Видеоблогинг не доводит до добра

Руслан дышит часто и неглубоко. Странно — от бара до его дома совсем ничего, а он уже устал как собака. Тем не менее его голову занимали мысли о великом. Он думал о том, что все в нашем мире неоднозначно, и никто не знает, что произойдет завтра. Ведь что есть жизнь? Всего лишь череда взаимосвязанных событий, которые ведут лишь к одному месту — на кладбище, да и то, если повезет. Поэтому стоит жить именно настоящим моментом. Придя к такому умозаключению, Тушенцов решил потратить весь свой запас заначки, который остался еще с прошлого раза и как следует отдохнуть от всего на свете. Залетев в квартиру и сбив по пути куртку с вешалки, он поднялся по лестнице наверх, даже не разувшись и не сняв спортивную кофту. Да и вообще после отлета Насти Руслан стал на порядок неряшливее, хотя раньше такого с ним не случалось. Травы осталось совсем немного, так как в прошлый раз он немного переборщил. Ну и хер с ней. Закинувшись, он скинул кофту, плюхнулся на кровать и уставился в потолок. Его молчаливую идиллию разрушил Ирис, внезапно запрыгнувший ему на ногу, да так резко, что хозяин сам подскочил. Он понял, что животное давно не ело, и, почесав ему за ухом, отправился на кухню. Кот побежал следом. Как только корм был насыпан в пустую миску, Руслан оставил пакет прямо на полу, так как его руку в очередной раз свела судорога. Тащиться наверх ему было так в лом, что он остался внизу, на диване. Подумал уже было зарубиться в какой-нибудь Вульфенштейн, но через двадцать минут в дверь кто-то громко и настойчиво постучался. Интересно, кому это приспичило в три часа ночи ходить по гостям? Парень закатил глаза и пошел открывать. На пороге стоял слегка помятый Юлик с горящими глазами. И как он угадывает, что Руслан находится под веществами и его надо непременно навестить? — Привет, — Тушенцов отошел с прохода, пропуская лучшего друга в квартиру. — Да, — Онешко снял обувь и куртку, но немного помедлил перед тем, как пройти в гостиную. Он увидел Ириса и как будто бы невидимый призрак Насти начал витать в воздухе. Ему стало не по себе, и он стал уже жалеть, что пришел. Тушенцов уставился в пол невидящими глазами и даже не замечал той неловкой паузы, которая возникла между ними. За окном вновь пошел дождь. Капли отсчитывали секунды драгоценного времени, потраченного на молчание. — Слушай, я давно хотел тебе сказать… — Юлий глубоко вздохнул, собирая все силы в кулак. — Тот случай, что произошел неделю назад. Когда, как ты выражаешься, «засосал меня», я понял, что пора тебе признаться. Уже второй год подряд я считаю тебя не просто лучшим другом, — Онешко развернулся лицом к собеседнику. — Ты для меня стал чем-то гораздо большим. Я не могу вспомнить и дня, чтобы не проводил с тобой или же не вспоминал о тебе. Руслан все еще пялился в пол и вряд ли осознавал, что его лучший друг произносит своими мягкими губами. Внезапно он поднял карие глаза и молча пошел наверх. Такая странная реакция ввела Юлика в недоумение. Он ожидал услышать что угодно, увидеть разочарование в его лице, но никак не побег. Что-то было не так. Тушенцов снова засунул руку в пакетик с заначкой, которой уже не было, и снова плюхнулся на кровать, уставившись в потолок. Чертов синдром Туретта. Конечно же Юлик знал о болезнях друга и посмотрел, что же он там искал. Маленькие частицы все же остались, и парень сразу же нахмурил брови. Выходит, его каминг-аут не удался, так как Руслан вряд ли хоть что-нибудь понял. От злобы и обиды у блогера чуть не свело челюсть. Во рту стало так противно и горько, что его лицо сильно искривилось. Так бывает, когда очень сильно хочется зарыдать, но не можешь. — Я люблю тебя, понял, укуренный ублюдок?! Люблю, сука! А ты снова обдолбался и нихрена не понимаешь! Как же меня все это достало, — последнюю фразу он уже не прокричал, а еле слышно прошептал. Тушенцов повернул голову на источник звука и наконец извилины в его отуманенном сознании начали работать. Потом он перевел взгляд на свои джинсы и понял, что у него встал. Все-таки не все слова были утрачены в пустоте. Юлик на секунду заткнулся, все еще с печальным выражением лица. Всего лишь одного мгновения хватило, чтобы их взгляды пересеклись. Руслан медленно поднялся и сел на кровати. Он наклонился немного вперед, как будто что-то искал на полу. Но на самом деле он схватил Юлика за ногу и резко потянул на себя. — Какого хуя?! — Онешко свалился на кровать, и Тушенцов довольно резво и уверенно залез на него сверху, не давая возможности выбраться. — Что ты там пиздел? Любишь меня? — зрачки Руслана были настолько расширены, что полностью сливались с карими радужками. — Докажи. Он расстегнул пояс, стянул джинсы и трусы. Сказать, что Юлик прихуел — ничего не сказать. Парень совершенно растерялся. Хотя, по правде сказать, он несколько раз прокручивал у себя в голове подобную сцену. — Хорошо. Он наконец допер, что его тайное желание становится явью. Вот он, а вот Руслан, наполовину раздетый. Неправильно. Юлик снял с него черную футболку и пристально посмотрел прямо в глаза. Одно рукой он слегка наклонил голову Тушенцова и глубоко, чувственно поцеловал. Крейзи решил не оставаться в долгах и тоже снял с друга белую футболку. Худощавое телосложение, на животе едва видны кубики пресса, которых у него самого никогда не было. Теперь Юлик легонько толкнул его на кровать и взял в руку вставший член. У него совсем не было опыта в этом, но ему отсосало довольно большое количество девушек, так что это могло помочь. Парень провел пальцами по внутренней стороне бедер партнера, поглаживая их свободной рукой. Руслан снова закатил глаза и шумно выдохнул. Юлик облизал губы и стал не спеша двигаться от яичек к основанию пениса. Он менял губы на кончик языка и обратно. Ни один из них не чувствовал себя не в своей тарелке. Онешко вообще ни о чем не думал, его основная задача была: доказать Руслану и самому себе, что он действительно любит его. Ко рту он прибавил еще и руку, стал надрачивать, приближая оргазм. Когда он уже чувствовал, что развязка близка, то резко останавливался и после начинал работать с удвоенной силой. После третьего раза с остановкой из головки вышла мощная струя спермы, забрызгав все, что только можно.

