоном, как будто перед ним и вправду сидит пятилетка, а не человек на двенадцать лет старше. — Он твой лучший друг?       Ванильный молочный коктейль, это так по-детски.       Тони снова начинает отбивать пальцами понятный только ему ритм. Питер снова задерживает на них свой взгляд, про себя отмечая ребристый шрам на большом пальце и одновременно подавляя желание прикоснуться к нему и проводить пальцами по ребристой поверхности столько, сколько душа пожелает.       — Да, я люблю молочные коктейли, — чуть громче, чем хотелось бы, отвечает Питер, и на них оборачиваются несколько пар, сидящих за соседними столиками. — Простите, — быстро извиняется юноша и отворачивается в сторону Тони, который сейчас беззвучно смеялся.       — Прости, Паучок, больше не буду обижать твоего лучшего друга, — Питер лишь закатил глаза, а затем продолжил оглядываться по сторонам.       И снова мужчине открылся этот безупречный вид на шею напротив. И снова Тони попытался отвлечься от совершенно ненужных в данной ситуации мыслей. У них ведь на очереди важный разговор, они не просто коктейли сюда распивать пришли.       Боже, молочный коктейль… Тони этого не забудет.       — Ладно, — продолжил Старк. — Оставим молочные коктейли на потом, — Питер развернулся в его сторону и теперь внимательно слушал. — Ты знаешь всё, что я тебе скажу, верно? — Паркер кивнул.       — Ваш молочный коктейль, — официант появился так же внезапно, как и в прошлый раз.       Тони резко сломал напополам сахарный пакетик, который только что крутил в руках. Теперь их стол был усыпан сахаром, который на свету искрился, как снег. Питер, подумав об этом, улыбнулся. Затем он поднял взгляд на официанта, который нарочито медленно убирал рассыпанный сахар и ему отчаянно захотелось кинуть в него снежок, чтобы поторапливался!       — Спасибо! — наконец закончил этот театр Тони. — Дальше мы сами, — он быстро снял у официанта с подноса молочный коктейль Питера и, поставив его перед юношей, жестом прогнал работника кафе.       Паркер сразу же набросился на принесённый ванильный напиток, надеясь, что это может послужить отсрочкой серьёзного разговора. Но нет, вообще-то пить и слушать можно одновременно. Они и так слишком долго откладывали этот разговор, пора уже…       — Питер, — юноша исподлобья посмотрел на сидящего напротив гения. — То, что ты мне тогда сказал… Ты всё ещё уверен в этом? — закончив, Тони выжидающе посмотрел на сидящего напротив подростка.       Он всё ещё надеялся, что парень ответит «нет».       Питер опустил глаза на отражение мужчины на поверхности стола и задумался над заданным вопросом, потягивая свой молочный коктейль. Уверен ли он в том, что хочет целовать губы напротив? Уверен ли он в том, что хочет держать эти мозолистые ладони в своих собственных, проводя пальцами по ребристым шрамам? Уверен ли он в том, что хочет всегда быть с человеком напротив, пока смерть не разлучит их? В буквальном смысле. Уверен ли он в том, что хочет просыпаться по утрам вместе с Тони и засыпать вместе с ним?       Уверен.       Господи, Питер ещё никогда не был так уверен.       — Я уверен, — глухо отозвался юноша спустя пару секунд.       Стоит только вспомнить все эти два тяжёлых месяца и его бесконечные терзания на тему: правильно ли он сделал, что во всём признался.       Молочный коктейль закончился, и Питер продолжал водить трубочкой по пустому дну. Затем Тони снова подозвал того надоедливого официанта и заказал ещё один коктейль для юноши.       Мужчина продолжил с интересом рассматривать сидящего напротив подростка, и Питер, не выдержав, с вызовом спросил:       — А Вы, мистер Старк? — он посмотрел ему прямо в глаза. — Что Вы ко мне чувствуете? — тихо продолжил юноша, так что его мог слышать только сидящий напротив Тони.       Подобный вопрос он бы не осмелился задавать месяца два назад, но сейчас — после стольких недель молчанки и игнорирования — было как-то не до стеснения. Питер вызывающе посмотрел на мужчину, который ничуть не смутился от подобного. Он наклонился вперёд, забирая принесённый секунду назад молочный коктейль у Паркера и делая пару глотков. Подросток хотел было возмутиться, но не успел он и слова сказать, как чужая нога потёрлась об его лодыжку. Питер застыл в изумлении, понимая, чья это была нога.       — А ты как считаешь? — столь же тихо ответил Старк, снова передавая коктейль сидящему напротив.       