Побег

- Всем на выход! И без фокусов, а то получите! - на платформе стоял весь взвод милиции Магадана, по крайней мере так казалось. Медленно и без фокусов, поочередно из каждого вагона стали выходить зэки, их тут же грузили в автомобили для заключенных и отправляли в неизвестном направлении. Настало время нашего вагона. Медленно, по одному мы выходили из поезда под крики конвоя и свои собственные вздохи и сожаления. Я вышел. На улице было свежо, воздух чистый. Так же, как и всех остальных, меня погрузили в автозак и отправили в неизвестном направлении. Ехали минут сорок, не больше. Всех заключенных построили на площади внутри тюрьмы и проводили перекличку. Нам раздавали наши номера и одежду. Перекличка шла час с лишним, но никому за это время сесть на корточки даже не дали. Усталые, недовольные жизнью мы отправились по нашим камерам. Как и было обещано, я попал в пятую камеру. Это была средних размеров комната на троих человек. Этому я, кстати, обрадовался больше всего - меньше народу больше кислороду. Меня запустили в камеру и закрыли дверь снаружи. Передо мной сидели двое мужчин в стандартной одежде для заключенных. - По какой статье? - произнес сидящий справа вместо приветствия Я не стал скрывать и прямо ответил: - Убийство! - я готовился к тому, что мне сейчас выскажут все, что обо мне думают, но этого не произошло. - Свой значит! - ответил сидящий слева - Мы тоже за убийство! Ну душе отлегло, я был здесь свой, хотя мне этого не хотелось. - На какой срок? - спросил тот же слева сидящий - Семь лет... - Да ты тут нас всех пересидишь! Про себя я подумал, если авантюра, предложенная Вованом сработает, то я надолго не засижусь. Я прикусил язык, чтобы случайно не ляпнуть про побег. - Как звать-то? - собеседник справа, судя по всему, разговаривать не любил - Алексей. Можно просто Лёха. - Ну что ж, Лёха, сидеть тебе с нами еще три года, если не переведут, а потом нас выпустят. Кстати, меня зовут Миха, а его Андрей. .................................................................................................... Прежде чем продолжить рассказ, я, как автор произведения, считаю нужным описать внешность сокамерников, чтобы вы, дорогие читатели, хоть как-то представляли, с кем моему герою придется сидеть. Миха, сидящий справа, на вид был человек лет 35-40. у него была бородка, за которой он не ухаживал уже давно, длинный нос. Сам он был среднего роста, широковат в плечах, да и сам стройностью не отличался, но толстым не был. Михаил был всегда угрюм и погружен как будто в свой собственный мир. Андрею было 64 года, это был уже внешне старик с седыми волосами, морщинистым лицом. Щетина на щеках придавала ему благородный вид. Он был высокого роста, чуть выше моего героя. В отличие от Михаила Андрей был более общительный, с некой старческой добротой и в то же время задорен по-молодецки. Как они ужились вместе не понятно. .................................................................................................. Андрей сидел здесь за убийство по неосторожности, он любил пострелять по мишеням в чистом поле и не заметил, что за мишенями идет старушка. Пуля пробила мишень ровно по середине и долетела до старушки, она умерла моментально. Суд рассмотрел это как убийство по неосторожности и вынес вердикт, что сидеть Андрею пять лет в тюрьме. Миха сидел здесь, как и я, за умышленное убийство, он прикончил своего начальника за то, что тот обращался с сотрудниками и с ним в частности как с быдлом. По его рассказам, начальник отменил обеденные часы, бил сотрудников, мочился где попало, ну вот Миха не выдержал и пробил ему голову. Того посадили на семь лет. Хотя за его начальником стоит не мало грехов, за которые того надо было вообще расстрелять. Я узнал, что в тюрьме есть библиотека и можно взять почитать книгу. Каждую неделю они ездят на лесоповал. Есть мастерская, где заключенные шьют или делают поделки из дерева, но таких умельцев тщательно осматривали перед тем, как выпустить их из мастерской, чтобы они с собой ножик не пронесли или отмычку. Прогулки здесь раз в два дня, и следующая будет только завтра. На ней мне предстояло познакомиться с остальными заключенными. Часы для посещения планируются заранее, поэтому нельзя сказать, когда ко мне придет Вован с планом побега. Отсюда можно писать письма и даже звонить родным, но есть вероятность, что разговор могут подслушать. Мне пришла в голову мысль, что если Вован решит мне не помогать, то я и без этого смогу здесь нормально жить.