***

На телефоне Юлика зазвонил будильник. Онешко потянулся к источнику звука, но путь ему преградило лицо его возлюбленного. Парень улыбнулся и поправил прядь волос, свесившуюся Руслану на лицо. Тот мирно посапывал, и ему было абсолютно наплевать на все будильники мира. Ночью он славно поработал не только членом, но и языком, и пальцами. Наконец Юлий смог выключить будильник, но никуда вставать он не собирался. Однако проснулся Руслан. Как только он продрал глаза, на его лице отразилось полнейшее замешательство вперемежку со стыдом. — Ты… Юлик… — пробубнил Тушенцов, отодвинувшись от друга как можно дальше. — Блять. Блять, нет. Умиротворение мигом стерлось с лица Онешко. — Что нет? Парень вскочил с кровати и стал как можно быстрее натягивать трусы со штанами. Последние оказались в сперме, пришлось искать другие. Он обвел взглядом комнату. Сперма на полу, на одеяле, простыне, на одежде. От осознания всего происходящего у него закружилась голова и стала дергаться челюсть. В голове возникали обрывки бурной ночи: вот он ебет Юлика раком, вот сам отсасывает у него, стоя на коленях, притворяясь блудницей, а на его месте представляя Святого Отца. Тушенцов подошел к стене и начал тупо биться головой. Он понятия не имел, что теперь делать. Запиликал телефон. Смс от Шпагиной: «Я во всем разобралась. Прости, я не хотела тебя отталкивать. Скоро вернусь домой и мы с тобой спокойно поговорим, хорошо? : *» Ему стало еще хуже. — Да перестань, — уже почти полностью одетый Юлик сидел на краю кровати. Его одежда чудом не пострадала. — Ничего уже не изменишь. Давай просто поговорим. Руслан резко развернулся и словно с претензией произнес: — Давай поговорим. О чем? О том, что ты гей? Что Я трахался с лучшим другом? Что моя девушка прилетит уже сегодня и мне придется смотреть ей в глаза? Давай, с удовольствием! Только вот нихрена это пользы не принесет. — Успокойся, а то ведешь себя как пмсная истеричка. Тут все просто, — он сделал небольшую паузу, чтобы самому подготовиться. — Ты любишь Настю? — Да, — долго не раздумывая ответил Руслан. Юлик сглотнул. — Но это не значит, что я ничего не чувствую к тебе. Просто это все так пиздецки сложно. Я не понимаю, — он зарылся руками в свои волосы и сел на корточки, глядя в пол. «И все-таки чувствует». — Я не претендую на место Насти, — глотая боль от несправедливости этого блядского мира, ответил Юлик. Но лицо его выражало полнейшее понимание. — Если ты ее любишь все также сильно — все будет хорошо. Я постараюсь лишний раз не напоминать тебе о случившимся, и мы будем молчать. Он сел рядом с ним на пол и взял его за руку. Их пальцы переплелись. — Мы оба. В комнату вошел Ирис и внимательно посмотрел на них. Руслан покраснел еще больше, и хватка его пальцев немного ослабла.