FxxK It

      Музыка негромко играет по радио, Чимин тихонько подпевает себе под нос, счастливо улыбаясь от гуляющего по салону машины приятно прохладного ветерка из открытого нараспашку окна. Погода теплая и солнечная, настроение витает где-то вон в тех редких, но таких красивых перистых облаках. Но парень вдруг недовольно цыкает, опуская взгляд на датчик уровня топлива на панели. Стрелка вот-вот и вовсе ляжет, крича о том, что машина скоро встанет. Чимин бубнит о том, что эта железяка, как типичная жена, вытащит даже последнюю тысячу вон из кармана. Он заруливает к заправке, так вовремя попавшейся под руку. Когда автомобиль спереди отъезжает, и подходит его очередь, он подъезжает ближе к колонке и выходит из машины. На глаза тут же попадается какой-то парняга, в такую жаркую погоду одетый во все черное. Он протирает уже грязной тряпкой пистолет колонки, немного марая в желтоватом бензине пальцы. Чимин вздергивает бровь, быстро пробегаясь взглядом по накачанной сильной фигуре молодого человека и красивому профилю лица.       — А Вы вставляете? — почему-то спрашивает он, имея в виду пистолет бензоколонки, и не сразу вообще понимая, что это прозвучало как-то двусмысленно.       Парень, услышав вопрос к себе, чуть смущенно опускает взгляд, пряча легкую улыбку, а после поднимает его и смотрит Чимину прямо в глаза из-под смольно-черной челки, ехидно ухмыляясь. Он оценивает ладную фигуру серебристоволосого парня перед собой, пухлые губы, что секундой ранее произнесли неведомую хрень, и выразительные глаза, что так красиво тонко подведены.       — Ну, могу еще и автомобиль заправить, — выдает он сладким, тягучим баритоном, бесстыдно улыбаясь и сверкая озорными огоньками в бездонно-черных глазах.       До Чимина доходит весь смысл, и он неловко смеется, но продолжает смотреть в глубокие омуты чужих глаз так же озорно и чуть кокетливо.       — Хм. А если не только заправить? — спрашивает Пак, понимая, что Чон Чонгук (как написано на бейдже) явно с ним на одной голубой волне.       Чон все еще весело улыбается, изредка поглядывая на Чимина, пока открывает крышку топливного бака и заправляет бензином темно-синий автомобиль.       — Так у Вас есть еще предложения?       — Допустим, есть, — Пак загадочно улыбается и идет к кассе оплачивать.       Чонгук оценивает пристальным взглядом парня и сзади тоже, облизывая пересохшие губы. Он бы точно не отказался от чего-нибудь еще, помимо заправки. Чона это забавляет, ему впервые попадаются такие клиенты, хотя молодые девушки постоянно строят ему глазки и просят о помощи, делая вид, что совершенно не знают, как заправить автомобиль. Чонгук смазлив на мордашку, но это так чертовски подкупает, что сложно от него взгляд отлепить. А сильное крупное тело, обалденные мышцы и проступающие вены на руках заставляют падать штабелями. К тому же парень всегда улыбчив и вежлив, это располагает к себе не только девушек. И невидимая для всех голубая сторона Гука была бы рада, если бы парней это завлекало так же, как и девушек, но мужской пол лишь улыбается его вежливости и не более. А тут вот такой кадр попался красивый, да и не такой уж скромный, что грех не прихватить его. За этот аппетитный персик, например.       Чимин расплачивается и возвращается. Он сладко улыбается и подмигивает брюнету, садясь в машину и заводя мотор. Чонгук просто скулит и изнывает, прикусывая нижнюю губу и смотря, как синяя иномарка скрывается за поворотом. Сердце (а может быть и то, что ниже пояса) прям так и чувствует, что что-то тут не чисто. Парень явно не мог уехать просто так.       — Я отойду не надолго, окей? — говорит он женщине на кассе, которая лишь угукает, рассчитываясь с клиентом.       Чонгуку неймется, до поворота не далеко, и он спешит туда, где недавно скрылась чужая машина. Увидев стоящий на обочине знакомый автомобиль, Чонгук широко улыбается, а душа уже заведомо улетает в рай. Чим стоит, оперевшись на машину, и смотрит на приближающегося к нему парня.       — Ну, так что? Вы не только заправляете? — улыбается он, смотря в глаза, когда Чонгук подходит совсем вплотную и смело обнимает за талию.       — Не только. Могу и другое. Если позволите, — он наклоняется ближе и шепчет в самые губы.       Чимин лишь хватается за черную футболку и тянет на себя. Чонгук целует пылко, горячо и поспешно, прижимая ближе и опуская ладони на бедра. Он долго не церемонится и открывает дверь автомобиля, заталкивая парня на заднее сидение. Хорошо, что стекла затонированы, а то как-то неловко было бы. В салоне ужасно тесно и особо не разляжешься, как на королевском ложе, но их и так устраивает. Чонгука так тем более. Когда ж еще удастся такого парня поймать в свои сети? Тем более его сети давно пустуют, точнее набиты доверху лишь самочками, что его совершенно не устраивает.       