Питер опешил на пару секунд от подобного, он никогда не представлял… Даже не думал… Что ж, раз мужчина предлагает ему вести, он не упустит подобной возможности. Юноша наклонился вперёд, и теперь уже он, как бы случайно, задел носком своего кроссовка лодыжку мужчины, затем он поднялся чуть выше, теперь уже касаясь голени.       — Я считаю, — почти что шёпотом начал Питер, — что нравлюсь вам, — он зацепил немного пенки трубочкой и нарочито медленно облизал её. — Мистер Старк, — дополнил подросток, еле шевеля губами.       — Что ж, мистер Паркер, — усмехнувшись, продолжил мужчина. — Как насчёт ещё одного молочного коктейля?       — Было бы неплохо.       — Прекрасно, — Тони снова подзывает официанта и заказывает уже третий ванильный молочный коктейль. — Просто прекрасно, мистер Паркер, — сузив глаза, повторяет Старк.       Питер поднимает ногу чуть выше, теперь уже касаясь колена Тони — благо, сидят они у самой стены и никто на них внимания не обращает. Мужчина пару раз моргает, снова останавливаясь взглядом на нежной шее напротив…       — У тебя есть рубашки? — неожиданно спрашивает он.       Питер дёргается, как от пощёчины и вопросительно смотрит на мужчину. Какие к чертям рубашки?!       — Что?       — Тебе понадобятся рубашки, — как будто не слышав его вопроса, продолжает Тони. — Рубашки с высокими воротниками… А ещё лучше — водолазки.       Питер резко подаётся вперёд, одним глотком осушая весь стакан. Он почти что нависает над Тони, который всё также невозмутимо сидит и смотрит юноше прямо в глаза. Ему уже как-то фиолетово на подозрительно посматривающих в их сторону людей. Он внимательно всматривается в лицо мужчины, а затем, видимо, не найдя ничего интересного, садится обратно.       Весёлые у них посиделки в кафе получаются.       Соревнование «Кто кого первым соблазнит», на данном этапе соперники идут ноздря в ноздрю.       — Мне нравится эта идея, — немного подумав, ответил Питер.       До него не сразу дошёл смысл сказанных Старком слов. Но затем... Как ни странно, ему нравилась подобная перспектива.       Тони резко отодвинулся назад, забирая у официанта — который подозрительно смотрел то на самого Тони, то на Питера — четвёртый по счёту молочный коктейль себе. Он снова прогнал молодого человека и, сверкнув глазами, принялся за принесённый напиток. Питер, как заворожённый, наблюдал за тем, как Старк быстро снимает пенку с коктейля и, в точности повторяя его самого парой минут ранее, облизывает трубочку. Мужчина замечает взгляд Паркера и довольно улыбается, поднимая голову и говоря:       — И тебя ничего не смущает? — юноша отрицательно качает головой. — Вообще ничего?       Питер искренне удивился тому, как Старк умеет переходить от несерьёзного к серьёзному и наоборот. Буквально секунду назад они пожирали друг друга глазами, а сейчас снова вернулись к тому, что может смущать, а что не может смущать Питера, если они будут встречаться.       — А что меня должно смущать? — вопросительно подняв брови, поинтересовался юноша.       — Возраст, например.       — Зато никто не заподозрит, — быстро отвечает Питер.       Тони усмехнулся: у парнишки всегда на всё готов ответ. Он допивает коктейль и теперь просто крутит трубочкой по белому дну стакана, наблюдая за Питером.       — Значит, — медленно начинает он, резко остановив манипуляции с трубочкой малинового цвета. — Согласен?       Питер медленно выдыхает. Кажется, их разговор идёт к логическому завершению. Он резко поворачивается в сторону собеседника и кивает:       — Значит, — с той же интонацией начинает Паркер. — Любите?       — Возможно.       — Возможно.       Оба резко замолкают. Питер глубоко дышит, чуть приоткрыв рот.       — Машина на улице? — вдруг спрашивает юноша.       — Думал, не спросишь, — ухмыляясь, отвечает Тони.       Они снова замолкают, мужчина быстро достаёт пару купюр, оставляет их на небольшом столе и встаёт. Питер встаёт вслед за ним. Дойти до машины оказалось неимоверно трудно.       Доехать до Башни — ещё труднее.       Дойти до спальни — невыполнимо.       У Питера мягкие губы и ровные зубы, по которым приятно проводить языком. У Тони колючая бородка, которая приятно колется при каждом прикосновении, и такие же ровные зубы. Их поцелуй немного отдаёт ванилью, потому что выпили они по полтора ванильных молочных коктейля. И в данной ситуации Тони совсем не кажется, что это как-то по-детски.

***

      — Буду сам тебе эти коктейли делать, — как-то говорит он.       — Попробуй, — ухмыляясь, отвечает Питер.