Не такой как все

На его руках кровь. Кровь убитых родственников. Все. Отец, мать, брат, старейшины клана. Все они были убиты. Перед глазами стояла красная пелена, а сердце колотилось с такой силой, что отдавало в виски. Ком ярости стоял в горле, и как бы Ханзо не старался его проглотить: ничего не получилось. Это было всего лишь очередное колкое замечание, но, у всего есть предел. Когда ты подросток: этот предел чертовски мал. Как бы тебя не воспитывали, как бы ты не старался себя контролировать, ты всегда рано или поздно сорвёшься. Так было и в этот раз, во время тренировки отец вновь повысил голос и поднял руку на сына. Эта был показательный урок, за ним наблюдали все и Ханзо до чёртиков боялся опозориться. Десятки глаз смотрели за тем, как он орудует катанкой, отбивая удары тренера. Это было похоже на танец. Завораживающий, смертоносный танец. Но одна ошибка и все рухнуло. Красная пелена медленно спадала с глаз, а произошедшее медленно осознавалось. Плавно, тягуче, болезненно, этот чёрный пробел в сознании восстанавливался. Переводя взгляд от трупа к трупу, Шимада вспоминал, как их корчило от боли, выворачивало изнутри. Как хрустели их кости, а кровь брызгала буквально отовсюду. Но один единственный труп, что лежал почти у самых его ног, заставил ужаснуться ещё сильнее. Некогда прекрасное, нежное лицо было изуродовано. Череп смят, а с когда-то аккуратных, чуть пухлых губ стекала алая кровь. — Мам…? Ханзо опустился на колени, запуская пальцы в слипшиеся из-за крови тёмные волосы. В какой-то момент, он с ужасом посмотрел на свои руки. Они были покрыты темно-синей чешуёй, а на кончиках пальцев были видны когти. Поднявшись с колен, Ханзо огляделся ещё раз и попятился. За спиной послышались шаги. Их много и они идут за ним. Ханзо бежал по улице, накинув на голову капюшон. Он не был похож на человека. Лишь отдалённо. С его рук, шеи, лица, отовсюду стекала кровь. Каждая новая прорезающаяся чешуйка приносила невыносимую боль. Капюшон был слегка приподнят из-за ветвистых рогов, что прорезались из висков. Его глаза были жёлтыми, а зрачки тонкими, напоминающие кошачьи. Он слышал в спину одни и те же слова. Его требовали остановиться, а прохожих просили поймать беглеца. Бежать. Куда угодно. Петляя между бесконечным потоком людей, то и дело, сталкиваясь с ними, слушая испуганные вздохи. Он хотел исчезнуть. Стать невидимым. На глаза наворачивались слезы. Ханзо не понимал, что с ним происходит. Это все было похоже на какой-то кошмар. В какой-то момент, его схватил за руку полицейский, но увидев то, что он схватил, тут же одёрнул свою руку и наставил на Ханзо оружие. Шимада быстро толкнул того и вновь постарался скрыться в толпе. Эта игра в кошки-мышки казалась бесконечной. Ханзо свернул за угол и, заметив пожарную лестницу — тут же побежал к ней. Прятаться на крыше — сомнительное решение. Но больше выбора не было. Либо стадиться, либо бороться за свою жизнь. Взобравшись наверх, Шимада побежал дальше. Погоня продолжалась. Его догоняли. Перепрыгивая с крыши на крышу с какой-то небывалой лёгкостью, Ханзо постоянно оглядывался назад. В него целились на бегу. Первая пуля просвистела у него над ухом. Поджав губы, Ханзо постарался ускориться. — Стой, кому говорят! Вторая пуля прошлась по щеке, но отскакивала от чешуи. Это пугало. До ужаса пугало. Тянущая боль распространялась по скуле. Третья пуля не заставила себя долго ждать. Выстрел в бедро пошатнул беглеца, из-за чего тот упал на землю в паре сантиметров от обрыва. Поджимая раненую ногу, парень болезненно скулил, но просить пощады или сдаваться он даже не думал. — Кто ты такой?! Отвечай, или я тебя пристрелю! Я считаю до трёх! — Я ничего вам не скажу! — Один! В следующее мгновение, вокруг Ханзо начал появляться густой слой чёрного дыма. Он больше был похож на копоть и оставлял после себя удушливый запах. — Прекрати сейчас же! — Это не я! Дым сгущался, превращаясь в некое подобие купола. Шимада смотрел на то, как стенки поднимаются все выше, и как последние лучи солнечного света проникают в сужающееся отверстие наверху. Это было похоже на изоляцию. Тюрьму, что была уготована именно ему. Поджав к груди вторую ногу, обнимая её рукой, Ханзо сжался в комок и тихо всхлипнул, до боли закусывая нижнюю губу. — Ты же в курсе, что они не заслуживают твоих слез? Ханзо дёрнулся и посмотрел на сгусток тёмного дыма перед ним, что постепенно принимал человеческое очертание. Через пару секунд, перед Шимадой стоял мужчина. Его карие глаза смотрели на подростка с пониманием, в уголки губ были слегка приподняты. — Кто вы и что вам от меня нужно? — Меня зовут Рейес. И я — такой же, как ты. Мы отличаемся от обычных людей. Я здесь, чтобы помочь тебе и отвести туда, где тебя никто не будет бояться. — Вы врёте! Я… я даже не знаю, что я такое! Я убил всю свою семью! Я не хочу никуда идти! Мужчина вздохнул и подошёл чуть ближе, присаживаясь на корточки. — Я понимаю, что тебе страшно. Ты напуган, ведь, столько всего навалилось на твою голову. Но. — Рейес протянул руку Ханзо, продолжая улыбаться одними уголками губ. — Позволь мне помочь тебе. Ханзо недоверчиво смотрел на незнакомца сквозь влажную пелену. Однако, остатки здравого смысла говорили, что ему можно верить. Этот человек не напал на него, не убил, а спас. Неужели его действительно не боится хоть кто-то? Неуверенно протягивая Рейесу руку, Ханзо старался не думать о том, что будет дальше. Если это поможет ему спастись от самого себя, то он согласен. Крепко сжав руку мужчины, Ханзо закрыл глаза. В следующее мгновение, дым расселился, а на том месте, где должен был быть Шимада, осталась лишь пустота и постепенно засыхающие на палящем солнце капли крови.