Чон гуляет руками по стройному телу, терзая пухлые губы дикими поцелуями, Чимин тоже не отстает и тянется к железной пряжке на чужом ремне, быстро расстегивая. Брюнет улыбается такой нетерпеливости парня, снимает с него белую майку, пылко целуя бронзовую кожу шеи, и светлые дырявые джинсы, кидая все куда-то на пол. Чонгуку хочется растянуть момент, целовать долго и сладко, возбуждаясь от каждого тяжелого вздоха Чимина, мять руками шикарные бедра и скулить, восхищаясь прекрасным телом, но ему надо поспешить, иначе начальник лишит его летней подработки. И тогда бедный студент будет скулить уже о том, что ему не на что жить.       В салоне совсем душно, но это явно не от сегодняшней летней жары. Тело горит от многочисленных поцелуев и плавится от таких умелых ласк брюнета. Чонгук заставляет перевернуться со спины на живот и встать на колени, уверяя, что так будет удобнее. Ему ужасно хочется увидеть перед собой полностью открытого, беззащитного и возбужденного Чимина, но он обещает, что еще успеет сделать это на широкой кровати какого-нибудь отеля, а лучше на его собственной в его квартирке. Пак прогибается, позволяя Гуку устроиться удобнее, прижаться к спине горячей грудью, и облизывает пальцы, скользнувшие в рот. Чимин сам себе поверить не может, что на него обратил внимание такой шикарный молодой человек с телом Бога Аполлона и таким сладким низким голосом, пробирающим до костей и будоражащим сознание. Чонгук целует его в шею, осторожно растягивая мышцы, что уже и позабыть успели о подобной ласке. У основания шеи остается легкий укус, а Чимин стоном захлебывается, чувствуя Чонгука внутри. Он скребет ноготками кожаную обивку сидения и выгибается кошкой от каждого толчка, запрокидывая голову. Чон рычит на ухо, прикрывая глаза в блаженстве, и жмется ближе, проникая глубже. У Чимина сердце заходится, и дыхание сбивается. Он так давно не получал это удовольствие, что сейчас просто умирает и попадает в Рай, едва сдерживая высокие стоны.       — У тебя шикарный голос, — шепчет на ухо Чонгук, сбавляя темп и заставляя стонать более протяжно и сладко. Это самая лучшая музыка для ушей Чона.       Брюнет оставляет хваткой легкие красные следы на бедре и опускает ладонь на возбужденную плоть Пака, медленно двигая рукой. Чимин грудью прижимается к твердому черному сидению, дрожит от напряжения и скулит, кусая губы. У Чонгука, кажется, мобильный вибрирует в кармане джинсов, но оба не обращают внимание. Чон лишь понимает, что ему пора уже вернуться на рабочее место, а потому двигается быстрее, тяжело дыша и постанывая, уткнувшись носом во взмокшие пепельно-серые волосы. Чимину ужасно не хочется Чонгука отпускать, но возбуждение тоже не бесконечно и после пары движений выплескивается на черную обивку. Чимин пытается не задохнуться и начать дышать, слабнет и обессиленно падает, чувствуя себя наполненным безудержным счастьем и не только им. По позвоночнику бегут легкие поцелуи, бока несильно сжимают чужие ладони, а кожа мурашками покрывается от интимного шепота на ушко.       — Ты прекрасен, малыш. Каждый день бы играл с тобой.       Чимину до дрожи нравится и тоже очень хочется.       — Мне нужно идти, — он натягивает на мокрое тело черную футболку, что неприятно липнет, и протягивает парню его майку.       — А на автомойке ты случайно не работаешь? — спрашивает Пак, разглядывая беспорядок в салоне автомобиля.       Чонгук смеется, уже застегивая ремень на своих черных джинсах.       — Может быть устроюсь следующим летом, заглянешь ко мне. Я измажу тебя чем-нибудь вкусненьким, и всего вылижу, мой сладкий, — он подмигивает, зарываясь пальцами в серые волосы на затылке, и тянет на себя, впиваясь в губы жарким поцелуем. Чимин улыбается и за шею обнимает крепко, но мычит недовольно, не желая отпускать, когда мобильный Гука снова разрывается.       — Увидимся, — шепчет Чонгук, выползая из салона автомобиля.       Но когда он чувствует чужую ладошку в заднем кармане джинс, останавливается и оборачивается. Чимин лишь ухмыляется загадочно, шепча «до скорого».       Брюнет спешит на свое рабочее место, по пути вытаскивая из заднего кармана чуть помятую бумажку. Множество цифр и милое «Чим», подписанное ниже. Чонгук сияет яркой улыбкой. Он обязательно позвонит.